Святое печенье

Разыграно, как по нотам. Тут есть, чем гордиться. Надуть целый город прохвостов — совсем не пустяк. Прощай, Кеттердам! До свиданья, зловредные птицы. Казалось, победа, но что-то здесь было не так. В звенящей тиши каждый звук резонировал резче, Не кошки скребли на душе, а голодный бульдог… Но вот наконец-то он выбрел, шатаясь, навстречу, И твердая почва у Нины ушла из-под ног. Пусть время застынет, пусть кто-нибудь это отменит! Джель, сказочный демон, святой в смехотворном венце! Матиас вздохнул и упал перед ней на колени. Казалась улыбка прощальной на бледном лице. Повсюду безлюдье. Пусты магазины и клубы. Задраены двери. Вот так умирает Хельвар. Матиас меж тем не спеша покопался под шубой И ей протянул покореженный грязный футляр. До боли знакомый… Ведь это жестянка с печеньем! — Так что же с тобой приключилось? Давай же, ответь! — Я встретил тебя и постиг свое предназначенье, — Сурово промолвил опальный охотник на ведьм. — Тебя защищать я поклялся в болезнях и битвах. Известно, что сытый желудок — начало начал. Вороны жадны и пугают своим аппетитом, Но все же остатки печенья у них я урвал. Прости, содержимое банки подпортила пуля… Но Нина уже целовала, а он обнимал. И всхлипнули оба, и оба синхронно вздохнули. Усилием воли Матиас на рану плевал. — Ну хватит! Работа не ждет. Можешь с нами обняться. Звучало угрозой, но спорить Хельвар не хотел. Поджарые парни согнулись под весом фьерданца. Кряхтел славный Ротти, а Бреккер слегка зеленел. К причалу они побрели, как в безмолвной пустыне, Внутри клокотало от счастья за всех четверых, И в этот момент просветленной заплаканной Нине Казалось, что можно вполне и поверить в святых. Трагедии неотвратимы, но есть исключенье. Как чудо по прихоти высшей, незримой руки. «Спасибо, спасибо! Спасибо, святое печенье!» И Зеник остатки умяла за обе щеки.