Твое тепло - лучшее средство от усталости

Это невероятно тяжёлая неделя. Еще с самого ее начала возникали огромные трудности, а сейчас, под конец миссии, солдаты изрядно вымотались. Наше задание заключается в том, чтобы перевезти марлийцев из стены «Роза» в стену «Сина». Для этого задания от разведкорпуса был отправлен отряд Леви, Ханджи и командир — главный помощник Ханджи. Ханджи очень трудно приходится новая должность командора. Она дорога для нее, и командир не позволит ей совсем измотать себя. Да только никак не получается весь поход, но наконец-то наступила ночь, мы разбили лагерь в лесу, и ей удалось уложить Ханджи спать, хотя та упорно сопротивлялась, сама еле стоя на ногах. Все очень устали, но что поделать? Это же чертов приказ правительства. Конечно, они не стали разоряться на нас, просто отправили пешком, с повозками и лошадьми, и марлийцами, которые катаются на самой повозке. В этом случае, они просто надоедливый груз. Костер приятно грел лицо и руки и освещал ближайшее пространство. Кастрюля супа должна скоро закипеть. Хотя и супом то это сложно назвать. Просто все, что было — порезали, скидали в тару, залив водой. Хорошо хоть соль взяли. Командир и Микаса рубили дрова для ночного дежурства. Марлийцы и несколько ребят сидели у огня, другая часть солдат копошилась в сумках, ища столовые приборы. Когда Микаса с командиром покончили со срубленным деревом, таща дрова ближе к очагу, они услышали спор, который, между прочим, разрастался и мог превратиться в драку. Надо остановить это скорее, пока они не побеспокоили Ханджи. — То есть ты считаешь, что марлийцы умнее, а мы тупее вас, ублюдков? — Жан, грозно возвышался над марлийцем. Все ясно — это может продолжаться долго. — Я сказал, что мы более развиты в умственном плане, а вы — в физическом! — какой-то из приспешников Елены доказывал свою точку зрения. Елена… Теперь мы не отвлекались на дорогу, были свободны, а ее взгляды и ухмылки все чаще будут сосредоточены на командире. Ладно, надо выбросить это из головы. — Заткнулись все! — оба дернулись от голоса брюнетки, а остальные обратили на нее взор, — вы обзываться будете, как в детстве? — замолчали. Жан сел на свое место, командир положила дрова на землю, отряхивая черную рубашку, заправленную в такого же цвета брюки. Все сильно устали, но командир чувствует, будто может прямо сейчас уволиться у костра на землю и уснуть. Есть даже совсем не хотелось. А что мешает прямо сейчас пойти спать? Ничего. Настроение даже как-то поднялось от мысли о сне… Надеюсь, Ханджи сняла очки. — Не засиживайтесь тут, поедите, потом сразу спать. Дежурит Эрен и Саша. Если будет шумно — утром палатки будет собирать Жан. Я понятно объясняю? — А почему я?! — возмутился Жан, а ребята посмеивались. — За глупые вопросы — выговор, — опять эта женщина ухмыляется в мою сторону. Но думать об этом не было сил. Утешала мысль о том, что палатка командира находилась в самой дальней стороне, а значит — меньше шума. Вот только эта, изначально, казалось, гениальная идея, не сработала. Эти малолетние отморозки совсем с ума сбрендили, явно делая все, чтобы Жану досталось. Зайдя внутрь, удалось снять только ботинки и сразу увалиться в «постель». Расслабленный, удовлетворенный выдох вырвался из глубин, а вместе с ним усталость начала накатывать с головой. Но тут послышался шорох и шаги с правой стороны, потом кто-то нагло вошел в палатку. Даже гадать не надо. А не долго она продержалась… — Я войду? — пытается быть вежливой, хотя сама наглее лисы. — Зачем спрашивать, если ты уже здесь? Почему ты не в своей палатке? Я думала, вам всем хватит самой большой, что у нас есть, — она действительно так думала. Их палатка, как пять обычных, двухместных. Но ясно, что не в нехватке места дело. Посмотрим, какую ты причину придумаешь. Буду ли я смеяться или буду удивлена? От нее можно ожидать чего угодно. — Мне холодно. Да ладно. Это и есть твоя причина? — Вас много. Уверена, тебе не могло быть холодно. — А ты думаешь мне приятно одной девушке, спать среди стольких мужчин? — так невинно говорит. Не зная ее — я бы может и поверила. Уже разулась и ползет на коленках ко мне. Так завораживающе… Пиджак тоже сняла. Как-то оказалась под одеялом, на боку, лицом ко мне. Что за женщина… — Мне тоже холодно, — это правда. Только не в том смысле, в котором, человек, услышавший эту фразу, может подумать. — Да? И как же я могу помочь тебе? — Раздеться, — без удивления и лишних слов, она расстегивает свою белую рубашку, аккуратно складывая и кладя в сторону. Топ оказался поверх рубашки, а брюки также аккуратно сложены. — Теперь твоя очередь. Все, чего хочется в данный момент — человеческого тепла. Она высокая, может обнимать ее будет удобно? Пуговица за пуговицей, рубашка командира полетела в противоположную сторону, как и ее собственный спортивный топ. Брюки в той же куче смятой одежды. Брюнетка повыше натянула на них одеяло. Было достаточно неловко лежать полуголыми под одеялом, но эта неловкость сменилась удивлением, когда руки обвились вокруг талии Елены, дыша ей в затылок. Командир на гране реальности и сна потерлась щекой об затылок, вдыхая ее запах. Лоб щекотали ровно подстриженные волосы. К ее сожалению, и, к счастью блондинки, она не видела самую нежную улыбку на лице Елены за всю ее жизнь.