Дом

«Лучше бы мы никогда не встречались» «Ты бы никогда не стал, как Шиничиро» Майки не в себе. Он выплёвывает это на эмоциях ещё не задумываясь о смысле сказанного. Все эмоции перемешались. В его голове проскальзывает мысль, что все были бы живы, если бы не Такемичи. Он во всем виноват. Если бы они просто никогда не встретились, не пересеклись, все бы было хорошо. У всех все бы было хорошо. Такемичи не сразу понимает смысл услышанного.  Он очень устал. Ему нужно было с кем-то поговорить, но каждый раз, когда слова уже были на языке, он отдергивал себя, ведь скидывать на них и его груз после того, сколько на них навалилось будет эгоизмом с его стороны. Он хотел бы поговорить с Чифую, но ему тяжело даётся смерть Баджи. Он выглядит так, будто исчерпал себя. И Такемичи не решается. И так каждый раз.  Такемичи чувствует то, что он давно забыл. Он хочет сбежать. Но он больше не может. У него больше нет права сбегать. А ещё он очень устал. Он не спал всю прошлую ночь. Не смог заснуть. У него появилась возможность вернуться в прошлое на действительно большой промежуток. Он может спасти Шиничиро. Он думал об этом всю ночь. Тогда он решается поговорить с Майки. Он не успевает об этом рассказать, и все идёт наперекосяк – в кровь разбитое лицо, тон, переходящий в крик нарастает. Такемичи не винит Майки. Он многого натерпелся. Когда он слышит эти слова, решение кажется ему очевидным, и единственно верным. И он уходит.  Майки все ещё в гневе, и когда он думает о том, что сказал его тошнит. Он ненавидит себя. Но, возможно, теперь Такемичи наконец оставит его, и сможет отправиться к своему «долго и счастливо».  Такемичи не попадается ему на глаза, и с ужасом ему приходит мысль не о том, что он действительно его послушал, а о том, что Манджиро не хотел, чтобы его послушали. Тьма сгущается. ••• Ханагаки лежит на траве у реки. Ветер колышет его волосы. Несмотря на окружающую атмосферу свободы, парень выглядит так, будто его руки и ноги скованы цепями, на рту висит замок, а сам он привязан к валуну, который должны скинуть в воду. Пожалуй, он примерно так себя и чувствует. Он так и не смог ни с кем поговорить. Желание сбежать увеличивается с каждым вдохом. «Может, так действительно будет лучше» В этот момент мысль вернуться в прошлое, спасти Шиничиро и никогда не встречаться с Майки кажется хорошим вариантом. Никогда не встречаться ни с кем. Не с Хинатой. Не с Дракеном. Не с Эммой. Не с Чифую. Не с Баджи. Не с Мицую. Ни с кем. Особенно не с Манджиро.  Он так и поступает. Возвращается с прошлое, успевает в последний момент дернуть Шиничиро на себя, и тот отделывается лишь царапинами. Просит этого непутёвого старшего брата: «Позаботься о Майки» [Теперь твоя очередь] И уходит.  Не имени, не лица его никто не запомнил. Он уходит сразу, как только говорит эти слова. И больше никогда не появляется. Снова сбегает. Что ж, возвращается к тому, с чего начали. Он не возвращается в будущее. Больше не может. Боится, что его единственный шанс снова был упущен. Вероятно, он попадет в ад, и будет мучиться за все, что он сделал. А ещё за то, что не сделал. Хотя кто знает, может это и есть ад. Он проживает свою жизнь заново. При первой же возможности уезжает к родственникам, что живут как можно дальше. Учиться готовить, помогает и работает на нескольких работах, чтобы возместить деньги за проживание. Вроде бы все налаживается, но Такемичи больше не спит без сильнодействующего снотворного. Окружающие ссылаются на то, что он мелкий и энергичный не успевает уставать.  Он приживается. Правда с тем же успехом, что одуванчик посаженный на грядку прекрасных цветов, стараясь как можно лучше подражать им. Но это ничего. Все же, он всего лишь ребенок, и если однажды он переберет со снотворным, все будут думать, что это несчастный случай у подростка с особо выраженным максимализмом. Он никогда не почувствует себя здесь на своем месте.  Интересно, когда его надежда на то, что его страдания окупятся начнет угасать? ••• Ему исполняется 26, и он думает, что может быть хорошо бы вспомнить старые деньки. Он приезжает домой. Как непривычно звучит это слово. Он бродит улицами вечернего города. Его мысли сводятся к тому, чтобы узнать все ли в порядке. Но в тоже время он жутко этого боится.  Когда он натыкается взглядом на стоящего впереди человека, которого не видел уже около 14 лет, он не сразу его узнает. Такемичи так боялся, но почему-то все равно подошёл, и слова ему дались так легко, что в другое время бы он подумал о том, почему он боялся. «Как там Майки?» Глаза парня напротив расширяются. Сначала он не понимает о чем речь, но в какой то момент его будто переклинивает. Он начинает сыпать вопросами, но Ханагаки лишь молчит. Это продолжается пару минут, и только тогда он прерывается. «Майки в порядке. Он ушел кататься на байке с Дракеном несколько часов назад, должны скоро вернуться» «Эмма?» «Та, которая девушка Дракена? Не зна–» «А Чифую?» «Они с Баджи недавно наведывались сюда, думаю, они в порядке» «А Мицуя?» «В порядке» «Казутора?» «Тоже» «Что насчёт Сенджу?» «Кто?» «Кисаки и Хината?» «Эти молодожёны?» Щеки становятся мокрыми, он даже не сразу понимает почему. Он давно не плакал. Слишком давно. Он не может до конца осознать прозвучавшие слова, разворачивается и резко срывается на бег. Крики Шиничиро на фоне он совсем не слышит. Он не знает, сколько пробежал. «Получилось..» ••• Сидя на площадке на качелях, с которых все началось, он думает ни о чем и обо всем сразу. Кажется, будто даже начавшаяся ядерная война его не заставит обратить внимание ни на что сейчас. Но нет. Он думает, что у него галлюцинации. Он слышит до ужаса знакомый голос. Он выдергивает Такемичи из своих мыслей моментально.  Манджиро Сано. Почти не изменился, только выглядит старше. Кажется, Ханагаки смотрит слишком долго, ведь Майки обратил внимание на его пристальный взгляд. Кажется, вот он сейчас отвернется, будто просто ночью пересекся глазами с кошкой. Но он подходит. Он подходит, а Такемичи кажется, будто он сейчас сгорит и воскреснет как феникс, но только после того, как его сердце остановиться.  «Слушай, а мы с тобой нигде раньше не встречались?» Кажется, улыбка Манджиро намного шире чем те, которые он помнит за все свои путешествия. Он улыбается в ответ. Настолько ярко, насколько может его бьющееся с хрустом сердце, что, кажется, больше не выдержит.

«В этой вселенной все живы и счастливы. А ещё в этой вселенной Такемичи Ханагаки и Манджиро Сано никогда не встречались.»