Я так соскучился

Пейзаж за окном быстро сменялся: за зданиями следовали деревья, за деревьями – пруды и реки. Тэхен любил поезда, и прекрасно знал, что Бомгю, его милый Бомгю, сейчас бы сидел рядом с ним и беспрестанно о чем-то болтал, заставляя закатывать глаза и чувствовать, как в груди разливается тепло. Когда Бомгю уехал в Сеул, из жизни Тэхена словно забрали все звуки: стало и тише, и спокойнее. И, вроде бы, Тэхен должен быть только рад этому, но ему не хватало криков, смеха, таких родных и любимых, что хотелось вернуться назад во времени, записать их и слушать на повторе. — Не забывай кушать вовремя и ложись спать до полуночи, я тебя прошу. Бомгю повторял те же слова, что Тэхен говорил ему практически каждый день, обнимая его, прежде чем отпустить домой. Ешь завтра хорошо, не сиди допоздна. У Тэхена с этим никогда не было проблем, но он ничего не сказал. Лишь кивнул, улыбаясь и не спеша выпускать ручку чемодана Бомгю из своей руки. У них есть еще несколько минут. — Ничего не забыл? — спросил Тэхен, чувствуя, как тело охватывает дрожь. Мозг еще не до конца понимал, что завтра Бомгю будет уже на другом конце Кореи. Казалось, это все ненадолго, и он просто провожал Бомгю до дома, у которого встретит утром, чтобы пойти вместе в школу. Похлопав по карманам, Бомгю кивнул, но почти сразу испуганно прижал руку к груди. Боялся забыть украшение, которое подарил ему Тэхен на первый год отношений: серебряная половина сердца на цепочке. Такое же было и на Тэхене, под свитером. По вокзалу пронесся приятный женский голос, от которого сжалось сердце. Поезд отправляется через пять минут. Тэхен вновь перевел взгляд на Бомгю, видя, как дрожат его губы от сдерживаемых слез, и выдохнул, сжимая его вспотевшую от волнения ладонь: — Я буду звонить тебе каждый день. По несколько раз. Хорошо? Кивок. Если Бомгю попытается что-то сказать, то просто расплачется. Он даже не смотрел на Тэхена, не желая показывать слезы. Им и так тяжело, обоим, не стоит заставлять Тэхена волноваться еще сильнее. Это прощание должно быть светлым. Всего год, и они вновь будут вместе. И все же тогда Бомгю расплакался. Тэхен видел, как ломается улыбка за стеклом, а машущая рука замедляется, но он делал вид, что не замечает этого, показывая парню все виды сердец, посылая тысячу воздушных поцелуев и стараясь улыбаться. Он был просто обязан хоть как-то успокоить парня, хоть у самого и болезненно тянуло в груди. Между ними было не так много километров, всего одна поездка на поезде или на машине, но оба были чертовски заняты. Настолько, что в первое время они могли созваниваться только раз в день, поздно ночью. И пусть оба просили друг друга ложиться пораньше, они не спешили сбрасывать трубку и продолжали разговаривать до тех пор, пока языки не начинали заплетаться. Им просто необходимо было услышать друг друга и поделиться еще одним днем из своей жизни. Бомгю – точно так же, как и Тэхен сейчас, – теребил в пальцах подвеску у себя на шее, внимательно смотря в экран телефона и словно поглощая вид парня, его голос и жесты. Обычно блестящие от радости глаза потускнели и слегка покраснели, Тэхен видел это даже через экран. Он бы сделал все, чтобы перенестись сейчас в квартиру Бомгю, но якорем служила школа, выпускной класс и высокая планка в виде лучшего университета страны. — Как прошел твой день? — Хорошо, — моментально ответил Бомгю, слегка улыбаясь уголками губ. — Я впервые ходил сегодня на танцы. Ребята очень хорошие, мы подружились. — Я рад, что ты нашел друзей. Умница, — искренне произнес Тэхен, видя, как краснеет парень на экране, отводя взгляд. Он прекрасно знал, что Бомгю нравится, когда его хвалят. Даже за что-то простое. Даже за что-то, что было в порядке вещей. Нравилось, когда его хвалил Тэхен, и поэтому тот хотел хвалить Бомгю каждую секунду, завалить его хвалами и комплиментами, когда они вновь встретятся. Но у Тэхена был завал по учебе, у Бомгю – настоящий ад. Однажды, уже попрощавшись, Бомгю забыл завершить вызов, и Тэхен услышал всхлип, но спрашивать насчет этого не стал: он прекрасно знал причину, по которой Бомгю плакал. И тоже скучал, просто до безумия, хотя прошло всего три месяца с того, как они простились на перроне. Зайдя в знакомое кафе, Тэхен взял пончики, которые Бомгю просто обожал. Они были здесь вместе полгода назад, но он прекрасно помнил весь заказ. Миндальный латте с корицей, пончик с розовой глазурью и пончик с нутеллой. — Ой, давай возьмем еще этот? — Бомгю очаровательно улыбнулся, показывая на пончик в виде милой медвежьей мордочки. Что тогда, что сейчас, Тэхен не мог его не взять, даже когда рядом не было просящих щенячьих глаз. Пока Тэхен расплачивался, на улице пошел дождь, но у него не было времени ждать. Спрятав пончики под плащ и сжимая в руках стаканчик с кофе, он старался найти нужное здание. Но это ему не понадобилось. Он заприметил знакомый прозрачный зонт с совами и ускорил шаг, надеясь, что парень поднимет взгляд и не испугается. И тот словно прочитал его мысли: Бомгю посмотрел на него и замер, останавливаясь посреди улицы и не веря своим глазам. Секунда, и он засиял, улыбаясь, и сорвался с места, крепко обнимая Тэхена. — Я чуть не пролил кофе, — проворчал Тэхен, впрочем, продолжая улыбаться и крепче прижимая Бомгю к себе. — Молчи. — И теперь мы будем есть не пончики, а блинчики. — Ну ты можешь помолчать?! — Я так соскучился. Бомгю слегка отстранился, заглядывая в его глаза. Пару секунд он молчал, разглядывая родное лицо и, видимо, стараясь понять, реальность это или сон. — Я тоже. И подался вперед, впервые за три месяца накрывая губы Тэхена своими.