ромашки

чан любит. любит так сильно, что грудную клетку разрывают стебли ромашек, которые проросли внутри его лёгких. ему не больно, лишь слегка, но это поправимо. для этого всего лишь нужно прошептать слова любви человеку, забравшему его сердце. из-за которого сбивается дыхание, а глаза не могут оторваться от чужих, чёрных, таких темных, что можно увидеть свое отражение. и чан сможет. он решится. ведь это нинни, его половинка души, друг детства, единственная и вечная любовь. он не разобьёт ему сердце, а даже если и так, то лучше сразу задохнуться из-за дурацких ромашек, что так любит его лисенок. но так проходят недели. кровавый кашель становится рутиной, как и потеющие ладошки при виде парня. им всего по семнадцать, нормально бояться своих чувств. так думает чан, по крайней мере. но с каждым пройденным днём, он начинает затухать на глазах, светлая кожа приобретает зеленоватый оттенок, а под глаза ложатся мешки, потому что ночью сложно заснуть из-за лепестков, рвущихся наружу. боль становится настолько сильной, что каждый приступ заканчивается слезами. больно не из-за ромашек, а от мысли, что он чёртов трус. трус, который не может решиться на простое признание в любви, а он любит. любит так сильно, что хочется кричать об этом на весь мир, но он не может сказать это даже одному человеку. и вот приходит этот день. день осознания, что осталось не так много времени. оно утекает. и если он ничего не сделает сейчас, потом будет поздно, очень поздно. он делает это. шепчет, что любит, заглядывает в темные улыбающиеся глаза, чувствует под собой сотки ромашек, на которые его повалили, сев сверху. чувствует мягкие губы, такие как в его мечтах, на своих. чувствует, как цветы внутри превращаются в пепел, потому что ян чонин любит его. любит так же сильно. чувствует, как ромашки под ним мнутся, когда стройное тело укутывает его в кокон тепла. чонин трогает все, до чего дотягивается, дарит объятия. а чан продолжает чувствовать. он чувствует, как чонинов язык играется с его, как длинные пальцы накрывают возбуждение, с уст срывается всхлип. из уголков глаз стекают горячие слёзы, губы растягиваются в улыбке. он чувствует, как трение тела о тело уносит куда-то далеко, за пределы реальности, пока запах ромашек приносит лёгкую головную боль, но это такая мелочь, ведь чонин продолжает целовать. целовать. целовать. целовать. до нехватки воздуха, до боли в губах, пока тело не погрузится в удовольствие, а одежда не станет липкой, только тогда чонин чуть отстранится, чмокнет нос и скажет: «я люблю тебя».