Антология воспоминаний о незавершенном

— Мы падаем. — меланхолично подметил дварф, поглаживая густые черные усища. — Да неужели? Как ты догадался, Рон? — соизволил нарушить вязкую устоявщуюся тишину дварф с рыжой бородой, украшенной золотыми кольцами, подобно древним скандинавским обычаям. — Легко, Реми. Дым, визжащая на ухо сирена и тряска, от которой уже блевать тянет. — весело ответил инженер межгалактической добывающей корпорации. Высадка на очередную планету пошла как-то резко не по плану. Некогда незначительная гравитационная аномалия, которую благополучно проигнорировал бортовой искин в своих вычислениях траектории, оказалась сильнее всяких ожиданий, отчего их затянуло на полпути к орбите в какую-то червоточину и теперь они очутились в незнакомой стратосфере незнакомой планеты. Видать побурить спокойно им сегодня не получится… Благо, в кабине встроен протокол экстренной высадки на поверхности планеты, если пропадает сигнал с оперативным центром, а также с любым иным маячком, на котором и были завязаны все операции искина. Оставалось надеяться, что запасов кислорода хватит до момента, как они смогут восстановить связь и дождаться помощи или придумать альтернативное решение собственноручного вытаскивания из глубокой задницы. — А было подумал — типичный понедельник. — не остался в долгу собеседник, не забыв внести капельку сарказма в голос. — Нет! Вы забываетесь, сударь. По понедельникам еще хуже. Там же еще похмелье после попойки! — хохотнул Рон, едва не выдрав клочья из своей бороды при очередном толчке кабины. — А ведь точно… — задумчиво почесал затылок Реми, настойчиво проигнорировав начавшую было жуткую вибрацию помещения. Значит, уже приступили к вхождению в верхние слои стратосферы. — Странно такое спрашивать, но какой сегодня день недели хоть? — после короткого молчания обратился рыжебородый к своему соседу справа, молчаливому бурильщику Рико, чьи глаза были скрыты за маской сварщика. -… — сосед проигнорировал вопрос, словно и не слышал его вовсе. Вообще, могло показаться, что он спит во всей этой тряске, но сжатые до хруста кисти на подлокотниках свидетельствовали об обратном. — Пятница… — слабо прокряхтел здоровяк слева от инженера, сидевший между ним и Реми, также сегодня отчего-то не особо многословный. И со странной гримасой на лице зеленоватого оттенка. — А не среда? — смутился Рон, не ожидавший такого ответа. — С хрена ли?! — возмутился Реми с другого конца кабины. Где-то раздался оглушительный взрыв, тряска и вовсе стала невыносимой, на экране кабины стали один за другим возникать крупные восклицательные знаки кроваво-красного цвета. Но квартет привычно проигнорировал их наличие. Да и чего им волноваться? Двигателем больше, двигателем меньше… Всё равно вектор их движения не изменится ни на йоту. Ничего необычного, обыкновенная рутина. — Когда я был в мастерской, на календаре был вторник. — продолжил инженер, проверяя на своем личном коммуникаторе сегодняшнюю дату. — Ты не выходил из комнаты трое суток? — едва не выскочили глаза Реми из орбит, лишь непроницаемые очки не позволили такому исходу стать явью. — Наверное? — еще больше подивился инженер. -… — в кабинет повисла вновь оглушающая тишина, от которой даже сирена уже не так сильно била по ушам. А скрежет металла и внешнего покрытия и вовсе даже показались галлюцинацией. Хотя нет, начавшийся пробиваться ветерок сквозь прорези в обшивке, явно ощущался, точно веселый и легкий сквозняк. — Блуэ-э-э-э… — дварф, подавший голос, вперемешку с обильным выпуском радуги изо рта стал крайне неприятной новостью в замкнутом пространстве. — Твою ж! — подались в стороны от здоровяка инженер и разведчик, но ремни, истошно звякнув, предотвратили коллективный и дружный маневр отступления. — Расс, ты что нажрался перед выходными?! — заорал Реми, став бледнее бумаги, стоило пулеметчику в броне повернуться к нему лицом, чтобы ответить. Не этого он намеревался достичь, с осуждением окликая коллегу… Совсем не этого! — Всего кружечку взрывного… — прохрипело ему нечто, начавшее напоминать икающего слайма в тяжелом костюме из толстых бронеплит с матовым блеском. Команда уверенно теряла своего бойца, что с каждой минутой молился всё громче в своих мыслях о скоротечной встрече с поверхностью земли их шаттла. Даже если она выйдет ни черта ни мягкой и лишенной какого-то уровня комфорта. Только бы скорее… — Смотри, чтоб нас взрывной волной не задело! — взмолился усатый дварф, но его мольбы не оказались услышаны желудком Расса. — Постараю… Блуэээ! — не успел тот договорить, как новый виток силы дружбы рванул из нутра добросердечного дварфа. — Расс, чтоб тебе дуло турели в задний проход! — заверещал Рон, когда пулеметчик постарался отвернуться от товарища слева, чтобы по великой случайности повернуться ликом к соседу справа. И, следует заметить, тот не был напуган… Вовсе нет. А истошный писк заменивший прежний баритон лишь символизировал помехи в микрофоне оборудования разведчика… — Какого дьявола его вообще посадили в центр?! — нытье Реми, казалось, перебивало яростный рев маневрирующих двигателей. А, нет, не казалось. Так оно и было. Не зря Реми посещал хор молодых шахтеров и даже выиграл какой-то конкурс на общем корпоративе корпорации, урвав тем самым крайне редкий бочонок с особым ПЫВОМ. Крайне прискорбно, что в ближайшее время до него будет не дорваться… — Думаешь я сам этого хотел?! Места компания назначает! — не остался в долгу Рон, сражаяст в тщетной дуэли с замками ремней. Вот знал же, что следовало плюнуть на устав работника и с пафосом занять крайнее справа место, над которым мило тряслись из стороны в сторону пушистые меховые кубики из ярко рыжего материала. Рассу вновь стало нехорошо, его лицо сменило уже в который раз свой оттенок, словно демонстрируя всевозможные окрасы, доступные каждому пьяному дварфу во время похмелья. — Вашу ж мать! — запищал Реми, пытаясь вырваться из ремней любой ценой, но тщетно. Ведь их было семь штук. Только сейчас Реми пожалел о своем некогда гордом бытии параноиком. — А-а-а-а! Мой отполированный наплечник! — едва не заплакал Рон, стоило радужной струе зацепить краешек его блестящей до слепоты под солнечным светом брони. Некто необразованный мог назвать его больным ублюдком, но он то знал, что таким способом можно экономить на световых шашках в туннелях. Ибо такая броня отлично отражает любые источники света и, нет, он не был извращенцем, помешанным на блестящих вещичках… Ну, почти. — Дайте этому нахлебнику уже пакет кто-нибудь! — в кои-то веки в их компании была произнесена дельная мысль, а не бессвязные потоки ругани и визги. — Могу дать пустой баллон от топлива для моего огнемета. — подал голос бледный Рико, великодушно не проигнорировав трагедию на противоположном от него краю кабины. — Пойдет! — тут же заверил того инженер и, ловко перехватив баллон у бурильщика, запихнул то горлом в рот зеленолицого Расса. Тот будучи умным малым, использовал ёмкость по назначению, заставив своих товарищей вздохнуть с облегчением. — Фу-у-ух. — Ну хоть так… — смахнул капли пота со лба рыжеволосый дварф-инженер. Их команду снова ожидала минута покоя, безумных вибраций обшивки, лязга накаленной докрасна бурильного наконечника кабины и свиста ветра снаружи. — Мужики… — взмолился Расс, чье лицо стало менять свой цвет на лету, становясь все более красным, точно внутри него заработала полноценная печь, хоть и с задержкой. — О, боже, блять, нет… — только и сказал Реми, наблюдая за эффектом взрывного эля. Не зря же оно носило такое название. — Держи при себе содержимое! — тут же воскликнул Рон, но опоздал со своими пожеланиями. — ИК!!! — раздался громогласный рев, содрогнувший кабину, даже, кажется, отклонивший ее траекторию падения на пару градусов в сторону от изначального маршрута. А о паре отвалившихся двигателей можно было и не упоминать. Но всё это происходило где-то на фоне, ведь самое страшное во взрывной икоте Расса, от которой его черепушка едва не пробила потолок, несмотря на ремни безопасности и приваренное к полу кресло, оказалось то, что на треть заполненный баллон от топлива в руках пулеметчика пустился в свободный полет по кабине, разбрызгивая радужное содержимое повсюду. — Святая корпорация! — взмолился Рон, то ли от баллона, летевшего в его сторону, то ли от языков пламени, охвативших внешнее покрытие кабины, отчего температура внутри стала стремительно расти. — А-а-а-а-а!!! — всё мучался со вторым из семи ремней Реми, бессильный что-либо сделать в данной ситуации. А дуэт меж тем от безысходности и охватившего их отчаяния стал проклинать пулеметчика, сидевшего теперь с лицом просвященного Будды, на чем свет стоял. — Я тебя придушу, Расс! Клянусь своим месячным окладом! — молвил Реми. — Флюгехайменом тебя звтрахаю до смерти! — перебил товарища Рон. — Шашку световую в рот затолкаю по маковку — не забыл добавить Реми. — Что ж ты сразу не предложил?! — подивился Рон, поняв что все их проблемы могли оказаться решены еще в самом начале. — А что так можно было?! — только сейчас доперло до Реми. — НУЖНО! — заревел Рон. Ведь их падение еще было далеко от завершения. Только Рико оставался спокоен, точно кремень, даже если от его хватки, кажись, сломались титановые подлокотники. Собственно, команда встречала свой очередной рабочий день в приподнятом настроении и в состоянии повышенной боеготовности. Поскольку желание проломить хоть кому-то череп киркой росло буквально с каждым вздохом по экспоненте. И очень скоро эта возможность им будет предоставлена. Ремнант всегда славился своей гостеприимностью к гостям издалека. Даже если те были едва ли не из соседней Вселенной… *** Турнир Вайтела обернулся настоящей трагедией. Сначала смерть одного из финалистов в прямом эфире, которая была транслирована на всю столицу, а сразу после и восстание боевых роботов на некогда мирных улочках города. Прорыв Гримм оказался и вовсе последним гвоздем в крышку гроба обороноспособности крупнейшего поселения во всём Королевстве. Ни охотники, ни патрулирующие солдаты Атласа, ни офицеры полицейского отделения Вейла не могли оказать достойного сопротивления волне чудовищ, вынужденные защищаться от смертоносных и жестоких нападок роботов, вкупе с диверсиями отрядов боевиков Белого Клыка. Ряды защитников паникующих, уверенно впадающих в отчаяние мирных жителей таяли прямо на глазах. Их многочисленные жертвы могли лишь оттянуть приближающееся лезвие косы госпожи Смерти, но никак не заблокировать его. Образовавшийся хаос плодил страх, отчаяние, гнев и горе, которые, в свою очередь еще сильнее привлекали Гримм, точно накачивая их наркотиками, приводя тех в неистовство и боевую ярость. Монстры топтали своей чернильной пятой одну улицу некогда славного, полного веселья, радости и азарта от проходившего в нем турнира, города за другой. Кровь невинных и беззащитных оросили асфальт, полный выбоин, дыр и трещин. В какой-то момент под напором яростных армад Грифонов, сотканных из смолы и ненависти, стали падать на крыши домов воздушные борта вооружённых сил Атласа. Многочисленные взрывы от столкновения оставшегося боезапаса и земли породили сеть пожаров, окончательно сломивших последние крупицы порядка, который защитники всеми силами старалист поддерживать в данной ситуации. Бикон же подвергся массовому нападению Гримм из чащ леса Вечной Осени. Некогда тренировочные поля и рощицы стали источником мириад монстров, что сейчас с остервенением обрушивали клыки и когти на неожидавших подобного студентов. Самые неопытные и неподготовленные пали в первые же десять минут. Не каждый опытный охотник способен противостоять толпе Гримм без оружия, брони и праха. Что уж было говорить о молодых подростках, которые только-только встали на путь этого тяжелого и опасного для жизни ремесла. Во всём этом хаосе мало кто обращал внимания на Часовую Башню, где происходила одна из важнейших битв для всего Ремнанта. Обворожительная девушка с наглой усмешкой обстреливала красноволосую воительницу огненными шарами, пока та со стоическим спокойствием и собранностью блокировала те круглым щитом на левом предплечье. Вот, она подгадала пробел между обжигающими сгустками пламени и метнула диск в лицо черноволосой противницы. Та лишь с пренебрежением отмахнулась от снаряда, и тот под воздействием невидимой силы по дуге вернулся к воительнице, уже успевшей присесть на колено и трансформировать копье в правой ладони в ружье. Три быстрых выстрела не сумели нанести и капли урона янтароглазой красавице, расходясь небольшими пучками взрыва в паре миллиметров от по аристократически бледной кожи девушки. Краешки ее губ едва заметно дрогнули, точно от пощечины, на что она немедля вызвала полноценную волну огня, устремившуюся с бурным ревом на воительницу. Той ничего не оставалось как прикрыться за своим щитом всем телом, с трудом встречая могучую стихию. Огонь не оставлял на ее коже ожогов, но уверенно продавливал тот остаток энергии, что у нее остался. И он имел все обоснования полностью опустеть в ближайшие минуты. Стоило струе огня сойти на нет, как девушка тут де вскочила обратно на ноги и приготовилась к новой атаке. Однако, ожидаемого удара от противницы не последовало, а сама она уставилась широко раскрытыми глазами куда-то ввысь. Не теряя ту из своего поля зрения, Пирра Никос, встав полубоком, обернулась себе за спину, дабы различить причину столь явного удивления у черноволосой. И была вынуждена тауде замереть с едва приоткрытым ртом. Ведь прямо на них с небесной вышины падал гигантский метеор, звук разрываемого воздуха которым мерно заглушал всё в округе. Казалось, весь Вейл замер от такого неординарного зрелища. Не каждый день на тебя сваливается из-за пределов атмосферы нечто, напоминавшее титанический булыжник. — Это еще что за вашу… — не смогла договорить Синдер Фол свою, очевидно, матерную мысль, как Пирра метнулась прочь от нее, прямо в панорамное окно, в которое особенно любил всматриваться ныне погибший директор Академии. Оно и так было уже пошло сетками трещин от эманаций силы со стороны обоих участниц сражения, а теперь и вовсе раскрошилось на мелкие осколки, стоило Пирре пробиться сквозь него своим щитом. Вслед за этим действом, метеор на полной скорости врезался в верхушку Часовой Башни, пробивая с тем потолок, кроша кирпичную кладку, выбрасывая взрывной волной массивные шестерёнки часового механизма сооружения. Уже через секунду вся постройка оказалась обращена горой строительного мусора, порушенными остовами и горящими кусками древесины, ткани и многого прочего. Облако пыли поднявшееся от падения метеора, поди покрыло весь Бикон, усложняя задачу по выживанию студентам, оказавшимся неспособными столь же эффективно сражаться в клубах дыма, пыли и грязи. — Пирра! — удивительно, что во всем этом беспорядке Пирру вообще сумели опознать. — Руби… — устало выдохнула зеленоглазка, откашливаясь от строительной пыли в воздухе. — Ты цела?! Кто это был в башне?! Это он призвал метеорит с небес? — моментально обрушила поток вопросов Руби Роуз на свою подругу, обрадованная тем фактом, что таки успела прийти к ней до того, как прошло нечто непоправимое… Нет, она не могла сейчас отвлекаться! Враг еще наверняка жив-здоров, а потому требовалось немедленно полготов… — Нихера ж себе бумкнуло! — низкий хохот прервал начавшуюся было цепочку мыслей сероглазки и та, на пару с Пиррой обернулись на источник голоса. В их сторону двигалась низкорослая фигура, наверное несколько ниже даже самой Руби, отчего еще больше в голове било набатом непонимание происходящего вкупе с явным удивлением. Густая борода, торчащие в стороны усы и лицо скрытое за маской, закрепленной на металлическом шлеме. И как вообще при столь низком росте тому удалось напялить столь массивную броню на тело?! Она же весит на один внешний вид не меньше тридцати или сорока килограмм… — Чтоб еще раз я попросил тебя помочь мне с откреплением ремней! — оказался за секунду подле него точно такой же низкорослик, но уже одетый заметно мобильнее, о чем свидетельствовало отсутствие бронеплит, за исключением жизненно важных участков, а за место них наличествовал костюм из плотной кожи. Бах! Приблизившийся к ним со спины Барбатаск оказался разорван выстрелом из короткого дробовика рыжеволосым. Руби же с усилием подавила восклик восхищения. Это же какой пробивной силой должно обладать оружие, чтобы пробить насквозь лобную долю кабанопободного Гримм? Она тоже хотела такую вундурвафлю! А лучше три… — Дак ведь помог же… — пока дуэт вел ничегонезначавшую беседу, рыжеволосый продолжал что-то мастерить прямо у себя под ногами. Да быть того не может… Это же… Турель! Самая настоящая мобильная турель, способная вести огонь на 360 градусов, и наверняка, режимом самонаведения! Что и Продемонстрировала ей установка, разорвав тройку Урс на грани видимости их безмолвной компании. — Едва не оторвав мне голову, как и руки с ногами! — то, как второй мужчина, или кем бы он не был, стукнул ножкой о землю, непроизвольно вызвало смешок у брюнетки, тем самым привлекая внимание странного дуэта. — Разумные жуки? — подивился было один, а второй в ужасе подпрыгнул на месте, тем самым позволив мисс Роуз увидеть небольшие ракетные установки на ботинках. Жадный блеск серебряных глаз стал настолько отчетлив, что даже Пирра не сумела сдержать судорожного проглатывания вязкой слюны. Так даже Нора не глядела на гору блинчиков, испеченных Реном, о которых мечтала едва ли не неделю, пока их плита в общежитии была на ремонте. — Каких уродцев оказывается Бикон только не набирает… — и снова перед ними предстала Синдер во всем своем величии, насколько это позволяло облако пыли, сбившиеся локоны на голове и пара пятен на некогда идеально выглаженном алом платье. Своим упреком она явно обращалась к необычному дуэту, что не ускользнуло от их взгляда. — Эту сразу в расход. — громко прошептал рыжий своему товаришу. — Понял, вычеркиваю. — тут же провел нескольких манипуляций на голопроекторе, высветившимся над предплечьем, его товарищ с оскалом на устах. Полное игнорирование ее персоны оказалось не оценено по достоинству Синдер Фол, что вылилось в виде пары огненных шаров, отправленных в карликов. Однако, те беспомощно разлетелись в ничто, столкнувшись с ярко-зелёным куполом, накрывшим мужчин. — Что у вас тут происходит? — третий карлик уже не вызвал такого же шока и трепета у студенток, как и Синдер. Вот только потекли слюнки у Руби при виде защитного непроницаемого поля уже походили на явное помешательство… — Подозрения на жучиную королеву. — спокойнр ответил тому рыжеволосый. — Ну так кончайте её и идем дальше. Рико уже вовсю пошел в разнос. — раздражённо ответил тому товарищ, а все присутвующие ощутили слабый грохот земли, жар от взрывов и безумный хохот какого-то психопата. И ведь Синдер Фол безмолвно стояла подле них. Значит… Появилась вторая стерва с манией величия и огнеметами из рук, но теперь с прокуренным голосом?! Тут же последовал вой Гримм-виверны, об уничтожении которого никто и помыслить не мог в этом беспорядке. — Невозможно… — шокированно пробормотала Синдер, ощутив как ее связь с огромным монстром оказалась разорвана. Но ведь этого просто не могло произойти! Только если… Если его не убили… Становилось очевидным, что новоприбывшие участники сражения за Вейл представляли из себя серьезную угрозу, по крайней мере, намного большую нежели она изначально полагала. Что ж, не в первой ей устранять очередное препятствие на своем пути. Впрочем, по причине разницы в росте между ней и коротышками, она могла через них просто переступить. Однако… Она была просто выше этого. Уже через половину вздоха она устремилась на полной скорости, подгоняемая стеной огня, прямиком к опасным карликам. Те же, с хохотом, полного азарта рванули ей навстречу. — ROCK AND STONE, BABY!!! — донеслось до нее, прежде чем на обворожительную девушку безжалостно обрушились три заточенных до бритвенной остроты кирки. Битва за Вейл обещала много больше сюрпризов, чем было задумано изначально.