Фотка

      Выходные. Суббота и воскресенье. Два заветных дня, когда Сэнфорд и Деймос могут делать всё, что захотят: валяться допоздна в кровати, играть в телефон, смотреть телек или…налаживать свою половую жизнь. Да, они приходят такими уставшими, что успевают только принять душ и поесть, а потом просто заваливаются спать в обнимку. А Сэнфорду очень хочется. И Деймосу хочется. Только вот Сэнфорд предпочитает вообще не заикаться об этом и гордо терпит всю неделю, чтобы потом на выходных воплотить все скопившиеся за пять дней желания касательно партнёра. Дей тоже вроде как молчит, но… В том то и дело, что «вроде как». То он обнимет Форда сзади на кухне, вжимаясь всем телом в рельефную большую спину, то у него «невзначай» задерётся майка, открывая взору напарника подтянутое тело, то рука младшего пройдётся по его бедру… Засранец. И он ведь знает, что Сэнфорд ничем не будет заниматься в будни, хотя неоднократно пытается из последних сил вечером затащить его в постель, но идти наперекор желаниям возлюбленного просто не может. Поэтому творит всякую дичь, пытаясь ненароком его соблазнить. И, на самом деле, это уже вошло в привычку, и Сэнфорд с этим окончательно примирился. Но в эту неделю Деймоса понесло…       Три. Сука. Дня.       В воскресенье ему, видите ли, оказалось мало, поэтому последующие три дня он активно донимает Сэна своими выходками.  — Дей, солнце, будь добр, ОТЪЕБИСЬ ПОЖАЛУЙСТА, я очень устал, — в который раз раздражённо бросает мужчина, натягивая повыше одеяло, когда чужие тёплые руки осторожно начинают оглаживать его тело, попутно обнимая.  — Так я тебе и не мешаю, — жарко доносится сзади, а в затылок утыкаются сухие губы, оставляя поцелуй.  — Слушай, тебе вчера реально было мало? — он косится через плечо на напарника. Главное — не оборачиваться полностью, а то этот мелкий быстро найдёт способ соединить свой язык с твоим ртом.  — Ещё как… — томно шепчет тот в самое ухо, посылая по всему телу табуны мурашек. А руки двигаются вниз, к теперь довольно тесным штанам.  — Так, — старший хватает обе руки возлюбленного и подносит к своему рту, — Давай-ка спать, я правда очень устал, а завтра нам снова на миссию, — он нежно целует чужие запястья и, чуть сжав их, прижимает к себе. Сзади слышится обиженное сопение, но все попытки к соблазнению прекращаются. Сэнфорд улыбается. Слава тебе господи, ещё бы немного, и он точно не сдержался бы, хотя прекрасно знал, что на утро после таких вот ночных экспериментов у него совсем не останется сил хотя бы на подъём. Но на следующий день он понимает, что бога, всё-таки, нет. — Доброе утро, — немного тянет гласные Дей, нависая сверху.       Мда, утро начинается не с кофе, а с голого засранца, который покачивает упругим задом из стороны в сторону и лыбится во все тридцать два.  — Сколько времени?.. — сонно отзывается Форд, кидая взгляд за окно. Небо только начинает покрываться привычным багряным свечением.  — Без десяти семь, — с улыбкой отвечает курильщик и наклоняется ниже, — У нас целых десять минут на всё, что ты захочешь, — он прелестно хихикает и чмокает Сэнфорда в губы, усевшись ему на бёдра. Сэн протирает глаза и поднимается, облокачиваясь на подушку и прижимая к себе настырно ухмыляющегося напарника.  — Могу предложить утренний поцелуй, но не больше, — усмехается он, и тут же его губы накрывают другие — обветренные, но влажные из-за языка, который младший уже нетерпеливо проталкивает ему в рот. Какой же он конечно… Ой, ну и к чёрту всё. Сэнфорд собственнически обхватывает парня, послушно приоткрывая рот и наслаждаясь такой непосредственной интимной близостью. Ровно до тех пор, пока Деймос не начинает ёрзать на нём, потираясь напряжённым пахом о его, который тоже постыдно твердеет под таким напором.       Тогда Форд отрывается и многозначительно косится вниз, с немым вопросом рассматривая натяжение на штанах Дея.       Тот только невинно улыбается, ещё раз легонько двинув бёдрами, и тихо шепчет:  — Ну давай…       Сэнфорд перекатывается на кровати, подминая под себя парня и прижимая его запястья своими. Выглядит это, конечно, очень красиво, особенно для Деймоса, у которого крышу сносило от мускулистого тела мужчины, обычно вжимающего его в кровать по выходным…  — Так. А теперь слушай. Во-первых, твои десять минут уже почти кончились, а во-вторых, перестань меня соблазнять! Ты же, блять, видишь, как мне тяжело!  — Вижу. Поэтому и соблазняю, — усмехается тот, пошевелив запястьями в шутливой попытке вырваться, — Надеюсь, что ты сломаешься.  — Сукин ты сын… — цыкает Сэн, и тут слышится стук, а затем скрип двери, из которой выглядывает голова Хэнка.  — Ребят, вам кофе де… Оооу, — замечая пикантную позу, в которой находятся коллеги, он хмыкает, — Что, Форд, решил забить на своё расписание?  — Это он решил, — кивает тот на ухмыляющегося Дея, — Да, кофе бы не помешало.  — Аххах, Деймос, не доставай его сильно, ему ещё работать, — усмехается Хэнк и уходит на кухню, закрыв дверь. Сэнфорд поворачивается обратно к партнёру.  — Слышал? Быстро в ванную!  — А если не пойду?       Сэн молча перекидывает весело взвизгнувшего Дея через плечо, вздыхает и выходит.       Вечером повторяется подобная история с приставаниями, благо, Деймос быстро понимает, что это бесполезно, и засыпает, крепко сжимая напарника в объятиях.       А вот на следующий день он начинает домогаться его прямо на миссии.       Перебив очередную порцию агентов, Сэнфорд усаживается на стоящий рядом ящик, стирая со лба капельки пота. Да, работа у него, конечно, то ещё дерьмо, но пока поступают заказы, нужно их выполнять — ведь платят им нехило. Да и такой род деятельности был как раз для него — физическая сила, владение многими видами оружия и беспощадность к врагу.       Ну, и пока новая волна солдат относительно далеко, он садится отдохнуть.  — Хей, Форд… — по шее медленно скользят руки, и сзади всем телом наваливается Деймос, полностью обнимая.  — Теперь я окончательно атеист… — беспомощно выдыхает Сэн и поворачивает голову, — Ну, что на этот раз?  — Я тебя люблю, — обжигает тот дыханием ухо напарника и ухмыляется.  — И я тебя, — отвечает мужчина, но тут же добавляет, — Но это не значит, что я готов отдаться тебе прямо сейчас.       Над ухом слышится обиженный выдох, однако руки спускаются ниже, пересчитывая рёбра.  — Я быстро… — доверительно шепчет Деймос, — Никто не увидит…  — Блять, дурачок, дело не в том, что нас кто-то увидит! — к двери приближаются быстрые шаги, по звукам там человек десять, — А вот в этом, — Сэнфорд, наконец, срывается с места, готовя крюк, — Нас, вообще-то, если ты вдруг не заметил, могут убить! — в помещение врываются агенты, которые незамедлительно начинают палить из автоматов. Одна из пуль вскользь задевает плечо старшего, но он, кажется, даже не чувствует этого, протыкая голову того, кто её пустил, крюком, и подхватывает его пушку, — И тогда ни у кого из нас не будет секса!       Деймос раздражённо сплёвывает в сторону, успевая уже откуда-то достать сигарету и затянуться, и стреляет по агентам из автомата, который неожиданно вовремя оказался прямо под ногами.  — А сейчас? — с энтузиазмом предлагает он, когда все солдаты пополняют собранную в этой комнате коллекцию трупов.  — Да что с тобой не так? — вскидывает брови Сэн, — Ты готов лечь под меня прямо среди трупов?  — Так их можно отодвинуть, — усмехается парень, а Сэнфорд думает, что это уже точно не нормально, и уходит в следующую комнату.       Когда они возвращаются домой, Деймос прислушивается и, понимая, что Хэнк ещё не вернулся, повисает на партнёре.  — Ну сейчас-то ты свободен? — жмурится он.       Сэнфорд подхватывает его под бёдра и смотрит прямо в глаза.  — Дей, да что произошло-то? Всё же нормально было всё это время! Тебя же всё устраивало, разве нет?  — Но я хочу сейчас, — наигранно обиженно отозывается тот, сжимая ногами талию напарника.  — Слушай, мне гораздо приятнее выпускать всю злость на тебя на выходных, когда я выспавшийся и меня ничего не отвлекает. И Хэнк как раз сваливает к Доку… — увидев лицо Деймоса, он вздыхает, — Ты как капризный ребёнок.  — Я и есть ребёнок.  — И сколько тебе годиков? Двадцать один?  — Ну двадцать один!  — Да в любом случае. Если ты ребёнок, то я не педофил, — хмыкает Сэнфорд, проходя в комнату и опуская Дея на кровать.  — Конечно не педофил, я же осознанно прошу тебя меня трахнуть! — кричит парень вслед мужчине, запершемуся, наконец, в душе от проклятого курильщика. Да что это, чёрт возьми, такое?       Сэнфорд включает воду, снимает одежду и встаёт под тёплые струи, всё же немного расслабляясь. Внизу уже третий день ноет от такой навязчивости. Приятно, но он не готов жертвовать силами ради своих собственных желаний и даже желаний Деймоса. Ну он что, реально не может немного потерпеть?!       А ночью Деймос заболел.  — Хей, Форд…       Сэнфорд просыпается от того, что его трогают за плечо. Он трёт глаза и пытается разглядеть что-нибудь в полумраке.  — Форд, потрогай мой лоб… — слышится тихо от парня.       Мужчина поворачивается и прижимается губами ко лбу партнёра. Горячий.  — Ты ещё и заболел… — вздыхает он, обеспокоенно поднимаясь, — И когда успел?  — Да хз, простыл может вечером.  — Проблемный ты мой, — с этими словами Сэн встаёт с кровати и идёт за градусником на кухню. После возвращается обратно и ложится рядом со слабо улыбающимся Деймосом, — На вот.       Тот послушно суёт его под мышку и натягивает одеяло повыше. А потом легонько утыкается красноватой мордашкой в грудь Сэнфорда.  — Форд…  — М?  — Скажи, насколько сильно ты меня любишь… — старший чувствует, как курильщик улыбается.  — Очень сильно, Дей, — он чуть ерошит его волосы, крепче прижимая к себе, — Иначе я бы тут с тобой не лежал, заразный.  — Я не заразный.  — Будешь переговариваться — уйду, — хмыкает мужчина, прикрывая глаза: конечно, никуда он не уйдёт от этого засранца.  — Не буду… А льготы мне полагаются? — сразу оживляется Деймос.  — Какие ещё льготы?  — Ну, я же болею… Могу я тебя, например, безнаказанно кусать?       Где-то в районе груди щёлкают острые зубы.  — Ты простудился, а не умираешь. Спи давай, мне-то завтра на работу, а ты дома будешь.  — А я думал, ты посидишь со мной… Будешь укрывать меня, носить мне чай и целовать в лоб.  — А заказы, видимо, сами собой выполнятся, да?  — Ой, ну и противный ты!.. — он обиженно вжимается щекой в тёплое тело возлюбленного.  — Дай посмотрю, что там у тебя, — Сэн вытаскивает градусник из подмышки Дея и щурится в полумраке, — Тридцать семь и пять. Многовато. Воды принести?  — Нет, полежи со мной… — шепчет тот, и Сэнфорд, вздохнув уже в который раз, полностью закрывает глаза, вскоре проваливаясь в сон, прижимая к себе парня…       Сэнфорд просыпается немного раньше, чем нужно. Деймос мирно спит, обнимая край одеяла. Форд легко целует его в лоб. Всё ещё горячий.  — Дей… — он аккуратно трогает партнёра за плечо, — Дей, просыпайся, надо выпить чего-нибудь горячего.       Уверенный в том, что тот его услышал, Сэн уходит на кухню и ставит чайник на огонь. Хэнк сидит на диване и с серьёзнейшим видом втыкает в телефон. Однако, на Сэнфорда он всё же поднимает голову.  — Утро, Сэн.  — Доброе. У нас тут проблема, — на вопросительный взгляд коллеги он поспешно добавляет: — Деймос заболел ночью.       Глаза Хэнка на секунду становятся больше, но потом возвращаются к нормальному размеру и вновь устремляются в экран.  — Хреново. Надо сообщить Доку, — пальцы киллера начинают быстро набирать сообщение.       Чайник надрывно свистит, и Сэнфорд снимает его с огня, наливая затем кипяток в кружку с травами и добавляя туда немного мёда.       Когда мужчина входит в комнату, Деймос сидит, облокотившись на подушку, и листает ленту новостей в телефоне, чтобы хоть немного проснуться. Увидев партнёра, он улыбается и выключает экран, откладывая предмет в сторону.  — Осторожно, горячо, — предупреждает Форд, протягивая ему кружку. Тот аккуратно берёт её в ладони, вдыхая травянистый запах. Затем счастливо смотрит на Сэнфорда.  — Спасибо, Форд.       Старший смотрит, как его засранец маленькими глотками пьёт чай, и невольная улыбка трогает его губы. Милый он всё-таки, этот Деймос.       Вечером Сэнфорд возвращается домой, сразу уходя в ванную, чтобы обработать полученные раны. Когда он открывает дверь, на него тут же налетает Деймос.  — Привет. Как миссия?  — Несильно ранили несколько раз, — он указывает на царапины с ватными дисками на них.  — А я почти выздоровел. И знаешь, что это значит? — парень недвусмысленно играет бровями, забираясь пальцами под узелок банданы и неспешно развязывая его.  — Это значит, что завтра ты снова останешься дома, а то мало ли что, — усмехается Сэн, когда Дей стягивает с него головной убор и зарывается пальцами в растрёпанные волосы, — Ну не трогай, я грязный.  — Я тоже грязный…извращенец, — с ухмылкой заявляет младший, вовлекая напарника в поцелуй и пропихивая обратно в ванную, — Не хочешь принять совместный душ?  — Знаю я твой совместный душ. Ты меня соблазнишь и изнасилуешь, — однако, Сэнфорд принимается за пояс, а затем за ремень, расстёгивая его.  — А зачем тогда раздеваешься? — интересуется с живым интересом курильщик, пробегая глазами по чужому обнажённому торсу, полностью покрытому свежими и совсем уже затянувшимися шрамами.  — Помыться хочу, — бросает тот себе под нос, настраивая воду.  — Да ладно, не собираюсь я к тебе лезть. Я ещё не совсем здоров. Так что мойся, сколько в тебя влезет.  — Да ну. Зачем тогда предлагал совместный душ?  — Да так, дразню тебя, — лукаво улыбается Деймос, уже собираясь уйти, однако его останавливает тихая и неожиданная просьба напарника:  — Подожди, Дей, это… Останься тут. Я целый день без тебя и… Я скучал.       Парень немного ошарашенно оборачивается на смутившегося Сэнфорда, растерянно стоящего посреди ванной комнаты в одних чёртовых боксёрах. А потом улыбается, присаживаясь на край бортика.  — Конечно.       Мужчина расправляется с оставшейся одеждой и садится прямо на дно ванны под тёплые струи, тихо выдыхая. Сейчас на нём нет банданы и даже очков: уже порядком мокрые тёмные волосы налипли на лоб несколькими отдельными прядями, и глаза… Серые, глубокие глаза смотрят прямо на любимого, который немного откинул шторку, чтобы лучше видеть Сэнфорда.  — Блин, я так редко вижу тебя без твоих скрывающих твоё прекрасное лицо вещей, — любуется им Деймос, — Ты красивый.  — Спасибо, Дей, — старший откидывает волосы со лба назад, — Ты тоже красивый, особенно когда такой растрёпанный.       Вода немного жжёт кожу в тех местах, где краснеют свежие порезы, но Сэнфорду, в общем-то, всё равно: он дома, и он в безопасности.  — Ну и что ты тут делал без меня, м? — спрашивает он, опираясь локтями на края ванной и устраиваясь поудобнее.  — Ничего особенного: пил горячий чай, мерил температуру, смотрел телек, думал о всяком… — на последних словах курильщик ухмыляется, чуть прикусывая губу.  — Ты болеешь, извращенец, — он брызгает водой в весело зажмурившегося младшего, всё же улыбаясь.  — Я уже в норме, я бы даже не оставался завтра дома.  — Ну нет уж, мне спокойней будет, если ты останешься.  — Тут так скучно без тебя, — тянет Дей, потягиваясь.  — Ну ничего, ещё денёк посидишь один, — Сэнфорд оборачивается назад, выдавливая себе на ладонь немного мыла и растирая его по телу. Грязь потихоньку начинает отходить. Деймос завороженно наблюдает за ним. Целый день его не видел — так долго…       Сэнфорд, наконец, поднимается на ноги, чтобы полностью смыть мыло. Он выключает душ и распахивает шторку, тут же попадая в объятия Деймоса.  — Эй, ну я же мокрый… — говорит он, не зная, куда деть руки, но потом всё же кладёт их на макушку возлюбленному, который уткнулся ему в живот своей миловидной мордашкой.  — Ну, я теперь тоже, — поднимает на него взгляд счастливый курильщик и добавляет: — И не только наверху…  — Сдрысни отсюда! — прикрикивает Сэн вслед вылетающему из комнаты смеющемуся засранцу и накидывает на себя полотенце, — Я обязательно выживу…       В кровати тепло и уютно, особенно, когда сзади тебя обнимают руки любимого человека, которые двигаются всё ниже и ни…  — Дееееей.  — М?  — Ты у меня дождёшься. Можешь уже искать себе место для пряток. Хотя, это бесполезно, я всё равно тебя найду… — он разворачивается к Деймосу и шепчет прямо в ухо: — …И трахну так, что у тебя искры из глаз посыпятся. Потому что ты меня достал.  — Где ж ты раньше-то был? — нагло шепчет тот в ответ, оставляя на губах напарника поцелуй, — У меня уже стоит… — продолжает он, прижимаясь ближе к Сэнфорду и закидывая ногу на его бедро.  — Дей, солнце, мне завтра на работу, — напоминает Сэн, дразняще поглаживая партнёра по мягкой коже, — Ты же не хочешь, чтобы на меня потом обрушился гнев Дока и Хэнка?  — Я хочу только чувствовать тебя внутри себя, — вдруг распаляется парень, — Прогибаться под тобой, стонать в подушку, чтобы ты вжимал меня своим телом в стену или в кровать, и чтобы… — его рот закрывает большая рука, не давая закончить фразу.  — Заткнись, мелкий. Просто заткнись. Я теряю самообладание, когда ты так говоришь.       А Деймоса только сильнее это возбуждает. То, что он может вертеть Сэнфордом, как ему хочется. То, что он уже почти на переделе. То, что его так сложно уломать на что-то, но издевательские провокации постепенно делают своё дело. И огромная ладонь, зажимающая его рот и препятствующая потоку грязных разговорчиков. Поэтому он нежно оглаживает её пальцами, блаженно прикрывая глаза.  — Просто спи, — изнемождённо просит Сэнфорд, убирая руку и обнимая Дея, — Дай мне пережить эту пятницу, и я обещаю — в субботу ты не встанешь.       Дей прелестно хихикает, ехидно улыбаясь. Он почти сломался. Осталось нанести решающий удар.       Сэнфорд убивает последнего инженера. Осталось ещё одно здание. И пока есть время на передышку, он открывает телефон. «Новое сообщение». От Деймоса.       Без всякой задней мысли он кликает по ссылке, открывая мессенджер.       "Хей;)"       И фотка.       Мужчина прикрывает рот рукой. На фотографии Деймос высоко задирает свою любимую майку, обнажая идеальный торс и грудь, и настырно улыбается во весь полный острых зубов рот.       "Как тебе?"       Сэнфорд, естественно, просто стоит в ахере. Ведь Дей НИКОГДА не присылал ему свои интимки, и, почему-то, отказывался снимать хоум-видео или делать фотографии во время, собственно, процесса.       "Молчишь? Может, так тебе больше понравится? ~"       Тут же незамедлительно прогружается вторая картинка. И на ней у курильщика полностью задрана одежда, край которой похабно прикусывает клык хакера. А рука уже расстегнула пуговицу на джинсах… Стоп. Джинсы? Дома? Так он СПЕЦИАЛЬНО оделся для фотографий?!       И причём, как понял Сэн, в ТЕ САМЫЕ обтягивающие джинсы с низкой посадкой, которые соблазнительно обнажали выступающие тазовые косточки.  — Дей, блять… — Форд нервно начинает печатать ответ.       "Дей, мать твою, я на миссии! Какого чёрта?!"       Но тот, кажется, только радуется, потому что на экране незамедлительно высвечивается:       "О, ты ответил! Значит, ты не против, чтоб я продолжил?)"       Ну и конечно, не дожидаясь ответа напарника, кидает третью фотку. На ней…господи-боже, майка небрежно валяется рядом, а джинсы приспущены, открывая взору выступающий…блять.       «Выступающим» теперь является и причинное место самого Сэнфорда, который здравым смыслом понимает, что стоит просто выключить телефон и идти зачищать следующее здание, чтобы поскорее вернуться домой, но не может оторвать глаз от сообщений возлюбленного столь откровенного содержания. И с ужасом понимает, что ждёт четвёртую фотографию.       "Ты не посмеешь…" — вопреки своим мыслям печатает мужчина, внутренне немного содрогаясь. Будоражит нехило.       ")"       И на четвёртой О ГОСПОДИ. Дей, пошло закусывая губу, одной рукой сжимает грудь, а другой обхватывает свой…       Сэнфорд крепко зажмуривается, чтобы в итоге снова распахнуть глаза и рассмотреть получше так постыдно возбуждающую фотографию. Ещё и ракурс какой…       Старший закрывает глаза рукой, стоит ещё несколько секунд и вдруг срывается с места к следующему зданию, выключая телефон. Всё. Дей доигрался.       Сэн влетает в квартиру — Дея не видно, скорее всего, он в комнате — и сразу в душ. Ну не в потрёпанном же после миссии виде наказывать мелкого?..       После десяти минут водных процедур он направляется прямиком к источнику его сегодняшнего ахуя и стояка. И застаёт его лежащим на диване в домашней одежде. Ну да, он действительно оделся специально для соблазнения.       Когда Деймос замечает возлюбленного, его губы растягиваются в улыбке, и он с плохо скрываемым удовольствием интересуется:  — Привет. Как миссия?       Засранец. Какой же ты засранец.  — Ты не мог подождать один грёбаный день, Дей, один грёбаный день! Но мне уже всё равно, иди сюда.       С этими словами Сэнфорд в два шага сокращает расстояние между ними, приземляясь на диван и подхватывая хакера к себе на колени.  — Ты… Ты маленький похотливый ублюдок… — он проникает руками под чужую майку, жадно исследуя успевшее за несколько дней стать таким желанным тело. Деймос обхватывает его шею и улыбается, выгибаясь навстречу грубоватым прикосновениям и слушая такие сладкие оскорбления в свой адрес, вызванные сугубо захлестнувшей страстью.  — Эгоистичная паскуда… — майка резким движением отлетает в сторону, открывая Сэну огромное пространство для мести, — О чём ты думал, когда отправлял мне эти фотографии?  — Что ты всë бросишь и прибежишь сюда, — невозмутимо отвечает парень, обнажая клыки и зарываясь пальцами в слегка влажные волосы возлюбленного.  — Так я, блять, так и сделал! — рычит старший, скользя ладонями по сильной спине прямиком до ягодиц и сильно сжимая упругую задницу пальцами.  — Жалеешь? — шепчет Деймос, облизывая мочку мужчины и проходясь языком вверх по всей ушной раковине, и довольно усмехается, чувствуя рваный вздох Сэнфорда.  — Ты издевался надо мной целую неделю, — угрожающе смотрит на него Форд, — И если ты продолжишь, я не знаю, что с тобой сделаю.  — Прости, солнце, я слишком долго ждал, — невинно отвечает тот, вжимаясь пахом в чужой стояк и пошловато выдыхая. Чëрт, а он не зря старался.       Сэнфорд ничего не отвечает, лишь впивается в губы Дея требовательным поцелуем, кусая шершавую губу и ловя язык младшего своим. Одну руку он перемещает на грудь курильщика, оглаживая и сжимая, вскоре переходя пальцами на сосок. В рот ему стонет любовник, ещë сильнее прижимаясь, хотя куда уж ближе.  — Используешь самые грязные методы, чтобы затащить меня в постель? — ухмыляется Сэн, хватая Деймоса за волосы и немного оттягивая. Тот блаженно зажмуривается и кивает:  — Ну да, а что мне оставалось? Ты слишком сильный для меня…  — Льстишь мне?  — Ставлю перед фактом.  — Чего ты хочешь? Скажи это, я хочу тебя слышать, — требует Сэнфорд, продолжая тянуть парня за волосы, и оставляет дорожку поцелуев от его шеи до конца ключицы, слегка прикусывая косточку. Затем проводит языком по подрагивающему кадыку до самого подбородка, завершая сиё действо касанием губ до кожи хакера.  — Знаешь, когда ты просишь о таком, мне даже как-то неловко…       Форд с каким-то раздражённым изумлением смотрит на Деймоса и стискивает его лицо в ладони:  — Вот как? Все эти дни, каждый раз, когда ты своими провокациями вызывал у меня огромное желание оттрахать тебя прямо здесь и сейчас, ты, почему-то, совсем не стеснялся! А сейчас, как только, блять, дошло до дела, тебе сука неловко, да?!  — Ой, да ты реально злой, — к Дею возвращается его ухмылка. И это окончательно выводит старшего из себя.  — Пизда тебе, мелкий, — бросает он и со всей силы шлёпает по чужому заду ладонью. На что, закономерно, слышится полувскрик-полустон, такой громкий скорее не от боли, а от удивления, — Я сказал, я хочу слышать тебя!  — А если скажу, шлёпнешь ещё раз, м? — интересуется закусивший губу парень, блуждая пальцами по затылку напарника.       Сэнфорд не отвечает, а просто ударяет партнёра по ягодицам ещё раз, вызывая у того сдавленное похабное «о чёрт…». А потом ещё. И ещё. И ещё. А Деймос стонет ему прямо в ухо, и мужчина чувствует, что ему реально нравится. Ненормальный.  — Больной ублюдок… — цедит он сквозь зубы, перемещаясь руками на спину, потом сжимая бока и грудь, а зубами кусая бледную кожу шеи, — Говори, сучка, я ведь не зря сюда нёсся сломя голову из-за твоих ебаных фоток!  — Хочу, чтобы…ххах!.. Оттрахай меня, Форд… Прижми меня к стене или…мх!.. Свяжи… Я просто хочу… Почувствовать тебя внутри…ч-чёрт… У меня пятый день стоит на тебя… Пожалуйста, возьми меня, я безумно… Безумно сильно тебя хочу… — и он заходится очередным стоном, чувствуя, как язык и пальцы Сэна хозяйничают на его груди. Внизу уже всё болит от ожидания разрядки, и, видимо, не только у него одного. Идите вы нахер со своими затяжными прелюдиями, он хочет намного больше!       Трение паха о пах действительно вскоре становится невыносимым, поэтому Сэнфорд опрокидывает Деймоса на кровать, яростно стягивая с него жалкие остатки одежды, и тянется к прикроватной тумбочке за смазкой; достаёт тюбик, возвращаясь в исходное положение — на колени. Однако в этот момент хакер поднимается и садится перед ним — голый, горячий и растрёпанный — и прижимается щекой к его члену, слегка потираясь и виновато улыбаясь.  — Ты хочешь взять в рот? — спрашивает Сэн удивлённо, учитывая то, насколько сильно тот хотел, чтобы его трахнули прямо в данный момент.  — Хочу, — отвечает парень, оставляя поцелуй на чужом возбуждении. Видеть Дея сейчас — это как сильный наркотик: оторваться нереально.       И Форд слегка обхватывает голову любимого ладонями, давая молчаливое согласие на всё, что он собирается делать. А у Дея много планов на этот вечер.       Для начала младший довольно скалится и дразняще трётся лицом о стояк, смотря при этом прямо в глаза Сэнфорду. Он знает, что ему нравится, хоть тот этого и никогда не признает. И знает, что минет он делает чертовски хорошо.       Деймос, продолжая вглядываться в пытающегося сохранять серьёзность любовника, осторожно оттягивает резинку боксёров, спуская их до конца и обнажая то, что хотел увидеть целую грёбаную неделю. А Форд…реально большой. И мысль о том, что ВОТ ЭТО скоро окажется в нём, заставляет грудь сжиматься в каком-то жарком опасении, что ему станет слишком хорошо. Он нежно обхватывает возлюбленного и проводит языком от самого основания до головки. Это только начало, но пальцы Сэнфорда легко сжимаются на его волосах. Прекрасное чувство.       Дей играется с ним, слизывая немного солоноватый предэякулят, очерчивая по кругу головку и снова возвращаясь вниз. Сэн молча наблюдает. Пока молча. Потому что курильщику надоедает, и он резко вбирает в себя до конца, сжимая горло. Сверху слышится возмущённый вздох «твою мать, Дей», а руки стискивают растрёпанные пряди. Парень начинает двигать головой и языком, медленно ускоряясь и прикрывая глаза от наслаждения. Скоро, ещё совсем чуть-чуть… Да, вот оно — любимый теряет контроль, начиная легко толкаться в него, и его пальцы, комкая и оттягивая волосы, сами задают темп. Прекрасно. Деймос обвивает бёдра Форда руками, помогая ему получить больше удовольствия.  — Нравится? — тихо выдыхает Сэнфорд через минуту, давая младшему небольшую передышку. Тот согласно кивает головой, вытирая слюну с губ, и тянется обратно, однако его опрокидывают и прижимают к кровати сильные руки, и Сэн издевательски ухмыляется: — Нет уж, мелкий, теперь я сделаю то, зачем я сюда пришёл. Я говорил, что ты пожалеешь, — он стягивает боксёры до конца и выдавливает немного смазки на пальцы.  — Стой, подожди… — вдруг говорит Дей, когда мужчина касается упругих мышц. На его вопросительный взгляд он отвечает: — Я… Уже сам…       Сэнфорд, смотря на впервые стыдливое за все эти дни лицо мелкого, еле сдерживает смешок. Планировал значит, зараза.  — Извращенец, — заключает он, распределяя смазку по члену, и подхватывает руками согнутые ноги хакера.  — Это ты сейчас ебёшь парня, а не я, — отзывается Деймос, в ту же секунду обрываясь и зажмуриваясь, чувствуя, что Сэн, чёрт возьми, уже в нём.  — А тебе это нравится, — хмыкает тот, изо всех сил сдерживаясь от желания резко двинуть бёдрами и войти во всю длину, потому что Дей, хоть якобы и разработал себя, всё равно до невозможности узкий и горячий. Поэтому он двигается аккуратно, давая партнёру привыкнуть, но…  — Форд, я же сказал, что сделал твою работу за тебя. Не медли, блять, я целую неделю этого добивался!       Вот значит как. Он тут распинается, стараясь доставить как можно меньше дискомфорта напарнику, а тот…смотрит на него томным взглядом и улыбается. Нагло улыбается.       Сэн даёт волю всему накопившемуся возбуждению и резко входит, немедленно вызывая ответную реакцию от содрогнувшегося от наслаждения курильщика в виде громкого стона. Он невольно ухмыляется и начинает неистово вдалбливаться в младшего. Прямо как тот и хотел.       Деймос стонет громко и похабно. Деймос хочет его. И это заставляет Сэнфорда двигаться быстрее, а вскоре и вовсе выпустить ноги партнёра, чтобы навалиться на него сверху, опираясь на руки и ловя его рот своим. И продолжать толкаться, вынуждая парня царапать его спину от крышесносных ощущений.       Вскоре Форд без предупреждения меняет позу. Он переворачивает Дея на живот и придавливает к кровати, сразу чувствуя его приподнявшиеся бёдра. Он усмехается: знает, что это его любимая.       Обхватив плечи напарника, Сэн склоняется к его уху, шепча короткое «Хочешь?», и, получая утвердительный вздох, снова беспощадно вторгается в него. Деймос отчаянно пытается не задохнуться, когда с каждым толчком его вновь и вновь вжимает в простыни, чужой палец проникает в рот, двигаясь в унисон с Сэнфордом, а над ухом слышатся хриплые выдохи любовника. Ему нравится, чёрт возьми, его Форду нравится!  — Господи, Форд, быстрее! — хакер поворачивает голову, чтобы дотянуться до губ партнёра, топя в нём все сокровенные желания вперемешку со стонами. Толчки ускоряются, а Дею всё равно мало. Слишком хорошо, чтобы удовлетвориться полностью.  — Хочу попрыгать на тебе, солнце, — через время нахально выдаёт он, — Хочу видеть твоё лицо.       Мужчина без лишних слов облокачивается на подушку, а Дей перекидывает через него ногу и сразу опускается, вбирая в себя до конца, и пошловато скулит, закусывая губу. Сэнфорд собственнически кладёт ладони на его бёдра и грубо надавливает, вынуждая младшего ухватиться руками за его плечи. И чуть рычит от телодвижений, которые совершает этот несносный мальчишка, смотря ему прямо в глаза, а после ещё и выдыхая дерзкое:  — Тебе н..нравится?..       Он играется им. Вертит, как хочет. Даже сейчас заставляет его смущаться, и Сэн упорно внушает себе, что лицо его красное только от возбуждения и температуры тела. Он доминирует над ним, даже прыгая на его члене и стоная, как дешёвая шлюшка. Он всегда вынуждает так сильно хотеть его.  — Ты бесподобен, и меня это бесит… — отвечает, наконец, Сэнфорд, прижимая напарника к себе. Он так близко, что старший чувствует, как дрожит его тело от каждого нового проникновения, и как безудержные стоны вырываются из его груди, пока сам Деймос с жадностью целует его висок.       Неожиданно хакер хватает его руку и кладёт на свой всё ещё нетронутый, но нестерпимо ноющий член, весь влажный от предэякулята.  — Пожалуйста… — просит он, немного отстраняясь и сжимая плечи возлюбленного.       Форд обхватывает его рукой, а Дей, чувствуя это, толкается ему в ладонь, продолжая двигаться вверх-вниз.  — Не молчи… — вымученно тянет он, — Меня…возбуждает, когда ты..ххах..говоришь…  — Стоит на унижения, да? — хмыкает Сэнфорд и бросает ему прямо в лицо: — Сучка.       Деймос довольно скалится, переходя руками на затылок любовника. Ему мало.  — Тебе так нравится прыгать на мне? — видя выражение лица парня, он распаляется сильнее: — А может, тебя отхлестать, чтобы ты стонал и прогибался подо мной, м?       Тот только подаётся корпусом вперёд, выгибая спину в провокационной просьбе, и тогда Сэн звучно ударяет по его ягодицам, вызывая закономерный стон.  — Сукин ты сын… — ещё удар, — Прислал мне кучу компромата, а теперь ещё и выёбываешься! — удар, — Ублюдок, ты хоть знаешь, как сильно ты меня заводишь?       Деймос уже хрипит, плавясь под таким напором со стороны любовника, но всё равно продолжает смотреть на него и нагло улыбаться.  — Каждый блядский раз я еле сдерживаюсь, — агрессивно продолжает Сэнфорд, — И каждый блядский раз ты продолжаешь меня соблазнять, хотя знаешь ведь, что у меня крышу сносит от твоих приколов! — он снова шлёпает рукой стонущего парня и, наконец, возмущённо выдыхает: — Ты грязный, настырный и конченный извращенец…как же я тебя обожаю.       Дей всё чаще стонет и зажмуривается, успевая произнести:  — Боже, Форд, я… — и кончает, вцепившись в волосы Сэна. Много. И громко.       Сэнфорд тихо охает от резко обострившихся ощущений в районе паха, потому что Дей сжимает его до невозможности сильно, и тоже не выдерживает, изливаясь прямо внутрь. Чёрт… Неимоверно приятно.  — Провокатор сраный… — обнимает он хакера, который просто обессиленно завалился на него, — Ещё и кончить меня заставил…  — Завались. Ты охуенный, и ты это знаешь.  — Ну да. А кстати… Хэнк дома?  — Если бы он был дома, на нас уже был бы компромат. Он к Доку свалил, — заявляет, как ни в чём не бывало, Деймос.  — Ааа, ясно. Как думаешь, он актив или пассив?  — Ясен хуй что актив. Он же огромный. И высокий.  — Да ты хоть видел его вместе с Доком? Он как котёнок рядом с ним.  — По факту, вообще-то… — задумчиво отзывается тот, — Ладно, идём в ванную. У нас целая ночь впереди, — ухмыляется он и чмокает изумлённого Сэнфорда, приподнимаясь.  — Ты издеваешься.  — Да нет, я вполне серьёзно.  — Быстро в душ, мелкий! — и он с трудом поспевает за смеющимся Деем.       А фотки он сохранил, пригодятся ещё.