Шутка, зашедшая слишком далеко

- Павлик, милый, умоляю, давай только без истерик, по глазам вижу, что лицо мне хочешь расцарапать, или за волосы оттаскать... или как у вас там принято? - Я смотрю, тебя настолько возбуждает присутствие самца рядом, малышка? Как ты там написал? Доминант, в форме полецейского? Макаров положил пистолет, за секунду обошëл разделяющий их экран и схватил Вершинина за рубашку, принимаясь толкать к стенке. Наконец, когда парень был уже вжат спиной в ребристую поверхность стены, Павел прижался вплотную к нему всем телом. Лицом он наклонился к его лицу, едва не соприкасаясь носами и произнëс: «Насчëт доминанта ты не ошибся, ну а форма как-нибудь в следующий раз». Мужчина резким движением схватил его за волосы, оттягивая их, вынуждая парня запрокинуть голову назад. «Вот так ты хотел, сучонок? Нравится?» - сквозь зубы прошипел он. Сорвав второй рукой наушники с его шеи, он откинул их в сторону, ощутимо укусив Максима в подставленную оголëнную шею, обдавая её горячим дыханием. - Павлик, да я смотрю ты меня готов съесть прям здесь... - Для тебя я Павел Сергеевич. Сказав это, он снова укусил его в шею. - Мм, ну хватит, будь оригинальнее. Вершинин, хватаясь руками за его сильные руки, попытался отцепить их от себя. Но в силе он явно уступал, и как бы сильно он их не сжимал, убрать не получалось. - Что, силëнок не хватает? - язвительно произнëс мужчина, с громким чмоком оторвавшись от шеи. Парень попытался опустить голову, но резкий рывок за волосы вернул его в прежнее положение. - Не дëргайся, я ещё не налюбовался на мои отпечатки на твоей шее. Вершинин попытался оттолкнуть его, уперевшись руками в грудь и почувствовав ладонями жар и влагу разгорячëнного тела. Его сердце словно выскакивало из груди, билось о рëбра, вероятно, из-за адреналина. Да и Максим не лучше, вспотел, сердце билось намного быстрее, он тяжело дышал. Страшно, когда, очевидно, ты проиграл, когда ты слабее и он так близко, вжимается своим телом, что ты чувствуешь каждый вздох. Страшно, но такая близость, оба разгорячены и играют друг с другом, мозг принимает не те сигналы и от сердца направляет кровь в пенис. Макаров меняет позу, бедром раздвигая его ноги и упираясь в достоинство парня. Которое предательски реагирует в самый неподходящий момент. - Охренеть, тебе что, реально такое нравится? - от удивления Макаров отпрянул назад, отпуская Максима. Вершинин, вместо смущения, наконец почувствовал себя свободным, тем, кто может выиграть эту битву. Он не собирался отступать, ведь игра только началась. Ухмыльнувшись, он приблизился к нему вплотную, мягко проводя рукой по груди до паха мужчины и сжимая половые органы. - Куда же ты, Павлик? Испугался? А как же твои "доминантные" способности? - продолжая ухмыляться, ехидно щурился парень, максимально приблизившись к его лицу. Неожиданно для себя же, он резко миновал ремень штанов и резинку нижнего белья, принимаясь ошупывать вялый половой орган Паши. Мужчина понимал, что их игра зашла слишком далеко, но как бы не были неприятны эти прикосновения, отступить и проиграть битву было бы ещё неприятней. - Так ты, сучонок, оказывается, не только по девочкам, но и по мальчикам тоже. - Не устоял перед таким самцом - Максим сделал акцент на последнем слове, слишком уж тяжело было не напомнить об этом самоименовании. «Эх, была не была» - пронеслось в голове Макарова. Он резким движением схватил его за голову и засосал. Слышалось невнятное мычание, не ожидая такого, парень выдернул руку из его трусов и пытался высвободиться. Ощущение близкой победы и превосходства мгновенно покинуло его. Как вообще дошло до такого? Какого хрена они сейчас целуются, два противных друг друга человека - мелькало в головах обоих. Наконец, Макаров отпустил его и они оторвались друг от друга, отходя на расстояние и пытаясь отдышаться. Вытерев руками рты, демонстрируя отвращение, они не прерывали зрительный контакт. Ярость понемногу сходила и приходило понимание, что эта шутка с гейством слишком далеко зашла. - Всë, хватит, я признаю, переборщил, и был не прав - сдался Вершинин. - Эх, так не интересно... Планы мои разрушаешь, я даже не успел трахнуть тебя пистолетом, а ты уже сдаëшься... - мужчина сказал это так, будто, произошедшее сейчас - это был обычный его будний день. - Какой же ты... - резко замолчав, Максим решил, что стоит всë же исправиться - Вы. Псих. - Да и ты не лучше. Так бы сразу и сказал, что тебя заводит, когда жëстко прижимают. Макаров направился к выходу, почти дойдя до него, резко развернулся, чем заставил парня вздрогнуть. - До завтра, милый - ухмыльнувшись этой реакции, он с громким чмоком отправил ему воздушный поцелуй - и шею прикрой, когда выходить будешь.