Бухать — зло

— Джейсон..!, — хрипло буркнул Джеймс, заприметив своим замыленным пьяным взглядом мельтешащего там и тут басиста, укладывающего свои вещи в чемодан. Завтра парни вылетают домой на некоторый непродолжительный отдых, и брюнет желает быть к этому полностью готовым, в отличии от Хэтфилда, который всегда собирает свои манатки в последний момент. Также бритую голову Джейсона посещали мысли, по типу: "Как вообще можно успеть ужраться настолько сильно за тот час, что мы провели в гостинице после концерта", "В каком же херовом, блять, состоянии Хэтфилд будет находиться завтра" и "Как его разбудить в шесть утра таким образом, чтобы мои конечности уцелели". Но с другой стороны Ньюстеду на всё вышеперечисленное должно быть насрать, ибо это не его дело. Хэтфилд, в конце концов, не сопливый оголтелый ребёнок, хотя иногда может так показаться... — Чего?, — брюнет положил чемодан под кровать, плюхаясь на мягкое одеяло и параллельно обводя брезгливым взглядом змеиное логово Джеймса. Иначе не назовёшь: одеяло было нечайно скинуто на пол ввалившимся в комнату пьяным блондином, а пока тот пытался снять джинсы, простынь сбилась куда-то в район подушки. Из-под матраса, кажется, торчала бутылка водки (нахрен он засунул её туда?), а те самые джинсы, что пыжился стянуть с себя Хэт, складками спустились с его ног и нелепо болтались на коленях. В общем и целом вокалист выглядел так, как будто он находился в запое уже неделю, однако таковым это не являлось — навык пить за четверых сказывался. — Ньюстед, ты знаешь, что у тебя просто охуенная задница?, — сморщив нос, протянул блондин и ухмыльнулся, в то время как челюсть Ньюстеда тот час же встретилась с заляпанным бухлом полом. В какое бы бревно ни был пьян Джеймс, такой херни он не нёс никогда, из чего можно сделать вывод, что либо он под наркотой, либо думает о сказанном достаточно часто, чтобы случайно спиздануть в один злополучный момент. Джейсон желал верить в первый вариант, однако знал, что блондин не употребляет. Но, быть может, ему подсунули? Чёртов Хэммет? Нет, он слишком добрый для такого дерьма. Значит, Ларс? Но насколько басист знал — Ульрих свалил куда-то сразу же после шоу, не захватив с собой Джеймса. Выходит, что вокалист пил один? Или всё-таки нашёл себе какую-то компанию? Твою мать, да что угодно, лишь бы то, что сказал этот придурок, не оказалось тем, над чем тот периодически размышляет. — Хэт, скажи мне, блять, честно: ты принимал?, — прокашляшись, спросил коротковолосый. — Не-а, я же не идиот, — Хэтфилд перевернулся с бока на спину, жмурясь от света люстры и потянувшись за край своей футболки, дабы, вероятно, снять её, — Боже, как жарко. Открой окно что ли, Ньюстед. Слышишь? Джейсон опешил ещё больше: — А, да, хорошо... Подойдя в смятении к окну, парень приоткрыл форточку. — Эй, — недовольно рыкнул Хэт, что заставило басиста в раздражении закатить глаза. Неужели нельзя было просто отрубиться до утра как все обычные пьяные люди, — Я сказал, что у тебя охуенная задница, ты не слышал, придурок? — Эм, Джеймс, может, тебе стоит... — Ты качаешься втайне от нас всех, что ли?, — прервал брюнета Хэт, видимо, даже не услышав неловкое бормотание басиста, — Типа зад качаешь? Зачем?... Пьяный Хэтфилд заткнулся и в ожидани ответа на свой несомненно наинтереснейший вопрос вперился неожиданно ясными голубыми глазами прямо в лицо Джейсона, эмоции которого в секунду успели смениться с лёгкого недоумения до полнейшего разочарования. — Боже, Хэт, ты просто в хлам, — обречённо выдохнул басист, проведя по лицу ладонью, — Ничего я не качаю, Джеймс, что ты там себе придумал? Да и вообще, отвали от меня и моей задницы, окей? Что тебя не устраивает в перспективе просто лечь спать прямо сейчас? Джеймс нахмурился, наконец умудрившись снять с себя футболку, и откинул её куда-то за кровать, после блаженно проводя рукой по покрывшейся испариной груди. А потом резко вспомнил, что ему что-то не понравилось в реплике басиста, и вновь нахмурился. Джейсон сглотнул, сам толком не поняв, от чего. — Меня не устраивает то, что ты надеваешь, — Хэтфилд запнулся, задумавшись над своей дальнейшей речью, — Надеваешь... на себя эти глупые штаны в обтяжку, и ходишь, мол: "Вообще понятия не имею, как выгляжу в этих джинсах". А я стою и пялюсь на твой зад, как придурок. Джеймс вдруг нахмурился так, будто бы ему в голову пришла волшебная, гениальная идея и резко встал, путаясь в спущенных штанах и удивляясь, когда успел их снять, а после подошёл к вмиг напрягшемуся Джею, который не успел не то что переварить сказанную вокалистом информацию — он даже и разобрать-то этот пьяный бубнёж толком не смог. — Джеймс!, — парень угрожающе уставился глазами в наглую рожу Хэта, уперевшись руками тому в грудь. Сам блондин еле держался на ногах, но отчаянно тянулся потрогать Джейсона за его драгоценную задницу, — Какого хера ты творишь?! — Да помолчи ты, —прорычал Хэтфилд, перехватив запястья Ньюстеда и уронив того на отвратительно скрипучую койку, — Ох, блять, наконец-то. Джеймс осмотрел в конец охуевшего басиста с ног до головы и хищно улыбнулся, потянувшись ладонью в штаны парня. Джейсон злобно хрипнул, подумав, что хватит с него этой чёртовой шизофрении и со всей силы пнул Хэтфилда между ног. А когда тот болезненно сгорбился, освободив брюнету руки, Джейсон занёс правый кулак для удара и резко вмазал блондину по челюсти. Тот сразу же отрубился, упав на Ньюстеда. Спасибо тому количеству алкоголя, что высокий до этого выжрал, ведь если бы тот был хоть процентов на десять более трезв, то пришлось бы принять ответный удар куда-нибудь в нос. И существует максимальная вероятность того, что в таком случае он не вышел бы из этого отеля с целым очком. — Придурок, — выдохнул басист, скинув тело Джеймса с себя и поднялся с кровати, решив принять душ. Смыть со своей души позор, а с тела — запах перегара и пот Джеймса. А заодно и мысли, мельтешащие в голове, словно стая мух над кучкой говна. И уже через некоторое время Ньюстед с огромным ужасом обнаружил наливающийся синим цветом кровоподтёк у Хэтфилда на всей левой стороне лица. Басист вдруг всеми фибрами сознания ярко чувствует, что утренний разговор с Джеймсом будет охуеть какой долгий...