а̶д̶с̶к̶а̶я̶ ласковая кухня

— Антон, — Арсений слишком неожиданно появился рядом с парнем на диване, знатно его испугав. — Я знаю, что пока меня не было — ты плохо спал, питался одними бутербродами с колбасой, заливая всё литрами кофе и бульоном из-под лапши быстрого приготовления. И если с первым пунктом, из-за твоего отвратительного рабочего графика, я ничего не могу поделать, то со вторым справлюсь вполне. Антон, сегодня ты будешь учиться готовить себе есть, — Арс хихикнул, уже представляя эту весёлую картину и в каком состоянии после этого всего будет кухня, но всё-таки даже не думал отступать. А вот Шаст неохотно взвыл, всем видом недоумевая: «что тебе настолько не нравилось в моём прошлом питании?» Попов закатил глаза, начиная раскладывать всё по полочкам, как маленькому ребёнку: — Таким образом ты в скором времени заработаешь себе язву или чего похуже. А если уже заработал, о чём мы не знаем, потому что ты не любишь бывать у врачей — то надо хотя бы не дать прогрессировать всем этим возможным болячкам. Ты должен элементарно уметь приготовить себе хотя бы борщ или что-то из вариантов жидкого питания, чтобы помогать пищеварению. На одной колбасе далеко не уедешь и ты это адекватно должен понимать, — Арс осторожно погладил его по плечу, как бы намекая, что в этом ничего страшного или зазорного абсолютно нет. — Пойдём пробовать, я что, зря купил продукты? — мужчина ободряюще улыбнулся во все тридцать два, первым занимая позицию на кухне. — Боже ты мой, когда ты всё это успел? — бормочет парень, едва не спотыкаясь обо все эти пакеты. Ловкий Арсений успевает поймать его в самый последний момент. Четыре пакета с едой, стоящих на проходе, явно не хотели отпускать его просто так, но сегодня удача не на их стороне, так что шах и мат. — Ну, — Арс задумчиво потёр подбородок, наваливаясь всем весом на кухонную столешницу. — У меня давно была такая идея. Просто раньше ты хоть пакеты с мусором выносил и скрывал количество всех этих бумажек из-под разных дошираков или упаковок колбасы. А в этот раз, видимо, забыл это сделать, и это стало отправной точкой для меня. Продукты, к слову, я купил нам просто так, намереваясь сам сегодня приготовить какой-нибудь ужин, но сегодня этим займёшься ты, и, я надеюсь, что не вздумаешь нас отравить. — Арсений захохотал уже в голос, потому что было слишком забавно смотреть на настолько растерянного Шастуна. Он буквально стоял и до сих пор оглядывал все эти пакеты, полные еды, во время осознавания всего масштаба происходящего, задумчиво почёсывая затылок. — А может быть ты всё-таки этим и займёшься, чтобы мы остались живы? — Антон нервно хихикнул, заглядывая в голубые глаза с мольбой надежды. Его кулинарные способности остановились на том, что он сейчас сможет порезаться даже самым тупым ножом на свете при нарезке помидора для какого-нибудь салата. Какие здесь могут быть супы, пирожки и всё остальное? Антонова задница слишком явно чувствовала подвох, кухня целой уж точно не останется. Главное, спасти хотя бы просто дом. — Ну уж нет, Антон. Тебе тоже надо учиться этим заниматься, — Арс сложил руки на груди в ожидании решимости парня, а потом решил не стоять без дела и стартанул разбирать все пакеты. Антон же думал о нескольких планах побега сразу. Был самый действенный — секс, но на него сегодня, от усталости, не было настроя от слова «совсем», поэтому можно было придумать что-то менее радикальное и притвориться, что у него что-то болит, но тогда бы, зная Арсения, пришлось посетить бы миллион врачей и действительно выяснить что-нибудь нехорошее о состоянии своего здоровья. Провести целый день в больнице среди запахов медикаментозных препаратов, мельтешащих перед глазами людей в белых халатах, и орущих детей или ругающихся в очереди бабушек — хотелось ещё меньше. В конце концов получилось только раздосадовано вздохнуть и приступить рассматривать набор продуктов, который уже лежал на столе к тому моменту, как получилось вылезти из паутины собственных мыслей. И параллельно слушать наставления от Арсения. — Ладно, от супа сделанного твоими руками может стать только хуже на данном этапе твоих кулинарных способностей, поэтому давай попробуем испечь хотя бы блинчики. Их можно испортить только если ты забудешь, что их стоит переворачивать для равномерной прожарки, — Попов хитро улыбнулся, сделав акцент на слове «стоит». — Арс, я же не настолько тупой, — Антон отмахивается рукой и готовит миску для замешивания теста. — Просеивай сто грамм муки пока. Только через ситечко, чтобы не было комочков, — Арсений диктовал рецепт, но почему-то удалялся всё дальше и дальше. Антон был озадачен и даже подумал, что Арсений просто не хочет принимать участие во всём этом «убийстве» кухни, потому что уже на данном этапе по всему столу была рассыпана мука. Но когда мужчина вернулся с камерой в руках — всё стало на свои места. Было более чем ясно, что он хочет запечатлить этапы позора парня для личного архива. — Такому добру нельзя пропадать, — он даже решился прокомментировать свой хитрый план, тихонько хихикая в кулак. Нужное количество муки уже находилось в миске. — Теперь добавь туда ещё щепотку соли и разбей одно яйцо, предварительно сделав для него углубление. Только со скорлупой аккуратнее, — камера уже давно записывала командующий голос Арсения на фоне и картинку из мучающегося Шастуна на фоне, который уже весь измазался в муке. Неожиданно, склизкое содержимое ускользнуло из скорлупы прямиком на пол. Пришлось испытать ещё одно яйцо. На этот раз удачно. — Подготовь следующую миску и смешай там молоко с водой до однородной консистенции с помощью венчика. Молока двести миллилитров, это примерно как наша кружка для воды. И семьдесят пять миллилитров самой воды. Плюс одна столовая ложка сахара, — Антон с таким усердием пытался размешать всю эту кашу, что брызги постепенно заполняли всю кухню, каплями стекая с гарнитура. — Дурашка, — снова комментирует Арсений, хихикая, пока Шастун даже вытащила язык от сосредоточенности и желания сделать всё правильно. — Теперь постепенно всыпай туда муку и снова перемешивай венчиком до однородной консистенции, — Арс даже успевал снимать себя и корчить рожицы, пока парень пыхтел над тестом. — В конце добавляй одну столовую ложку растительного масла и также хорошо размешивай, чтобы по консистенции это была жидкая сметана без комочков, — приходится подойти ближе, потому что Антон слишком не уверен в правильности своего теста и просит помощи. — Всё у тебя прекрасно, родной, не переживай. Теперь разогревай сковородку и смазывай её кусочком сливочного масла, — Арс осторожно прикоснулся к сковороде через некоторое время, чтобы проверить насколько она готова. — Наливай примерно одну треть половника твоего теста и круговым движением распределяй по всей сковородке, немного приподняв её над огнём, — мужчина слишком гордливо смотрел на своего парня, пока тесто шкворчало на сковородке. — Секунд тридцать отсчитай и переворачивай блин. Потом жди ещё десять, — Попов не может удержать свой порыв и ласково целует Антона в висок. — У меня получается? — кажется, изумрудный цвет глаз стал гореть ещё сильнее. Широкая улыбка только расцветала на лице. — Да, мой хороший, у тебя всё прекрасно получилось! — а дальше происходит то, что камере видеть не стоит. Они долго целуются от радости, измазывая себя остатками муки, и конечно пропускают первые несколько переворотов у блинов, потому что влюблённые часов не наблюдают и сигналом тревоги становится только запах гари. Впереди ещё бой с кухней, чтобы её отмыть от следов первой попытки приготовления, а потом они будут сидеть за кухонным столом друг напротив друга и радостно поглощать десерт с мёдом или вареньем и даже никто не отравится. — Я люблю тебя, Антон, — первое, что будет сказано при дегустации. А у счастливого Шастуна даже появятся силы учиться готовить все остальные борщи и для этого уже не нужен будет Арсений — ведь существует интернет. И именно поэтому Антон будет каждый раз встречать его с чем-нибудь новым, полностью позабыв о быстром перекусе с помощью колбасы или супов быстрого приготовления. Спасибо тебе, Арсений. Большое тебе спасибо, любимый мой мужчина — Попов Арсений Сергеевич.