Collar butterfly

— Баджи-кун, что ты тут делаешь? Ты что, уже выздоровел? Вначале эти вопросы просто пронеслись эхом в ушах Кейске, пока не заимев никакого значения. Парень был слишком отвлечен взрослой дамой, что сейчас лупила его свернутой газетой по макушке, чтобы поднять глаза на еще один источник звука. Но перед глазами замаячил чей-то знакомый силуэт… Такой мягкий и плавный, с прелестными округлостями, одетый в миленькое летнее платьице… Потом грубый голос старушенции стал внезапно утихать, а боль от несильных ударов по голове вообще перестала ощущаться. Естественно, это вызвало у него недоумение… Он осмелился поднять взгляд вверх… От открывшейся картины у парня чуть не перехватило дыхание (в хорошем смысле), ему показалось, что его всё-таки забили газетой до смерти и он попал в рай, иначе как можно объяснить столь неожиданное явление златокудрого ангела перед его лицом. И снова… Уши улавливают голос той пожилой леди, что мгновение назад чуть ли не избивала простого подростка бумажкой. — Ну ты только посмотри на него! По его лицу же понятно, что он ненормальный сталкер! Эти слова вернули его в реальность, дав понять, что ещё находится во дворе, а не в Раю. Баджи немного повертел головой в поисках этой женщины, но вместо этого столкнулся с глазами Такемичи… Именно она была тем самым «ангелом»… От этого он окончательно пришёл в себя, а еще и осознал то, что секунду назад внаглую пялился на её грудь, чем и вызвал недовольство старой леди. — Кагами-сан, это же просто мой друг! — ответила Ханагаки этой неприятной дамочке — И он совсем не плохой человек… Эта самая Кагами лишь фыркнула, сказала что-то в духе «Ой, да ты молодая и ещё ничего не понимаешь…» и ушла, не смея беспокоить свои и так уже испорченные жизнью нервы. Девушка какое-то время наблюдала за ней вслед, прежде чем вновь вернуться к Баджи. — Баджи-кун, ты так и не ответил… Ты уже выздоровел?.. Брюнет вздрогнул, сразу принимая достаточно растерянный вид. Мда, такого поворота событий не должно было быть… Хотел, значит, провести простую слежку ради её же безопасности, но попался в самом же начале… Видимо, придётся использовать самые банальные отговорки… — Да, есть немного… — ответил Кей немного неловко, что было не в его характере. Степень его любви к Ханагаки можно было объяснить внезапной сменой поведения. С Тосвой и остальными он предстает самым настоящим хищником, любящим хорошую драку и запах крови побежденных, а вот с ней всё было иначе… Баджи позволял себе быть спокойнее в её присутствии и показывать свою совсем мягкую сторону, ведь та не будет смеяться над ним или как-то удивляться… А все эти слова «дурочка» или «отбитая» были не со зла, а любя, как это принято у хороших друзей… Но девушка как-то недоверчиво сощурила глаза, а потом и вовсе внаглую положила свою ладонь на его лоб… Он был горячим, только не от температуры… Ханагаки касалась его… О, Боже… Вот сейчас точно подходящий момент для того, чтобы достигнуть Рая… И ладно бы, если бы только сам Баджи касался её хоть как-то, но сейчас ОНА касается его (хотя, это и не было прям большой редкостью)! От подступившего румянца кожа стала еще горячее, чуть ли не обжигая нежную женскую ладонь. — С тобой ТОЧНО всё хорошо? — спросила Ханагаки, убирая руку с чужого лба. Когда эти приятные мгновения закончились, Баджи внезапно вернулся к своей старой личности. — Чего так разволновалась? Прекрасно ведь знаешь, что Томан никакие болячки не страшны. Я могу хоть с температурой под 40 выйти и навалять всем — ответил он, нахмурив брови. Мичи не могла с ним спорить по этому поводу. Во время событий Кровавого Хэллоуина (с которого, собственно и началась влюбленность парня) он действительно показал свою нечеловеческую выносливость. Но разве это должно её избавить от волнений? — Обычно после этих слов вы обязательно во что-нибудь да влипаете… — пробубнила блондинка себе под нос. Брюнет лишь фыркнул, хотя её переживания понимал. Всё же, он привык быть буйным подростком с жаждой приключений и адреналина, а не простым страдальцем-романтиком. — Ты лучше скажи мне, по какому поводу такой «маскарад»? — спросил парень, указывая взглядом на её белый сарафан. Ханагаки вначале не особо поняла, что тот имеет в виду и почему так странно рассматривает её туловище. Когда до неё дошло, то возникла другая проблема — как ему объяснить то, что Кадзутора просто позвал прогуляться и сходить на кошачью выставку. — Просто вышла погулять — ответила она, не затратив особо никаких усилий на отговорку — А сейчас тепло, и этот сарафан просто идеально подходит для такой погоды… Мда, так себе ответ, если честно, можно было бы и подольше пофантазировать… Теперь настала очередь Кейске недоверчиво щурить глаза. Он еще раз разглядел её с головы до пят, потом спросил, скрестив руки на груди: — Уверена? А то не думай, я тебя тоже уже знаю… Не так хорошо, как Тору или Майки, но всё же знаю… Если честно, в такие моменты легкого недоверия и волнения за других, парень становился на самую малость таким же пугающим, как и в моменты драк с другими гопниками. Мичи сразу же это прочувствовала. — Сарафан? Просто для того, чтобы надеть сарафан? — продолжал он — Немного странновато звучит, не находишь? Особенно с твоих уст то… Похоже, её уже раскусили… Но стоит ли признаваться в том, что она идёт гулять с Кадзуторой (при этом безуспешно убеждая себя в том, что это никакое не свидание)? Если признается, то тот начнет ревновать и, возможно, не даст потом спокойной жизни бедняге Ханэмии (они хоть и друзья детства, но тоже соперники за её сердце) — своему лучшему другу! А если промолчать, то ей спокойной жизни не даст, будет думать не то и только зря волноваться. — Но ведь и вправду ничего такого, это просто обычная прогулка… Ханагаки сама не знала, зачем продолжала все эти никому не нужные ответы, но сказать хоть что-то надо было. Баджи изумленно поднял бровь. Естественно, ни одна частичка его тела не верила словам девушки. В этот самый момент Баджи, понимая, что только спугнет её своим поведением, не получив никакой информации, решил сменить тактику. — Я надеюсь, ты к Поднебесью не идёшь? — блондинка вздрогнула от этого вопроса — А то слыхал, Хайташек на днях около заброшенной многоэтажки одурачил («победил хитростью», так сказать) какой-то малолетка, после чего он просто пропал… Хана странным образом несколько раз похлопала глазами, словно бы пытаясь убедиться в том, что перед ней именно Баджи Кейске, а не какой-то дурачок. После, она помотала головой и наконец ответила с некоторой долей неловкости. — Вовсе нет, с чего ты вообще взял? Я вообще к ним не хожу с прошлого месяца… Баджи понимающие закивал, хотя и продолжил с подозрением щурить глаза, а затем… А затем внезапно взял и отошёл в сторону. — Ладно, ладно, я тебя понял… Резкая смена поведения озадачила и в глубине души даже насторожила девушку… А Баджи тем временем просто спокойно махнул рукой, будто бы это не он минуту назад чуть ли не надавил психически на любовь всей своей жизни. — Я извиняюсь за мою бестактность ранее… Можешь идти и наслаждаться своей «прогулкой»… Не то чтобы Мичи не доверяла своему «другу», но вот сейчас тот явно напрашивался. Его спокойная улыбка никак не радовала, а наоборот наводила на ненужные подозрения, всей Тосве ведь было известно, что у капитана 1-го отряда всегда бурлит внутри адреналин, энергии которого бы хватило на то, чтобы заполнить электричеством минимум 8 микрорайонов. — Баджи-кун, неужели ты сейчас нагло врёшь? — внезапно строго спросила блондинка, однако того уже и след простыл. Брюнет просто взял и испарился, пока та оборачивалась в его сторону. Возможно, ему повезло, ведь он не увидел «той самой» редкой стороны Такемичи, но зато её саму оставили в дурочках, если можно так сказать. На деле же, Баджи ещё не закончил свое дело, просто его план изменился, точнее, вернулся к одному из ранних вариантов. Кейске отошел подальше и просто стал выжидать, пока та выйдет за пределы своего двора и потом потихоньку наблюдать за ней из дальних темных углов. Он не считал это фактическим сталкерством поскольку делал это для её же блага, а то хоть и японские улицы почти всегда переполнены, никто не отменял всяких больных мужиков в метро или других гопников. Ханагаки недолго пробыла в своем дворе и вскоре позабыла о разговоре с Баджи и пошла искать Кадзутору. Парень же следил за ней, находясь практически в двух километрах позади неё, даже и не подозревая о том, что она идёт на прогулку с его лучшим другом. Параллельно с этим, он также был немного обижен и разочарован тем, что Жанна просто не захотела идти гулять с ним и дать ему узнать её получше, что было очень странно, учитывая его сильную влюбленность к другой. Каково же было удивление, когда его глаза увидели, что Ханагаки то на самом деле действительно пошла гулять с кем-то. Попытки убедить себя в том, что это может быть либо Хина либо Юдзуха не увенчались никаким успехом, ибо силуэт явно был мужским. Вначале он всеми силами пытался смотреть куда угодно, но не на лицо «незнакомца», однако, когда уголок глаза зацепился за до боли знакомую тату на шее, взор пришлось поднять. И тогда Кейске просто застыл, не веря своим глазам. Ханагаки Такемичи на его глазах приветливо общалась с Торой. К несчастью, разговора он слышать не мог из-за большого расстояния, но по краснеющему лицу Ханэмии и его внезапно причесанным волосам можно было сразу понять, что у них намечается свидание… Стоп… СВИДАНИЕ?!.. Баджи похлопал глазами, потом вдобавок ещё и протёр их, как будто бы это поможет стереть эту не совсем хорошую картину. Когда ничего не сработало, он просто застыл на месте, не веря в увиденное. Чтобы не свалиться от шока, одна из частей мозга убеждала его в том, что это действительно просто дружеская прогулка, ведь Такемичи ведёт себя как-то непринуждённо и спокойно, что несвойственно женщинам на первом свидании… либо она просто настолько невинная овечка, которая и не замечает признаков, очевидных для свидания… Но что это?.. Почему эти двое идут внутрь большой многоэтажки, в которой сегодня проводится выставка кошек? Ещё и идут под ручку, улыбаются друг другу… Ну точно молодая пара старшеклассников на свидании! Если бы Жанна согласилась участвовать в слежке вместе с ним, они бы точно за руки не держались и не улыбались друг другу столь слащаво! Зайти за ними в здание на второй этаж на выставку Кейске не рискнул. Почему же? Во-первых, из-за этой целой толпы любителей кошачьих (сюда, похоже, пришла почти половина Токио), как и он сам, а во-вторых, парень ведь защищать её должен, а не сталкерить, словно больной псих. Не секрет, что брюнет жутко ревновал Такемичи к собственному же другу детства, про которого напросто забыл и позорно недооценил, отвлекшись на более сильных соперников, но эту ревность пытался изо всех сил поубавить, дабы и дальше спокойно жить и наслаждаться всеми этими жизненными моментами с ней. Баджи издали, с первого этажа, видел, с каким энтузиазмом и горящими глазами Кадзутора указывал Хане на разные породы кошек, после чего рассказывал какие-нибудь интересные факты, пока та внимательно его слушала. Одна из кошек полезла прямо в ласковые руки девушки, словно бы уже поняла, что перед ней тот самый человек. Мичи вначале чуть вздрогнула и даже немного испугалась, однако, увидев, как животное трется об одежду и то, как Тора убеждает её не бояться, то сразу посмелела и даже погладила четвероногую. Но даже так, глубоко внутри Баджи был рад за друга, ведь Мичи была из тех двух людей (первый, конечно же, наш клыкастик), кто мог заставить Кадзутору улыбнуться искренне. Он был благодарен ей за то, что она спасла Ханэмию и его самого тогда, во время событий «Кровавого Хэллоуина». Оба были пожизненно должны ей за спасение, из этого долга и возникла такая сильная любовь. Понимая, что больше ничего интересного он не обнаружит, Баджи вышел из здания, заворачивая за угол, в один из тесных переулков, в которых иногда расхаживали бездомные, мало кому нужные коты. В подобные моменты, когда нужно было дать мозгам отдохнуть от полученной информации, Кейске уходил в такие места подкармливать братьев наших меньших, это действительно помогало отвлечься. Он сразу присел на корточки, оглядел самые темные углы и начал подзывать к себе котяр, притаившихся в темноте, своим внезапно едва слышимым шепотом. В темноте сразу блеснули 6 пар глаз с узким зрачком. Брюнет улыбнулся, и достал из кармана мешочек с кормом, высыпал небольшую горсточку на каменные плиты и еще раз позвал их. Пятеро кошек моментально вышли из своего укрытия и пошли к еде, очевидно, их никто не кормил до него и они были сильно изголодавшие. Парень засмеялся над тем, как те побежали всей своей милой толпой, и начал приговаривать что-то наподобие «Спокойно, спокойно!» и «На всех хватит!». Неожиданно, его взгляд зацепился за ещё одну святящую пару глаз в темноте. Та пристально смотрела на него, почти настороженно, готовясь наброситься, как только почует опасность. Другие кошки жадно уплетали угощение, но вот эта просто продолжила оставаться на месте, следя за этим «странным добряком». Наш желтоглазый просто сел на корточки, насыпал ещё корма и просто тихонько постучал пальцами по каменным плитам, как бы пытаясь убедить её, что бояться не надо. Он был готов ждать хоть час, лишь бы убедиться в том, что эти брошенные бедняги поели все до единой. Кошка недоверчиво сощурила глаз, однако из своего укрытия всё-таки вышла. Это оказалась прелестная красавица с белой шерстью, но с темными пятнами в некоторых местах. Она всё ещё не выглядела доверчивой, ибо продолжила внимательно изучать человека перед собой, иногда окидывая взглядом ту горстку еды для кошек. Эти гляделки продолжались где-то ещё минуты 2, прежде чем подойти к нему ближе и… оставить легкую, но кровоточащую рану на его руке… Баджи вздрогнул от этого не очень дружелюбного жеста, но хмуриться не стал. Парень понял по её морде, что она просто таким образом проверяет его, чтобы окончательно убедиться в том, что это хороший человек. И сразу этот ясный взгляд напомнил ему о Жанне, уже второй раз за день. Почему? Наверное, потому, что эта «пацанка» почти всегда с момента их недавней встречи смотрит на него недоверчиво, хотя и помнит о своем обещании и принимает его как наставника по выживанию. Но Жанна, как и эта кошка, несмотря на свою явную отстраненность от мира и некоторую грубость, все равно достаточно мила в каком-то смысле. Конечно, она вряд ли получит от него то отношение, какое получает Такемичи, однако, игнорировать её было бы очень неправильным и странным. Кейске действительно признает тот факт, что Жанна ему интересна, и в будущем ему бы хотелось найти больше причин для того, чтобы перестать называть её «ненормальной». К этому моменту котяра таки подошла и попробовала предложенную еду… **** …Вернемся ненадолго к Поднебесью в Йокогаму. С того дня, как к ним, словно чертов танк, заявилась подруга Жанны Рита и по совместительству главная причина их приезда в Японию и устроила там хорошую взбучку слабакам, все дела в банде пошли странным путём. Теперь Марго стала каждый день посещать эту заброшку с грудами металлолома, и вызывать на бой их главаря, коим был не кто иной как Курокава Изана. Почему же, спрашивается? А дело было в том самом первом дне её встречи с Поднебесьем, когда сам «король», видя, как она для девчонки очень даже неплохо дерётся, решил собственноручно проверить её. Казалось бы, сильнейший боец, дравшийся на равных с Непобедимым Майки с легкостью сможет одолеть простую иностранку, ещё и малознакомого члена «Бабочек» (даже несмотря на наличие священного символа — двух заколок в виде бабочек), вот только… Их силы и навыки тоже оказались равны. Чистая ничья. Но им это не понравилось. Их категорически не устроил результат. С того дня девушка стала чаще наведываться к нему на своем байке и продолжать борьбу до первой победы. Дело было вовсе не в простом соперничестве, а в серьёзной вражде, масштаб которой оба умело скрывали от других. Изана видел в ней настоящую угрозу (в особенности для Такемичи), ведь та была из «Бабочек», хотя и не была жестокой, как большая часть банды или её лидер, где люди бы запросто втянули в бойню невинных. Маргарита тоже видела в нём угрозу для своих друзей и в особенности для Жанны, и ей очень не хотелось бы, чтобы девочка столкнулась с ними, одного Томана ей и так хватает. Бои были для них хорошей возможностью изучить способности друг друга получше, чтобы потом в будущем обернуть эти знания против них же. — Что, к Главе опять пристала эта деревенщина из 90х? — спросил Риндо, приходя на место их очередного боя. — Рин-рин, что я тебе говорил насчет стереотипов о русских? — раздался голос Рана за спиной брата — Она не просто русская, а «русская родом из Кыргызстана». Оба подошли к Какучё, который внимательно наблюдал за битвой, даже если и так знал исход. Он сразу заприметил единственные во всей банде фигуры в черном и быстро оглядел их. — Только не говорите, что вы опять доставали этого малолетку… — громко вздохнул брюнет. Два брата выглядели так себе. Красивые и выделяющиеся темные костюмы были малость покрыты пылью, очки Риндо вообще чуть ли не съезжали с лица, а одна из косичек Рана вот-вот могла расплестись. — Ну, извините нас капитан! Нашу гордость задел какой-то гадёныш 11 лет и мы просто хотим преподать ему «урок нравоучения» — чуть хихикнул старший Хайтани. — А он взял, и исчез как трус! Исчез после того, как обкидал нас кирпичами и чуть не швырнул нас в чертов бетон… — пробурчал младший. Тут в разговор вклинилась сама Цветаева Рита, которая решила сделать небольшой перерыв. — А кто вас не испугается? Даже по сравнению с вашими товарищами вы выглядите как мутировавшие Kpop артисты из параллельной Вселенной! Риндо нахмурился и закатил глаза, после чего громко гаркнул (а заодно и снова поделился своими скудными знаниями о русских). — Тебя никто не спрашивал, казачка! Какучё ничего не ответил, он просто покачал головой. На деле, парень радовался, что эти двое отвлеклись на что-то ещё и теперь постоянно пропадают в безуспешных поисках этого юнца, «испортившего им репутацию»… А это значит, что у Хитто теперь больше шансов со своей милой и прекрасной подругой детства по фамилии Ханагаки…