Руки под стол

      Чайлд лежит на кровати и скучающим взглядом смотрит то в потолок, то на статуэтку, которую он случайно разбил, кидая в стену умыкнутый у Тевкра мячик. Браслет на руке вибрирует, и Тарталья лениво смотрит на оповещение. Ожидаемо, сообщение от Люмин. Чайлд зевает и тянется к телефону, все еще думая о том, что стоит все-таки встать и убрать осколки. Попозже. @iamlumine       Смотри что я тебе наснимала!       [4 вложения]       У него в этих штанах такая 🍑       Жаль, что тебя не было на это конференции. Или не зря. Ты бы точно перевозбудился       Чайлд открывает фотографии и едва не присвистывает. До поступления в университет он понятия не имел, что его может так привлекать история. Тридцатипятилетняя история с низким голосом, серьезным взглядом, шикарной задницей и, что вызвало больше всего вопросов к самому себе, очевидно, имеющая промеж ног член и…       Чайлд приближает одну из фотографий.       Не маленький, судя по всему. Впрочем, не в характере Чайлда было расстраиваться по таким пустякам. Вместо этого он предпочитал отдаваться не самым приличным фантазиям, продолжая убеждать себя, что это все дурость от отсутствия «нормальной» девушки. Ну, такой, чтобы на неё также крепко вставал, как на преподавателя. И вовсе он не влюблен в его блестящий ум и эти жёсткие «Аякс, опять не готовы? Так и напрашиваетесь на отработку. "       Да, отработайте меня, пожалуйста.       Тебе должно быть стыдно, Аякс, думать о таком в доме своей матери, святейшей женщины!

@coolharbinger Отвечу через пятнадцать минут

@iamlumine       Мерзость       Уверена, не продержишься и трёх       Тарталья кидает взгляд на дверь и всё-таки встает с кровати. Щелкает замком и по пути подбирает осколки, выкидывая их в ведро. Бездна, и почему он возбуждается так быстро.       Все действия слишком выверены. Он достает из тумбочки салфетки и дозатор со смазкой, снимает штаны с бельем и садится на край кровати. Член уже наполовину встал. Серьезно?       Тарталья надевает наушники и через мгновение тяжело вздыхает. Разряжены. Оба наушника вместе с кейсом летят куда-то в угол кровати. Чайлд всегда включал порно, но вскоре оно становилось лишь звуковым сопровождением к собственным фантазиям, в которых он, в зависимости от настроения, ставил себя вместо либо принимающей девушки с искусственными оргазмами (его же были вполне себе настоящими), либо не особо приятного мужчины (он небезосновательно считал себя привлекательнее). Вторым, конечно, был профессор Чжун Ли. Но какое звуковое сопровождение, когда наушники разряжены, а дома полный сбор. @iamlumine       ЭТО НЕ УЧЕБНАЯ ТРЕВОГА!       [Вложение]       — Бля, ну не отвлекай, — отвечает Чайлд вслух, все еще смотря в экран, но диалог все-таки открывает. А потом открывает рот. @iamlumine       Он встал на колени, чтобы показать, в какой позе молились Гео Архонту

@coolharbinger Если Властелин Камня не он, то кто. Властелин моего каменного стояка уж точно 🥴🥴

@iamlumine       🙄🙄       Просто признай наконец, что ты пидор       И позови его на свиданку       Ты богатый, а он увлеченный профессор, такие всегда без денег сидят

@coolharbinger Я гетеро с исключениями Все, не отвлекай

      Тарталья открывает фотографии и включает режим «в самолете», чтобы его наверняка никто не потревожил. И зачем Чжун Ли так одевается! Слишком много фантазировать. Чайлд не уверен, что так напрягать мозг безопасно, но ничего не остановит страждущий ум. Он откладывает телефон подушку и, смотря на фото, одной рукой гладит бедро, а второй скользит под футболку, лаская соски. Порно для сюжета тоже нет, так что Тарталья, не особенно изощряясь, представляет, как приходит вечером на отработку в пустую аудиторию.       О нет, мистер Чжун Ли, что вы себе позволяете, мне такое не интересно. Не трогайте меня там, мистер Чжун Ли. Мистер Чжун Ли… Ох, да, сделайте так еще. Я обещаю, что начну готовиться.       Чайлд выдавливает немного лубриканта на ладонь и размазывает по члену.       — Ася!       — Благослови Селестия эту женщину, — цедит Чайлд сквозь зубы. — Да, мам?! Тишина.       — Чего?! Тишина.       — Ма-а-ам?!       Ручка двери дергается, и за ней раздается неловкое «ой» Тони. Девочка выросла достаточно, чтобы догадаться о причине баррикадирования, от чего Чайлд едва заметно краснеет.       — Мама спрашивает, когда закончится карантин в банке, и ты полетишь обратно в Ли Юэ.       — В банке не знаю, но группа выходит на очку через неделю, тогда и лечу, — стараясь звучать как можно беззаботнее, отвечает Чайлд.       Тоня уходит, и Тарталья ещё с минуту просто смотрит в стену, пытаясь вернуть настрой. Впрочем, он отходчивый.       — Мхм, — надрачивая себе, Чайлд плотно сжимает губы, стараясь издавать как можно меньше звуков. Он намеревался просто снять напряжение, но фантазии заводят его слишком далеко. В голове и где-то в области копчика остро ощущается жажда проникновения.       Чайлд становится на кровати на колени и утыкается лицом в подушку. Продолжая дрочить, он проводит вторую руку между ног и вводит в себя скользкий от смазки палец. Нужно совсем немного времени, чтобы расслабиться и добавить второй. И как это далеко от той первой неловкой и стыдной попытки после просмотра нескольких «мотивирующих» видео.       Представляя себя связанным галстуком этого невероятного профессора, Чайлд проводит пальцами по простате и без особых изысков надрачивает член, очень стараясь сдерживаться. Получается откровенно плохо, но он искренне надеется, что все пропущенные стоны тонут в толстой перьевой подушке.       — Бездна-бездна-бездна, — сквозь зубы выстанывает Чайлд. Две руки — очень мало, приходится выбирать. Он вытаскивает пальцы из задницы и тянется к салфеткам. Одна, две, три. Тарталья прижимает их к головке и кончает с тихими всхлипами, после чего устало падает на кровать.       — Мне стоит позвать его на свидание.