Спрячем слёзы от посторонних

— Чёрт, чёрт, чёрт. — в гримёрку, словно вихрь, влетела блондинка. — Последнее место по итогам дня, просто класс. — дверь захлопнулась сама по себе, а девушка, повторяя как мантру "дурацкое голосование, дурацкая песня", стянула уже надоевшие каблуки и со всей силы, которая только осталась у артистки, бросила розовые туфли в сторону закрытой двери. — Кажется я вовремя. — в проёме этой злополучной двери появилась голова Тишмана. Оглядев гримёрку на другие следы преступления, и, не заметив ничего более криминального, мужчина зашёл в гримёрку. Он закрыл дверь на замок, медленно поднял туфли девушки и отставил их в сторону. Артист сделал пару шагов и оказался напротив Паршуты. Дотронувшись до объемных рукавов платья Юли, мужчина произнёс: — Что же ты, девочка — на слово "моя" сил не хватило, ещё не время, думал Тишман. — Последнее место в итоговой таблице, Марк. По-след-нее. — также начиная мять в руке ткань костюма артиста, говорила Паршута. Мужчина посмотрел в глаза блондинке и заключил ту в объятия, хоть так пытаясь предотвратить надвигающуюся истерику. — Всё будет хорошо. В конце концов по итогам всех выпусков ничего не изменилось. Ты на высоте. Для меня точно.— целуя девушку куда-то в волосы, проговорил Тишман. — И вообще, кто как не я, расскажет тебе о весёлой атмосфере на дне. Это ведь самое интересное и увлекательное в нашем шоу. Ой, жаль, что на следующих съёмках ты опять будешь сидеть наверху. — мужчина чувствовал плавные движения ладоней Юли по его спине. Видимо это успокаивало Паршуту. Что он чувствует? Радость, ведь находится с любимой девушкой? Или может быть уныние и боль, потому что сейчас плохо Юле? Паршута чуть отстранилась от певца, правда оставляя руки на его шее, и заглянула в его глаза. — Марик, спасибо. Я... я ценю это. — девушка слабо улыбнулась и затем прикусила нижнюю губу. Видя, что ещё чуть-чуть и она заплачет, Тишман убрал мешающую прядь её волос и произнёс: — Юль, не надо. Этот проект не стоит твоих слёз. Ну хочешь, я сделаю всё, что ты ... — И сладких апельсинов? — не прерывая зрительного контакта, тихо спросила Юля. — И музык новых самых. — улыбнулся Марк. Уловив взгляд девушки, который перемещался с губ мужчины на его глаза и обратно, Тишман, одной рукой нежно придерживал Паршуту за талию, словно она хрусталь, который без его поддержки разобьётся на тысячу мелких кусочков, а второй рукой провел подушечками пальцев по её щеке и прикоснулся своими губами к её.