Антология воспоминаний о незавершенном

У Жона осталось не так уж и много воспоминаний из детства, но момент, когда его младшая сестра каким-то образом забралась на крышу, а их отец под завывания, заставляющие сирены устыдиться, снимал ее, крепко засел в памяти. В основном потому, что его детский мозг просто не мог осмыслить как именно она вообще сумела попасть туда. К чему он вообще об этом вспомнил? Ну просто теперь его уже не такой детский мозг, снова не мог осознать, как уже сам Жон оказался в подобной ситуации. Закралась даже мысль что подобные «попадания», были семейной чертой рода Арков. В конце-то концов у его отца было восемь детей, что косвенно подтверждало теорию. Наручники неприятно натирали запястья и лодыжки, а из-за того, что он стоял на коленях, ноги начали затекать. Что в принципе, было и в половину не так плохо, как его попытки научиться вязать — кто вообще создал нити способные противостоять желанию охотника из них освободиться? Стоявший напротив мужчина, который, по мнению Жона уже раз десять уже закончил бы говорить, если бы ему не нравилось слушать свой голос, наконец повернулся в его сторону, и откашлявшись произнес: — Жон Арк, вы обвиняетесь в пособничестве терроризму и преступлениях против народа Атласа, в связи с чем проговариваетесь к расстрелу прямо в зале суда. Приговор окончательный и обжалованию не подлежит, — и усмехнулся так гадко, направив на него свой пистолет, — есть последние слова? Ну же Жон, это твой шанс, пришло время проявить все свои скрытые таланты дипломатии. Глубоко вздохнув он посмотрел прямо в глаза наставившего на него оружие мужчине и твердо произнес: — Выстрелишь — маму не любишь. В опустившейся тишине щелчок снятого предохранителя был слышен невероятно отчетливо.

***

Шесть месяцев назад. Жон хотел стать героем, точнее нуждался в этом чисто физически. Вероятно, так проявлялся недостаток его проявления — буквально толкая его в гущу событий нестерпимым зудом. Продолжать спокойно жить в Анселе было примерно так же сложно, как не есть попкорн во время трейлеров перед фильмом. То-есть невозможно. И потому Жоном был разработан гениальный план по решению подобной проблемы. Учитывая, что гениальным он был по стандартам самого Жона, то что первый пункт — добраться до Вейла, прошел без -, ну или почти без: тупые маленькие дети, и еще более тупые их родители, — запинок. А вот со вторым пунктом уже начинались сложности: как оказалось, чтобы получить лицензию охотника и пойти насаждать добро и причинять справедливость, нужно было отучиться целых четыре года! И мало того занятия начинались в 8 часов, не говоря уже о просто, кошмарном, расписании. Единственным предметом, действительно заинтересовавшим Жона, было «Изучение гриммов», но его была катастрофически мало по сравнению с остальными предметами. И именно не желание Жона тратить время на подобную чушь, еще и беспокоясь на счет тестов и экзаменов, были тем самым фактором отвадившим его от поступления в Бикон. А вовсе не тот факт, что у него не было документов, которые он бы мог подать, а найти где делают поддельные, не зная Вейла было невыполнимой задачей. И позор тому, кто подумает, что именно это остановило его. Да и не то чтобы, даже если бы он все же смог их как-то получить, это мало что поменяло — глупо было даже думать о том, что такая престижная академия как Бикон, не проверит документы на подлинность послав дополнительные запросы. Для них это было бы сродни тому чтобы просто набирать студентов на улице. Ну, раз уж с этим не срослось пришло время следовать плану Б. Главной и единственной целью которого было придумать план Б. К несчастью в голове кроме навязчивой песенки, услышанной в рекламе по свитку, ничего не было. Рассудив, что уж оставаясь на месте он ничего не добьется, дополнительно подталкиваемый желанием проявления, Жон сунув руки в карманы медленной походкой пошел прочь от посадочных площадок, насвистывая ту самую песенку. Во время своего движения в сторону, куда глаза глядят, перед Жоном предстала сцена разрушенного магазина, уже огороженная желтыми ленточками и двое полицейский стоявших рядом. Словно невзначай Жон замедлил шаг, чтобы послушать, о чем они будут говорить. — Уже шестое нападение Белого Клыка за этот месяц, — покачал головой более высокий. — Эти животные совсем уже озверели, — вторил ему напарник, явно считая этот каламбур крайне остроумным. Это было просто ужасно! Что бы такое происходило, да еще и среди белого дня! Как они посмели… …наговаривать на организацию куда он собирался вступить! Типо, что плохого может случиться сражайся он за равенство? Вот именно — ничего, а значит решено. Оставалась лишь маленькая проблемка, состоящая в том, что чтобы вступить к ним, в первую очередь требовалось найти куда собственно вступать. Вряд ли разыскиваемая организация станет развешивать листовки о найме. А значит, нужно было отыскать их базу и действовать по ситуации. Если бы он был ответственен за расположение, то ни за что не выбрал бы какое-то объективно подозрительное строение, опасаясь быстрого раскрытия. Жон серьезно задумался, потирая затылок: все размышления сводились к канализации, но раз уж он мог до этого додуматься — додумались бы и остальные, а значит вариант отпадал. Внезапная мысль пронзила его разум: а что если оно было бы настолько очевидным чтобы его даже не стали бы проверять? Но это же бред… низа что не сработает.

***

Жон стоял в окружении направивших на него разнообразное оружие фигур, высоко подняв нос и широко расправив плечи — все прошло, как и ожидалось, остался лишь последний шаг: — Я хочу вступить к вам, — обратился он к главному? Ну по крайней мере, он паниковал не так сильно, как остальные. — Как ты сюда попал? — вместо «Да, ты принят», произнес тот. — Через дверь, очевидно, — пожал плечами Жон. — Там замок, — сделав шаг назад произнес он. — Ну знаешь этот трюк, когда засовываешь карточку в пространство между… — Там кодовый замок, — перебил его фавн. — Неважно как я сюда попал, — отмахнулся Жон, — ну так что, когда я смогу вступить к вам? — Ты хочешь вступить в Белый Клык? — мотнув головой пробормотал он. — Эм, да, я уже второй раз об этом сказал, — он же даже разговор с этих начал. — А ты точно понимаешь куда хочешь вступить? — не унимался тот. — Да? — оружие остальные так и не убрали, но начали переглядываться между собой иногда бросая взгляды на самого Жона. — Знаешь, что. Погоди пару минут, я уточню детали у того, кто… ответственен за вступление. — Дерзай, я все равно никуда не спешу.

***

Звонок свитка застал Адама посреди размышлений о том, что делать дальше. Подняв трубку, он услышал взволнованный голос одного из ответственных за базы в Вейле: — Сэр, у нас… — говоривший несколько замаялся, — проблемы. — Что случилось? — У нас на базе человек, — со вздохом ответил тот. Черт. Охотники нашли еще одну базу. — Что? Вы сможете отступить? Сколько пострадавших? — тут же осведомился он. — Он не вступает в бой… он хочет вступить. — Человек хочет вступить в Белый Клык? — переспросил Адам. — Он прямо заявил об этом. И… — еще один вздох, — похоже он говорит на полном серьезе. Потому что… — Никто не стал бы так неумело внедрятся, — закончил за него Адам. Не то чтобы таких прецедентов не было раньше: Клык был борцами за равенство и до перехода к более решительным действиям в нем состояли участники обоих лагерей. Вот только обвинения в терроризме и действия некоторых особо ретивых фавнов, к которым Адам в некотором роде мог причислить и себя, не повышали их репутацию в глазах людей, — откуда у него координаты базы? — Он уклонился от вопроса. Он не показал агрессивных намерений, но и не испытывает страха стоя окруженный вооруженными фавнами, — либо самоуверенный, либо четко понимает свои силы. И было бы наивно со стороны Адама предполагать первый вариант, — я смог потянуть время, сказав, что должен связаться с ответственным лицом, но похоже, что он начинает терять терпение. Что нам делать? — Я с ним поговорю, — твердо произнес Адам.

***

Фавн, с которым он говорил, вернулся держа перед собой свиток, с которого на Жона взирало еще одно лицо в маске. — Человек, ты понимаешь, что делаешь? — произнёс фавн из свитка. — Можно просто Жон. И, да, я понимаю, можно были и не переспрашивать. Но раз вы так хотите услышать полную фразу то ладно: я вступаю в организацию, борющуюся за равенство, доволен? — Ты знаешь о нашей репутации среди людей? — Не особо если честно. Я не из Вейла, а в мое поселение новости доходят с запозданием, — пожал плечами Жон, — но разве могут быть какие-то проблемы? — Нам приходиться сражаться с людьми. — И? — Мы совершили немало… нехороших… вещей с ними. — К чему ты клонишь? Люди и со мной совершили немало нехороших вещей. Например, кассирша в магазине положила мелочь на эту пластмассовую хреновину, хотя я протянул руку и еще… — ТЫ ЧЕЛОВЕК! — перебил его фавн. — А… ты про это. Ну и что? Я не видел ни единого пункта контракта, в котором этот факт мешал бы мне вступить в Белый Клык. — У нас нет контракта. — Именно! — широко улыбнулся Жон. В помещении повисла тишина. — Может мне стоит продемонстрировать силу чтобы вы поняли серьезность моих намерений, — протянул Жон. Стоявшие вокруг резко напряглись, приготовившись к битве, — я имел ввиду тестовое задание, народ, не надо так нервничать. — Тестовое задание говоришь, — кивнул фавн в свитке, — хорошо, я дам тебе возможность доказать свою решительность….

***

— То-есть вы хотите сказать, что я должен проникнуть туда и вызволить пленных? — уточнил Жон всматриваясь в расположившийся вдалеке рабочий лагерь. — Да. Шни десятилетиями эксплуатируют фавнов в таких, — ответил ему единственный сопровождающий его фавн, — если ты сможешь спасти их — то станешь нашим братом. Не по крови, но по духу. — Базар. Карта расположения бараков есть? — тот кивнул и недолго порывшись в свитке передал тот Жону. — Такс… сейчас ранее утро, они должны спать в своих бараках… — начал размышлять вслух Жон, — если ты утверждаешь, что карта верна… то. В воздухе раздался нестройный гул. Пару мгновений ничего не происходило, а потом на место где находился трудовой лагерь обрушился поток света, продержавшийся доли секунды. Когда он схлынул, от базы остались только здания, помеченные как жилые помещения фавнов, остальное же превратилось в ничто. — Всемогущие Братья, — шокировано пробормотал, упавший на спину от неожиданности фавн, глядя на лагерь. — Думаю это значит, что я принят, — ухмыльнулся Жон, глядя на дела рук своих и уже подумывая о перспективах карьерного роста.