Большой... Босс!

***

      Тэхён абсолютно без эмоций проводил взглядом, удаляющегося Чонгука. Даже когда гости начали обсуждать произошедшее, он не пошевелился. — Так я был прав? Вы всё это придумали? — Сынгу был зол и не замечал состояние сына. — Замолчи и отстань от мальчика! — сказали мама и отодвинула отца.       Тэ был потерян. Как Чон мог бросить его после всего, что было? — Я потом объясню, мне нужно к нему.       Тэхён быстрым шагом пошёл к дому, но почти сразу перешёл на бег. По лестнице он будто взлетел, перешагивая через две ступеньки. Чонгука, как и ожидалось, уже не было. На кровати…       На той самой кровати, где прошлой ночью им было так хорошо, лежал его костюм и подвеска с сердцем.       Подойдя ближе, Тэ увидел белый лист, сложенный пополам.

«Прости меня, если сможешь. Ни ты, ни твоя семья не заслужили того, что я натворил. Твою рукопись я обязательно запущу в печать, до увольнения. Спасибо тебе за всё, ты необыкновенный.»

      Почерк был не ровный, сразу бросалось в глаза, что он спешил. Но об этом Тэхён думать не мог. — Да, вот это вы устроили, ребята, — послышался сзади голос Оливии.       Тэхён тяжело вздохнул и бросил листок на кровать. — Он записку оставил, — Тэ усмехнулся, — У него даже мужества не хватило поговорить со мной. — Я думаю, он просто боялся, — девушка подошла ближе и погладила его по руке.       Тэхён на это действие никак не отреагировал. — Я не побоялся, понимаешь? Я всем соврал ради него! А он боялся? — нервы парня сдали.       Оливия подошла ближе и заключила его в крепкие объятия. — Почему ты всё ещё здесь и не пытаешься остановить его?       Тэхён дёрнулся так, будто его током ударило. Действительно! Чего он нюни распустил? — Спасибо, — он чмокнул Оливию в щёку, — Мне нужно в аэропорт.

***

      До аэропорта добирались всей большой семьёй. До отца только спустя пол часа дошло, что у его сына и правда есть чувства, из-за чего он был сильно удивлён. — Я думал, они всё придумали, — оправдывался он перед матерью, — Как вы-то всё поняли? — Если бы у Чонгука не было чувств, он бы не улетел, — она тяжело вздохнула, — А наш Тэхён не рванул бы за ним.       Тэ всё это время не мог ни о чём думать, кроме как о депортации. В его голове отчётливо было ясно, что если Гук уедет в Корею, то они никогда не будут вместе.       Пока они добрались до аэропорта, рейс, на котором летел Чонгук, был давно в небе. Тэхён готов был разрыдаться, но его семья не давала опустить руки. — Следующий рейс через два часа, — уговаривала мама, — Полетишь на нём и, может, успеешь его перехватить в аэропорту. — А если не успеешь, то в Нью-Йорке он будет ещё минимум двое суток, — подбадривала бабушка.       Тэхён всё понимал, но так же он понимал и то, что Чон Чонгук улетел без сожаления. Это означало только одно: Тэ ему был нужен только, чтобы остаться в стране.

***

      Кое-как отправив родителей и бабулю домой, Тэхён остался ждать следующий рейс. Думать о чём-либо он сейчас боялся, поэтому тупо залипал в табло.       Пару раз вибрировал телефон, но разговаривать сейчас желания не было никакого. Он выпил две порции кофе и пошёл на посадку.       Короткий перелёт до другого аэропорта прошёл, как в тумане. А пересев на следующий рейс до Нью-Йорка, он просто заснул.       Вся эта ситуация и бурная ночь оставили парня без сил. Сейчас это самое лучшее и нужное его организму.

***

      Чонгук, как только прилетел в Нью-Йорк, поехал домой. Ему хватило нескончаемой болтовни инспектора, сейчас хотелось одного – тишины.       Он был зол на себя, на ситуацию в целом и на то, что затеял эту игру. Кто бы мог подумать, что он и его помощник могут иметь связь, да ещё какую.       Гук в жизни не поверил бы, что Тэхён может быть таким страстным, сексуальным и понимающим любовником. Не смотря на то, что это был его первый раз в такой роли, всё прошло более чем хорошо.       Воспоминания о прошлой ночи до сих пор вызывали приятные мурашки. Чонгук наслаждался этими частичками памяти, складывая их глубоко, чтобы не потерять.       У него впервые было столько эмоций от секса. Тут была связь не только физическая, но и какая-то ментальная.       Было желание позвонить, извиниться за всё, но он понимал, что этого будет мало. Такое не прощают.       Всё оставшееся время Чонгук собирал вещи, готовя их к переезду. Для себя он решил, что больше не вернётся в Нью-Йорк, здесь его карьера закончена.       Он найдёт спокойную работу у себя в Сеуле и будет с радостью вспоминать этот отрезок жизни. Жаль, что нет родителей и не с кем поделиться. От этого становилось ещё паршивее.

***

      Рано утром он поехал на работу, чтобы собрать вещи и закончить дела. В офисе всё гудело и шевелилось.       Чонгук понял, что всем уже сообщили об его уходе, поэтому все вели себя раскрепощённо. Никто не пытался быть вежливым и обходительным, все были на позитиве.       Чон собрал вещи в несколько коробок и ждал, пока найдут машину, чтобы отвезти это всё к нему домой. Он ушёл куда-то глубоко в свои мысли, пока не понял, что что-то изменилось.       Подняв голову, он заметил, что стало очень тихо, и все смотрят на него. Находясь в своих мыслях, он не сразу заметил, что Тэхён стоит напротив его двери.       Тэ медленно зашёл в кабинет, не закрыв дверь, и подошёл почти вплотную. Чонгук от неожиданности вскочил на ноги и чуть не врезался в него. — Ты ещё и оглох помимо того, что обнаглел? — спросил Тэ совершенно беззлобно. — А ты с Аляски пешком бежал? — улыбнулся в ответ Чонгук, указывая на вспотевшее лицо. — Да, как только ты меня у алтаря бросил, так и побежал.       Глаза Чонгука тут же потухли и настроение изменилось. — Я тебе всё написал, прости, — он попытался пройти, но Тэ не отошёл, — Мне пора, сегодня рейс до Кореи, возвращаюсь домой.       Тэ заскрипел зубами от злости, но старался держать себя в руках. — В жопу себе засунь ту писульку! — чуть ли не крикнул Тэ, отчего Гук покраснел, — Я только о тебе и думал с тех пор, как мы с тобой голые столкнулись в моей спальне.       В офисе пошёл гуд голосов и основным словом для обсуждения стало «голые». — Тэхён, не надо, — попытался Чон, — Мы разные, мы не можем.       Ким от переизбытка эмоций ударил по столу и чуть не завыл. — Чего мы не можем? Ты мне не безразличен, я тебе тоже, — он посмотрел ему в глаза, — По крайней мере, я на это надеюсь. Так в чём проблема?       Чонгук не знал куда деть глаза и руки, хотелось просто уйти, не объясняя. — Так будет лучше, я привык быть один. Моя жизнь – это работа.       Тэ не дал ему договорить. — Ты же просто боишься! Боишься, что не получится, боишься, что будут трудности, — он подошёл и обнял за плечи, — Но я тоже боюсь не меньше, чем ты.       Все в офисе молча наблюдали за этой сценой и даже не шевелились. — Боюсь, — признался Чон, — Будет проще, если я уеду.       Тэ взял его лицо в свои огромные ладони и приблизил его максимально к себе. — Проще я не хочу, — почти в губы прошептал Тэхён, — Давай попробуем.       Тёплые и мягкие губы накрыли рот Чонгука, не дав и шанса ответить. Они целовались нежно, просто ставя точку на этом споре.       Эта точка означала ещё кое-что, Чонгук не улетает домой. Завтра они снова пойдут в миграционную службу и в этот раз им бояться будет нечего.

***

      Инспектор Льюис был не то, чтобы в шоке, он был в истерике. Сначала он смеялся, потом угрожал, а в конце концов принял, как факт.       Вопросов было очень много, но это было не самое страшное, они были до ужаса тупые. "Каким дезодорантом пользуется партнёр?" "С какой стороны кто спит?" "Какая кружка любимая?" "Фирма нижнего белья?"       На вопросе, стесняются ли они какать при друг друге, Чонгук взорвался. — Что за дебильные вопросы и как они докажут правдивость наших отношений? — Это стандартная процедура, — невозмутимо ответил Льюис, но вопросы отложил.

***

      Парни так устали от посещения миграционной службы, что приехали на работу без сил. Эмме давали пару выходных перед вступлением в новую должность, и сегодня она должна вернуться в офис.       Чонгук по этому поводу не переживал, а Тэхён нервничал, причём сильно. — Ты весь на иголках, чего ты так нервничаешь? — спросил Чон, не выдержав поведения своего будущего мужа. — Про нас и так каждая собака говорит, а она меня вообще с потрохами сожрёт.       Гук решил успокоить Тэ, или просто отвлечь. Он обошёл свой стол и сел на него. — Предлагаю сегодня после работы поехать ко мне, тебе надо снять напряжение, — он поиграл бровями.       Тэхён и так был не в себе, а тут ещё и мысли пошлые в голову полезли, и воспоминания об их ночи всплыли. — Была бы моя воля, я взял бы тебя прямо здесь и прямо сейчас, — Тэ подошёл и встал у него между ног.       Чонгуку так понравились мысли Тэхёна, что он притянул его к себе и впился в губы.       Ким не растерялся и крепче прижал Чонгука, обнимая обеими руками. Поцелуй был голодный и страстный, они ласкали друг друга языками, пока не услышали громкий вскрик.       В дверях стояла Эмма с бордовым лицом и метала глазами молнии в сторону парней. — Что вы устроили в моём кабинете, чёртовы педики!       Тэ тут же замер, а у Чонгука расцвела фирменная надменная улыбка. — Ну, во-первых, это мой кабинет был, моим он и остался! — он снова обнял Тэхёна, — Во-вторых, мы предпочитаем употреблять такие слова, как "гомосексуал" или "гей". А в-третьих, я тебя уволил и назад не брал, какого чёрта ты тут забыла?       Лицо и шея Эммы пошли пятнами, а она окончательно потеряла дар речи. Не найдя подходящих слов, она громко хлопнула дверью и ушла. — Такой момент обломала, сука поганая, — сказал Чонгук и поцеловал Тэхёна.