Антология воспоминаний о незавершенном

      Лейтенант Корпуса Морской Пехоты Атласа Жан Майлз Арк ощущал себя весьма странно. Впервые с начала его военной карьеры его позвали не для обычной военной рутины в виде брифингов, ознакомления с новой информацией, тренировок, рейдов или пропагандистских фотосессий, а, чтобы представлять сам Корпус в Вейле. Что ни говори, но возвращение на Родину у Арка выдалось весьма экстравагантным. И на то были причины. На открытии Витала в Вейле он вместе с приданными отличниками строевой подготовки из тыловых служащих должен производить впечатление.       Открывшаяся рампа буллхеда на аэродроме Академии Бикон открыла вид на сей дворец охотничьих знаний, равно как и на делегацию встречающих, где угадывались директор Бикона, его заместитель, профессора и еще нескольких личностей, о которых не было упомянуто на брифинге. Особенно зацепил шатающийся пьянчужка в рубашке и брюках с обшарпанным плащом и очень знакомым цветом глаз. Слишком знакомым.       Вздохнув и приняв вид, еще в учебке характеризующийся как «молодцеватый, но придурковатый», Арк скомандовал своему сводному взводу выгружаться и строиться. День обещал быть долгим.       

***

      Не сказать, что жизнь вынудила Арка пойти на службу. Скорее юношеский максимализм и баранья упертость, которую он получил, видимо, от предков. Попасть в Охотники Вейла не вышло ввиду отказа родителей тогда еще мальчишки обучать его или записать в подготовительную школу. Без долгой подготовки в Академиях делать нечего. Равно как и без открытой Ауры.       Потому, здраво рассудив свои шансы на становление Охотником, Арк через день после своего семнадцатилетия уже отправил по почте пакет документов на зачисление в доблестные ряды Морской Пехоты Атласа. Это было сравнительно легко, особенно учитывая, что Николас, отец Жана, убедившись в том, что в Охотники сын не попадет, не особо вчитывался в согласие на обучение. Вполне поверил в россказни о желании стать следователем полиции Вейла и подмахнул бумаги не глядя. А потом уже оказалось поздно — военная машина Атласа имеет весьма цепкую хватку и хороших юристов.       Далее все, как по маслу — десять месяцев учебки, где молодой и наивный Жан постигал науку убивать как ближних своих, так и не очень. Пожалуй, ее можно было бы вспоминать с улыбкой. Наука сержант-инструкторов и их постоянное давление как психологическое, так и, чего греха таить, физическое, весьма помогло преодолеть природное «замри» при виде опасности. Учили, в общем, на совесть и хорошо.       Уже после прохождения боевой подготовки новоиспеченный радист попал в Аргус, где был причислен к первому взводу роты F II разведбатальона 2-й дивизии Морской Пехоты, где в срочном порядке вынужден был осваивать профессию водителя внедорожника AMWP. И отсутствие лицензии даже на вождение мопеда не смутило ни командира отделения, ни командира взвода — нужен водитель здесь и сейчас. При том хороший, да еще и прирожденный, ибо технику и горючее на сие дело предоставили по минимуму и, как до сих пор кажется Жану, по мутной смете расходов. Конечно, прирожденного гонщика за десять часов наезда не получилось, но ездить куда-то примерно в нужную сторону и не переворачивать вездеход на резких поворотах вроде выходило. Так и продолжалось два месяца, пока роте не пришло первое боевое задание.       А потом был первый рейд.

***

      Лучи закатного солнца освещали колонну техники, едущей с задания. Приграничные бандиты, ошивавшиеся по всему Пограничью Мистраля, очередной раз смародерили малую станцию МСС, отчего первый взвод получил задание — приехать на место и поставить новую. Станции подобного рода были сравнительно недороги, а потому легче было просто раз в полгода ставить новую, чем колесить по всему Пограничью в поисках бандитов. Тем более они почти всегда умудрялись уйти на почтительное расстояние к приезду патруля.       Вот и сейчас казалось, что рутинная операция пойдет как по маслу. Однако, как только машины проехали кусты, растущие вдоль дороги, на расстоянии всего в двухстах метров от них стал заметен лагерь. Смотрящий на дорогу Арк даже не успел открыть рот насчет того, что заметил периферийным зрением, как из рации раздался голос сержанта:        — Стоп машины! Контакт на 5 часов. Пятеро пеших, вооружены, — голос на секунду умолк, после чего слегка удивленно продолжил. — У них наша станция. Эти желтомордые ублюдки даже не попытались спрятаться!       На ходу под скрип тормозов двадцать человек высыпало из машин, занимая позиции вокруг машин. Из лагеря раздавались одиночные выстрелы, которые никуда не попадали. Спустя всего секунду автоматический гранатомет на командирской машине дал короткую очередь по мельтешащим мародерам. Арк прекрасно видел в прицеле своей винтовки, как человек, всего секунду назад куда-то бегущий, расцвел кроваво-огненным цветком, разорвавшись на части. Следом заговорили штурмовые винтовки и пулеметы.       Единственного ауропользователя из всей банды разорвали залпами автоматического гранатомета и крупнокалиберных пулеметов, а его свиту из отребий перебили, как зайцев в тире. Это явно были новички в своем деле, неопытные и глупые, а потому даже не подумавшие дать стрекача при виде колонны. Первые же взрывы вызвали панику, а далее — дело техники для морпехов.       Арк даже выпустил половину магазина, однако сомневался в том, что в кого-то попал. Спустя полторы минуты с начала стычки противник был уничтожен, что вызвало у Жана смешанные чувства.       Слишком все было легко. Не так себе блондин представлял бой и смерть. Он ожидал чего-то… более значимого. Впервые Арк увидел смерть, и предстала она в каком-то слишком легком и обыденном свете.       С другой стороны, было облегчение. Никто из их взвода не погиб и не ранен, противник уничтожен. Будто и не перестрелка, а готовка яичницы.       Ну и самое главное, что запомнилось — добивание двоих раненых бандитов, особенно учитывая, что они помрут в течение минут тридцати. По инструкции их следовало связать и тащить в расположение, однако тащить на себе фонящих негативом «желтожопых макак» лейтенант наотрез отказался. И тут, можно сказать, состоялось главное посвящение кровью. Подошедший сержант, двухметровая черноволосая каланча с именем Густ Койфланд, вкрадчиво посмотрел на Арка и протянул ему пистолет со словами: — Они твои. Заканчивай быстрее, скоро придут Гримм.       Принявший пистолет Жан даже не сразу понял, что имелось ввиду. Лишь спустя секунду осознание тяжким обухом ударило по голове. Подняв взгляд с пистолета на двух раненых бандитов, что еле слышно стонали на земле, Арк будто призадумался. Старый наивный подросток столкнулся с чем-то новым, куда более жестоким, циничным и мрачным. Короткая борьба, проходившая где-то в душе, закончилась слишком быстро — уж слишком многое в ней облегчил последний год службы.       Спустя мгновение пистолет был вскинут. Раздалось два выстрела.

***

— Мистер Арк, весьма радостно видеть вас в стенах нашей Академии.       Уж что ни говори, но порой приятно быть официальным гостем. Когда весьма аппетитных форм женщина проводила делегацию Атласа во главе с Айронвудом, она как-то особенно задержалась на персоне скромного лейтенанта Морской Пехоты. Оно и понятно — первый валеанец-офицер Корпуса, живое знамя пропаганды о союзничестве Вейла и Атласа. — Да, возвращение на Родину спустя столько лет… вызывает некоторые чувства.       Секундное молчание вновь было нарушено профессором: — Если вас не затруднит, мистер Арк, директор Озпин хотел бы с вами поговорить в три часа в Башне, — предвосхищая вопрос, Глинда продолжила, — Генерал Айронвуд в курсе и самолично предложил вашу кандидатуру. Вы нужны в качестве… консультанта. А пока вот ваши апартаменты.       Секундное замешательство сменилось легкой апатией. Вновь вместо реальной работы его погонят читать по бумажке о «дружбе Атласа и Вейла», союзничестве и прочем для людей в высоких кабинетах.       Обычно это не происходило совсем уж часто, ведь в Корпусе не любили медийность, в отличие от армии. Входя в Военное Министерство под руководством Айронвуда, Корпус ему, фактически, подчинялся только, как главе Совета Атласа. И даже два кресла Советника в деле подчинения немногочисленного, но своенравного, рода войск не помогали. Никто не хотел, чтобы весь силовой блок подмял под себя один человек, тем более имеющий весьма неоднозначную репутацию.       Так что для вежливости дождавшись, пока заместительница директора скроется за поворотом, Арк вошел в предоставленную комнату. До встречи оставалось еще полтора часа, так что оставалось только сесть в любезно предоставленное хозяевами кресло и погрузиться в кое-какие воспоминания.

***

      Ночные пейзажи в приборе ночного видения теряли всякую привлекательность и становились более похожие на блевотные цвета картину очередного непонятого художника-дегенерата. По крайней мере именно таковым было убеждение уже капрала Арка, который водил свой незабвенный бронированный внедорожник по Мистралю уже год.       Сегодняшний рейд был скорее необычным для подразделения: впервые за службу им выпало не чинить станции связи, разъезжать в патруле или разведывать возможные скопления Гримм, а с наскока взять оперативную базу Белого Клыка. Командование в непостижимой мудрости кинуло всю роту F на штурм ранее заброшенной крепости еще Империи Мистраль, в которой, по данным разведки, разместилось около двух сотен боевиков Белого Клыка. И вдобавок навесили еще какого-то репортера в придачу.       Так что помимо нестандартной задачи, которая выходила за специфику и, если уж быть честными, возможности разведроты, добавилась проблема неподготовленного гражданского, которого надо не угробить при штурме. Ехать, впрочем, до места еще 3 часа, так что Жан решил присесть на уши репортеру. Особенно после горсти таблеток энергетика, выпитых за час до этого, чтобы не отключиться на задании после двадцатичасового рейда в патруле. — Посмотри в принципе на эту херню. Как думаешь, почему мы не разъезжаем по странам с бабами в бикини? Почему-то ведь этим странам не нужны морпехи, — сам не понимая, как, Арк умудрялся одновременно и крутить баранку в верном направлении по степи, и активно жестикулировать, — А я знаю ответ. Давно нашел.       Выдержав паузу для драматичности, он продолжил: — Все из-за недостатка ебли. Недостаток ебли — главный корень мировой нестабильности. Посуди сам, писака, если бы Беладонны больше вкладывали в инфраструктуру ебли, а не в свои партизанские отряды фавнов-пидоров, то Менаджери было бы не хуже, чем какое-нибудь Вакуо… — Арк. Сколько энергетика ты выжрал? — голос сержанта Густа прервал поток сознания, что полился из Арка в уши репортера и, заодно, еще троих присутствующих морпехов. — Дохуя, сэр! — зычно отозвался Арк, — Прет не по-детски! — Завязывай с этим говном. А то заткнуть тебя невозможно.       Воцарившаяся на секунду тишина была прервана слегка неуверенным замечанием репортера, который будто сам не верил в то, что услышал. — То бишь дело не в угнетении и даже не Прахе?       Вновь почувствовав благодарные уши, Жан вновь начал атаковать всех потоком своего познания: — Верно. Возьми самых фанатичных фавнов и отправь на неделю на пляжи Вакуо и всего этого не будет. Можешь прям на меня в статье ссылаться. Натрахавшийся фавн — довольный фавн… — Жан! — повысил голос сержант, не вынесший нового потока откровений от подчиненного, — Завали ебало, пожалуйста.       Дальнейший путь до крепости прошел в тишине. И на радость всей роты она оказалась все-таки заброшена, пусть и следы недавней жизни в виде кострищ и прочего накиданного не позже дня назад мусора говорит о том, что роте F крупно повезло и не придется выбивать превосходящего противника с укреплений, не имея тяжелого вооружения.       

***

      Двери кабинета директора Бикона распахнулись…автоматически. Жан уже мог примерно представить, сколько денег попилили на постройке лучшей в мире Академии Охотников. Хватило бы на еще одну дивизию Морской Пехоты и на сдачу на авиакрыло поддержки.       Уже давно почтение пред профессией «защитников Ремнанта» сменилось сначала безразличием, а затем стойкой неприязнью. Разукрашенные бесполезные клоуны, на которых уходят колоссальные средства, зарекомендовали себя абсолютными дегенератами при ведении любого типа боевых действий.       Потому несмотря на внешнее спокойствие, Арк внутри скривился, увидев главного амбассадора долбоебизма всея Ремнанта — Озпина. Человек воистину легендарный в плане отмаза жопы своих ручных песиков в последней стадии кретинизма от трибунала.       Помимо хозяина кабинета и его заместительницы здесь присутствовали еще несколько личностей: генерал Айронвуд, его вероятная любовница Шни и смутно знакомый забулдыга. Несмотря на благочинный вид всего сборища, глаза выдавали весьма жаркую дискуссию, что была до этого.        — Господин генерал, лейтенант Жан Арк по вашему приказанию прибыл. — приняв стойку «смирно», отрапортовал Арк, прекрасно осознавая, что не генерал его сюда позвал.       Несмотря на мрачное зырканье «секретутки» Шни, генерал вполне спокойно кивнул. А вот, за исключением Озпина, остальные разделяли если не неприязнь, то явно легкое раздражение от присутствия морпеха. То самое, которое чувствуешь из-за гопника в театре, которого и не пустить нельзя, но и нахождение которого в средоточии искусств воспринимается явной насмешкой над любым искусством.       Нарушил секундное молчание генерал: — Лейтенант Арк, спасибо, что прибыли. Как вам известно, несмотря на общую цель, взаимодействие между Вооруженными Силами Атласа и иностранными Охотниками оставляет… желать лучшего. — Айронвуд явно хотел выразиться по-другому, — А потому вы выбраны в качестве командира роты A для Вейлского контингента Морской Пехоты Атласа. Будете отрабатывать взаимодействие с будущими Охотниками, в чем вам поможет ваше происхождение.       Пожалуй, замешательство самого Арка можно было резать ножом. Во-первых, не совсем понятно, как генерал умудрился уговорить коменданта Корпуса на выделение сил для Вейла. Как уговорили сам Вейл. Да и почему не армейцы, а морпехи, ведь именно армии обычно достаются самые «медийные» миссии. Да и какая к черту рота, если Арк всего лишь лейтенант?       Чем-то это напомнило собственное повышение Арка до командира взвода. Точнее, попадание на офицерские курсы.

***

— Сержант ранен! — слегка панический ор рядового первого класса Откинза прорвался сквозь шум боя.       Взвод Арка угодил в прекрасно сделанную засаду. Фугас из смеси огненной и земляной пыли раскурочил командирскую AMWP в клочья вместе с лейтенантом и сержант-майором, тем самым прервав рутинный патруль по сельской местности.       Следом раскурочило замыкающую машину, а в высыпавших из броневиков морпехов понесся град пуль. Но избить колонну в одну калитку не вышло — секунд десять спустя остатки взвода, потеряв шесть человек убитыми, смогли организовать подобие круговой обороны и вступить в перестрелку в степи. Однако покинули машины все, ведь наличие засады и фугасов говорит о том, что машины, скорее всего, сожгут чем потяжелее.       Так что, по мнению Арка, отбиться можно. Особенно учитывая, что противник не демонстрирует наличие тяжелого вооружения. Видимо, была надежда на то, что в засаду попадут тыловики — эти бы разбежались. А вот встреча с противником, который пусть и не ожидал нападения, но быстро сориентировался, явно была сюрпризом для, как уже успел рассмотреть капрал, боевиков Белого Клыка. Уж больно маски характерные.       А если нет тяжелого вооружения, то, очевидно, гранатомет, оставшийся на брошенной на дороге машине, сможет быстро подавить оставшихся фавнов. А далее те либо отступят, либо сдохнут. До самой машины было метров тридцать, так что одного рывка хватит. — Откинз! — впервые в жизни голос Жана чуть не дал петуха, однако был услышан, — Я рвану к гранатомету и попробую подавить пидоров огнем. Прикрой!       Сам означенный рядовой кивнул, вскидывая свою винтовку, паля куда-то в сторону противника, когда Арк помчался к грузовику. Добравшись почти в три прыжка до броневика, Жан влетел в салон, практически мгновенно встав на место башенного стрелка. Теперь он не только имел гранатомет, но и куда отчетливее видел фигуры противника, бегающие среди степных трав. Осталось лишь довернуть орудие и зажать гашетку.       Металлический лязг привода был прерван очередью сорокамиллиметровых снарядов.

***

— Пока на этом все. Данные по поводу личного состава вашей роты, заданий и места дислокации будут вам присланы позже. Вопросы?       Тон генерала явно говорил о том, что вопросы лучше не задавать. Вредно для карьеры. А Арк вполне хотел дослужиться хотя-бы до майора. Может, до полковника. А такие задания весьма хорошо сказываются на количестве звезд на погонах. — Никак нет, господин генерал. Разрешите идти?