На пути к разуму

Маломестная капсула проносится по выделенной линии мимо ярусов городского комплекса. В пути не слышно шума производственного или рабочего сектора, а уже спустя всего десяток минут капсула останавливается на первом наземном этаже, откуда приходится ехать в квартиру уже на лифте. Зайдя в квартиру, Лерц вздыхает, хмурясь. Из внутренних комнат льется теплый свет, но его ласковое свечение не дает обманываться, и ум обещает не самую приятную беседу. И все же, разувшись и зайдя внутрь, едва лишь взглянув на супругу, ожидающую на кресле, он слабо улыбается. Алия держит в руках кружку и наблюдает красивый, прибрежный пейзаж. За окном вместо черноты ночи, перед ней красуется бескрайнее море. Волнистой рябью колышется голубое покрывало, теплый песок отражает яркий свет тропического солнца, а пальмы и кустарники стоят по краям живой картины, охраняя ее бессменными караульными. Лерц сразу замечает на женщине головной дисплей. Линия прозрачного материала едва заметно мерцает чуть более светлыми полосками, а потому мужчина не решается позвать. Вместо этого он подходит осторожно, и Алия до сих пор ничего не замечает, погрузившись в книгу. А когда супруг оказывается с ней рядом, он наклоняется и целует женщину в шею, попутно заметив отсутствие берушей. – Ах! – вздрагивает Алия. – Лерц… фух, ты… ты меня напугал. Она легонько толкает мужа, улыбаясь. – Интересная книга? – Вполне, но дочитывать я ее не буду. Женщина снимает опи́нт, как сокращенно называют не только головные дисплеи, но и все внешние оптические интерфейсы, включая линзы и все виды мониторов. Отложив устройство на тумбу рядом с креслом, она поворачивается к мужу, подходит с загадочной улыбкой, обвивает руками за шею и приникает к его губам протяжным, ласковым поцелуем. Однако не успевает Лерц насладиться нежностью супруги, как он вздыхает и аккуратно отталкивает ее, взяв за талию. Впрочем, женщина не успевает спросить, а только слегка нахмуривается. – Дай мне снять костюм, – говорит супруг. Спустя несколько минут он возвращается в комнату в белом халате, очень похожем на тот, который надет на его жене, и вместе они присаживаются на широкое кресло напротив окна. – Сменим пейзаж? – тут же спрашивает Лерц. Супруга ему кивает, а спустя несколько мгновений, стоит попросить домашнюю ИС сменить пейзаж, из окна уже открывается вид на горы. Алия, прижимаясь к мужу, с удовольствием наблюдает выбранный им пейзаж. Впервые женщине открывается этот необычный вид. Отвесными стенами, полукругом стоят высокие горы. Гладкие, зеленые холмы быстро поднимаются вверх, а за ними высятся уже белые, снежные вершины. Впрочем, больше всего поражает даже не лучезарный блеск солнца, вставшего на краешке гор и чистого неба. В самом центре живого пейзажа красуется большое, разноцветное озеро. С холмов и гор стекают ветвистые косы ручьев и все собираются в озере. Обтесанный водой камень, по которому стекают ручьи, в некоторых местах окрашен ржавым налетом, а на фоне белоснежных вершин и зеленых предгорий их коричневатый цвет особенно ярко выделяет струйки живых потоков. Супруги оба молчат, слушая, как тихонько журчат ручьи, стекая в большое озеро и окрашивая этот водоем разными цветами. Краски ложатся на водный холст ровными слоями, и на поверхности озера цвета застывают, разделившись четкими линиями. Голубоватый, темный оттенок занимает лишь небольшой участок ближе к центру, а вокруг него каштановые, бирюзовые и красные оттенки неровными пятнами застыли на поверхности водоема. – Какая красота, – шепчет Алия. – Ты мне раньше этого не показывал. Это где? Альпы? – Нет. Это на Кавказе. – Лерц довольно улыбается, крепче прижимает супругу, взяв за плечо, но затем странно вздыхает. – Я хотел оставить этот вид для какого-нибудь особенного случая… Заметив этот вздох, видя хмурость на лице супруга, женщина начинает слегка беспокоиться и отклоняется. – Что-нибудь случилось? Тут же вспоминается прерванный меньше часа назад ужин, но Алия не гадает и спокойно ждет ответа. И хотя Лерц не сразу решается договорить, спустя несколько мгновений он все же убирает руку с плеча женщины и отвечает. – Иртес предложил мне возглавить длительную экспедицию… и я согласился. Слегка хмурый, он поворачивается к супруге. Алия, сдвинув домиком брови, берет мужа за руку и сжимает ладонь. – Милый, – заговаривает она почти жалобно, – почему ты не поговорил со мной? Лерцу ничего не остается, кроме как виновато улыбнуться. – Это… не совсем обычная экспедиция, – объясняется он. – Он предложил мне отправиться… в противоположный рукав, на другой конец галактики. Вылет через три недели. – Что? – вздыхает Алия с ужасом. Она не сразу даже понимает, что услышала, но уже всего через несколько мгновений ум все расставляет по местам. – Что? Постой, – другой интонацией, с растерянностью и интересом продолжает женщина. – В другой конец? Но это же… Лерц слабо улыбается, не скрывая, что его расстройство смягчается довольством, и это выражение помогает и супруге немного успокоиться. – Да, – кивает мужчина. – Недавно был открыт новый тип двигателей, который уже прошел испытания. – Но это же, наверное, надолго? Тут же Лерц опять хмурится, потеряв слабое довольство из выражения. – Да. Минимум, это займет несколько лет. В лучшем случае около трех, а в худшем… пожалуй, может и все пять. Дольше вряд ли станут держать, хотя… – О, нет, родной. Перебив супруга, Алия кладет голову ему на грудь, прижимается, вцепившись в халат обеими руками, и Лерц понимает, что ожидал меньшей печали, может, недовольства, но не такой реакции. И от этого более всего печаль овладевает им самим. – Ну, милая. Всего несколько лет. Стараясь улыбаться, супруг берет женщину за плечи и вынуждает приподняться, чтобы можно было заглянуть ей в глаза. И затем, одной рукой поглаживая щеку супруги, он говорит с улыбкой: – А затем нас ждет больше сотни лет… Алия убирает ладонь, а сама пододвигается еще ближе. Она смотрит чувственно и жалобно, но Лерц только сейчас замечает эту излишнюю чувственность в поведении обычно более сдержанной супруги. – К чему такая спешка? И что за… – Постой. Лерц сам берет жену за руки, заняв более удобное положение и облокотив супругу на спинку дивана. – Для начала я скажу тебе самое важное, – произносит он проникновенным, неспешным тоном. – Иртес предложил отправиться мне, чтобы наладить контакт с разумной внеземной цивилизацией и по возможности заключить мирные договора. Понимаешь? Женщина застывает, приоткрыв от удивления рот. Она в принципе редко выражает эмоции так явно. Кроме актеров и владельцев каналов мало кто вообще излишне ярко демонстрирует свои эмоции, но сейчас на лице Алии все читается легко, как никогда. И у Лерца больше не получается это игнорировать. А впрочем, он все равно не успевает ничего сказать. – О, нет! – закрывает женщина лицо ладонями, но в следующее мгновение бросается на шею возлюбленного с улыбкой и распахнутыми объятиями. – Ха-ха! Лерц! Милый! Ох… Вздохнув, женщина быстро теряет пыл. – Что с тобой? – щурится супруг. – Ты очень странно себя ведешь. Женщина отклоняется и аккуратно, кончиками пальцев отирает глаза. – Ничего, я просто… я рада, но в то же время… – Алия разворачивается и снова прижимается к мужу, на этот раз уже не позволяя себя отстранить и прижимаясь к груди супруга. – Не хочу, чтобы ты уезжал сейчас, но это… не обращай внимания. Ох, милый, я так рада за тебя. Лерц все же не сдерживается. – Да что с тобой? – спрашивает он, щурясь и с трудом заставив жену поднять к нему взгляд. – Ты сама не своя. Алия прячет глаза, снова кладет голову на грудь и спокойным голосом отвечает супругу: – Я беременна. Лерц застывает, перестав шевелиться. Женщина и сама молчит несколько мгновений, ничего не говорит, не спрашивает, но потом вдруг отклоняется и с шутливой хмуростью ударяет мужа ладонью по груди. – Скажи что-нибудь, – ругает она с улыбкой. – Как ты с другой цивилизацией собираешься мир заключить, если беременной жене угодить не можешь? Мужчина быстро сознает ошибку. – Я рад, – говорит он тут же, чуть не запаниковав, а потом расслабляется и тоже улыбается. – Я безмерно рад. Это прекрасная новость. И… очень внезапная. Размяв брови, Лерц собирает пальцы на переносице, дает им разъехаться на лбу, а затем отирает лицо. – Ну и денек, – вздыхает он. И Алия, улыбнувшись, снова падает к мужу на грудь, обняв его руками и уткнувшись лицом в шею, а оставшуюся часть вечера супруги проводят в тишине, наслаждаясь прекрасными видами кавказских гор. На следующий день, успев передать большую часть дел помощникам, Лерц возвращается домой раньше обычного. – Ох, чего ты так рано? – с улыбкой встречает супруга. – Ты же должен быть только через несколько часов. Поцеловав супруга и обвив его за шею руками, она вдруг с подозрением щурится. – Ты же никогда еще так рано не приходил. И что же случилось? Лерц подхватывает супругу за талию и вместе с ней медленно, осторожно идет в гостиную, не отводя глаз. – Как это что? Мне хочется побыть с любимой женщиной, матерью моего ребенка, пока есть такая возможность. Алия тут же впивается в губы супруга, и несколько часов они проводят в объятиях друг друга, болтая обо всем подряд. А затем Лерц вдруг становится серьезен, о чем-то вспомнив, и женщина не удерживает интереса. – Что случилось? Отвлекшись, мужчина сразу угадывает мысли супруги, набирает воздуха и не тянет с ответом. – Я не знал, говорить или нет, но… строго говоря, ты можешь отправиться со мной, – объясняет он. – Просто для этого мне нужно… – Нет, – тут же отвечает супруга. – Я не полечу рожать на другой конец галактики, как бы сильно я тебя ни любила. Лерц улыбается, и в его выражении угадывается заметное облегчение. – Я тебя люблю, – признается он. – С тобой все всегда так просто. Не знаю, что бы я без тебя делал. Супруга целует мужа в ответ на признание, а затем ложится рядом и о чем-то задумывается. – Ты хочешь чего-нибудь? – спрашивает Лерц спустя некоторое время. – О чем ты? Вздохнув, мужчина поднимается чуть выше, чтобы взбодриться. – Я думаю, что успею передать все дела за неделю. Вернее, уже завтра за большую часть вопросов буду отвечать не я, но пару дел придется вести до конца, так что на неделе я буду работать несколько часов. Остальное время, если хочешь, мы можем посвятить чему угодно. Алия задумывается, игриво ухмыляясь, но сказать ничего не успевает, и Лерц, с такой же ухмылкой, подтягивает ее ближе. – Кроме того, никому не известно, где я и что буду делать, и мы можем спрятаться, где захочешь… Женщина тут же отстраняется, упершись руками в грудь возлюбленного. – Почему неизвестно? Постой! Только не говори, что про экспедицию никому нельзя рассказывать! Лерц резко приподнимается, выпрямляет спину, глядит молча, с суровым выражением на лице, а женщина чувствует ладонями, как он весь напрягся, уже подозревая, что она кому-нибудь могла рассказать. – Ха-ха! Все! Тише! Спокойно! – хохочет Алия. – Шучу я! Думаешь, я бы не поняла, что такое нельзя никому говорить? Застывший Лерц еще мгновение не шевелится, а затем медленно выдыхает, закрывает глаза и отклоняется назад, ничего не ответив. Супруга, испытывая легкое чувство вины, но все еще не сумев убрать с лица улыбку, кладет голову на грудь, а обе ноги закидывает к супругу на колени. – Что, уже думал, как делить со мной квартиру? Мужчина опять вздыхает. – Нет. Думал, что теперь придется делать, – отвечает он серьезно. И Алия тут же забирается на грудь к супругу локтями, с улыбкой и нежностью разглядывая его лицо. – У! И что же ты собирался делать? – Хм… я думал о том, что разговор уже прослушали в комитете, а значит, меня снимут с должности. Разумеется, в экспедицию, скорее всего, отправили бы кого-нибудь другого. Хотя, могли бы замять, но тогда бы пришлось изолировать от общества тех, кому ты рассказала, или заставить их подписать договор о неразглашении. Само собой, мой авторитет был бы утрачен, а следовательно, пришлось бы переезжать на средние этажи. Уверен, я бы смог найти работу довольно быстро, правда, возможно, что в другом комплексе, и я думал… – И это тебе пришло в голову за пару секунд? – с удивлением смотрит Алия на супруга. Он спокойно кивает, и теперь уже женщина на несколько мгновений застывает в недоумении. Затем она размягчается, но Лерц воспринимает чувствительность жены уже спокойно, когда знает о ее беременности. – Я никогда бы такого не сделала, – оправдывается Алия, пытаясь заглушить чувство вины. – Я ни за что бы… – Ха-ха, – тихо, приглушенно смеется ее муж. Женщина тут же поднимает голову и глядит растерянно на улыбающегося супруга, который продолжает гладить ее одной рукой по плечу, а вторую держит, закинув за голову. – Я знаю, – улыбается он. И когда Алия понимает, что и сама стала жертвой шутки, она тоже рассмеивается, и до самого вечера супруги не покидают объятий друг друга. А после дни начинают уноситься один за другим. Уже спустя неделю иногда начинает появляться чувство душевной сдавленности. В груди будто пропадает место, а дышать становится труднее от одной лишь мысли о скором расставании. Спустя две недели это чувство уже становится частым гостем, а к концу третьей недели окончательно поселяется в груди. И Алия сразу понимает, что избавиться от него она не сможет еще очень долго. И вот уже дом становится вдруг очень пустым. Будто в нем сотню лет никого не было. Стоило любимому супругу покинуть квартиру, как оставаться в ней совсем одной женщине становится все труднее. Спасает лишь внезапно появившаяся в новостной ленте фотография. Немедленно Алия ободряется, велит ИС включить на экране новостной канал, и вместо прекрасного вида на все окно транслируется выпуск новостной программы. А уже вскоре женщина отыскивает желаемую новость. – …был совершен пуск, – рассказывает диктор. – В течение следующих нескольких лет члены экспедиции будут находиться так далеко от Земли, как еще не приходилось ни одному человеку. И конечно, никуда без любимых и родных. Как только корабль прибудет на место, сразу же будет установлен канал связи. Совсем, как в доцифровую эпоху. Раз в пару месяцев долгожданные послания и нежные слова. Речь диктора, обращенная ко всем, легче всего проникает в сердце расчувствовавшейся Алии, которая протирает намокшие глаза. – Руководит этой сложной миссией бывший кандидат в председатели галактического комитета взаимодействия… На экране, заменившем закругленное панорамное окно, появляется фотография Лерца, и женщина разглядывает лицо супруга, будто бы видит его впервые за долгое время. А затем диктор начинает перечислять других членов экипажа, и уже скоро Алия не выдерживает и плачет, чего не делала лет с тринадцати. Она понимает, что еще целый год придется ждать возможности отправить хотя бы самое коротенькое послание и получить хотя бы самый скромный ответ.