Другой

      Каору улыбался. Каору напевал мелодии себе под нос. Каору дремал в теплоте упавшего на него солнечного лучика, подложив ладонь под щеку, распластавшись по парте. Этот Каору был почти настоящим, почти таким же, но совсем другим. И сердце сжималось до боли противно, заставляя покрываться мелкими мурашками от волнения.  — Дурак Синдзи! — Аска не церемонясь, с легкой руки дала подзатыльник зазевавшемуся другу. — Мертвые мухи порасторопнее тебя будут. Идем уже.  — Прости! Идите вперед. Я вас нагоню, — смущенно улыбнувшись, Синдзи почесал многострадальный затылок.  — Ты как всегда, — вздернув подбородок Аска взмахнула волосами и величественно вышла из класса вместе с остальными решившими не засиживаться в душном кабинете. Отправиться на крышу казалось потрясающей идеей. И теплые денечки способствовали этому. Проводить обеденный перерыв в веселье и баловстве казалось так невероятно и приятно. Не как раньше.  — Каору-кун, проснись пожалуйста, — немного потормошив парнишку за плечо, Синдзи смущенно вперился взглядом в красивое сонное и совсем уж спокойное лицо. Светлые пряди волос падали на лоб, тонкие брови чуть сведены вместе, бледная не тронутая загаром кожа и очаровательная легкая улыбка на сомкнутых губах напоминали о том, что этот мальчишка все еще оставался ангелом. Не тем, что когда-то пришел и принес разрушения, а тот, что спустился с небес и принес с собой одно лишь спокойствие.  — Что?.. — похожий на потревоженного воробушка Нагиса нахохлился, сощурил глаза и постарался более или менее осмысленно всмотреться в образ перед собой.  — Обеденный перерыв, Каору-кун. Тебе следует перекусить, — Синдзи коснулся самими кончиками своих пальцев расслабленно лежащей ладони одноклассника и тут же дернулся, пряча руки за спиной.  — Спасибо, — совсем немного разомкнув губы тихо ответил Каору. — Я не голоден.  — Прости! — от волнения и стыда Синдзи весь покрылся краской стыда. Опустив голову, пряча взгляд, он хотел только одного — провалиться как есть на месте и спрятаться от мучительной неловкости. — Прости пожалуйста, я не подумал и помешал тебе.  — Все в полном порядке, Синдзи-кун, — Каору улыбнулся. И эта мягкая, легкая, волшебная, по-настоящему ангельская улыбка очаровывала. Раз от разу происходило именно это. Хотя он совсем другой, не такой как раньше. Этот Каору не произносил наиважнейших слов в жизни Икари Синдзи, не становился причиной душевных мук, но он, будучи совсем другим, оставался собой.  — Каору-кун…