Письмо на эмоциях

После того, как Элинор переехала в Делафорд и сменила фамилию, прошло 2 месяца. Жизнь в Бартон-коттедже претерпела изменения. Большую часть времени его обитатели проводили в гостях у мистера и миссис Эдвард Феррарс. Когда же они возвращались домой, то почти всё время бывали в гостях у сэра Джона. Но если раньше Марианна играла на фортепиано, почти не обращая внимания на миссис Дженнингс и сэра Джона, то теперь она должна была и очень старалась выполнять свой долг учтивости. Не всегда ей удавалось сдерживаться от шуточек, или глупых замечаний. Нередко она срывалась, или даже почти засыпала от скуки. Но всё же изменения были на лицо. Мисс Дэшвуд стала более сдержанной, улыбчивой, держалась иначе. И многие отмечали, что её манеры стали более приятными. Однажды в один из вечеров, когда семейство Дэшвуд гостило у Миддлтонов, миссис Дженнингс высказала новое замечание, которое потребовало от Марианны всей её новоприобретенной сдержанности. — Мисс Дэшвуд, милочка, ваша сестрица Элинор писала мне, что полковника сейчас нет в поместье? Вы можете нам сказать, куда он отправился? — Нет, миссис Дженнингс, — сказала Марианна, почти не отрывая глаз от вышивания, — я не имею понятия. Видимо, у полковника Брендона какие-то важные дела. С чего бы мне знать, куда он отправился? — Как? — вскричала старая дама — Разве жених не обязан докладывать невесте, куда он отправляется? Надо сказать, что как только миссис Дженнингс разочаровалась в своих планах относительно Элинор и полковника, как она снова решила, что фамилия Брэндон очень пойдет Марианне. Марианна густо покраснела. Всё уставились на неё, даже леди Миддлтон соизволила оторваться от своих детей и послушать. Миссис Дэшвуд взглянула на неё и уже собиралась что-то сказать, как Марианна сделал это сама. — Миссис Дженнингс, Вы, конечно, правы. Я думаю, что жених должен сообщать невесте, куда он отправляется. Ведь суть отношений должна быть в доверии и откровенности. Но ведь я — не невеста полковника Брэндона. Поэтому не вижу причин, почему бы ему сообщать мне, куда он отправляется. И если никто не против, я бы хотела сыграть на фортепиано. Недавно я изучила новую пьесу, и очень хочу, чтобы вы все её послушали. Сказав это, Марианна встала и пошла к фортепиано. Открыв крышку, она заиграла очень красивую мелодию. Всё в гостиной какую то часть минуты были шокированы, но быстро успокоились. Миссис Дженнингс подсела к миссис Дэшвуд и продолжила интересовавший её разговор. — Миссис Дэшвуд, неужели, натурально, полковник ещё не сделал предложение мисс Марианне? Ведь они так давно знакомы. Да и сейчас у него больше шансов, чем когда бы то не было. — Мне ничего неизвестно об этом. Я уверена, что если бы у полковника были какие либо намерения, он заявил бы о них. Поэтому пока не вижу смысла думать об этом. Миссис Дженнингс, слегка раздосадованная, переключилась на на свою дочь, с которой решила поговорить, про лондонские новости. А миссис Дэшвуд всё ещё думала о предмете из беседы. Надо сказать, что в этот раз миссис Дженнингс почти прочитала её мысли, но ведь нельзя же ей об этом сказать. А Марианна держалась как нельзя лучше. Может быть, скоро она переменит и свою привязанность на более достойную.