Спасибо, что помог!)

Этой ночью я невольно заснула с Томасом в его комнате. То, что произошло вчера, оставило во мне невесомый, но такой тяжёлый след. Видеть пьяного отчима мне приходилось не раз, но я никогда бы не пожелала моим друзьям увидеть, с кем я жила до знакомства с Томасом. Мне было стыдно за него, но больше — за себя. Я вновь показала себя со слабой стороны, давая ребятам заботиться обо мне. Они успокаивали меня, отменили репетицию только из-за меня. А ведь я им, считай, никто. Просто найдёныш, которого приютили добрые музыканты. Но видимо, ребята так не считали. Буквально на следующий день они старались не говорить со мной обо всем, что может мне напомнить об этих событиях. Было видно, что они беспокоились за меня. Всю следующую неделю ребята записывали песни, дурачились, подкалывали Итана из-за его неумении произносить букву «Р» и просто веселились. Мы любили зависать у бассейна, попивая разные напитки и играя в дурака на задания. Вик была безумна веселой и открытой. Именно такой, которой я хотела быть всегда. Я завидовала ей, её внешности и задору. Она делилась своим позитивом со мной, а я пыталась впитать в себя как можно больше. Мы гуляли вместе, она учила меня кататься на скейте, но эта затея была так себе. Уже после первого нашего «урока» она затащила меня в дом и обработала немаленькую рану на коленке. После этого ей хорошо так влетело от ребят. Итан был очень добр ко мне, всегда помогал, когда это требовалось, мог поддержать, не сказав ни слова. Он часто давал, вроде очень неуместные, но очень действенные советы. Эта черта его характера очень помогала мне подстроиться под ритм жизни группы. Дамиано был как будто ребёнок Итана. Он всегда любил подурачиться, мог прыгнуть в бассейн как в одежде, так и без (что заставляла меня смущаться и уходить в дом). Он часто брал меня на слабо, заставляя пить все больше. Потом это оборачивалось ему тем, что он держал мои волосы, пока я блевала. «Но ты сам виноват» — так говорили ребята, отправляя его за мной, когда я бежала в заветную комнатку с унитазом. Да, это было весело. Лео был самым серьёзным из нас. Даже серьёзнее Итана. Он следил, чтобы у нас в холодильнике всегда была еда и мы не питались одним фастфудом. Если же её не было, то он отлавливал двух рандомных счастливчиков, и вручая внушительный список продуктов, отправлял их в магазин, в независимости, будь то невыносимая жара или лютый холод. Он следил, чтобы ребята не только развлекались, но и работали. А ещё он снимал влог. Когда ребята репетировали, он снимал небольшие фрагменты записи альбома, а в остальное время снимал, как мы развлекаем себя во время того, как группа работает. Обычно мы играли в карты, пытались приготовить что-нибудь съедобное, прыгали в бассейн или просто играли в приставку. А Томас… Он был очень добрым. Всегда пытался развеселить меня, кидал в бассейн, после чего сидел со мной на шезлонгах и согревал полотенцем. Он давал мне играть на акустике, показывая, на каких ладах зажимать струны, накрывая мои ладони своими. В такие моменты мое сердце замирало, а руки начинали потеть. Я стала замечать, что меня тянуло к Томасу. И не как к другу. Во время его присутствия, если мы оставались одни, мои щёки стремительно начинали краснеть, а голос дрожал. Я пыталась успокоиться, но очередное слово, вылетевшее из его манящих губ вновь заставляло весь организм возвращаться в то же состояние". — такую запись я сделала на новой странице своей «книги». Ребята репетировали, Лео был с ними, а я у себя в комнате. Но вдруг мой поток мыслей прерывает, резко «ввалившийся» в комнату Лео. — Алекс,— он тяжело дышал, облокотившись на дверь, — идём. Там Дамиано звонили. Ты должна это знать. — он почти что подполз к кровати и лёг на неё — Ты чего такой запыханный? — только и спросила я, откладывая тетрадь в сторону — Бежал быстро. Сейчас. Дай мне несколько минут отдышаться. — он закрыл глаза. Эти несколько минут длились для меня вечность. Мне было безумно интересно, кто же звонил Дами, что Лео так быстро прибежал ко мне. У меня были догадки, что это на счёт моего Отчима, но их я старалась отвергать. Мысль о том, что с ним что-то случилось после той выходки, вселяла в меня небольшую радость, ведь теперь всё будет лучше. Но факт того, что ребята, хоть и косвенно, но замешаны в этом, не давал мне покоя. Всё-таки решающее действие над судьбой этого человека произошло именно в их доме, а значит к ним будут вопросы. — Всё, я готов. Пошли. — Лео встал с кровати и вышел из комнаты. Я поспешила за ним. Когда мы появились в поле зрения ребят, они все, как по команде, повернули головы в нашу сторону. Во взгляде каждого читались жалость, сочувствие и страх. Мы с Лео прошли к дивану и сели по обеих сторонах от Дамиано. Томас и Вик сидели в креслах, а Итан на полу. — Алекс… — начал Дамиано, — в общем. Мне звонили из больницы. Твой отчим, он. — Давид замолчал и оглядел всех присутствующих, как бы спрашивая разрешение на то, чтобы сказать мне. Остановившись взглядом на Виктории, та кивнула, — он умер от передоза. — вот и все. На этой ноте закончились мои страдания. Этого человека больше нет. Во мне бушевали эмоции. Радость, замешательство, шок и интерес о моей дальнейшей судьбе смешались в один ком, который невозможно распутать. И да, в этой смеси эмоций не было ни капли грусти. Тот кто знает меня не так давно, скорее всего подумал бы, что я просто эгоистка, которой плевать на других, но лишь немногие знают, что скрывается за этой маской безразличия. Боль. Боль о воспоминаниях о своем прошлом. Боль незаживших ран на сердце. Но не боль от потери. Нет. — Мы поймём если ты захочешь временно побыть одной. — сказала Вик и опустила голову. — Да, но мы поможем, если что. — добавил Итан. — Да расслабьтесь, ребят. Нормально все. — я по-доброму улыбнулась. Теперь на меня смотрели пять пар удивлённых глаз, — Что? Этот человек не был мне ни капли дорог. Ведь, — я замолчала, дабы подобрать правильные слова, — он же избивал меня, ненавидел. Именно из-за него я сбежала. И из-за мамы. Они мне никто. Просто забудте. Его смерть волнует меня в самую последнюю очередь. Главное, чтобы у вас не было проблем потом. — я закончила и выдохнула. По лицам ребят было понятно, что они пытались переварить услышанное. — Не волнуйся, Марта уже решила проблемы. Главное, чтобы все это не дошло до прессы. — сказал Лео. — Это хорошо. — усмехнулась я, — ну что, я могу идти? Вы же вроде репетировали. — Да, мы наверное пойдем в студию. — сказала Виктория, и кивнув мальчикам, ушла вниз. Все остальные потянулись за ней. В комнате остались только я и Лео. — Точно всё нормально? — спросил он. — Да, точно.— ответила я и уже собиралась уйти, как мое запястье обхватила его рука. — Стой. Нам надо поговорить. — Ладно. Только отпустишь руку? Мне больно. — Да, прости. — он сразу отпустил руку. Я потерла запястье, на котором красовались порезы. Да, я давно не резалась, но в самом дальнем углу шкафа у меня имелся небольшой набор с лезвиями и таблетками, доза которых убьет меня сразу. — Выйдем? — он встал и пошёл к бассейну. Я двинулась за ним. — Вобщем. Я хотел поговорить о Томасе. Понимаешь, когда вы только встретились, он часто говорил нам о тебе. Говорил, что не может наладить с тобой контакт, что ты ему не доверяешь. Ты возможно уже слышала это от Виктории, так? — я кивнула — но есть ещё одно. Он говорил это только мне. С того случая, когда ты ушла, он постоянно говорит, как волнуется о тебе. Боится, что ты опять сбежишь, и в этот раз он не сможет тебе помочь. А он очень хочет сделать тебя счастливой. Не только потому, что он просто добрый. Дело даже не в его доброте. Он бы просто не стал так помогать человеку, который ему безразличен. Ты нравишься ему. Очень сильно, и не как подруга. Об этом никто, кроме меня не знает. Поверь, ты очень нужна ему, а он тебе. Я знаю это. — Откуда?.. — Я умею разбираться в людях. Ты смотришь на него не так, как на остальных. И Томас это тоже видит, только он боится, что ты отвергнешь его после признания. Он очень боится признаться, но он очень любит тебя. И теперь ты знаешь всю правду. Пожалуйста, поговори с ним на эту тему. Он будет рад, если ты сделаешь первый шаг. — И как мне это сделать? — на моем лице показывалось глубокое удивление и интерес. — Смотри. Сегодня мы поедем в бар, вечером. Дамиано опять возьмёт тебя на слабо, но ты ни в коем случае не соглашайся. Ты должна остаться трезвой, хоть чуть-чуть. Томас тоже будет пить мало. Дамиано и Вик будут пьяные, мы с Итаном — нет. Мы тоже не особо любим пить. Там и поговорите. Я уверен, ты справишься. — Лео подмигнул мне и ушёл в дом. Я осталась возле бассейна. Мой мозг отказывался переварить услышанное. То есть всё это время мои сомнения были напрасны?.. И все это время Томас любил меня. Как я не могла заметить, сейчас было не понятно, но после информации, которую мне передал Лео, я как будто прозрела. Я начала вспоминать, как Томас специально пытался коснуться моих рук, садился именно рядом со мной и первый начинал разговор. — Привет, ты чего тут стоишь? — над ухом послышался голос Виктории. Я обернулась — да, просто стою. Задумалась. А что? — Лео сказал, что сегодня мы поедем в бар. Поможешь собраться? — да, конечно. Пошли — мы вдвоем направились в комнату Виктории. — с чего начнем? — спросила я, садясь на кровать — ну, я хотела голову помыть и укладку сделать. Поможешь? — конечно — сказала я и мы двинулись в ванную комнату. — так, давай наклонялся, а то ты так сама себе фиг чего промоешь — приказала я. Подруга наклонилась над ванной, а я направила на неё струю из лейки — нормально? — мг — промычала Вик. Я продолжила мыть голову подруге, как вдруг к нам в дверь постучались. — войдите! — крикнула я. В комнату заглянул Итан — что то нужно? — спросила я, выключая воду и давая подруге полотенце — да, я хотел выпрямитель взять — сказал Итан, ища вещь глазами по всей комнате. — она в камоде — сказала Виктория. Итан взял выпрямитель и, поблагодарив, вышел. — ну что, теперь ты? — я кивнула и встала над ванной. После того, как наши головы были вымыты и высушенны, мы приступили к мейку. Я была против того, чтобы мне рисовали стрелки, но Виктория была неприклонны. Уже через 20 минут споров я сидела с великолепными стрелками и наблюдала за Вик, которая рисовала их себе. — теперь одежда — Вик открыла шкаф и начала доставать оттуда вещи. Если перечесть все, что она примеряла, то это займет очень много времени, так что скажу, что она остановилась на широких черных брюках и белом топе. Сверху она одела пиджак под цвет брюк. После мы пошли в мою комнату, чтобы подобрать одежду мне. После таких же нелёгких выборов я одела теннисную белую юбку и кислотно — зелёный топ. Поверх всего этого я одела голубой свитшот, который одолжила у подруги. На ноги я одела ботинкина массивной подошве, что заметно добовляло мне рост. Покрутившись перед зеркалом мы спустились. Парни, все как сговорились, были одеты в костюмы разных цветов. Я единственная выделялась среди них, и это добавляло мне неловкости. — шикарно выглядите — подметил Дами — поехали? — мы кивнули и вышли. Лео, как всегда, сел за руль, Итан на переднее сиденье. Дамиано и Вик сели на 2 ряд, а мы с Томасом в самом последнем ряду сидений. Всю поездку мы на полную слушали песни ребят, подпевая во весь голос. Конечно, играла не только музыка ребят, но и такие группы, как Linkin Park, Queen, Nirvana. Через 20 минут мы прибыли к месту назначения. Это оказался небольшой бар в центре Миална. Внутри оказалось очень уютно: стену, выкрашенные в бежевый цвет, высокий светлый потолок и абстрактные картины на стенах. За небольшой барной стойкой стоял молодой парень и протирал бокалы. Посетителей было не так много. Человек 10-15. Негромко играла музыка, под которую таневали посетители. Мы прошли к барной стойке и заказали напитки: каждому по бокалу вина, кроме Лео. Он заказал гранатовый сок. Сев за стойку мы болтали обо всем стороннем, о чем только можно было говорить. Бокалы вина быстро заполнялись снова и снова, но вспомнив слова Лео о том, что не стоит слишком много пить, я стала заказывать себе сок. Увидев это, Дамиано опять решил взять меня на слабо. — не, спасибо — отказалась я — это почему же? Всегда соглашалась. — нет желания опять сидеть в обнимку с унитазом — я поморщилась — ой, да ну тебя — сказал он и повернулся к Виктории, бросая вызов ей. Та охотно согласилась, и они оба одну за другой опусташали рюмки с коньяком. Мы с Лео переглянулись: все идёт по плану. Позже нам придется тащить этих двоих до дома, а значит тащить будем по двое. Лео с Итаном, а я с Томасом. В этом и заключался весь наш план: напоить двоих несчастных и разделиться по парам, дабы дотащить их. Во время того, как мы с Раджи будет тащить Давида, мы и поговорим. Очень романтично…