Если бы мы были в другом мире...

Сколько бы концертов они не отыграли, сколько бы изнурительных съемок не пережили, кое-что всегда было с ними. Волнение. Иногда оно мялось на входе в гримерку и почти не беспокоило ребят. Иногда приставало к одному из них, иногда мочило ладошки всем. В этот раз Арсений и Дима сидели одни в гримерке перед концертом и боролись с волнением их любимым способом — они упражнялись в красноречии и троллинге друг друга. Вернее как сидели — Арс развалился в кресле, пытаясь расслабить тело, а следом и ум, а Дима накручивал по комнате круги, квадраты, треугольникосы и другие фигуры. — Ты мне настолько не доверяешь, да, Арс? — Дима продолжил их беседу и засунул руки в карманы джинс. Он встал напротив Арса, который облюбовал огромное красное кресло. Да, на мебель в этой гримерке не скупились. Иногда казалось, что они из какой-то царской династии, а не юмористы на гастролях. Позов смотрел на коллегу сверху вниз, перекатываясь с пяток на носки. — Да ты что? Я тебе доверяю. Можно сказать, в самой уязвимой позиции перед тобой сижу, – Арс еще шире раздвинул ноги и нервно дернул уголком губ, – называется "яйцами навыкат". — Настолько доверяешь? Рисковый парень, – Позов с вызовом поставил колено на кресло между ног Арсения. Их разговоры иногда становились похожи на шахматные партии — как будто у них противостояние, а не дружба. Конечно, оба не воспринимали колкости всерьез, но и тому и другому было приятно участвовать в этих словесных баталиях. Сейчас, правда, баталии перестали быть исключительно словесными. — Ну знаешь, теперь твои яйца тоже в опасности, так что мы квиты, — Арс схватился за шлевки на джинсах коллеги. Его дерзкая ухмылка совсем не вязалась с немного испуганным взглядом. Будто Попов сам удивлен тому, что он делает. Дима продолжал возвышаться над коллегой, почему-то будучи не в силах отвести взгляд от лица Арсения. Попов уже напряг указательные пальцы, готовясь потянуть за шлевки, но его прервала оглушительно скрипнувшая дверь. Дима отскочил, будто его окатило кипятком. Арс тоже среагировал быстро, а то бы поплатился пальцами, застрявшими в джинсах друга. В комнату ввалился хохочущий Антон, буквально повисший на плече Сережи, который продолжал добивать друга какой-то смешной историей. И тут Дима понял, что он чертовски смущен. Давно такого не было, а тут здрасте. Смущается он. Они же ничего ТаКоГо не делали, так почему же ему так неловко и почему он так рад, что друзья ничего не заметили? Так подумал Позов, спешно уткнувшись в телефон. Но Сережа, заходя, успел увидеть, как реактивно Дима отскочил от Арсения и как эти двое потом делали все, чтобы не смотреть друг на друга. Что у них происходит вообще? Посрались, что ли? Так подумал Матвиенко, готовясь выходить на сцену. Он как-то подозрительно посмотрел на своего лучшего друга — Арсения, но поговорить времени уже не было. Ну и слава богам, этого еще не хватало. Не хочется рассказывать о том, что он, Арс, сейчас чуть не сделал. Может и к лучшему, что ребята зашли. Так подумал Попов, с удивлением посмотрев на энергичного, заряженного Антона. Вот как Сережа умудряется каждый раз его вытаскивать из полусонного состояния? Буквально час назад на проверке звука он, Антон, еле языком шевелил, а сейчас настроение на высоте и желание выходить на сцену появилось. Так подумал Шастун, но это уже немного другая история, не правда ли?

***

После этого случая в гримерке с Арсением стало происходить что-то странное. Вот он стоит в очереди за кофе во время завтрака в отеле, и в голове всплывает та ситуация. И ладно бы все было так, как произошло в реальности. Мозг Арсения начал подкидывать ему продолжения. В этот раз, например, Арс все-таки потянул Диму на себя и… Нет, Арсений успел стряхнуть эту мысль. Фух! Чего только не подкинет переутомившийся организм, да? В следующий раз Попов ехал с ребятами из отеля в аэропорт. И мозг подкинул новую картинку. Там Дима смотрел на него своим невероятным взглядом с легким прищуром, а потом положил одну руку ему на плечо. Арс снова попытался отмахнуться от видения, но в замкнутом пространстве это было сложнее сделать. Как бы он не пытался отвлечься на телефон, на разговор с сидящим рядом Стасом, на музыку, что играла у водителя, та ситуация с Позовым продолжала всплывать в голове. На моменте, когда Дима в голове Арсения уже опустился на колени перед тем красным креслом и потянулся к ширинке Арса, автобус наконец остановился. Попов вылетел на свежий воздух, вдыхая полной грудью с облегчением, — смена обстановки, ну наконец! — Ну что, готов шесть часов отсиживать жопу? — Сережа тут же вернул Арса на землю, напомнив о том, что вообще-то им предстоит долгий перелет. Не настолько долгий, как на Дальний Восток, но достаточно долгий, чтобы, кажется, сойти с ума. Нет, Арсений честно признавался себе, что его несколько раз возбуждали мужчины. Было дело. Но это никогда не был близкий человек — только парни, которых он видел в первый и последний раз. Поэтому Попов сильно и не тревожился. Он хоть и вырос в Омске, но не настолько зашоренный, чтобы шугаться своего возбуждения на мужика. Он читал, что все люди в какой-то мере бисексуальны. Ну было какое-то желание, и было, так-то его девушки интересуют, правда? Если бы Дима не был другом и коллегой, то проблем бы не было. А тут он мелькает постоянно перед глазами, у них все-таки тур. Сидит такой перед ним, ногу подогнул под себя, как обычно, что-то Шасту затирает с жаром. Наверное, про футбол. Еще и рукава завернул свои. Жестикулирует размашисто, потянулся и собираться куда-то начал… — Арс, прием! Погнали занимать очередь на посадку. Попов понял, что снова выпал из реальности. Плохо дело. Может наплевать на свою совесть и подрочить все-таки?