Истинный матриархат

В старой 9-этажке разносятся крики. В какой-то из квартир, видимо, унижают одного из представителей низшего слоя общества — мужчину. В этом мире, давно пропитанным матриархатом и ненавистью, стало нормой публичные издевательства. Чаще всего всё начиналось и заканчивалось просто — кто-то из отбросов посмел заговорить о своих «правах» — и его тут же ловили, а после использовали «железную леди» — саркофаг, со вбитыми во внутрь шипами, которые были намного длиннее, чем должны. Те, при закрытии крышки, впивались в кожу, прорывая плоть и оставляя глубокие шрамы. «Не повезло», — стал раздумывать Всеволод, прислушиваясь к рваным от боли стонам. Он точно не хотел-бы оказаться на месте того парня. Через зеркало напротив можно разглядеть лысину с уже выступившими волосками, которых, спустя пару движений лезвием, не стало. «Они точно мешают», — взглянув на теперь чистую голову, Всеволод схватил лежащий рядом парик с длинными каштановыми волосами. Такие обычно делают для больных раком, но он, можно сказать, болен ещё более ужасной болезнью — имением хуя. Всеволод взял изделие за передний край, и, приложив сперва ко лбу, натянул его полностью на голову. Оставалось только придать волосам реалистичный вид и можно готовиться дальше. Более двух лет, почти с начала объявления матриархата в стране, ему приходится притворяться женщиной, иначе уничтожили бы при первой же попытке выйти на улицу в обычной футболке, а не мега-укороченном топе. Так же мужчинам запрещалась любая работа, кроме танцоров в стриптиз-клубах, проститутов, айдолов и обслуживающего персонала. Сейчас этот список увеличился до рабов и личных пепельниц в дорогих заведениях, но, очевидно, лучше не стало. Эта угнетающая атмосфера вечно доводила Всеволода, но каждый раз он сдерживался, ведь знал о возможных последствиях в виде расчленения на равные куски и последующее прелюдное поедание их свиньями. От одной мысли бросало в дрожь. Всеволод, после небольшого макияжа и утяжки корсета на его недо-талии, схватил обычную чёрную футболку и брюки того же цвета. Надев их, он в последний раз посмотрел на своё отражение и выдвинулся на улицу, надеясь, что и в этот раз его не запалят.

***

Весеннее утро сопровождалось не только прохладным ветром и ярким солнце, но и блестящими от полировки камнями, которые служили дорогой между десятками зданий, приятным запахом от клумб, которые уже давно никто не топчет и не использует как место чтобы поссать или подрочить на проходящих мимо женщин и детей, и, конечно же, уютная атмосфера, созданная из женщин, переставших бояться косых пошлых взглядов и шлепков от очередного старого или молодого уёбка, который думает, что может позволить себе такое поведение из-за небольшого отростка в штанах. Всеволод стал подходить ближе к зданию, над которым весела ярко-неоновая вывеска «les hommes de la merde». Снаружи оно не казалось каким-то вызывающим или чем-то отличающимся от других зданий рядом. Может это потому, что стриптиз-клубы действительно были почти в каждом здании. Но этот — особенный. Сюда могут зайти самые важные леди страны и тут находятся самые популярные и профессиональные танцоры, которых, в каком-то смысле, даже уважали. Чаще всего Всеволод заходил сюда просто отдохнуть, но временами он наблюдал за приходящими бизнесвумен и другими важными для страны девушками, подслушивая их разговоры. Иногда можно было узнать что-то действительно важное или интересное. Рука потянулась к двери и лёгким движением оттолкнула её. Внутри уже ждала Лариса — высокая и очень мускулистая женщина. — Добрый вечер, Валечка! Давно не видала тебя тут, что-то случилось? — женщина обратилась к Всеволоду, который мгновенно принял свою роль 25-летней девушки. — Добрый. Да как обычно — работа. Постараюсь приходить чаще, — более высоким голосом произнёс он. — Слушай, сегодня тут будет сама Мария… — что-то похожее на шёпот пронеслось по небольшому коридорчику. — Мария… Президентша? — от удивления голос чуть не стал обычным. — Да, она. В последний раз она приходила ещё пару месяцев назад, но после ссоры с одним из танцоров — перестала. — Тот танцор жив вообще? — На удивление да! Все были так шокированы, что потом долго ходили слухи про их отношения. Спустя ещё пары минут беседы, Всеволод прошмыгнул внутрь и попрощался с Ларисой, которую и любит только за её излишнюю болтливость и честность. Яркие лампы ослепляли глаза, заставляя жмуриться и прикрываться ладонью. Подойдя ближе к сцене, которая пока была пустой, Всеволод уселся за диван, находившийся почти к сцене, но очень слева от центра. Вокруг было достаточно свободных мест, ведь пока ещё и семи вечера не было, но с этого места можно было разглядеть закулисье, где уже во всю занимались подготовкой танцоров, работающих уборщиков и другой персонал. Достаточно интересно было наблюдать за всей этой суматохой. К столику подошёл официант в достаточно протёртой одежде и поставил бокал шампанского. Схватив того за руку, Всеволод впихнул в нагрудный карман сложенную бумажку. — Передай Святу, танцору, — всё таким же более высоким голосом сказал он, после чего ярко улыбнулся парню и отпустил его, оставшись в ожидании. Волнение выдавали лишь тихие постукивания пальцами по столу и постоянные закусывания губы. Через минуту рядом появился парень, более высокий, чем сам Всеволод, и тело которого было прикрытое халатом, под которым виднелись небольшие зелёные стринги, обтягивающие его маленький хуй. Но он так и продолжал быть самым востребованным в этом клубе, ведь в отличии от мерзких мужланов, которые так и любят оценивать людей вокруг по размерам и виду, женщины ценят талант и умение. — Я хотел поговорить, — начал тот уже своим голосом. — Ты… Пиздец как не вовремя. Давай потом, — Свят ответил шёпотом. Всеволод взял парня за его светло-русые волосы, которые так удобно помещались в кулак, и потянул за собой в сторону уборной. — Давай уедем отсюда, — резко начал Всеволод. — Поедем куда-нибудь, где нет всей этой хуйни. Будем жить счастливо, — последнюю фразу он произнёс более тихо, будто и сам не верил в это. — Что ты несёшь? И как мы это сделаем? — Свят оттолкнул парня. — Думаешь, мы сможем уехать из страны, где нахуй закрыто любое передвижение заграницу для мужчин?! — голос стал срываться и отскакивать от кафельных плиток. — Нам сделают паспорта, только нужно сначала уйти отсюда. Я даже знаю куда! — Всеволод снова оказался ближе. — Доверься, я хочу жить лучше. — Думаешь, я этого, блять, не хочу? — слёзы стали скатывать по лицу Свята. — Ладно, я через час уже выйду, но нужно будет очень быстро съёбываться. Только ты должен уйти прямо сейчас, — закончил тот, убежав из уборной и по пути вытирая рукавом лицо. Всеволод переживал за Свята, что так внезапно согласился и так же мгновенно ушёл. «А точно ли он выйдет?» — не уходил вопрос из головы. Ведь что мешает тому проигнорировать его предложение. Свят сейчас получает хорошую прибыль, хоть от части, но уважаем женщинами. В конце концов, как бы Всеволод не мечтал об этом, но они даже не встречаются.

***

Вокруг города растянулись высокие заборы, для предотвращения побега каких-то идиотов, которые явно не ценят того, что им ещё позволяют женщины, не смотря на столетия унижений, насилия и сексизма в свою сторону. Подойдя ближе, Всеволод, крепче схватив своего спутника под руку, подошёл ближе к небольшому пагорбу рядом, за которым спрятался выход из канализации. Парень перестал обращать внимания на чувство отвращения и ужас, ведь рядом тот, кого он так боялся больше не увидеть. На лице сияла нескрываемая улыбка. — Чё лыбишься нахуй, — прервал его внутренний монолог Свят, у которого очко уже зачесалось от страха, ведь он был ещё тем ссыклом. — Бля, если Мария решит искать меня — нам пизда, — парень крепче закрепил своё каре неведимками возле ушей. — Заткнись, еблан, сейчас сюда сбегутся все, кого дохуя интересуют громкие разговоры про президентшу, — от вечерней мерзлоты и подступившего адреналина из их вонючего рта стало выходить ещё больше мата, чем обычно. Возле входа из уже поджидала дерзкого вида женщина, покуривающая сигарету и дрожащая от пронизывающего ветра. — Чё так долго? Или я должна ещё и ждать вас, ебланов, с одним хуем на двоих, - женщина стала проходить дальше по тёмному бетонному коридору. — Я первая, вы за мной, — парни непрерывными шагами стали идти навстречу своему совместному счастливому будущему.