Почитай, вспомни о прошлой ночи и запомни этот день

      Дима любит читать, даже не так, он обожает читать. Обычно пока он читает, лис разглядывает его, это уже его любимое занятие.       Они долго знакомы, но с каждой страницей которую прочитал пепельноволосый, хвостатый замечает все больше и больше, а может и вспоминает ранее забытые черты. С каждой прочитанной строкой вампира, наблюдателя затягивает в пучину воспоминаний из прошлой ночи и не только.       Алоин любил его волосы. Любил смотрел на них, мягкие, седые, как говорил Дима: пепельные, локоны лежали на спинке кресла, а пара из них все время выбивались из общей массы и лезла в глаза. Читающий никому, кроме своего возлюбленного, не позволял к ним притрагиваться. Лис сам следил за волосами любителя почитать. Тогда ему пришлось брать уроки по уходу за волосами у девочек. Он был весь красный когда просил их об этом, они на это лишь улыбнулись, тогда ему показалось что это был оскал. Вспоминая об этом, сейчас он смеялся, а тогда это казалось ему адом. Мучительные две недели хождения по домам "учительниц" и запоминание правил этому доказательство. Кроме ухаживаний за волосами Алоин любил их наматывать на кулак в особо жаркие ночи, любил во время тех же ночей массировать кожу на голове, которая была очень чувствительной. Любил он ещё и то как вампир вздрагивал когда он прикасался к локонам. Кровосос, хоть и не признает, но любит когда хвостатый расчёсывает или заплетает его, и зачинщик этого знает об этом.       Взгляд минует глаза сразу же перескакивает на губы. Сухие, но такие желанные. Будь его воля он бы целовал его всю жизнь. На губах Димы всегда есть привкус крови, он часто закусывает губы, возможно через чур часто, скрывая в этом жесте некоторые чувства. Дмитрий снова закусывает губу, походу в книге происходит накал страстей. По ночам пепельноволосый тоже закусывает свои мягкие губки, ушастик не позволяет этого делать. Лисенок продолжает пялиться на губы и вспоминать один из самых жарких поцелуев прошлой ночи. Глубокий и мокрый поцелуй, громкие стоны в губы и танец языков, вампир тогда был на пределе, а Алоин двигался быстро, дополнительно надрачивая своему возлюбленному, медленно совершенно не в темп своим движениям. Надавливая на головку и растирая любовный сок по ней.       Димочка облизнул пальцы чтобы перевернуть страницу. Язык аккуратно обвел пальцы и спрятался во рту, за клеткой зубов. О этот язык… Дима так хорошо им орудует во время минета, бесстыдно вылизывая всю грязь котора налипла на член с начала дня и слизывая остатки семени после того как лис кончит ему в глотку заставляя давиться его своим семенем, липким и густым, сопровождая это громким рыком       В штанах Алоина становятся тесно. Картинки в его голове заставляют член налился кровью       По нижней губе читающего потекла кровь, а его глаза все быстрее метались по строкам. В этих кроваво-алых глазах можно было утонуть, и он тонул. В темных зрачках можно было увидеть мир, он видел и любил мир в глазах, залитый кровью, трупами и смертью мир, он видел в этом нечто настолько прекрасное что словами не передать. Особенно он любил смотреть в глаза вампиру когда он получал оргазм. Его глаза закатывались и чертовски сильно выгибался открывая доступ к набухшим соскам, к ещё одной чувствительной точке на своем теле. Правильное прикосновение к ним и из алого колодца выделялись капельки кристальных слез. – Алоин       О этот голос. Такой томный, такой прекрасный. При правильной интонации он готов кончить себе в штаны из-за него. Иногда, когда ушастый давал Диме стать активом в постели, тот говорил всякие пошлости пока не доведет хвостатого до белого каления и сухого оргазма. Любитель читать буквально знал о лисе все, от того как заставит его кончить только от одного пальца внутри до того, как отсрочить оргазм на как можно больше время. Кроме этого, Алоин любил слушать как вампир выстанывает его имя и просит о большем – Алоиин,– перед глазами наблюдателя пощелками пару раз,– ты пялишься, а ещё у тебя стояк,– лис крупно покраснел. Может он актив в ночное время суток, но днём он застенчивый подросток краснеющий от любого проявления симпатии,– тебе нужна помощь с этим, или ты сам?       Лис кивнул, что Дима воспринял как "да". Вампир облизнулся, обычно их брачные игры проходят ночью, когда никто об этом не узнает и не услышит, а сейчас день и к ним может кто-то зайти, чего скорее всего никто не сделает.       Длинновлассый взял Алоина за подбородок, приподнимая его лицо и сам двигаясь на встречу. Они слились в поцелуе полном страсти и похоти, их языки переплетались между собой, а губы при каждом движении причмокивали. Вскоре разорвав поцелуй –после которого между их губами осталась ниточка слюны – Дима двинулся ниже. Он проходился по шее и ключицам быстрыми поцелуями. Вскоре он уже обцелововал мускулистую грудь, а вместе с ней и коричневые сосочки. Вампир продолжал двигаться вниз. Он быстро разобрался с штанами и целовал лобок с пушистыми волосами, при этом стоя на коленях.       Пепельноволосый буквально разорвал нижнее белье лиса, и ему постал напряжённый член. Он видел его множество раз, но каждый раз когда он видит этот мясной молот по его телу проходит дрожь.       На лице ушастого красовался яркий румянец, предквушающий яркие эмоции и довольно скорую разрядку. Он закусывает губу, да, он определенно хочет трахнуть эту мордашку.       Его ноги разводятся в стороны, а на головку дуют. – ты так нуждаешься в этом, что будет если я тебе не дам этого?– риторический вопрос, ответ на него всегда один и тот же – я трахну тебя пока ты будешь спать, войду и буду ебать тебя до потери сознания, буду кончать в тебя, буду делать это пока ты будешь умолять не останавливаться, а после будешь называть себя шлюхой, моим спермоприемником, пока ты не начнёшь умолять прекратить это, пока не растечешся в лужицу умеющую только стонать. Вот что я сделаю с тобой,– он придумал что-то большее чем одна фраза, и если вампир не начнет действовать, это ночью и произойдет. – теперь нужно лишь решить хочу ли я стать лужей или остаться вампиром,– эта колкость может стоит ему жопы, так что лучше действовать       Диматреску дотронулся пальцем члену. Сразу же после этого на головке выступила капелька сока, которую в сию же секунду слизали. Из рта лиса послышался рык, он требовал действий.       Дима мягкими поцелуями пошел вниз, по стволу, к яйцам полных семенем. Оставив протяжный поцелуй на основании "молота" он широко мазнул языком по яйцам. Оперепевшись руками на ноги лисёнка он взял мешочек с спермой себе в рот, посасывая его.       На лице Алоина было видно экстаз, ротик вампира был волшебным, будто созданным для того чтобы только и делать, что сосать хуи разных форм и размеров.       Пепельноволосый поцеловал головку, обнял ее своими сухими губами, а языком подразнил уздечку из которой продолжала градом катиться смазка. Лис рычит, он хочет большего, Дима понятное дело даст ему это. Он двигает руками по стволу пока сам брал все больше. Вампир обводил каждую венку языком, обволакивая губами каждый миллиметр.       Вскоре головка начинает тычится в глотку, а Дима все двигался в своем неспешном темпе. Он сжимал член в своем рту изредка позволяя своим зубам дотронулся к возбуждённой плоти. Алоин сжимает подлокотники до побеления в пальцах, тихо постанывая и изредка рыча.       Пепельноволосый орудовал своим языком, облизывал ствол, но лису все было мало. Он попытался схватить вампира за волосы да насадить поглубже. Сделать это ему не удалось       Резким движением клыкастый придвинул к себе ушастого, закинув его ноги себе за спину. Теперь перед его лицом находилась упругая задница, а между половинками один из немногих входов в тело хвостатого и сам хвост. Не успел он вскрикнуть в протест, как его укусили за ягодицу и после зализали укус. Алоин брыкался за что и получил смачный шлепок по левой половинке. – Дима, нет! – ты не говорил каким именно образом я должен тебе помочь,– вампир мурлычет       Он мягкими поцелуями прошёлся к узкой дырочке. Широко мазнув языком по ней, из рта Алоина вырвался очень неприличный звук. Он уже и забыл насколько чувствительна эта его часть. Дима делал это снова, и снова.       Чуть оторвавшись от вылизывания он облизнулся, взглянул на проделанную работу. Вся дырочка блестела от слюны.       Чуть раздвинув вход ему предстала темная глубина пещеры Алоина. Он двинул языком внутрь, и уже через секунду он был схвачен мягкими внутренностями. Двигаясь внутри он слышал громкие стоны лиса, оно сливалось с громким хлюпаньем внутри.       Глаза ушастого закатывались, он тонул в этих чувствах. Его член требовал разрядки и она правда скоро будет.       Дима двигался внутри все быстрее, хвостатый выстанывал его имя. Секунду спустя язык вампира сжимает теплая плоть, слышен громкий стон, а из члена маленькой струёй льётся семя капая на торс       Вставая Дима смотрел на обмякшего Алоина, быстро сфотографировав он пошел за салфетками. –Дим,– подал голос Алоин пока названый вытирал сперму с торса,– а тебе помощь не нужна? – нет, спасибо, все что от тебя требовалось уже сделано,– пепельноволосый озарил его милейшей улыбкой.       Лёгкое тельце лиса подняли на руки и понесли к кровати. Положив его туда и подоткнув одеяло его поцеловали. – после хорошего оргазма нужен хороший сон, сладких снов, лисёнок,– с лёгкой улыбкой промолвил это Диамкей и поцеловал его в лобик.       Отойдя к стене около которой удобно было поставлено кресло, любитель почитать превращается в любителя понаблюдать за спящим ушастиком.