Немного тепла среди боли

      — Чтож, пятница, вечер, дежурство, — Один из оперативников Страйка, Маршалл, откинулся на спинку стула. — Все тихо, ничего не происходит. Чем займемся?       Ответом ему были красноречивые усталые взгляды.       — Можете карты достать, я знаю, что они у вас есть. — Рамлоу скучающе смотрел в окно, скрестив руки на груди. Азартные игры были запрещены, но кого это волнует?       Все удивленно переглянулись, но Эрика уже потянулась к шкафчику, где лежали карты. Достав их, она начала тасовать, усаживаясь за общий стол.       — Играем просто так? — Она начала раздавать на всех.       — Давайте на желания. — Маршалл взял карты, смотря на присутствующих. — Азарта больше, риска. — Объяснил он свою позицию.       Брок без особого желания взял свои карты.       — Джек, ты идешь? — Еще одна девушка посмотрела на Роллинза, чья внушительная фигура сидела в дальнем углу и не шевелилась.       Мужчина молча посмотрел на всех и медленно встал, присаживаясь на свободное место и беря карты.       Игра поначалу шла медленно. Интерес испытывали лишь некоторые. Вскоре первый вышел Рамлоу, и теперь он наблюдал за игрой, иногда усмехаясь. Но после игроки стали вести себя более агрессивно. Негласно объединяясь, чтобы завалить другого. Так один на один остались Джек и Маршалл. В проигрыше остался Роллинз. Немного разочарованно опустив карты на стол, он вперил взгляд в Маршалла, ожидая, когда ему загадают желание.       — Ну, эм… — Маршалл почувствовал себя неуютно под взглядом и посмотрел на других, ожидая помощи.       — Расскажи, почему ты постоянно такой отстраненный, я не верю, что так всегда было. — Эрика подалась вперед, как заядлая сплетница. Этот вопрос мучал не только ее.       Джек неосознанно сжал кулак, резко вставая. Девушка дернулась назад. Не смотря ни на кого, Роллинз вышел из комнаты.       Проводив его взглядом, все резко повернулись к Броку.       — Что это с ним? — Рид, который тоже не сильно многословный, озвучил мысли коллег.       — Вам ведь говорили, чтобы у вас ничего не было? — Рамлоу мрачно посмотрел на брошенные карты. — Чтобы не могли использовать против вас. У него было. Я видел, что произошло. Просто знайте, что переступать черту дозволенного нельзя. — Мужчина встал, уходя из кабинета и ища в карманах сигареты. Оперативники озадаченно посмотрели друг на друга.       Брок неожиданно обнаружил Роллинза в курилке. Мужчина слишком крепко держал сигарету и смотрел мертвым взглядом в одну точку.       Рамлоу сел рядом и молча закурил, не решаясь проявить хоть что-то дружеское, даже ободряюще похлопать по плечу.       — У меня в ушах все еще стоят ее крики. — Джек нервно усмехнулся. — Стоит только оказаться в тишине, как я слышу ее.       Командир наклонил голову, он тоже вспоминает это, когда видит Джека.       — Она ведь даже ничего не знала. Она не лезла в это. — Роллинз сжал зубы и закрыл глаза, резко выдыхая. Нужно было успокоиться.       — Им было этого достаточно, чтобы убрать ее. Ничто не должно было мешать. — В тот день Брок разочаровался в Гидре, но предательство означало не просто смерть. А долгую и мучительную. Что даже Ад показался бы Раем. — А девочка-       — Не смей. — Мужчина перебил Рамлоу, резко повернув к нему голову, глаза стали наливаться кровью. — Не смей говорить о Флер.       Роллинз отвернулся, облокачиваясь о стену и закрывая глаза. В памяти всплыли моменты пыток его Цветка. Обычная француженка, чьи родители эмигрировали в Америку, когда ей еще не было и 5 лет.       Простая, беззаботная, любящая, с мечтой. С мечтой, которую он и она почти воплотили.       Их Росток. Их Флер.       Из глаз потекли первые за столько лет слезы.       Он видел, как еще не родившегося младенца вырезали, пока девушка уже просто тихо рыдала, охрипнув от криков.       Он видел.       Он молил.       Он был сломлен.