Чудо

Наше тело всегда заботится о нас. Мы не замечаем этого, но факт остаётся фактом. Например, когда мы употребляем пищу, наш организм отправляет сигналы, что на какой-то определённый вид еды у нас аллергия или это вовсе кушать не стоит. Затягиваются физические раны и неприятные шрамы окончательно исчезают. А что происходит в случае тревожных и неприятных ситуациях? Защитная реакция. Мозг автоматически стирает то, что навредило вам. Пытается обезопасить психику и не даёт вспомнить боль и шок. Так и Хан попал под влияние защитной реакции, когда потерял эмоции и закрылся дома. Многие забывают, что некоторые шрамы открываются. Они медленно, но отчётливо всплывают в памяти, окутывая человека в омут прошлого. Джисон делал все, чтобы забыть боль и, на самом то деле, он не боялся людей. Всё это создал он. Создал спектакль, в который полностью провалился. Заигрался. *** Истошный крик испугал Минхо до мурашек по коже. Парень до сих пор лежал на земле и не понимал, что сделать, чтобы прекратить этот кошмар. Тело онемело и сдвинуться с места никак, но глазам неприятно видеть эту картину. Ранимый и худенький ребенок напротив Ли, сам по себе не мог прийти в себя. Хан сжался в комочек, то и дело выдирая волосы на своей голове. Нет, Минхо ни в коем случае не убежит от него. Поднимаясь на ноги и пошатываясь, Хо направился к подростку, присел на корточки, хватая Джи за щеки. Бариста нежно поглаживал их большим пальцем, а Джисон плакал. Зрачки его бегали по сторонам, игнорируя лицо напротив и, единственное, что он мог выдавить: — Уйдите, уйдите, прошу. Я нормальный. Я нормальный. Уйдите, уйдите. Минхо сузил взгляд и заговорил: — Малыш, ты нормальный. Ты абсолютно нормальный. Ты — самый прекрасный и светлый человек. Пожалуйста, вспомни, вспомни, как ты улыбался. Вспомни… как ты улыбался мне. Нежно держа дитё за щеки, Минхо старался говорить как можно тише: со всей заботой и теплотой, которая хранилась в глубине души к этому человеку. Покачивая худое тело, Минхо пытался уложить подростка, крепко прижимая чудо к себе. Он никогда не сталкивался с такой ситуацией... что говорить? Приходилось укачивать как ребёнка и заставить его заснуть. Джисон схватился дрожащими пальцами за плечо Минхо и краем глаза, бариста заметил, что на его ногтях чёрный лак. Он почти полностью стёрся. Тяжелое дыхание подростка смягчилось, зубы прекратили стучать, а сердце билось в нормальном ритме, как у всех нормальных людей. Только вот тошнило так, будто он готов выплюнуть всю эту хрень на Минхо. Что такое нормальность для Джисона? Нет ни одной мысли по поводу этого, да и не хотелось думать о другом, когда рядом был человек, который говорил сладкие слова и обнимал, как самого дорогого человека. Кто-то встал на его защиту. Наконец-то. Без слов, без давления был рядом. В конечном итоге, Хан отрубился и его голова мирно упала на плечо Ли. Прекращая укачивать его, Хо отодвинул подростка от себя и удостоверился в том, что тот уснул. Стало легче. Намного легче. Прохожие только так и посматривали на двух странных парней. Они лежали посреди дороги, но Ли откровенно плевать. Человек никогда не может предсказать когда и где ему станет плохо. Мы не роботы, чтобы работать и жить на износ. Это совершенно нормально падать в обморок в незнакомых местах, чувствовать головокружение, тошноту и паническую атаку. Осталось решить, что делать с этим дитё. Отнести его домой не вариант, так как Минхо не знал, где тот жил, а вот отнести к себе в гараж… стремно, но другого выхода нет. Минхо поднялся на ноги, придерживая Джисона, чтобы он не разлегся, как звёздочка на холодном асфальте. Облизал засохшие губы. Задумался. Как его поднять? На спине? Или же на руках? Он протиснул левую руку под ноги, правую под спину и подняв спящую красивицу очень удивился. Джисон был таким худым… такое ощущение, будто парень ничего не кушал и никак не питался, Хо даже не почувствовал мышечную массу, присуще парням в таком возрасте. Этот факт испугал его. Идя по улице, в сторону гаража, бариста решил, что откормит это чудо обязательно! *** Жгучая боль утихла. Джисон понял, что на данный момент не лежал на холодной земле, а на чем-то мягком и теплом. Только странный запах не давал покоя. Однозначно пахло не его домом. Открыв глаза, Хан увидел перед собой светло-зеленую железную стену. Что за… Хан повернул голову, чтобы составить общую картину где он и наткнулся на сидящего парня с пронзительным взглядом. Так… кто он? Стоп. Неужели тот самый бариста? О боги, он что, за мной по пятам ходит? — Где это я? — охрипшем голосом спросил Джи, потирая висок. — У меня дома. — Ты живёшь в гараже? — Да, и кстати, кажется, это самое лучшее место, где я мог бы жить, — произнёс Ли. Поделился чем-то личным. Парень встал с табуретки и подошел к столику за аптечкой, найдя её, осторожно присел рядом. Лицо его невозмутимое. На самом то деле, в глубине души, он ликовал, думая, что это невероятная судьба. В этот вечер должно было что-нибудь измениться. — Зачем тебе аптечка? — отодвинулся Хан от парня. — Помочь хочу, чудо ты моё. Джисону определённо не понравилось это прозвище. — Меня, вообще-то, Хан Джисон зовут. — Ну вот, в кой-то веки, я узнал твоё имя, — ухмыльнулся Ли и попытался взять Джисона за руку. Подросток уж хорошо пытался спрятать их под весом живота. Вытащив правую руку, Минхо указал на неё. Хан бросил взгляд вниз, замечая ссадины и грязь. Сморщился. Да, зрелище неприятное. Джисон смягчился, не теряя бдительности. — Тебя чуть не сбила машина и… началась паническая атака. Я не знал как действовать, но, вроде бы, успокоил тебя и ты отключился. Господи, я так перепугался, — последнюю фразу Минхо сказал тише. Джисон опустил свой взгляд на холодные руки Минхо. Тот с нежностью обрабатывал раны, боясь снова навредить. — Лучше бы и сдох, — прошептал в пустоту Хан. Закончив процедуру Минхо не успел убрать ватку. Джисон резко вскочил и отошёл на пару сантиметров, лишь бы не быть рядом с этим странным чуваком. — Ты что, преследуешь меня? — спросил Джисон и, от нарастающих нерв, ковырял свои пальцы. — Нет, я просто хочу подружиться с тобой. — Зачем? — Ну, ты мне нравишься, — говорил так, будто для него это обыденное дело: признаваться в чувствах. Джисон не отреагировал. Понятия не имел, как на это реагировать. — Ты, и правда, сумасшедший, — это последнее, что хотел сказать ему Джисон и собирался поскорее свалить в свое укромное место. — Я подозреваю, что с тобой случилось что-то плохое, — начал бариста и Джисону пришлось остановиться перед железной дверью, — Я влюблён уже давно. После долгого времени, я встретил тебя и понял, что произошло неладное. Уж поверь, не глупый и вижу, как тебе фигово. Каждый чертовый день, ты сидишь на этой скамейке и смотришь на людей. Изучаешь их. Тебе интересны их эмоции, почему они смеются или идут хмурыми, а знаешь, почему тебе интересно? — парень встал и направился прямо к Джи, — Потому что ты сам хочешь это. Ты хочешь гулять с друзьями, хочешь снова смеяться, жить, как они все. — Что за чушь ты несёшь, — это все, что он смог выдавить. Лицо его не дрогнуло, но вот внутри все разрывалось на части. Люди ненавидят, когда им тыкают правду в лицо и, когда ты её уже знаешь, но не хочешь принимать. Минхо подошёл вплотную, что аж дышал в лицо Хана. По лицу Джисона видно, что он понял все без подробностей. — Люди… — начал Хан, — Такие отвратные существа. Я всегда верил в них. Я пытался искать светлого человека. Человека, который хоть раз позовёт меня куда-нибудь сам. Человека, который не будет перебивать меня, когда рассказываю о себе. Я задолбался от того, что они не сдерживают своего слова. Зачем вы начинаете общаться со мной, если потом кидаете в грязь? Почему вы не можете сказать в лицо, что я отвратный? Смелости не хватает? — зарычал Джисон и оттолкнул Минхо от себя. Минхо здесь ни при чем. Хан просто не контролировал себя, — Я устал ждать, понимаешь? Устал надеяться. А после… я ничего не хочу. Лучше я буду один, чем снова попаду в эти сети. Лучше я буду держать все в себе, чем просто кричать в стенку. Этот чудной хотел вернуться в свое нынешнее состояние: смеяться, увлекаться своим хобби и любить. Джисон так это хорошо скрывал, что заметить это мог только поистине влюблённый человек. Ли Минхо. Минхо смелый. Он снова подошёл к Джисону и протянул свою руку к его лицу. Тот зажмурился. Минхо поправил спадающую прядь за ухо и нагнувшись прошептал: — Окей, тогда скажу так. Если ты понял, то знаешь где я работаю и живу и, если тебе понадобится помощь, я всегда помогу выбраться из этой тьмы. Главное — это твое желание. До встречи с Минхо, Джисон подумывал и правда сдаться. Он не чувствовал бурю эмоций в своём теле. На сей раз, подросток запутался. Это страх? Злость? Радость, что его поняли? — Ты будешь последним, у кого я попрошу помощи, — выплюнул слова Хан и гордо вышел из старого гаража. Минхо сладко улыбнулся. *** Доктор Бан потянулся за столом и кинул свой взгляд на настенные часы. Восемь часов. Пора бы и домой пойти. Ночной смены нет и парень со спокойной душой мог уйти домой. Кристофер часто думал о Хан Джисоне. Этот мальчишка и правда пугал. Его мысли. Каждый раз, слушая его истории, он понимал, что тому сложно. Мать, которая стала отдаляться от сына, хотя их отношения были прекрасны. Друг, который кинул в плохой ситуации. И окружение, которого он боялся. Общество — страшная вещь. С ним надо бороться и отстаивать себя, но, к сожалению, не все люди могли понять закона жизни. Выживать. Ради себя. Только Бан собирался выйти из своих мыслей и собраться домой в кабинет кто-то залетел. От этого шума, Чан подпрыгнул и посмотрел на распахнутую дверь. В дверном проёме стоял запыхавшийся Джисон. Подросток пытался отдышаться и наклонив голову вниз, опирался руками на колени. Джисон вытянул указательный палец, мол, подождите секунду. Придя в себя, Хан поднял голову и сморщился от не хватки кислорода. — Что за хрень, Доктор Бан?