Запах палёного

"Тебя охраняют ангелы, Дин." Так всегда говорила Мери Винчестер Дину. С самого его рождения, пока баюкала его на руках. Когда укладывала капризного сына спать. Когда трехлетний Дин впервые упал на коленку и поранился. Мери тогда вытирала его слезы и обрабатывала едва кровоточащую ранку, рассказывая о прекрасных ангелах, живущих на Небесах, которые приглядывают за людьми. И Дин мгновено переставал плакать, смотря в окно, на небо, где красиво разливался закат. Наблюдая за летящей в далеке птичкой, трёхлетний малыш уже знал, что навсегда запомнит это мгновение. Но вскоре вернулся Джон. Он сердито посмотрел на заплаканное лицо сына и сказал только: "Это всего лишь царапина, нечего тут рыдать." А потом Дину исполнилось четыре. У него странным образом появился братик Сэм. И отец в нем души не чаял. Малышу Дину казалось, что тот любит Сэмми больше, чем его. Однажды ему хватило смелости рассказать об этом маме. Тогда они с Джоном поругались. Дин очень не любил, когда мама плакала, и когда Джон слишком громко говорил. "Мой сын альфа, Мери! А не вот он..." В ту ночь он не спал, завернувшись в одеяло, тихо плача. Потому Дин так отчётливо почуял запах гари, а затем... Затем отец громко звал его. Кричал, как раненый зверь. Дин в ужасе бежал к нему через весь коридор. Он так и не смог забежать в комнату Сэма, откуда звал его отец. Джон всучил ему маленький, но тяжёлый свёрток, оказавшийся его братом, и велел бежать из дома. Велел спасти Сэма. В ту ночь не стало его мамы. Тогда, когда они заселились в первый в жизни Дина опшарпаный, грязный и холодный мотель, четырехлетний малыш был самым одиноким и несчастным человеком на всем белом свете. Он знал, что ему никогда не забыть этого ужаса. Это были последние его слезы и последние мгновения детства. С тех пор ему было запрещено плакать. "Не разводи сопли, Дин, ты должен присматривать за Сэмом!" Чем старше он становился, тем больше отец его ругал. В одиннадцать он не мог понять почему, даже в тринадцать не понимал. Он делал все, что говорил - приказывал - Джон. Сэм был в безопасности, всегда одет, всегда сыт, даже если сам Дин не был, что, казалось, отца волновало меньше всего. Все, что было нужно от Дина, так это всегда знать, что Сэмми жив. Но вот ему исполнилось четырнадцать. Джон отвёз их с братом к Бобби на неделю. Дня через два или три, Дин понял, что заболевает. Его трясло, словно от мороза, и, в тоже время, было невыносимо жарко. У него болели голова и живот. Особенно в низу живота, даже тошнило немного. Он тогда испугался, думая, что лопнул аппендицит. Через боль Дин кинулся к Бобби, который, как оказалось, сам уже шёл к нему. Старый охотник спрашивал, что у него болело, где болело и как. Дин честно отвечал на каждый вопрос. Бобби тогда только кивнул и, уложив Дина в кровать, дал ему странные таблетки, которые, к удивлению Винчестера, помогли практически сразу. Бобби был с ним всю ночь, читая странные скучные книжки. А утром, пока они завтракали, он прочитал им лекции: Дину об омегах, об альфах ‐ Сэму. Так Дин узнал, что он омега, так узнал о своей первой течке, а также о том, почему Джон любил Сэма. Сэм был альфой. Джон был альфой. Все Винчестеры альфы по природе. "Вот он, настоящий Винчестер." К восемндацати годам Дин неплохо поработал над своим телом. Из худогого мальчишки с копной путаных русых волос, он наконец сделался подтянутым мужчиной. Он даже больше не походил на омегу. Но, что больше его радовало, так это то, как Джон стал видеть в нем равного. Отец все никак не признавал в Дине охотника, не позволял ему охотится одному, приказывая только следить за братом: "Тебе всего лишь четырнадцать, Дин." или "Ты всего лишь омега, Дин. Такие как ты не могут быть хорошими бойцами" вспоминались слова Джона. И Винчестеру приходилось, буквально, каждый раз доказывать ему обратное. Он много занимался. Порой целыми днями проводил за ружьём или пистолетом, тренеруя меткость. После шестнадцати лет, он подрабатывал в местах, где Винчестеры остановиливались на охоту. Таскал тяжёлые коробки, получая копейки, которыми оплачивал еду для себя и Сэма. Порой денег было так мало, что Дин голодал, покупая еду только брату. Ведь Сэмми был на первом месте. Он был смыслом жизни Дина. Отец полагался на него в этом. А маленький Винчестер так боялся подвести Джона, что едва ли не приклеился к брату. И вот, когда ему исполнилось восемнадацать, отец подарил сыну свою кожаную куртку. Самое ценное, что у того было. Дин хранил её как самое дорогое сокровище. Но это было не все, в тот день Джон разрешил ему сесть за руль Импалы, говоря, что теперь эта его машина. Что Дин это заслужил. Молодой Винчестер тогда был самым счастливым. Отец наконец признал его, как охотника, как бойца. Но, как он понял позже, не как сына. Вскоре они поехали к одному знакомому Джона. Это случилось через месяц, после восемндацатилетия Дина. Они были в мотеле, после очередной охоты. Джон уже какое-то время с кем-то говорил по телефону, попутно протирая своё оружие. Он только кивал, негромко отвечая. Наконец, мужчина сбросил вызов. – Дин, Сэм, собирайте вещи, мы выезжаем. Сэм лишь тяжело вздохнул, раздрожено закатив глаза. Что с него взять, он теперь подросток. Альфа в нем только-только начинал просыпаться. – Куда едем? – Одному моему знакомому охотнику нужна помощь. Сэм что-то недовольно буркнул, но все же пошёл к кровати, где спал предыдущую ночь, собирать вещи. Дин только кивнул, быстро закидывая в дорожную сумку свое немногочисленное барахло. Он был таким покорным тогда. Все было так просто. Отец приказывал, Дин - выполнял. После всего шести часов дороги, Дин завернул на указанный отцом поворот. Неровная каменистая тропа привела их к двухэтажному дому. Дину он как-то не понравился. На некоторых участках стен была облезлая краска, ранее бывшая белой, как показалось Винчестеру. Ставни в окнах были такими древними, будто их не меняли со времен первого президента. Даже ступеньки к крыльцу были неровными и подбитыми. А на самом крыльце стоял мужчина. Дину очень хорошо запомнились его кожаная куртка, темная рубашка под ней и потертые серо-голубые джинсы. Мужчина был молод (достаточно младше их отца, но старше Дина), высок, а тёмные глаза были одного тона с волосами и короткой бородой. И он был альфой, пахнущий сталью. Когда они втроём вышли из машины, охотник спустился по скрипучим ступенькам, протягивая руку для приветствия: – Спасибо, что приехал, Джон – он оскалился в притворной улыбке. Дин вздохнул, ему не понравился новый знакомый. И это привлекло внимание мужчины. – О, это твои сыновья? – спросил он, всего лишь на миг задержав взгляд на Сэме и впиваясь им в Дина. – Да, это мой сын, Сэм – сказал Джон, указывая на названного, и младший Винчестер протянул руку, пожимая – а это Дин. Дин неохотно поднял кисть, неохотно здороваясь с мужчиной. – Я Брайан – снова оскалился он – Брайан Батлер.

***

–Если ты думаешь, что для меня есть что-то важнее тебя, то ты очень ошибаешься, Дин... – произнес Кастиэль, слыша гудки сброшеного вызова. Какие-то пару мгновений ангел стоял, совершенно не двигаясь. Он с силой сжал телефон, и, если бы, он все ещё действительно был ангелом, прибор бы уже треснул. "Дерьмо!" тихо, но быстро выплюнул Кастиэль, швырнув многостродальческий телефон об стену, который с громким лязгом наконец-то таки раздробился на кусочки. –Кас? Ангел вздрогнул и развернулся на звук собственного имени. Это был Сэм. Выражение его лица было обеспокоеным и истощенны. Кастиэлю, смотрящему то на осколки телефона, то на Сэма, вдруг стало стыдно за свой эмоциональный порыв. –Все так плохо? – только и спросил Винчестер. Кастиэль даже не удосужился ответить. Просто прошёл мимо Сэма к машине. Винчестеру осталось только обречённо выдохнуть и пойти за ангелом. Очевидно, Дин отвечать не захотел и Кас разозлился. И из их разговора ничего хорошего не вышло, похоже, только поссорились. Брат в своей защитной манере ляпнул какую-нибудь глупость, с направленой на себя ненавистью, а Кас просто не сдержался. Сэм уж точно знал, что тот не любил, когда Дин открыто презирал себя. Винчестер устало выдохнул, наблюдая как насупившийся и осерчавший ангел тежело уселся на пассажирское место. "Брайан сделал то же с тобой?" эхом раздались в голове слова Каса. Почему Дин не сказал, почему, хотя бы просто не отказался от охоты? Сэм же не знал ничего, когда отправлял брата с Батлером в тот проклятый полицейский участок. Они пережили так много плохого вместе: и предательства, и вранье, и ошибки, а Дин... Дин просто промолчал. Снова. Когда же это случилось? Когда Дин перестал говорить о своих чувствах Сэму? Детьми они всегда делились переживаниями. С громким хлопком, за который брат бы, наверняка, уже убил его, Винчестер закрыл дверь водительского места машины, усаживась и заводя её на полном автомате. – Куда едем? – спросил он, не рискуя повернуть головы к комку полного негатива и злобы с крыльями. А, точно, уже без крыльев. – Все равно – выдал Кастиэль, совершенно не желающий говорить. – Кас, если Дин... гхм...– Сэм запнулся и попробовал снова – если все так плохо, то нам нужно ехать в мотель. Сам понимаешь. Монстра, мы ещё не поймали, у нас даже предположений нет кто это. Дин, он... И Сэм снова запнулся, не в силах произнести остальное. Потому что он что? Потому что Дин определено стал потенциальной жертвой? Потому что он омега, и его насиловали? Сэм издал сдавленый хрип, который должен был быть вдохом. – Если нам нужно ехать в мотель, зачем ты меня спрашиваешь об этом? – спросил Кастиэль более спокойным голосом, будто понял, о чем думал Сэм. – Ладно, мы сейчас поедем к Дину, – Винчестер вывел машину на дорогу, наблюдая за ангелом– и поговорим об всем. Все вместе. Кастиэль попытался незаметно фыркнуть. – Он не захочет говорить. – Если, он по-хорошему не станет, я его силком заставлю. – Не будет ли от этого только хуже? – спросил Кастиэль, многозначительно посмотрев на Винчестера, прищуриваясь – кажется, он пережил достаточно насилия, Сэм. Плечи Каса опустились, он издал какой-то отчаянный звук, словно ему самому стало больно от этих слов. Его расстроило, что Дин не рассказал ему. Сэм понимал, что брату было бы тяжело рассказать ему самому, но ведь Касу он мог сказать. Они знакомы так долго, они доверяли друг другу. Конечно там тоже не без проблем, это был долгий путь принятия и прощения ошибок. Сэм, по крайней мере, надеялся, что Дин доверяет Касу, понимающему и чувствующему его даже лучше чем Сэм. Винчестер поборол желание удариться лбом о руль. Он посмотрел на Каса: – Да, я понимаю, прости, я немного зол сейчас – руки непроизвольно сжались, Сэм буквально заставил себя их расслабить – Он должен был сказать... Кастиэль, конечно же, не ответил. И эта фраза надолго зависла в полнейшей тишине машины. Где Сэм не уследил? Где он что пропустил? Когда он понял, что Дин всегда делал все ради Сэма? Он был его главной задачей. Джон всю жизнь это ему внушал. А брат подчинялся, как солдат, как боевой пёс. Сэм ненавидел это. Когда впервые, в семь лет младший Винчестер пошёл в школу, Дин был рядом, поддерживал его, говорил, что школа интересное место. Сам он не пошёл на уроки, ведь Сэму нужна была помощь. Дин таскал ему учебники и различные другие книжки из библиотек, ведь он, Сэм, действительно полюбил учиться. Они вместе читали в мотеле, когда отец оставлял их надолго. Дин даже водил его ко врачам, если было нужно. Хоть и боялся больниц, все равно ходил. Он всегда находил способ раздобыть денег, ведь отец оставлял им копейки и задерживался слишком надолго. Сэм ни разу не был голоден, у него всегда была чистая одежда, всегда были все принадлежности для учёбы. У него было все. Дин отдавал ему все, а Сэм даже не задумывался над тем, как все это появлялось, скольких денег это стоило, или, может быть, Дин воровал, кто знает. Он принимал это как должное. Потом, в десять, когда Джон привёз их к Бобби, Сэм узнал, чем он отличается от Дина. Но его вовсе не волновало это тогда, и не волнует сейчас. Дин был все ещё Дином. Старшим братом, образцом для подражания. Лучшим охотником, которого он знал. А ведь брату было всего четырнадцать. Сэм весьма заметно вздрогнул, внезапно вспоминая. И когда ему тоже стало четырнадцать, он с Дином и отцом поехали на дело к одному охотнику. К Брайану Батлеру. Они пробыли там всего пару дней, после которых Джон практически не разговаривал с Дином. Он только упрекал и, как провинившегося котёнка, тыкал на его ошибки. Как он мог забыть? И как он мог не понять? Дин больше не разговаривал с ним. Он словно вообще старался походить на призрака, лишь бы не нарваться на раздражительного отца. Он закрылся. Всё случилось тогда. Сэм не спросил, потому что был четырнадцатилетним подростком-придурком. А Дин и не пытался рассказать.

***

Ему восемндацать. Джон привёз его и четырнадцатилетнего Сэма с собой на частную дачу своего коллеги Брайана. Молодой охотник попросил помощи в охоте у их отца. Тогда Джон был одним из лучших. Дин гордился им. Пока они занимались самой скучной частью охоты (то есть исследования), Брайан многое о себе рассказал. К примеру, он не всегда был охотником. У него была пара. Они тогда учились вместе. Но он, бета, умер, вернее был убит грабителем в переулке. После этого Брайан познакомился в баре с Джоном. И в один момент просто узнал о демонах, оборотнях, вампирах и прочей нечисти. Он даже устроился в университете охранником, чтобы поймать монстра на которого он однажды охотился. В конце концов, этот путь привёл его на эту охоту. Кстати, работу охранником, он так и не бросил, ведь охота не приносит денег. И не все умеют проводить махинации с кредитными картами. Джон пытался научить, но Брайан решил, что ему это не нужно. И имено благодаря своей настоящей работе, он нашёл дело об этих монстрах, Гулях. В конце концов, с Джоном всего пары дней хватило, чтобы выследить их: один в обличии старого мужчины с рябой сединой и в странной ковбойской шляпе и второй – парень с рыжими кудрявыми волосами, скорее всего когда-то бывший студентом. Молодой Дин бы никогда не распознал в них монстров. Джон фыркал на него, но Брайан был очень добр. Любезно показывал все повадки, выдающие в них монстров, рассказал как убить, и, так чтоб наверняка, посоветовал сжечь тела убитых. Оказалось, Брайан был не так уж и плох. В восемнадцать Дин убил своего первого Гуля. Гордость в глазах Джона, одобрение Сэма и бодрая улыбка Брайана – были лучшей наградой. Он убил Гуля в обличии молодого человека с рыжим волосами. Именно тогда тот монстр, что постарше в агонии клялся отомстить, сказал, что по его душу придут. Клялся, что все они умрут в муках. А Дин посмеялся над ним, наблюдая, как Джон сносит голову с плеч ублюдка. После они сложили всё это кровавое месиво в одну кучу и сожгли. Он все ещё помнит едкий и противный запах паленого тела, от которого слезились глаза. Конечно же, по традиции, после удачной охоты Джон собрался в бар, приглашая и Брайана. Дину, конечно, ещё не предлагали такого, к тому же, было нужно присматривать за Сэмми. Батлер пообещал, что долго задерживаться не будет и утащит для Дина что-нибудь из бара. Конечно же, Дин счёл это шуткой, хотя что-то странное и тёплое шевельнулось у него в животе. Когда было уже довольно поздно и Винчестер лежал на задрипаной кровати в маленькой комнате на втором этаже, в которой было только не менее маленькое окошко. Свет едва просачивался через него. И не только из-за размеров рамы, но и из-за толстенного слоя пыли. Похоже охотник не очень то любил убираться. Сэм, конечно, уже спал в другой комнате, в конце коридора. Он был в безопасности, накормлен и не ранен. Но от чего-то Дин все никак не мог уснуть. Его никак не покидало странное чувство поселившееся слишком надолго в его животе. Это вроде называется бабочками, хотя Винчестер не совсем понимал причём они там. Послышался скрип с первого этажа. У Дина подпрыгнуло сердце. Он схватил ружьё из под подушки. Шаги приближались. Кто-то поднимался по лестнице. Комната Дина была рядом с лестницей. Кто-то подошёл к двери. Винчестер направил оружие на дверь, опустив палец на спусковой крючок. А Раздался абсолютно оглушитильный, по мнению Дина, но на самом деле, тихий стук. – Дин? Спишь? Это Брайан. Дин рвано выдохнул и опустил оружие. Его сердце все ещё колотилось, как ненормальное. – Нет, не сплю. Дверь с противнейшим скрипом открылась и Брайан зашёл в комнату. – Как и говорил, я надолго не задержусь – произнес он и с лучезарной улыбкой протянул Дину бутылочку колы. – и, как обещал стащил кое-что для тебя из бара. – Это же кола! – фыркнул Дин. – Брось, твой отец убил меня, если бы я притащил тебе пиво – рассмеялся Брайан и у Дина заплясали звезды в глазах – бери, пока дают. Батлер всунул бутылочку прямо в руки Дину, который инстинктивно поднял их. – Я буду внизу, если вдруг – сказал он напоследок и вышел из комнаты. Дин поставил бутылку на потрескавшийся комодик возле кровати, а сам снова улегся. Казалось бы, теперь можно и поспать, ведь Брайан теперь дома, и он начеку, но Дин все равно не мог заставить себя спать, только ворочился. Брайан был на первом этаже и, скорее всего, разбирал оружие и вещи, испачканные кровью, пылью и грязью. Проволявшись пару минут, Дин раздраженно вздохнул и спустился к нему. Брайан посмотрел на него со страной, даже хищной, улыбкой, будто ждал, что Винчестер придёт. – Ночи, Дин, – произнес он – чего это ты? – Я спустился попить воды... – Не нужно врать, малыш... – тот снова усмехнулся – не спится, да? – Вроде того – обречённо сознался Дин. – Я тут разбираю оружие – протянул Батлер, словно смакуя каждое слово – если хочешь, можешь присоединиться ко мне. Дин почуял неладное. Что-то было такое в его интонации, что-то двусмысленое, не понятное Винчестеру. Он быстро отмахнулся от этих мыслей. Это же друг отца, охотник, ему можно верить. Поэтому Дин кивнул и подошёл к столу. И некоторое время, за которое он смог полностью расслабиться, все шло замечательно. Батлер научил смывать кровь с ткани и пола, показал свои способы отчистки оружия после охоты. Но в какой-то момент рука Барйана оказалась у Дина на пояснице. Винчестер особо не обратил на это внимание, конечно, пока рука по-хозяйски не начала гладить его по спине. Брайан все ещё что-то говорил, когда ладонь внезапно и неожиданно оказался у Дина на ягодицах. От этого Винчестер вздрогнул. – Что ты делаешь? Брайан развернулся к нему. Рука все ещё была на месте. – Да брось, мы оба знаем, к чему все шло – он, буквально, оскалился в улыбке – не строй из себя недотрогу. – Я... О чем ты? Дин был уже взрослый и не идиот. Он понимал, на что намекает Барйан. Ему не нравилось то, куда все зашло. Он попытался отойти, но вторая рука Батлера накрепко схватила его за предплечье. – Куда это ты собрался, Дин? – тон мужчины оказался на несколько октав ниже – Ты ведь омега, да? Винчестер почувствовал, как его пробила неконтролируемая дрожь, выдавая, его с потрохами. – Конечно, я почуял это мгновено – произнес Брайан, вплотную прислонившись к шее Дина и втягивая воздух – запах твоего страха великолепен, детка. Дина передернуло, не то от слов мужчины, не то от его действий. Ещё одна попытка вырваться закончилась провалом. Он вдруг почуял противный металлический запах, смешанный с чем-то ещё. Его ноги непроизвольно подогнулись, а тело пробила сильная слабость. – Я альфа, Дин, я могу заставить тебя хотеть меня, только одним моим запахом. – Пошёл ты...– сказал Дин, плюнув в сторону охотника – я лучше сдохну! Брайан опасно оскалился, показалось, что тот даже зарычал. – Замечательно! Брайан насильно затащил сопротивляющегося Дина в его маленькую комнату с маленьким окном. Батлер попутно запер дверь на щеколду. Дин не хотел этого, но мужчина не слушал. Он с силой кинул восемндацатилетнего Винчестера на кровать и придавил своим телом. Брайан был крупнее и сильнее, и Дин ничего не смог сделать, хотя отчаяно пытался. – Давай, Дин, – хищно говорил Брайан, схватив одной рукой края его джинсов – это не сложно. Вторая рука без особого напряжения сдерживала обе кисти дергающегося Дина. Как только Барйан расстегнул пуговицу Винчестер замер. Мужчина взявший, незнамо от куда появившуюся, ткань свернул её так, что она походила на верёвку, и привзал руки Дина к кровати над его головой. Сразу после, свободные руки пустились по телу Винчестера. – Ты будешь послушным? Не хочешь же, чтобы я рассказал твоему отцу, какой шлюхой ты можешь быть? – мерзко произнес Брайан. Он уже разорвал футболку Дина пополам – тебе ведь не нужно проблем, правда? Последовала пауза. Винчестер едва не задохнулся от того, как руки легли на беззащитно обнаженную кожу: руки мужчины остановились на талии. Восемнадцатилетний Дин принципиально отказывался говорить, закусив нижнюю губу. Ему было так страшно. Отец не должен узнать. Он только стал замечать Дина, как хорошего охотника. Он так старался доказать ему это. Неужели, ради того, чтобы все это сохранить, придётся позволить этому ублюдку сделать то, что он хочет? Голос Батлера звучал настолько противно, насколько это вообще было возможно. Дину казалось, будто его вот-вот стошнит, не говоря уже о запахе перегара. Горло сдавило знакомым спазмом. – Отвечай, крысеныш! – грозно шикнув мужчина с размахом ударил Дина по щеке. Боль оказалась ну удивление сильной. Эхо от удара мгновенно разлетелось по маленькой комнате. У Винчестера был ответ: отец не должен узнать. – Нет... – Дин пытался быть храбрым, но голос все равно дргонул. Тяжёлая рука с жирными, видимо в машином масле, пальцами звучно опустилась на его бедро, а на лице мужчины растянулась блевотно-хищная улыбка – вторая его рука прошлась по всему телу Винчестера. – Вот так и нужно было, – тон мужчины стал притворно ласковым – так и должны вести себя омеги, Дин. Его гадкие руки опустились ниже. – Ты сам согласился на это, малыш. Горло Винчестера сдавило тупой болью, когда он захотел возразить, а из глаз вырвались первые непроизвольные слезы. Дин думал о том, как все закончится, когда Брайан полностью его обнажил. Думал о спящем Сэме, о том как они вместе играли с Бобби в бейсбол. Вспоминал все хорошее, а этих моментов в его короткой жизни было не так много, пока мужчина не церемонясь развёл ноги Дина и устроился между ними. Он знал, что с ним сделает Батлер. И, в первый раз, после смерти мамы, Дин молился ангелам, про которых так часто говорила мама, когда Брайан резко ввёл в него сразу несколько пальцев, всего через несколько минут меняя их на себя. Дин думал, что его разорвёт, что он, охотник на нечисть, попросту умрёт вот так, будучи изнасилованым. Он плакал и наделся, что папа и Сэм никогда этого не узнают. Но вот дверь скрипит и сердце Дина обрывается. Это был Джон.

***

Импала с грозным шумом останавливается возле мотеля. Атмосфера все более угнетающая. Ни Сэм, ни Кас не двигаются с места. Окно их номера смотрит прямо на парковку, и Сэм гадает, услышал ли их Дин. Вдруг он сбежал, испугался? Что они скажут ему? – Нужно идти – произнес Кас, его плечи мужественно расправились, будто он только что поднял крылья вверх – ничего не решится, если мы будем сидеть здесь. Сэм мрачно ему кивнул, но Кастиэль не обратил на это внимания. Как только они подъехали, ангел почуял что-то страное. Какое-то плохое предчувствие. Оно не отпускало его, как будто связалось в огромный запутанный узел, который только сильнее стягивался, стоило его развязать. Он поспешил вылезти из машины. Сэм тоже. Одновременно они направились к двери. Причём так, будто шли на поле боя. Их ждала серьёзная битва. Придется постараться, чтобы все узнать. Кастиэль с холодным страхом вспоминает повисшую, буквально, смертельную тишину после его вопроса Дину. Он не хотел грубить. Никто из них. Дин просто защищался, как только Кас ступил на запрещёную территорию. А сам ангел не стерпел небрежное отношение Дина к самому себе. Словно его жизнь ничего не стоила. Кастиэль не для этого пробирался через весь Ад, вытаскивая его. Дин стоил любой его жертвы. И вот они, двое: Сэм - лучший охотник и Кастиэль - бывший ангел господень; стоят возле двери их номера и боятся войти. Никто так не придумал, что они будут говорить и будут ли. Из Дина ответы придётся вытаскивать клещами. И Кастиэлю кажется, что Дин как-то связан со всеми убитыми людьми. Словно он является последним недостающим пазлом. Наконец Сэм стучит, от чего ангел вздрагивает. – Дин? Ответа нет. Кастиэль не удивлён. Сэм пробует ещё раз, но только сильнее. – Дин, серьёзно, нам нужно поговорить... Кас улавливает странное выражение лица Сэма. Это определённо беспокойство. Ангел мгновенно напрягается, как только Сэм достает пистолет. Он открывает дверь, и, конечно, как по сценарию из детективных фильмов, она не заперта. Клинок Каса уже у него в руках. Они заходят в номер. Сэм первый, Кас его прикрывает. Через минуту становится предельно ясно: комната пуста. Узел беспокойства у Каса сжимается ещё сильнее. – Сбежал! – злобно, только что не рыча, произносит Сэм – Так и знал. Он прошёл по номеру, беспокойно поправив длинные волосы. Кастиэль смотрел ему в ноги. Он не верит, что Дин мог сбежать. Ботинок Сэма поднимается и под ним ангел замечает страное пятно. Спустя несколько мгновений, Кастиэль с ужасом узнает в нем кровь. – Сэм... Тот разворачивается, уставившись на Каса. Он прослеживает направление глаз ангела, и сам смотрит себе под ноги. Пятно подозрительного красного цвета расплылось у Сэма прямо под ботинком. Он с Касом с одинаковым ужасом пошли по следу. Сразу за кроватью был след побольше, и Кастиэль искрене надеялся, что Дина ударили не слишком сильно, для того чтобы убить. Сэм переглянулся с ним, и тогда Кас заметил ноутбук за спиной Винчестера. Он был открыт, значит Дин что-то искал. Ангел подошёл к прибору и включил его. "Брайан Батлер трагически погиб при нападении дикого зверя" засияла статья на развернувшейся странице браузера. – Вот дерьмо – цепляясь руками за волосы, произносит Сэм с паникой в голосе, от которой у Кастиэля едва не остановилось сердце. "Дин, нет..." ангел подумал, что сказал это вслух, но как оказалось он не издал ни одного звука.