Свет во тьме

После пары недель совместной жизни Молли уже не могла вспомнить, как она жила раньше, до встречи с Майкрофтом. Теперь она ни о чём не волновалась, не загадывала на будущее, не переживала по пустякам. Жизнь текла спокойно и размеренно, и если бы она вдруг закончилась, Молли ни о чём бы не пожалела – она бы умерла счастливой. Она была словно маленьким корабликом, который раньше носился по морям и океанам, не в силах приткнуться ни к какому берегу, а теперь прибыл в тихую гавань, где наконец-то обрёл дом. Осень медленно растаяла в зиме, а в их жизни всё было по-прежнему. Они работали, выезжали на выходные за город, часто обедали и ужинали вместе. В их мире больше никого не было. Конечно, коллеги Молли видели, как Майкрофт забирает её с работы, но больше об их связи никто не знал. За все эти месяцы она ни разу не видела Шерлока. Он приходил в больницу, но всегда выбирал время так, чтобы не пересекаться с Молли, и она была ему за это благодарна. Ей не хотелось его видеть. Ей никого не хотелось видеть. Если бы кто-то из близких узнал о том, что они с Майкрофтом живут вместе, это слишком бы всё усложнило. Им обоим нужно было провести это время наедине друг с другом, прожить каждую секунду, чтобы всё запомнить и ничего не потерять. Всё остальное и все остальные не имели значения. Подошёл к концу январь. Вечером промозглого, особенно холодного дня, вернувшись домой после ужина, Майкрофт обратился к Молли, когда они зашли в спальню: - Солнышко, мне нужно тебе кое-что сказать. Её сердце ёкнуло, но она быстро взяла себя в руки. - Да? – она села на постель, машинально отстегнув застёжку серебряного браслета. - Дорогая, мне нужно будет уехать на неделю, - он селя рядом и взял её ладонь в свою. – В США. Рабочая поездка. Обычно я никогда никуда не езжу, но в данном случае… Ты знаешь: в связи со сменой администрации в Вашингтоне наши отношения с американцами несколько… усложнились. Боюсь, моё присутствие необходимо. Молли вдруг стало холодно. - На неделю?.. – проронила она. - Да, всего на неделю. Ничего опасного, я обещаю. Тебе не стоит волноваться. Невыносимо думать о том, что ты останешься одна, но если бы я мог… - Что ты такое говоришь – я взрослая женщина и могу сама за собой присмотреть, - она нервно рассмеялась, и сразу же почувствовала себя ужасно: за смехом явственно проступили еле заметные нотки истерики. – Конечно, я буду скучать, но это твоя работа, ты же не можешь… К тому же, это всего неделя, это недолго… - Да, ты права, - согласился Майкрофт. Немного помолчав, он сказал: - Мой ассистент за тобой присмотрит. Если что-то случится, ты всегда можешь обратиться к ней. И звони мне в любое время. Обещаешь, что будешь звонить? - Конечно, обещаю… - прошептала Молли. Майкрофт притянул её к себе, и она прижалась к нему, изо всех сил стараясь, чтобы хватка её пальцев на его пиджаке не выглядела слишком отчаянной. Это же неделя. Это же всего неделя. В ту ночь, когда впервые за долгое время, за целую вечность, она лежала в постели одна, Молли долго не могла заснуть. Ей было страшно. Это было очень-очень глупо, но ей было страшно. Одиночество внушало ей физический ужас, от которого её тело ломило, она чувствовала себя совершенно разбитой и не могла пошевелиться. Что бы она ни говорила себе, какие бы аргументы ни проводила, ей было трудно дышать. Его не было рядом. Его не было рядом, и её тело отказывалось жить. Она задыхалась. Его присутствие было её кислородом, и теперь она задыхалась. Усталость взяла своё, и Молли всё же заснула, но осознать этого она не смогла. Ей опять, как и в ночь после их первого свидания, приснился кошмар. Она снова бежала за Майкрофтом, и её ступни снова были стёрты до крови. Чаща вокруг них становилась всё гуще, ветви хлестали её по лицу, но она упрямо продолжала бежать. И вдруг она поняла, что начинает его догонять. Всё ближе и ближе. Вот уже она может дотронуться до него, коснуться его плеча, заставить его остановиться. Но как только её пальцы ощутили ткань его пиджака, и он обернулся, Молли закричала от ужаса. Вместо лица Майкрофта, такого знакомого и любимого, она увидела страшную, уродливую маску. Это была гримаса чудовища, испачканная грязью и кровью. Это было самое страшное существо, что она когда-либо видела. Немой вопль, застывший в её горле, разрывал её изнутри, и Молли резко проснулась. Дрожь, охватившая её, была невыносимой. Молли всхлипывала, сминая пальцами одеяло и вжимаясь в мокрую от слёз подушку. Несколько минут она лишь дрожала, не в силах пошевелиться. Сон был таким реальным, что ей казалось, от ужаса она умрёт. Только через какое-то время Молли смогла дотянуться до тумбочки и взять телефон. Было пять часов утра. Майкрофт наверняка уже лёг спать, но если Молли не услышит сейчас его голоса, у неё разорвётся сердце. Ей нужно знать, что с ним всё в порядке. Гудки не прозвучали и двух раз, как он снял трубку. - Дорогая?.. – его голос был обеспокоенным. – Дорогая, всё в порядке? - Прости, ты, наверное, спишь… - она не смогла подавить вырвавшийся откуда-то изнутри всхлип. - Нет, я ещё не ложился… - теперь он был встревожен не на шутку. – Молли, что произошло? Сдерживаться было бесполезно – рыдания вырвались на свободу, не встречая никаких препятствий. - Майкрофт, прости, я такая дурочка… Мне кошмар приснился, а тебя нет рядом, и… Он не дал его договорить. - Молли, позвони Антее. Она пока присмотрит за тобой, а я сейчас же выезжаю. Она перепугалась. - Ты что, не надо возвращаться из-за меня… Пожалуйста, только не это… Я не смогу, я… Я не могу сорвать твою поездку… - Молли, для меня нет ничего важнее тебя. Если тебе плохо, я не могу оставаться здесь, пока ты страдаешь в одиночестве. Позвони Антее, и… - Майкрофт, нет, послушай меня. Мне было плохо, да, но… Мне просто нужно было услышать твой голос. Прости, я говорю, я такая дурочка. Назвала себя взрослой женщиной, а теперь… На другом конце провода помолчали. - Дурные сны это не глупости, - промолвил Майкрофт. – Ты правильно сделала, что позвонила. Мне следовало… лучше тебя подготовить. Прости меня. - Нечего прощать, Майкрофт… - прошептала Молли. – Я сама не понимала, как много твоё присутствие для меня значит. Со мной всё будет в порядке, обещаю. И ты… ты тоже береги себя. - Конечно, любимая. Я обязательно к тебе вернусь, вот увидишь. Чтобы отвлечься от дурных мыслей и занять себя, эту неделю, проведённую в одиночестве, Молли работала в две смены. Поэтому сил у неё хватало лишь на то, чтобы добраться до дома, рухнуть на постель и проспать те несколько часов, что оставались у неё на сон. С Майкрофтом они созванивались каждый день, но разговаривали от силы десять минут – он был занят почти всё время, да и разница в часовых поясах играла свою роль. Молли чувствовала, что все эти дни она не жила, а лишь существовала, но кошмары ей больше не снились, и это уже казалось ей благословением. Майкрофт возвращался ранним утром в субботу, и на этот день Молли заранее взяла себе выходной. Она хотела встать раньше, чтобы успеть приготовить завтрак, но за эти дни она так сильно себя измотала, что проспала будильник и встала только тогда, когда услышала, как закрылась входная дверь в квартиру. - Майкрофт, - только и сказала она. Усталость как рукой сняло, и Молли, как была, в пижаме и с растрепанными волосами, выбежала в коридор. - Ты вернулся! – она бросилась ему на шею, и Майкрофт, приподняв её от пола, закружил её вокруг себя. - Родная, как же я скучал… - он поставил её на пол и зарылся лицом в её волосы. - Я тоже скучала… - от знакомого запаха у неё слегка закружилась голова. – Больше так не делай, ладно?.. Если тебе опять нужно будет поехать в командировку, возьми меня с собой… - Я больше никогда тебя не оставлю, обещаю, - Майкрофт несколько раз поцеловал её в голову и отстранился, словно желая лучше её разглядеть. Молли смотрела на него, не отрываясь, желая вспомнить каждую чёрточку его лица. - Ты голодный, наверное – тебе нужно позавтракать, - словно опомнилась она, только сейчас осознавая, что проспала будильник. - Ты всегда первым делом хочешь меня накормить, - пошутил Майкрофт. – Пойдём, у меня есть для тебя кое-что. Он взял её за руку, и они вошли в спальню. Сев на кровать, Майкрофт посадил Молли к себе на колени, а затем достал из внутреннего кармана пиджака маленькую коробочку. У Молли пересохло во рту. Сердце на полсекунды остановилось, и она была уверена – Майкрофт заметил, как у неё задрожали руки. Прикусив язык, чтобы не благодарить сразу же – она не знала, какой реакции потребует то, что находится внутри – Молли взяла у него коробочку и открыла её. Внутри лежал серебряный кулон на цепочке. - Какая красота… - прошептала Молли, легонько касаясь украшения кончиками пальцев. – Спасибо большое, Майкрофт, не стоило… - Конечно, стоило, и ещё как, - он поцеловал её в висок. – Я ещё кое-что тебе привёз. Новое платье, две пары туфель, новый шарф. Если ты не голодная, распакуем всё сейчас, и сразу же примеришь. - Ты что, с ума сошёл?.. – Молли провела тыльной стороной ладони по его волосам; глаза её улыбались. - Конечно, сошёл, - Майкрофт поцеловал её ещё раз. – Так как насчёт примерки? Потом позавтракаем и поедем за город. Судя по тому, что докладывала мне ассистент, в последнее время ты слишком много работала. - Никуда от тебя не скрыться, - она отвела взгляд, но улыбнулась. - Тебе разве это не нравится? - Нравится, конечно. Потому что никуда я скрываться не собираюсь. На этот раз им не хотелось утруждать себя излишней активностью, поэтому они поехали за город, просто чтобы погулять и спокойно провести время. Утром в воскресенье, после завтрака, Майкрофт предложил Молли прогуляться в небольшом парке. Было свежо, но не очень холодно, так что когда им попалась скамейка вдали от дорожки, Молли согласилась немного передохнуть. У неё мелькнула мысль, что эта сдержанная, чисто английская местность очень им подходила – ему, в его привычном строгом облачении, и ей, в новом чёрном пальто, перчатках в тон, платье ниже колен и изящных полусапожках. - Здесь очень тихо, - проговорила Молли, когда они сели. - Почему же ещё мы ездим именно сюда? – с улыбкой проговорил Майкрофт. Молли рассмеялась. - Да, конечно – и как я могла не подумать об этом? Они помолчали некоторое время. Майкрофт сидел, положив ногу на ногу, и его пальцы в кожаных перчатках слегка поигрывали ручкой зонта. - Ты заметила дом через два участка от нашего? – внезапно повернул он голову в её сторону. Молли кивнула. - Да. Я подумала, что там, наверное, очень здорово жить. Много земли рядом с домом. Сад летом должен выглядеть просто чудесно. Его хозяевам очень повезло. - Ну, с этим не совсем можно согласиться, - проговорил Майкрофт. С непониманием она на него посмотрела. - Дом продаётся, - пояснил он. – Вместе с участком, конечно же. - О, - сказала Молли. – Печально это слышать. - Печально? – повторил Майкрофт. - Кто знает, кем будут новые хозяева. Может быть, они зальют всё этим ужасным бетоном и всё испортят. - Не бойся, не зальют. - Почему ты так уверен? – она рассмеялась, сама не зная почему. - Потому что я намерен его купить, а в мои планы никакой бетон не входит. Молли несколько секунд не знала, что сказать. - О, - повторила она. – Это… это очень дорогое приобретение… Наверное. - Не бойся, это не проблема, - Майкрофт чуть приподнял зонтик от земли, разглядывая его кончик. – И я надеюсь, что ты согласишься его обставить и заняться его внутренним обустройством. О Боже, подумала Молли. Дом. Он купил дом и хочет, чтобы она его обустроила. Но это же… К счастью, от дальнейших размышлений он её избавил. - Молли, дорогая, - Майкрофт аккуратно положил зонт вдоль скамейки, за их спинами, и развернулся к ней. – Я знаю, мы вместе не так давно, и, возможно, тебе покажется, что я слишком тороплю события, однако, как ты знаешь, неопределённые состояния мне чужды, и… - Он посмотрел ей в глаза. – Я уже достаточно прожил, чтобы ждать чего-то, в чём нет никакой необходимости. Я знаю, мне нечего тебе предложить, но я люблю тебя и сделаю всё, чтобы ты была счастлива. Поэтому я спрашиваю тебя, не окажешь ли ты мне честь стать моей женой. Молли, не мигая, смотрела ему в глаза. Она совершенно потеряла дар речи. - Прости, я, наверное, должен сделать это, как полагается, - Майкрофт запустил руку во внутренний карман пальто и достал оттуда небольшую коробочку. Сняв перчатки, он положил их рядом, а затем, к полному смятению Молли, которое ей удавалось подавлять лишь нечеловеческим усилием воли, опустился на одно колено, прямо на землю. - Молли Хупер, - он открыл коробочку, и её взору предстало скромное, но явно дорогое серебряное кольцо. – Вы выйдете за меня замуж? Молли смотрела на него, и в первые секунды у неё в голове была пустота. А затем ей стало тепло и одновременно грустно. Они и так уже жили как муж и жена. С самого рождения они были предназначены друг другу, и предложение руки и сердца ничего не могло в этом изменить. С другой стороны… С другой стороны, он предлагал ей стать Молли Холмс. Войти в его жизнь на полных правах. А это меняло всё. - Да, Майкрофт, - промолвила она. – Да, я выйду за тебя замуж. Осторожно он вытащил украшение из коробочки. Молли сняла перчатку, и он надел ей кольцо на безымянный палец, а затем поцеловал её руку. - Садись, замёрзнешь… - тихо попросила она. Майкрофт сел рядом с ней, и они обнялись. Странно, подумала Молли. Она совсем иначе себе это представляла. Она думала, что будет прыгать от радости, и счастье захлестнёт её с головой. Вместо этого она ощущала лишь тихую грусть, а ещё решимость. Она станет ему хорошей женой. И горе тому, кто попытается причинить ему боль. Потому что она этого ни за что не допустит. - Мама!.. Мама! Молли вздрогнула. С этими размышлениями она позабыла обо всём на свете и так и не прочла ни строчки из романа. - Что такое, солнышко? – она улыбнулась сыну, закрывая книгу. - Мамочка, это тебе! – Уильям, сияя, протягивал ей букет цветов. Молли приняла подарок и наклонилась, чтобы поцеловать мальчика в лоб. - Спасибо тебе родной, очень красиво. Филипп в своей коляске лишь фыркнул и недовольно поджал губки. Впрочем, наверное, это Молли только показалось. - Ну что, ты проголодался? – она чуть пригладила растрепавшиеся волосики Уильяма. Мальчик помотал головой. - Не очень. Я хочу читать! – в его глазах загорелся энтузиазм. - Что ж, значит, пойдём читать, - решила Молли и встала. – Какую книжку прочтём дома? - Сказки! – воскликнул Уильям. - Сказки? Отличный выбор, - Молли положила книгу в багажное отделение коляски и приколола цветы к её ручке. – Как ты думаешь, Филиппу понравится? - Точно понравится! – уверенно заявил Уильям. Филипп накуксился и заплакал.