Часть 1
1 ноября 2021 г., 18:44
***
Хорошо знакомый кабинет едва освещён единственной лампой. Её светло-голубой свет охватывает только его часть, покрывая слабым, будто бы потусторонним свечением стол и два кресла. Только их. Остальная комната погружена во мрак. — Не думал, что ты навестишь меня сегодня, приятель… Мужчина в очках слабо улыбнулся и запустил пальцы в светло-каштановые волосы. Медленно выдохнул, скрывая за смешком волнение. — У меня было немного времени перед работой, Форд. Я не мог упустить шанс и не прийти к тебе. Стенфорд приподнял уголки губ в ответ, но его улыбка казалась куда холоднее. Он протянул руку и передвинул шахматную фигуру, не сводя взгляда с собеседника. — Ты стал приходить гораздо чаще, — протянул он медленно. Мужчина в очках заторможено кивнул и отвёл взгляд. — Почему бы мне не тратить своё личное время на обсуждение планов с тобой, а, Форд? Стэнфорд усмехнулся и кивнул. — Действительно, — он вдруг наклонился и скрестил пальцы под подбородком. — Но прошёл уже час, а ты даже не заикнулся о своём последнем изобретении… Мужчина замер и неловко пожал плечами, спешно придумывая отговорку. Его пальцы едва заметно дрожали, сжимая чёрную фигуру. Шахматы его совершенно не волновали, как и давно остывшая чашка чая. Но пока игра была перед ним, он всегда мог промолчать в ответ на наводящие вопросы Стэнфорда. Пока на столе шахматы, у него всегда есть шанс избежать непростительной ошибки… Мужчина вздрогнул, когда послышался тихий шорох плаща. Стенфорд медленно поднялся, и собеседник, не сводящий с него взгляда, даже не заметил, что его чёрный король оказался окружён. Серые глаза не отрывались от грубых рук, медленно прошедшихся по гладкому столу, от чёрного костюма, как всегда без единой складочки. На мгновение он даже пристально вгляделся в голубой камень, приколотый к синему галстуку мужчины, прежде чем опомнился и посмотрел вверх, чтобы увидеть насмешливый взгляд карих глаз. — Ты так ищешь моего общества… — Стэнфорд подошёл ближе. Мужчина с дрогнувшим дыханием почувствовал, как под весом его колена прогибается кресло. — Так преданно навещаешь меня каждый день… Мужчина сглотнул громче, чем следовало, и тотчас попытался скрыть волнение за смехом. Стук сердца казался ему оглушительно громким, он едва мог сосредоточиться на чём-то другом. Слишком близко. Слишком быстро. Слишком… — Это то, что делают друзья, верно? — пробормотал он чуть слышно, не отрывая взгляда от чужой насмешливой улыбки. Всегда такой далёкой и холодной — словно черта между ними, не позволявшая протянуть руку и прикоснуться. Стэнфорд снисходительно улыбнулся, протягивая руку, чтобы стянуть чужие очки. — Действительно, — ответил он, а затем наклонился, чтобы прошептать в самое ухо… — Шах и мат…***
— Форд… — Фиддлфорд МакГакет! Мужчина вздрогнул и перевёл рассеянный взгляд на своего секретаря. — Я зову тебя уже минут пять! О чём ты так увлечённо думаешь посреди рабочего дня? МакГакет моргнул и заторможено огляделся по сторонам. Нет. Никакой светло-синей лампы, никаких кресел и шахмат. Перед ним была самая обычная студия, как всегда полная людей. И ни один из них не был шатеном в тёмном костюме и с до абсурда странным плащом, усыпанным белыми перьями вокруг воротника, придававшим ему королевский вид. Самые обычные стилисты, репортёры и подающие надежду журналисты. Его каждодневные спутники, лица которых никак нельзя спутать с одним единственным. — Прости, Тоби, я отвлёкся… Парень вздохнул и покачал головой. — Твой выход через три минуты, а ты витаешь в облаках. Уверен, что справишься? МакГакет рассеянно кивнул, впервые опустив взгляд на сценарий. — Да. В конце-концов, не в первый раз. Не то, чтобы «Шоу мистических близнецов» в последнее время предоставляло что-то новое, что я не рассказывал уже сотни раз. Тоби покачал головой и подтолкнул мужчину к площадке. — Всё равно постарайся не ошибиться. Вы со Стэнфордом друзья и всё такое, но ты же знаешь… Он убьёт тебя, если ты опозоришь имя Глифулов… — Мне ли не знать, — улыбнулся МакГаккет. — Мне ли не знать…***
Колокольчик звонко запел, когда МакГакет открыл дверь. Он тут же скривился от слишком большого разнообразия запахов, но всё же шагнул вперёд. Дешёвые кафе всегда отталкивали его. Они были слишком людными, слишком открытыми для него. МакГакета тошнило от одного только вида шумных подростков или приторно-сладких парочек, целующихся на людях. Последнее скорее из зависти, чем брезгливости. Он скрыл улыбку, когда заметил знакомую фигуру в дальнем углу кафе. Постарался скрыть волнение и идти ровно, не теряя лица в таком людном месте. Форд бы не одобрил падение его репутации. В последний раз он едва не оборвал с ним все связи, когда какой-то идиот журналист решил опубликовать их на одной странице после небольшого скандала МакГакета с Нортвестами. Но, честно говоря, чокнутая семейка так и напрашивалась на это… — Давно не видел тебя, старина, — Форд улыбнулся так, словно бы это было его обычным поведением. МакГакет едва успел сдержать слишком уж радостную улыбку в ответ. «Не выставляй себя идиотом, ФидллФорд. Ты же знаешь, он терпеть этого не может…» — Был занят. Потребовалось больше расчётов, чем я ожидал… Форд отмахнулся, показывая, что тема ему не интересна. И МакГакет не стал продолжать. Он опустился на кресло напротив, неловко оглядываясь по сторонам и всматриваясь в меню. Хотелось начать разговор. Спросить что-то нелепое вроде настроения или самочувствия, поговорить о погоде или последнем выступлении близнецов. Он был бы рад любым словам от Стенфорда, даже если бы это было бы что-то непреодолимо скучное. МакГакет открыл было рот, чтобы поинтересоваться последними исследованиями Форда, но тот одним лёгким движением руки прервал его. — Твоё последнее интервью, — Стэнфорд достал газету и указал на колонку рядом с фотографией знакомой палатки. — Ох, я говорил им не приукрашивать, — моментально встрял МакГакет, спешно придумывая оправдания. Мысли крутились в его голове так быстро, что он едва успевал их высказать. — Эти идиоты вечно игнорируют мои слова. Они, конечно, опять… — Прекрасно… МакГакет замолк, недоумённо глядя на собеседника. — Я хотел сказать, что это было хорошо. Мне нравится. Нужно продолжить это печатать. МакГакет медленно выдохнул, чувствуя, как всё внутри него расцветает и рвётся наружу. Сердце забилось быстрее и он едва скрыл глупую ухмылку. Он так, чёрт возьми, старался, составляя этот текст. Как только узнал, что с продажами билетов начались проблемы, он сел за работу и не спал ночами, собирая какую угодно информацию, чтобы завлечь зрителей. Он подкупил издательство, чтобы сделать идеальную фотографию и разместить новость на первой странице, чтобы любой мог её заметить. Он потратил приличную сумму, чтобы заплатить нескольким мальчишкам за случайные разговоры о новом шоу. А затем снова и снова перепроверял каждую мелочь, лишь бы его план был идеальным. И теперь, получив в награду эту лёгкую похвалу от Стэнфорда, он был на седьмом небе от счастья. — Хотел угостить тебя кофе. Ты мне здорово помог, — Стенфорд указал на меню, а затем потянулся за салфеткой и в сотый раз принялся протирать стол перед собой. — Конечно, было бы лучше пригласить тебя к себе, но ты понимаешь… Репутация. Неплохой шанс показаться на людях… МакГакет кивнул, тщательно скрывая разочарование. Несомненно, кабинет Стэнфорда был бы в сотни раз лучше. С идеально заваренным кофе, мягкими креслами, незаменимой тишиной и уединением. Они сидели бы друг напротив друга. Один на один, без лишних свидетелей. И разговаривали бы о чём угодно, не боясь невольных слушателей. Конечно, не стоило ожидать чего-то большего. — Я понимаю, — МакГакет натянул улыбку. Он прекрасно знал, что Стэнфорд не упустит шанс показать, что он «такой же обычный, как и все жители Гравити Фолз». Что он не самый богатый человек в городе, что не исследует вещи, о которых любой учёный мог бы мечтать. Не проводит мистическое шоу каждые пару дней, влюбляя в своих двоюродных внуков весь город. Не ломает саму вселенную в очередных невероятных экспериментах и не мечтает править миром. — Рад, что могу кому-то довериться, — улыбнулся Стенфорд и, словно невзначай, коснулся чужих пальцев. — Рад, что продолжаю оправдывать твоё доверие, — улыбнулся ФидллФорд, делая вид, что не сходит с ума от этого простого прикосновения.***
Простыни тихо зашуршали, когда он откинулся на них. Ослепительно белые, хорошо выглаженные; он почти мог почувствовать на них запах бумаги и утреннего кофе: крепкого, не разбавленного ни сахаром, ни сливками. Стэнфорд часто пренебрегал своим сном, и только такой напиток мог держать его в форме. МакГакет тихо выдохнул и поднял взгляд, встречаясь с холодными карими глазами. От одного этого взгляда по всему его телу пробегали мурашки, а сердце заходилось в бешенном ритме. — Ты хорошо поработал, Фиддлфорд, — прошептал Глифул и сделал шаг навстречу. МакГакет пробормотал в ответ что-то едва связное, чувствуя, что едва может дышать от волнения. — Я надеялся, что это впечатлит тебя, — он с трудом вернул уверенность своему голосу. Сложно было оставаться непоколебимым, когда на него смотрели так — с насмешливой ухмылкой, с первыми отголосками желания во взгляде. Он задохнулся, когда почувствовал, как кровать прогибается под чужим весом. Нервно сглотнул, ощутив на себе чужую руку. Она поднялась от его запястья к плечу, остановилась там на несколько мгновений, прежде чем уверенно толкнуть мужчину назад, вдавливая в постель. МакГакет чуть приподнялся и громко выдохнул, когда его вернули обратно. Стэнфорд навис над ним, с ухмылкой разглядывая лихорадочный румянец на его лице. — Тебя нужно наградить, не думаешь? — протянул Стэнфорд. От его низкого голоса тело моментально пробрала дрожь. Чёрт, ему нужно взять себя в руки. Сделать вид, что он ничего не понимает и, конечно, не наслаждается каждой секундой. Чем больше он радуется простым прикосновениям, тем меньше получает их в следующий раз. — Я был бы невероятно признателен, — прошептал МакГакет, изо всех сил стараясь сдержать дрожь в голосе. Стенфорд усмехнулся. Он медленно стянул чужие очки, складывая их на тумбочку. Достаточно далеко, чтобы МакГакет не смог до них дотянуться, не приложив усилий. Конечно, он знал, что это заставит мужчину под ним чувствовать себя уязвимым. Несомненно догадывался, что это не оттолкнёт МакГакета. Наоборот, казалось, тот сходит с ума от одной только мысли оказаться беспомощным в чужих руках. — Я думал, у тебя очень плотный график, — прохрипел Фиддлфорд, неотрывно наблюдая за тем, как мужчина напротив тянется к голубому камню на шее. — Верно, — ответил Стэнфорд, чуть помедлив. — Но я могу выделить немного времени, чтобы отблагодарить старого друга. МакГакет отдалённо почувствовал, как с его плеч исчез пиджак, как пуговицы рубашки расстегнулись, повинуясь одной только мысли Стэнфорда. Он с трудом удержал себя в руках, когда осознал себя придавленным чужим весом, с грубой рукой, медленно поднимающейся вверх по его груди. Больше. Ему нужно было гораздо больше, но он не смел произнести своё желание вслух. Не мог позволить себе показать слабость, которой его старый друг мог бы манипулировать. Не то, чтобы он уже этого не делал. — Хороший мальчик, — протянул Стенфорд над ним, когда он силой подавил дрожь в своём теле. Чтобы в следующую секунду едва слышно простонать и вцепиться в чужие руки, почувствовав давление на шее. — Давай поиграем, — прошептал ему Стэнфорд, сильнее сжимая пальцы на чужом горле.***
Он смахнул невидимые пылинки со своего костюма и поправил очки, глядя на окружающих с едва заметным отвращением. Идиоты. Все они просто управляемое стадо, не имеющее собственного мнения. Он сказал, что «шоу мистических близнецов» — лучшее зрелище, что они только могли увидеть в своей жизни. Натянул улыбку для фотографии на фоне телепатической палатки, а затем выложил немалую сумму из своего кошелька, чтобы скупить часть билетов и заявить, что осталось всего несколько свободных мест. И толпа сразу же потянулась к кассе, надеясь быть в числе тех самых везунчиков, которые увидят шоу своими глазами. Не зря Стэнфорд брезговал общаться с людьми дольше необходимого. Фиддлфорд до сих пор не понимал, как он выдерживает их идиотизм. Он лениво перевёл взгляд в сторону, чтобы увидеть знакомую макушку каштановых волос. МакГакет нахмурился, но быстро направился вперёд, увидев, как мальчишка кивнул за кулисы и медленно исчез за ними. Конечно, Стэнфорд будет игнорировать существование телефонов. Он не мог просто отправить сообщение, не использовав своих двоюродных племянников для его доставки. МакГакет уверенно прошёл за сцену, чувствуя за спиной завистливые взгляды. Ох, неужели они надеются, что, только придя на шоу, заслужат особое внимание? О нет, если бы всё было так просто, Фиддлфорд не потратил бы несколько лет на бесконечные разработки и исследования, надеясь украсть хоть каплю внимания у своего старого друга. Чёрт возьми, если бы он прилагал столько же усилий для игры на банджо, он стал бы самым известным в мире музыкантом! Жаль, что это раздражало Стэнфорда. Он всё ещё любил перебирать струны в поисках вдохновения. МакГакет огляделся, без особого интереса рассматривая реквизит. Мальчишка, прислонившийся к стене и натянувший скучающую маску, кивнул в сторону. МакГакет только на мгновение остановил на нём свой взгляд, чтобы с раздражением заметить очевидную схожесть во внешности. Мэйсон Глифул не был копией своего прадядюшки, но каштановые волосы, безразличие в ярко-голубых глазах и странное родимое пятно на лбу показывали их очевидное родство. Стэнфорд не раз упоминал, что находит их схожее «уродство» забавным. МакГакет каждый раз кривился, едва удерживая себя от признания в том, что считает шесть пальцев на каждой руке Стэнфорда прекрасной чертой. Фиддлфорд сразу заметил знакомый силуэт в дальней части комнаты. Стэнфорд что-то быстро говорил девушке в светло-голубом костюме, без особой нежности поправляя её галстук. В его движениях не было ни капли заботы, лишь холодный расчёт. И МакГакет не мог не радоваться этой мелочи, ведь чем меньше любви его старый друг даёт окружающим, тем больше места в каменном сердце достанется ему. — Отвратительно. МакГакет перевёл взгляд на мальчишку, стоящего рядом с ним. Выражение брезгливости на лице с такими знакомыми чертами невольно вызывало у него дрожь. — Прошу прощения? — он через силу натянул улыбку, делая вид, что его нисколько не волнует презрительный взгляд младшего Глифула. — Прыгаешь вокруг него, как псина, — протянул Мэйсон, едва заметно кивнув в сторону своего прадядюшки. — Тошнит смотреть на то, как ты виляешь хвостом от одного его взгляда. Встанешь перед ним на колени? Может, тогда он проникнется к тебе жалостью и позволит занять место на коврике возле его кровати. МакГакет втянул воздух сквозь зубы, едва удержав безразличие на своём лице. — А не слишком ли ты мал, чтобы так разговаривать со старшими? — он натянул улыбку, снисходительно глядя на мальчишку. — Может, если бы ты вёл себя получше, он бы позволил тебе, наконец, поиграть с его любимой игрушкой. МакГакет позволил довольной улыбке расплыться на своём лице, стоило только заметить, как мальчишка сжал челюсть и медленно выдохнул. У каждого были слабости. Разница только в том, позволяешь ли ты другим об этом узнать. — Не смей говорить о нём, — прошипел мальчишка, стиснув кулаки. — Ты даже не имеешь к нему отношения. — Да? — МакГакет насмешливо улыбнулся, копируя знакомое выражение лица. — Между прочим, именно я участвовал в его призыве. Великодушно одолжил свою кровь, чтобы такой неблагодарный мальчишка, как ты, мог наблюдать за ним издалека. — Уильям мой, — прошипел Мэйсон, сделав шаг навстречу. — Твоя кровь не имеет значения, потому что он заключил сделку со мной. Использовал моё тело для первого вселения. — Только потому что твой дорогой прадядюшка слишком ценит меня, чтобы подвергать возможной опасности, — улыбнулся МакГакет. — Ты лишь временное решение. Как только он окончательно убедится, что демон не представляет опасности, он заберёт его себе. — И что тогда станет с тобой? — усмехнулся Мэйсон. — Жду не дождусь увидеть выражение твоего лица, когда он выбросит тебя вместе со мной. — Ты понятия не имеешь, о чём… — ФиддлФорд! МакГакет перевёл рассеянный взгляд в сторону и моментально натянул ленивую ухмылку, только увидев рядом знакомое лицо. — Прости, Форд, — он кинул быстрый взгляд на моментально присмиревшего мальчишку. — Мы слишком увлеклись беседой. Я потерял счёт времени. Стэнфорд не ответил на это. Лишь посмотрел на племянника и кивнул в сторону. Тот послушался моментально, недовольно нахмурился, но всё же направился к сестре. — Как проходят исследования? — начал Форд, указывая рукой вперёд и медленно шагая вместе с МакГакетом. Тот покачал головой и медленно выдохнул, собираясь с мыслями. — Я завершил большую часть. Но обнаружились проблемы с питанием. Такая конструкция возможна, но требует столько энергии, сколько мы не можем себе позволить. Стэнфорд задумчиво промычал, думая о чём-то своём. А затем достал дневник в красной обложке и принялся быстро перелистывать страницы. — Я собирался исследовать это место, — он указал на фотографию склона. — Здесь должно что-то быть, я уверен. Возможно, мы найдём решение наших проблем. Фиддлфорд усмехнулся. — Только если мы найдём инопланетный корабль, который каким-то чудом всё ещё работает. Стенфорд не рассмеялся в ответ на его шутку. Он посмотрел как-то странно, словно слова МакГакета навели его на какую-то идею. — Вполне возможно. Это было бы очень кстати, — он вдруг остановился и развернулся, заставив МакГакета замереть на месте. — У тебя найдётся свободное время в эти выходные? МакГакет с трудом проглотил возбуждённое «Конечно, когда угодно, для тебя я свободен в любое время!» и просто кивнул в ответ. — Отлично, отправишься со мной. И пожалуйста, выспись на этот раз. Я не хочу повторения истории с Гремоблином. Мужчина растерянно посмотрел в ответ, ожидая продолжения фразы. Однако Стенфорд явно закончил предложение. — А, — МакГакет не мог не поинтересоваться. — Что за история с Гремоблином? Стэнфорд вдруг поднял слишком внимательный, настороженный взгляд. Оглядел собеседника так, словно тот вот-вот должен был рухнуть в обморок. — Случай с Гремоблином, — повторил Стэнфорд слишком медленно и выдохнул с едва заметным раздражением, не увидев в глазах МакГакета понимания. — Мы отправились исследовать местность. Ты уснул во время перерыва и не услышал, как к лагерю подошёл этот монстр. Он загипнотизировал тебя, а затем сбросил в озеро, когда я выстрелил в него. Мне пришлось вытаскивать тебя из воды и делать искусственное дыхание, потому что ты, очевидно, не собирался приходить в себя. МакГакет моргнул, а затем смущённо прокашлялся, изобразив осознание. — Прости, совсем вылетело из головы, — он усмехнулся. — Видимо, это был слишком нервный для меня случай и моё подсознание решило забросить его подальше. Стенфорд не ответил на это, но по его взгляду было видно, что этому оправданию он не поверил. — В любом случае, — продолжил он, откладывая дневник. — Будь готов. Я не собираюсь спасать твою жизнь каждую чёртову экспедицию.***
— Фиддлфорд! Эй, умник! Стенфорд влепил мужчине пощёчину, но тот не отреагировал. Только на слишком бледной влажной щеке появился след от удара. — Чёрт возьми, ты собираешься окончить свою жизнь, утонув в чёртовом озере? Он ударил снова. Голова мужчины отклонилась в сторону. Губы совсем посинели, пульс был слишком слабым и явно не собирался восстанавливаться сам. — Чёрт, — Стэнфорд расстегнул мокрую рубашку и откинул сумку в сторону. — Ты будешь мне так, чёрт возьми, должен… Фиддлфорд прикрыл лицо рукой и медленно выдохнул, когда Стэнфорд на экране наклонился к нему, чтобы выдохнуть кислород ему в рот. Он едва обращал внимание на свой отвратительно жалкий вид, на то, как грубо мужчина на экране сжимал его шею в поисках пульса. Происходящее не выглядело ни в какой мере романтично, но МакГакет широко улыбался и внимательно наблюдал за каждым движением, чувствуя, как брюки становятся чертовски тесными. Ох, это было сокровищем его коллекции, как он мог забыть? МакГакет скривился, когда его двойник с экрана глубоко вдохнул и закашлялся, выплёвывая воду. Дальнейшее было совершенно не важно, поэтому он потянулся за пультом и перемотал видео назад. Снова и снова нажимал кнопку повтора, с восхищением наблюдая за тем, как такие знакомые губы касаются его, как Стэнфорд кривится от раздражения и лёгкого беспокойства, надавливая на его грудь. Ох, если бы он только мог пережить это снова. Почувствовать каждое прикосновение вновь, а затем зациклить эти несколько мгновений и переживать их сотни и тысячи раз… Беспомощный, не в силах сопротивляться, если чужие руки сожмут его шею чуть сильнее. Не осознающий, что происходит и не видящий дальше собственного носа… Экран заморгал на мгновение, а затем покрылся рябью, прежде чем окончательно погаснуть. МакГакет обречённо простонал, понимая, что света не будет ещё как минимум пару часов. — Чёрт, почему ему нужно экспериментировать именно сейчас? — прошипел он раздражённо, поднимаясь с кресла. Он осторожно повернул колбу с воспоминанием и нежно прошёлся по ней пальцами. Он будет помнить увиденное ещё несколько часов, прежде чем этот фрагмент покроется дымкой в его памяти, чтобы снова исчезнуть. Это было неприятным побочным эффектом, но он был готов с этим смириться. В конце-концов, такова его цена. Он улыбнулся, медленно опуская колбу на её почётное место. Полка была переполнена подобными воспоминаниями, но это было особенным. Его первый поцелуй, момент, когда Стэнфорд спас его жизнь. С этим мало что могло сравниться. Он прикрыл глаза, чувствуя привычную головную боль. В последнее время она донимала его всё чаще, но он научился игнорировать это. Возможно, если бы Стэнфорд узнал об этом, он потребовал бы остановиться. Наверняка заставил бы вернуть все воспоминания, а забрал бы себе хранитель памяти. Как хорошо, что Стэнфорд не знает о его лучшем изобретении. И нужно постараться, чтобы он никогда о нём не узнал…***
Стена за спиной ужасно холодная, но он не замечает этого. Он нервно сглатывает и поднимает взгляд, встречаясь с холодными карими глазами. Стенфорд улыбается и покачивает головой, словно осуждая мужчину за его непослушание. И МакГакет не смеет возразить. Лишь вздрагивает, чувствуя, как чужая рука расслабляет галстук и оттягивает воротник. — Что ты прячешь, Фиддлфорд? — шепчет он в самое ухо. МакГакет мотает головой и пытается уйти, но его вновь вдавливают в холодный камень, не давая возможности сбежать. Он может лишь громко выдохнуть, наблюдая, как Стэнфорд стягивает его галстук и обматывает им его запястья. — Я знаю, что у тебя есть что-то особенное, — продолжает он, натягивая узел слишком сильно. МакГакет невольно кривится, чувствуя, как плотная ткань сдавливает кожу. — Что это? Скажи мне. Он мотает головой и жмурится, чтобы в следующую секунду тихо охнуть и скривиться. Стенфорд поднял его руки над головой, лишая возможности сопротивляться. МакГакет хмурится, когда замечает его взгляд на своих очках. Он знает, что они будут следующими. — Я могу наградить тебя, если это что-то невероятное, — соблазнительно шепчет Стенфорд ему в ухо. — Тебе нужно лишь сдаться и сказать мне. МакГакет снова мотает головой. Он вздрагивает, когда его силой опускают на колени, когда чужая рука зарывается в его волосы и тянет за них, вынуждая откинуть голову назад. — Ты можешь получить гораздо больше, — Стэнфорд знает, на что давить. Он знает каждую его слабость. — Ты ведь хочешь этого, правда? Он сдавленно стонет, когда идеально начищенный ботинок надавливает на выпуклость между его ног. Громко и загнанно дышит, цепляясь за чужие чёрные брюки. Узел на его запястьях значительно ослаб, но всё ещё мешает ему двигать руками. — Незабываемая ночь в обмен на всего одно жалкое изобретение, — предлагает Стэнфорд, натягивая улыбку. — Невероятное предложение, неправда ли? Мужчина быстро кивает и давится стоном, когда чужая нога надавливает сильнее. Он видит свечение голубого камня, чувствует, как исчезает ткань с его рук, чтобы в следующую секунду связать его запястья за спиной. — Хороший мальчик, — шепчет низкий голос. МакГакет подслеповато щурится, когда с него стягивают очки и отбрасывают их в сторону. Он вздрагивает от звука расстёгивающейся ширинки и едва подавляет дрожь во всём теле. Он беспомощен, не в силах сопротивляться, без малейшего шанса сбежать. МакГакет натягивает ткань на запястьях и громко выдыхает, понимая, что не в силах их освободить. — Я надеюсь, ты хорошо поработаешь, — шепчет голос сверху и МакГакет послушно прикрывает глаза.***
Он постучал громче, чем следовало бы. МакГакет тихо выдохнул и опустил взгляд на руку, которая предательски дрожала от волнения. Он сжал её, впился ногтями в ладонь и натянул приветливую улыбку, пряча своё нетерпение как можно дальше. Потому что Стэнфорд будет раздражён, если он будет вести себя так глупо. И МакГакету не хотелось бы ждать ещё полгода, когда его снова позовут в экспедицию. Дверь открылась. Он недовольно прищурился, прежде чем высоко поднять подбородок и безразлично пройти мимо демона с светло-голубыми волосами. Тот неловко отшатнулся, когда его пихнули в сторону, и виновато отпустил голову. Верно, этот идиот вечно винит себя во всём, что с ним происходит. Нет смысла показывать свою неприязнь тому, кто всё равно её не заметит. МакГакет недовольно цыкнул и прошагал дальше по коридору, стараясь не слишком внимательно озираться по сторонам. Хотелось запечатлеть каждую деталь, присмотреться к чёрному плащу на вешалке, к стопке книг в углу и полкам с множеством приборов. Без пыли. С появлением демона в этом доме стало гораздо чище и МакГакет больше не натыкался на разбросанные вещи и чертежи, залитые кофе. — Ах, ФиддлФорд… МакГакет сдержал улыбку и прошёл дальше, замерев лишь на мгновение, прежде чем уверенно зайти в знакомый кабинет. Он скучал по нему. С тех пор, как Стэнфорд направил все усилия на шоу-бизнес и продвижение своих племянников, помощь Фиддлфорда почти не требовалась. Его кресло теперь пылилось в самом углу, заваленное стопкой книг, которые уже давно не открывались. Как жаль, что он не может просто прийти сюда без повода. Он до сих пор с нежностью вспоминал времена, когда они работали ночь напролёт и засыпали прямо так, не вставая из-за стола. У него наверняка есть пара-тройка воспоминаний, где Стэнфорд кладёт перед ним кружку кофе или укрывает своим плащом, не подозревая, что его напарник не спит. Нужно будет обязательно проверить их, когда он вернётся домой. — Ты готов, я надеюсь? — Стенфорд задумчиво осматривал содержимое сумки. — Я думаю, мы застрянем там на пару дней. Ты ведь освободил свой график? МакГакет сдержал радостную улыбку и лишь сдержанно кивнул в ответ. Он отложил все дела на ближайшую неделю и молился, чтобы новое исследование увлекло Стэнфорда надолго. — У меня большие планы насчёт этого проекта, — Стенфорд странно улыбнулся и бросил взгляд куда-то в сторону. МакГакет с раздражением заметил демона, стоящего за дверью. — Это перевернёт наш мир. — Как и всегда, дружище, — МакГакет улыбнулся в ответ, подошёл ближе, чтобы неловко замереть рядом, не решаясь положить руку на чужое плечо. — Я всегда знал, что ты создашь нечто особенное. Стэнфорд внимательно посмотрел на него и МакГакет тут же одёрнул себя, сделав шаг назад. А затем с отвращением наблюдал, как бесполезный демон входит в комнату по первому же щелчку и опускается на колени перед Стэнфордом, не смея поднять взгляд. — Я надеюсь, во время моего отсутствия не будет никаких происшествий, — протягивает он, не отрывая взгляда от демона. — Ты знаешь, что за этим следует, Уильям. МакГакет отвернулся и стиснул кулаки, когда Стэнфорд сжал челюсть демона, заставляя его поднять взгляд. А тот смотрел на своего хозяина с такой надеждой и безоговорочным доверием, что становилось противно. Даже не замечает, как открыто его используют. Идиот.***
МакГакет вздрагивает, осознавая себя в жёстком кресле. Ах, он снова отвлёкся посреди разговора. Мужчина рассеянно оглядывается и натягивает ухмылку, делая вид, что не был увлечён мыслями всего пару мгновений назад. Незнакомец в чёрном костюме перед ним нахмурился, но никак не прокомментировал странное поведение мужчины. — Так вы говорите, что прибыли из правительства? — он уточняет, чтобы убедиться, что помнит эту деталь правильно. МакГакет не до конца уверен, что его представления верны. — М-м, агент, если быть точнее. Агент Пауэрс. В последнее время в этом районе была зафиксирована подозрительная активность. Мы здесь для расследования. Фиддлфорд кивнул и щёлкнул пальцами, чтобы через несколько мгновений к ним подбежал секретарь. Он с явным недовольством на лице опустил на стол чайник и принялся разливать кипяток по чашкам. — Весьма неожиданно, — протянул МакГакет, скрещивая под подбородком пальцы. — Конечно, моё слово не имеет особого значения. Я лишь занимаю скромную должность журналиста и исследователя этого городка. Однако я не замечал ничего странного в последнее время. Агент не отреагировал на протянутую чашку, но МакГакет умело скрыл секундное раздражение. В конце-концов, он и не надеялся, что люди из правительства с радостью примут предложенный чай. — Причина, по которой мы обратились именно к вам — ваше положение здесь, — агент не моргнул и глазом, когда МакГакет потянулся за чашкой и принялся медленно перемешивать добавленный сахар. — Я уверен, вы знаете гораздо больше обычных людей. Нет смысла спрашивать прохожих, если можно поговорить с человеком, чья работа — замечать всё. Фиддлфорд натянул улыбку, делая вид, что не заметил оскорбления в этих словах. Было бы очень неудобно, если бы он взорвался сейчас. — Тем не менее, господа, боюсь, я мало чем могу вам помочь, — он сделал первый глоток и на мгновение прикрыл глаза, наслаждаясь пряным привкусом напитка. — В этом городе много необычных вещей. Спросите любого жителя — они расскажут вам, как опрыскивают сад от гномов каждый вечер. А их любимое шоу? Мистические близнецы на их глазах нарушают все мыслимые законы вселенной. И вы говорите мне, что я должен описать вам что-то «необычное»? МакГакет усмехнулся и покачал головой. — В этом городе удивить может только абсолютная нормальность. Пауэрс нахмурился и кивнул своему напарнику, явно недовольный ответом МакГакета. Но тот лишь пожал плечами и сделал ещё один глоток. Агенты не найдут ничего, что могло бы их заинтересовать, а жители города лишь повторят его слова. Этот город — синоним слова «странность». Искать здесь что-то необычное — всё равно, что иголку в стоге сена. — Спасибо за предоставленную информацию, — Пауэрс поправил наушник и поднялся с кресла. Очевидно, его вопросы закончились. — Приятно было с вами пообщаться, — ответил МакГакет с улыбкой, даже не пытаясь скрыть удовлетворение от ситуации. Ему не пришлось даже напрягаться, чтобы снизить интерес к себе. И он был уверен, что эти люди не задержатся здесь надолго. МакГакет собирался вернуться к себе в кабинет, когда агент вдруг остановился и окликнул его. И почему-то именно в этот момент в глубине души вдруг поселилось отвратительное предчувствие. Словно всё внутри напряглось, крича ему об опасности. — Вы сказали, какое-то шоу? МакГакет почувствовал, как сердце на мгновение остановилось, а по телу пробежала нервная дрожь. Он с трудом скрыл панику на своём лице, прежде чем повернуться и натянуть улыбку. — Да, «Шоу мистических близнецов», если быть точнее. Чрезвычайно популярно в Гравити Фолз. Пауэрс задумчиво посмотрел куда-то сквозь него, а в его взгляде возникло что-то, похожее на интерес. И МакГакету это очень не понравилось. — «Бросают вызов законам вселенной»? — казалось, если бы на лице агента не застыла маска серьёзности, он бы тотчас широко усмехнулся. — Так вы сказали? Фиддлфорд сжал дрожащую ладонь и вцепился пальцами в подлокотник кресла так сильно, как только мог, пытаясь сдержать панику, стремительно охватывающую его. Нельзя. Ни в коем случае нельзя позволить им заинтересоваться телепатической палаткой. Он не был уверен, с чем связана аномальная активность в городке, но точно знал — Стенфорд убьёт его, если правительство начнёт рыскать на его территории. — Да, это действительно выглядит так, — МакГакет через силу улыбнулся. Нельзя сбрасывать тему, нельзя игнорировать вопрос. Чем больше он будет пытаться отвлечь их внимание, тем выше будет интерес. — Это настоящая магия — билеты раскупают за месяц до показа. Вы придёте туда однажды и больше не сможете забыть увиденное. Исчезновение предметов, чтение мыслей, а так же… — Достаточно, — казалось, Пауэрс на мгновение скривился. — Нас интересуют аномалии, а не театр шарлатанов. МакГакет скрыл за разочарованным вздохом облегчение. Плевать, что его сочли продажным рекламщиком, если это убережёт Стенфорда от повышенного внимания правительства. Он был пожертвовать гораздо большим, чем репутацией. — Тем не менее, — второй агент подал голос. — Мы всё же посетим шоу. Мне бы хотелось поговорить с организатором, учитывая его популярность. Спасибо за совет, сэр. Агенты развернулись и вышли, окончательно покинув студию МакГакета. И только секретарь вздрогнул, услышав раздражённое рычание и звон посуды, упавшей с перевёрнутого стола.***
— Чёрт, чёрт, чёрт! Раздался очередной грохот, с которым МакГакет опрокинул ящик с изобретениями. — Чёрт! Он пнул ногой один из приборов, даже не посмотрев, что это было. А затем скривился от боли, и тихо прошипел, присаживаясь на пол и потирая ушибленные пальцы. — Чёрт! Голова раскалывалась, казалось, череп сдавливает невидимый обруч. Он не мог трезво мыслить, обдумывать план или хотя бы предположить свои дальнейшие действия. В голове засела лишь одна навязчивая мысль, которая с каждой секундой становилась всё громче и невыносимее. «У Стенфорда будут проблемы. И он возненавидит МакГакета за это.» Фиддлфорд тихо прошипел и зажмурился, зарываясь пальцами в волосы. Это плохо. Это очень плохо, а он не мог ничего придумать. Все его изобретения, вся работа в этот момент казалась бесполезной. Он не мог заставить этих людей потерять интерес к шоу Стенфорда. Не мог просто приказать им расследовать что-то другое и ни разу не заглянуть в самую яркую аномалию Гравити Фолз. Чёрт возьми, он ведь даже не мог отвлечь их внимание. Если он прямо сейчас пойдёт и сдаст им все свои изобретения, позволив запереть его за множество незаконных разработок, это лишь усилит их подозрение. Он не был идиотом и прекрасно понимал, что такой нелепый поступок только убедит агентов в том, что за странным аномальным городком скрывается нечто большее. Фиддлфорд простонал, сжимая пальцы так сильно, как только мог. Это конец. Он потеряет всё, ради чего жил последние годы. Его мечты, его надежды — всё будет разрушено, стоит только этим идиотам пересечь порог «телепатической палатки». Он перевёл болезненный взгляд на экран, вглядываясь в улыбку Стенфорда. Всегда такого холодного, властного и гениального. Вот у кого никогда не было проблем с планами. Чёрт возьми, кто ещё, как не Стенфорд Глифул мог заключить сделку с демоном и получить одну лишь выгоду для себя? Сделать из невероятного всезнающего существа раба? Заставить его пресмыкаться у подножия трона и дать человеку силу, чтобы править миром? МакГакет бережно прошёлся пальцами по колбе с воспоминанием, доставая её из обломков приборов. Без единой царапинки, блестящая, такая же как всегда. По крайней мере, у него останется хотя бы это. Он сможет провести остаток жизни, прячась в маленьком подземном убежище и пересматривая любимые моменты раз за разом, пока они не отпечатаются на его сечатке, пока он не будет идеально помнить каждую деталь. Он потянулся к «хранителю воспоминаний» и осторожно пригладил панель управления. Если бы только с людьми было так же просто. Если только…***
Аппарат выскользнул из его ослабевших пальцев. МакГакет рухнул на землю и зажал дрожащими руками рот, чтобы сдержать рвотный позыв. — Господи… Он зажмурился и прижался к стене, тяжело дыша и пытаясь унять дрожь. Его трясло. Лихорадило так сильно, что казалось, он вот-вот потеряет сознание. Он не хотел. Этого не должно было произойти. Он никогда не собирался этого делать! МакГакет перевёл взгляд на два неподвижных тела в тени. Он видел, как медленно вздымается грудь, может, даже услышал бы стук сердец, если бы подошёл ближе. Эти люди были живы, может, посторонний бы даже сказал, что с ними всё в порядке, но МакГакет знал, что это не так. Он смотрел в безэмоциональные глаза и чувствовал, как кровь застывает в его жилах. Они не выглядели нормально. Он, чёрт возьми, свёл их с ума. МакГакет зажал рот рукой, чувствуя, что его вот-вот вырвет. Он не собирался этого делать! Он просто хотел убрать пару воспоминаний, убедить агентов в том, что они не нашли в Гравити Фолз ничего особенного! Он был уверен, что ввёл данные с максимальной точностью, подготовил самые посредственные из его образцов, чтобы вместить полученные воспоминания и тут же их уничтожить. Он продумал всё до малейшей мелочи. Он не спал всю ночь, проводя расчёты и прикидывая, какие именно данные ввести, чтобы забрать только самое необходимое, чтобы никто не заметил его вмешательства. Он подготовил историю, которую скормит рассеянным после вмешательства агентам и алиби, на случай, если что-то пойдёт не так. Так почему, чёрт возьми, это не сработало? Почему аппарат вместо того, чтобы вырезать всего пару фрагментов из разумов этих людей, почти стёр их личности? МакГакет вздрогнул, услышав шаги. Он прижался к стене, даже не пытаясь сбежать. В этом не было смысла. Он будет пойман прямо на месте преступления и ничто не сможет его оправдать. Он был не в состоянии придумать даже очевидную ложь, чтобы объяснить, что он делал в тёмном переулке с двумя живыми овощами и отпечатками пальцев на странном оружии. Фиддлфорд зажмурился и выдохнул. Его жизнь была окончена. Теперь он точно… — Фиддлфорд? МакГакет открыл глаза и поражённо уставился на Стенфорда, медленно шагающего к нему. Он открыл было рот, чтобы ответить что-то, но не смог произнести не звука. Ах. В вежливом приветствии всё равно не было смысла. Он сидит на земле, бледный, с мешками под глазами и всё ещё мокрыми дорожками слёз на щеках. Такое жалкое зрелище всё равно ничем не исправить. — Я едва смог найти тебя, — Стенфорд тактично не показал брезгливость на своём лице. — Мне повезло, что кто-то видел тебя, сворачивающего в этот… Он перевёл взгляд на неподвижные тела, лежащие в тени и замолк. Оглядел дрожащего у стены МакГакета, пустые, не выражающие ни единой эмоции лица агентов. Перевёл взгляд на странный аппарат, лежащий рядом и две ярко светящиеся колбы с полученными воспоминаниями. МакГакет был готов к разочарованию на его лице. Прекрасно понимал, что его друг не будет доволен провалом Фиддлфорда и наверняка первым сдаст его полиции. Стенфорд никогда не прощал ошибок. Он воспользовался бы первой же возможностью затянуть верёвку на шее любого, кто представлял для него угрозу. И тем не менее, в следующую секунду МакГакет едва не задохнулся, увидев в глазах Стенфорда восторг, граничащий с восхищением. — Боже мой… — на его глазах Стенфорд опустился на колени, чтобы подобрать с земли покрытый пылью и чуть треснувший аппарат. — Это… это то, что я думаю? Стенфорд перевёл на него взгляд. В его глазах мерцал странный огонёк, который должен был насторожить МакГакета. Однако тот не сдвинулся с места и с жадностью наблюдал за тем, как человек, которого он обожествлял все эти годы, теперь внимательно смотрел на него с таким интересом, какого он не видел никогда в жизни. — Ты создал это? — Стенфорд бережно пробежался пальцами по кнопкам, внимательно осматривая каждую деталь. — Ты создал технологию, позволяющую работать с разумом? МакГакет медленно кивнул. Он не попытался переубедить Стенфорда, не объяснил, что его изобретение создано, чтобы хранить воспоминания, а не работать с ними. — И ты, — Стенфорд перевёл взгляд на тела агентов. — Ох, как мило с твоей стороны. Ты использовал своё лучшее изобретение, чтобы защитить меня. МакГакет почувствовал, как дрожь возвращается. Он зажмурился и зажал рот рукой, когда на мгновение в его ушах прозвучал крик агента, взгляд которого в следующую секунду стал абсолютно пустым, будто мёртвым. Он ведь просто пытался… — Нет-нет, — МакГакет почувствовал на своём плече руку Стенфорда. Его голос звучал слишком спокойно для человека, который разговаривал с почти убийцей. — Ты прекрасно поработал, Фиддлфорд. Я горжусь тобой. МакГакет поднял шокированный взгляд. Он желал услышать эти слова. Хотел бы слышать их каждый день, днём и ночью, чтобы никогда не сомневаться в своём выборе. И то, как легко и с какой нежностью Стенфорд произносил их, вселяло в него надежду. Чёрт возьми, он был готов спуститься в самый ад, стать монстром ради того, чтобы добиться признания от Стенфорда. — Но тебе нужно поспать, как ты считаешь? — Стенфорд очаровательно улыбнулся ему. Фиддлфорд впервые видел такую улыбку — мягкую и успокаивающую, никак не похожую на то выражение, каким обычно награждает его Стенфорд. МакГакет вздрогнул, услышав тихие щелчки клавиатуры. Он смог лишь слабо дёрнуться в твёрдой хватке Стенфорда и перевести взволнованный взгляд с «хранителя памяти» на чужое лицо. — Не волнуйся, я разберусь со всем, — восхищённое выражение Стенфорда теперь казалось почти безумным. МакГакет снова дёрнулся, когда сияющая колба аппарата появилась перед его лицом, но его лишь сильнее прижали к стене. В ту секунду, когда лицо МакГакета залил яркий свет аппарата, в его голову вдруг пришла абсурдная мысль, что эта нежная улыбка была направленна совсем не на него. — А теперь… спи…***
