Больная любовь

Его объятия крепкие. Ты каждый раз волнуешься, что тебя раздавят, но он умеет сдерживаться. Лишь под воздействием сильных эмоций может сжать тебя чуть крепче, чем надо. Ты издашь тихий хрип, и сильные руки тут же ослабят свою хватку. Его объятия надежные. Каждый раз, когда попадаешь в них, ты невольно успокаиваешься. Теперь тебе помогут. Тебя защитят. Ты не одна в этом огромном и, порой, жестоком мире. Рядом есть человек, который всегда будет на твоей стороне, который поддержит любое твое начинание. Его объятия успокаивающие. Как бы не было плохо на душе, как бы не выворачивало от мира, он будет рядом. Выслушает, если необходимо. Прижмет к себе и даст залить плечо слезами. А потом укутает в плед или одеяло и принесет горячий чай. Ты возьмешь чашку дрожащими руками, а он вновь тебя обнимет одной рукой, второй придерживая дно. С губ сорвется тихое «спасибо», а потом сон заберет сознание к себе. Он уложит тебя в кровать, а потом ляжет рядом, чтобы ночью согревать и отгонять кошмары. Его объятия заряжающие. Поэтому ты порой налетаешь на него, крепко обнимая. С улыбкой или без, с новостями или с обидой. Он всегда так широко и радостно улыбается, будто ждал этого весь день. Иногда одна из его рук гладит твою голову, зарываясь пальцами в волосы, пока ты возмущенно пыхтишь ему куда-то в плечо. Наверное со стороны ты напоминаешь какое-то милое животное, и он иногда даже шепчет тебе на кого похоже твое поведение. И от этого ты ворчишь еще больше, сдерживая улыбку. Его объятия родные. Будто бы ради них ты и живешь свою жизнь. Без них мир уже никогда не станет прежним. Наверное, если бы это был рассказ, то ты бы с уверенностью заявила, что вы родственные души или кто-то вроде них. Но это жизнь. И в жизни такого не бывает. Однако никто не запрещает тебе верить в нереальное, не правда ли? Его объятия сегодня слишком крепкие, слишком горячие, слишком необходимые. Вы долго стоите в темном коридоре, будто на подкорке понимая, что это последняя возможность. Последняя возможность для чего? — Юдзи? — почти беззвучно срывается с губ. В этом вопросе все: волнение, испуг, тепло и любовь. И Итадори лишь вздыхает, утыкаясь носом тебе в плечо. Мягко проводишь ладонью по его спине. Ты не торопишь. — Сегодня будет сложный день, наверное даже не вернусь домой, — проходит несколько минут, прежде чем Юдзи отодвигается от тебя, вновь широко улыбаясь. Задерживаете руки на талии друг друга и почти слитно отступаете на шаг. Ты улыбаешься ему также широко, кивая. — Будь осторожен, — почти что дежурная, но такая теплая фраза. — Все будет отлично, — Юдзи так и лучится оптимизмом, а потом все же выходит, закрывая за собой дверь. И так и не открывает ее больше никогда. Хотя ты ждешь. Ждешь, дергаясь от каждого шума. И ведь ты порой так уверена, что он вернулся. Вновь скинул обувь в прихожей и, как был, прошел на кухню, где сейчас готовится ужин. Вновь крепко обнял со спины, кладя голову на макушку. И ты дергаешься, пытаясь попасть ему по ребрам локтем, чтобы больше так не пугал. Локоть проходит сквозь воздух, а смех Юдзи растворяется в тишине дома. Слезы катятся по щекам, а ужин подгорает. Его объятия такие ненастоящие.