Сон и явь

      Ниа находился в штабе СПК и смотрел запись с помощником Киры — Миками Тэру — марионетка в чужих руках, блять, когда его уже поймают! Лестер приблизил запись, чтобы было видно губы прокурора и попытался распознать по ним слова. Ниа невольно скользнул взглядом по фигуре мужчины и подметил, что он довольно красив: длинные черные волосы, острые черты лица, длинные пальцы, которые наверняка очень ловкие, и сильное рельефное тело. Хорош собой преступник, нечего сказать!       Мальчишка невольно размечтался: «А губы у него тонкие, — подумал он. — Интересно, а какие они на вкус? Нэйт, о чём ты думаешь?! Это же Х Кира, черт возьми! Долбанные гормоны! Ну конечно, тебе же восемнадцать, вот и лезет в голову всякая гадость!»       Ниа покраснел от своих мыслей, а внизу живота сладко начало тянуть. Его отвлекла от мечтаний мысль о том, что Тэру — преступник, и о нём нельзя мечтать ни в коем случае, и это как-то успокоило. День прошел как обычно, и эта мимолётная фантазия забылась.

***

      Ниа находился в штабе СПК почему-то один. Он смотрел в экран монитора, как вдруг дверь комнаты открылась, и зашёл он — Миками Тэру. Как? Как он пробрался в небоскрёб? Детектив тут же хотел сообщить своим, но связь почему-то не работала. Ну всё, это конец. Прокурор подошёл ближе, и Ривер уже зажмурился, готовясь к смерти, но Тэру посмотрел на него глазами, полными нежности, и произнес: — Не нужно бояться, крошка, я не причиню тебе вреда. Я пришел к тебе. Не нужно стесняться своих желаний. Иди ко мне. Не бойся, я буду нежным. Это сон, здесь можно все.       И Ниа поверил. Он с опаской подошёл к Тэру и посмотрел в его полные нежности и желания глаза. Миками взял его за подбородок и накрыл его губы своими. Нэйт стал красным, как заря, ведь он ещё никогда не целовался, поэтому не знал, как себя вести. Мужчина не торопился, словно искушая молодого детектива. Он нежно водил языком по его рту, пока что не проникая внутрь. Его руки опустились ему на талию, будто боясь спугнуть. Ниа вскоре аккуратно приоткрыл ротик, позволяя языку старшего не спеша проникнуть внутрь. Он прижал его сильнее, и мальчик смутился ещё больше от этой близости к чужому телу.       Его юное, невинное тело трепетало от ласк прокурора и невероятно твердой выпуклости, которая просто горела теплом даже через одежду. Он робко ответил на этот полный страсти поцелуй, пытаясь сплестись с языком мужчины. Ниа запустил одну руку в его волосы, лишённые пигмента, гладя по голове. Юноша уже наплевал на стыд и со всей страстью отвечал на поцелуй, сплетаясь с ловким языком мужчины. Одна из рук перепорхнула с талии на ягодицы и стиснула их, вызвав сладкий вздох. Ниа было страшно, но и трепетно одновременно, ведь в скором времени он познает самое запретное и сладкое удовольствие, которое только доступно человеку.       Миками уже снял свое пальто и потянулся к пуговицам рубашки наследника L, аккуратно расстёгивая их. Он желал сам расстегнуть свою, но так же хотелось, чтобы это сделал Ниа. Закончив с пуговицами, он не торопясь скинул рубашку с плеч детектива. Прокурор нежно толкнул его на пол, наваливаясь сверху. Тэру спустился ниже, целуя нежную шейку, оставляя на ней засосы и тут же зализывая их. Он целовал его шею и ключицы, спускаясь ниже. Нэйт потянулся ручками к пуговицам рубашки старшего, но страх не давал этого сделать.       Тэру взял его руку и провёл ею по груди, показывая, как нужно, и это сработало: Ниа довольно быстро расстегнул рубашку и скинул её. Галстук же так и остался на теле Миками, его решили не снимать. Альбинос обхватил его ногами за талию и впился в его губы, как можно сильнее вжимаясь в его тело. Мужчина целовал его везде, и он не мог сдержать стоны. Это был сон, такой реалистичный, который наверняка надолго останется в памяти младшего потом.       Тэру облизывал и покусывал соски, заставляя его кричать от наслаждения. Ривер снял его очки, ведь они сейчас мешают. Вряд ли он будет хуже видеть его без них. Брюнет уже целовал его животик и лизал пупок. Белокурый, запрокинув голову, наслаждался тем, что делает Тэру, но, когда он расстегнул пуговицу на его брюках и потянул их вниз, Нэйт снова натянул их. — Что случилось? Неужели, ты этого не хочешь? — Мне просто страшно. Будет больно? — Тише, малыш, не бойся, но не буду тебе врать: вначале будет чуточку неприятно, я подготовлю тебя.       Ниа робко кивнул, давая Миками стащить свои джинсы. Мужчина целовал его ножки, а точнее внутреннюю область бедра, пока юноша держал его за волосы. Тэру расстегнул свои брюки и снял их. Теперь между их телами осталась последняя преграда. Ох, Нэйт, не правда ли охуенно, когда огромный его член упирается в твою задницу?! Правда. Прокурор стянул его белые обтягивающие боксеры и откинул их на пол. Ривер лежал под ним абсолютно обнаженный, такой сексуальный и манящий. Глаза мальчишки сверкали сладким желанием, но в них был виден и лёгкий страх.       Миками закинул его ноги себе на плечи, припал к промежности губами, и внутрь скользнул такой теплый и влажный язык. Мда, вот уж картина: главный помощник Киры лижет задницу детективу N, главному врагу его божка и собирается его трахнуть в главной комнате штаба СПК. Увидев такое, можно и в дурку попасть! Тэру, поняв, что достаточно, убрал язык, и, смочив пальцы слюной, резко ввёл их в узкую попку юноши. Он закричал от боли и удовольствия одновременно, ведь пальцы немного задели так называемую точку кайфа. Мужчина начал растягивать пространство внутри. Он нарочно убрал пальцы от слабой зоны, оставляя все сладенькое на потом. Ниа поддавался вперёд, стараясь глубже насадиться на пальцы, чтобы кайфануть снова от прикосновения «там», но мужчина как назло убирал пальцы оттуда. — Не будешь слушаться — вообще вытащу и вставлю сразу на всю. Ясно? — с несильным гневом сказал он. Нэйт просто горел от желания, и эта фраза его ничуть не испугала, а только завела ещё больше.       Наконец, старший вытащил пальцы и снял нижнее бельё. Он перевернул его на живот и вошёл наполовину. Ниа застонал от режущих и жгучих ощущений, на глаза навернулись слёзы. Тэру замер, давая ему привыкнуть, и шептал успокаивающие слова. Он вскоре расслабился, и мужчина вошёл до конца. Он сделал первые толчки, а Ривер стонал уже не от боли, а от наслаждения. В этот момент сбылись все его самые тайные мечты: он такой же человек, и ему тоже хотелось нежности и любви, и не дарить её кому- то, а чувствовать на себе. Он принялся двигаться навстречу, и ему плевать, что это помощник Киры и серийный убийца. Он сейчас его всё.       Тэру задвигался быстрее, и, чудо, коснулся простаты, вознося юношу на седьмое небо от удовольствия. Ниа казалось, что он сошёл с ума. Их стоны заполнили пространство, и главный разврат всё ближе. И, наконец, оргазм ударил им обоим в голову. Миками вышел из него и прижал его к себе. — Тэру, а ты сможешь похитить меня посреди ночи завтра? — но он так и не услышал ответа, ведь позвонил ебаный будильник, и он проснулся. Ниа потянулся в кровати, и с ужасом вспомнил свой сон. Да чтобы он?! Да с этим Миками?! Присниться же погань такая! Как бы там ни было, трусы у него были очень мокрыми. Он понял, что не хочет это забывать. А ещё он понял, что влюбился в Миками, но не в настоящего, а того, из сна. Жаль, конечно, что настоящий Миками его враг номер один, а этот сладкий сон — всего лишь его детская фантазия. Фантазия на всю жизнь…

***

      28 января. Помещение склада. Ягами Лайт лежал и истекал кровью. Ниа видел, как Миками протыкал себя шариковой ручкой в надежде отвлечь внимание агентов СПК. И, честно, ему не было его ни капельки жаль. Миками Тэру должен был умереть за свои преступления. Из него хлестала кровь, он умирал. Но тот Миками жив… в памяти детектива. Он был его детской фантазией, сном, который доставил ему столько радости. Тот Миками: страстный, нежный мужчина, полная противоположность настоящему. Он засыпал каждый раз с надеждой, что когда-нибудь Миками Тэру снова «похитит его посреди ночи»…