Второстепенное и не очень

Гениальная идея устроиться петь в ресторан принадлежала Розке. Ему вообще принадлежали все их гениальные идеи, после которых Фантомасы то уносили ноги от гопоты, то чуть не вложились в акции Мавроди, то… Короче, Розка был гением. Когда деньги кончились, он предложил попробовать поразвлекать пьянчуг в кабаке. Мечту отмели сразу — платили мало. Выбор пал на Бирюзу. Богатое, хорошее заведение, платить обещали хорошо, но когда Фантомасы в количестве двух штук плюс подсосная Киса припёрлись поговорить с управляющим, то тот сказал, что сейчас ещё у хозяина спросит… Три головы послушно повернулись в сторону хозяина. Потом ошалело уставились друг на друга. Кисе трудно было не узнать мужика, с которым почти весь июль прокувыркалась в деревне, когда гостила у Розкиной бабки. Он носил майку-алкоголичку и спортивные штаны. Курил «Самца», пах жаром и чем-то мускусным. Сводил её на пару дискотек, свозил на шашлыки. И в постель уложил на втором свидании. У него были крепкие загорелые плечи, удивительно манкая улыбка и бесенята в глазах. И да, это было очень хорошо, но несерьёзно, к тому же, он был явно бандитом, о чем старался умолчать. Насвистел даже о городе, в котором живёт! Сказал, мол, из Дубовского, обычный механик. Но откуда у механика блатные татуировки? Татуировки вообще било три четыре людей — зэки, военные, рокеры и просто дебилы. На дебила он не был похож, на рокера тоже. Военный… Ну, сомнительно. Значит, сидел. Спросила потом у Клеща о парочке татух — например, лев на груди… Козырные, короче. Но то было дело прошлое. Сейчас Киса оценила и цепь, и свежую ссадину поперёк брови, и пиджак, и… Крутящуюся рядом блондинку. Хозяин её приобнял — блондинку в смысле. Руку устроил пониже копчика. Киса поджала губы. Все было ясно. Да ну нахер! — Знаете, мальчики, — произнесла отстраненно, — думаю, нас стоит все-таки попробоваться в Канарейку. Сюда нас не возьмут. Фантомасы прислушались к голосу разума и поспешно слиняли. Киса оказалась права — сын Гриши Железного, молодой угрюмый парень в чёрной водолазке и моднявых джинсах, послушал пару треков, заценил репертуар и замолвил словечко перед папашей. Не то что… Бывший. Вот уж чего-чего, а видеться с ним Киса не очень хотела. Гриша Железный дал добро, и Фантомасы остались работать в Канарейке. Их честно предупредили, что предыдущая певичка развлекала народ по выходным и увезли её с пулевым, так что… Зато платили хорошо. Даже больше, чем в Бирюзе. И Кису, в общем-то, все устраивало! До тех пор, пока тот самый бывший-который-ей-врал-а-сам-бандит не заявился в пятницу вечером перетереть за дела. — Чё стоишь-то? — охранник, которому было поручено: «А ну певичку позови сюда!», нахмурился, — Позвали же. Иди подойди к Малине, песню заказать хотят, не ссы… Киса пошла. Доброжелательно улыбнулась. Малина повернул голову к ней. Брови удивлённо приподнялись. Киса улыбнулась ещё шире. — Чего желают господа?