Очерк. 16.

Далеко-далеко, в непомерно глубоком океане в самую тёмную из всех ночей плыл великолепного вида корабль. Скакал он по волнам, что накрывали его, и мчал вдаль -- навстречу ярким молниям и раскатам оглушительного грома, перебивающим шум солёной воды. Казалось, что корабль брошен на верную погибель: нет ни души на палубе, ни в трюме, но тем не менее, за штурвалом стоял вымокший до нитки жилистый мужчина, чьё лицо скрывало крайнюю степень ужаса и беспомощности. Он -- капитан корабля, чью команду забрали тёмные воды. "Капитан пойдёт на дно со своим кораблём!", -- говорил тот в начале шторма, когда на борту ещё были души, внемлющие его воодушевляющим словам. В это время, его команда уже давно утонула за бортом и, нахлебавшись сполна воды, пошла на самое дно. Капитан судна вёл курс на север, где было его спасение -- по памяти, ближайший сухой брег, в который можно влететь, дабы сбежать от всепоглощающего шторма. Раскаты грома слышались вдали за кучными чёрными облаками, а также прямо в ушах потрёпанного жизнью капитана. Этот громкий звук не уходил, когда между раскатами проскакивала долгожданная пауза. Ужас заполнял его с каждой минутой, проведённой в этом Аду, всё больше и больше. В жизни тот не встречал такого шторма, что поглотил бы жизни молодых и рослых мужчин. По правому борту, издали, виднелась ещё одна дьявольская волна, что уже забрала жизни 27 мужчин. Она, набирая мощь, уже летела на корабль, которому так повезло продержаться здесь столь долго. Разгонялась и вбирала в себя все больше чёрной, словно смола, воды. Перед ликом смерти, отчаянье капитана быстро испарилось. Тёмная вода накрыла собой судно, забрав с собой ужасный шум в ушах, а также того, кого тот убивал.