Хроника Темного Зодиака. Парад планет

Тысяча девятьсот девяносто восьмой год, май (четыре года назад) Рассвет окрашивал руины замка в мареновые оттенки. Поттер аккуратно переступала через разрушенных горгулий, чтобы выйти на открытое пространство и оказаться подальше от остальных. Вне зоны видимости. И уничтожить Бузинную Палочку. Решение было спонтанным, но ощущалось, как верное. Именно этот кусок дерева был повинен в том, что Нагайна получила приказ разодрать глотку Северуса Снейпа на лоскуты. Эта палочка, Дамблдор и Вол-Де-Морт. Флакон с серебристыми лентами воспоминаний жег карман. Мирам оглянулась, отыскивая взглядом Кингсли. Он был занят, вместе с другими аврорами изучая поле битвы и занимаясь сбором и опознанием тел погибших Пожирателей. Минерва МакГонагалл общалась с членами Ордена Феникса на предмет восстановления разрушений, а мадам Помфри оказывала помощь пострадавшим со стороны победителей. Рыжие яркие пятна выделялись на фоне серых камней. Артур гладил по плечу Молли, горько качавшую головой и что-то внушавшую оставшемуся в живых близнецу, сидевшему на земле. - Мира! От скопления рыжиков отделилось огненное торнадо и устремилось к Поттер. Джинни за долю секунды оказалась рядом, легко перепрыгивая глыбы, встававшие на пути. - Куда ты?! Рыжка говорила громко и быстро, будто подозревая брюнетку в попытке побега. Поттер устало выдохнула, нервно крутя в руках Старшую Палочку. - Я… хочу ее сломать. Слишком много бед от этой палочки. Думаю… Дамблдор не был бы против. Просто не имел бы права, я б сказала. Хмурясь и не смотря на Уизли, Девочка-Которая-Выжила достала обломки своей палочки. - Только починю свою. Надеюсь, это сработает. Репаро! Щелчок, с которым обломки темного дерева встали на место, почти совпал с треском излома бузины. - Люмос! Яркий, ровный свет на кончике восстановленной палочки с сердцевиной из пера феникса ознаменовал еще одну маленькую победу этого нового дня. Мира устало улыбнулась и коснулась своими пальцами ладони внезапной сообщницы. На несколько секунд их взгляды скрестились, и кареглазая девушка, прежде словоохотливая, ненадолго онемела. А после ее голос, всегда уверенный и громкий, зазвучал непривычно робко и тихо. - Мне тебя не хватало. Было очень тяжело одной. Мирам криво улыбнулась. - А как же ФинтчФлетчли? МакЛагенн? Джинни поморщилась. - Это другое! Мальчики не считаются! Несмотря на обстановку, Поттер не сдержалась и фыркнула. И возможно, рассмеялась бы, но, внезапно осекшись, прерывисто выдохнула, заметив странное выражение лица рыжей ведьмы. Невольно реагируя на внимание девчонки, тело расслабилось и предало хозяйку: брови скорбно изогнулись, губы сжались в горькую линию, а плечи опустились. - Я так устала, Джин. Если бы ты знала. И мне очень – Золотая Девочка неопределенно махнула рукой, указывая на замок – жаль. Уизли серьезно кивнула. - А мне было очень страшно. Но теперь – нет. Объятия были нежданными, грубыми и тёплыми. Возмущенное восклицание Молли обе проигнорировали, точно также, как и внезапно прервавшую свою командную речь Минерву. Спустя, казалось, вечность, Мира, чей разум внезапно посетило озарение, прерывисто выдохнула в губы младшей волшебницы слова, прозвучавшие с совсем неподходящей к их смыслу томной интонацией: - Нам нужен хроноворот. Ты с Герм – к профессору МакГонагалл, я – к Кингу. Джин не спешила разжимать рук, белозубо улыбаясь и решительно качая головой. Глядя в зеленые глаза подруги, вновь полыхнувшие внутренним светом решительности и одухотворения, Уизли заново обретала веру в завтра. А затем хитровато улыбнулась. - А знаешь, чего расскажу? И, приподнявшись на носочках, интимно зашептала в ухо Меченой то, что они с Невиллом до поры предпочитали замалчивать, хоть и видели лично. А именно речь шла о том, что чопорная Декан Гриффиндора неизвестным образом зажала себе ныне запрещенный Хроноворот и вовсю пользовала последний год, дюже усложняя жизнь Керроу и Снейпу. Во благо учеников, разумеется, и не выходя за рамки законности. Но все же именно она, Железная Леди, и ее поступки явились последним аргументом на чаше весов для ребят, ушедших в подполье. О, Мирам Лилиан Поттер прекрасно догадывалась, откуда у Кошки артефакт. И даже предполагала, что это тот самый, с помощью которого когда-то был спасен Клювокрыл. Чуть ли не пританцовывая на месте, Мира еще раз немного нервозно проверила наличие Мантии-Невидимки. И устремилась было к своему Декану на манер маленького танка, но резко притормозила. - Ой. Джин, рванувшая было следом, тоже замерла на месте. С неумолимостью Немезиды к ним направлялась Молли Уизли, отрезая девушкам путь к первоначальной цели. Поттер, внезапно осознав, как они выглядели со стороны, была полностью согласна с Джинни. Ой. Отчаянный взгляд в сторону двух остальных представителей Золотого Трио – и вот уже закативший было глаза Рон спешит перехватить родительницу, позволяя сестре прошмыгнуть мимо и вместе с Гермионой окружить преподавательницу Трансфигурации. Поттер же, четко осознавая, что надолго Рональд задержать взбешенную мать семейства не сможет, торопливо объясняла поджимавшей губы в нить женщине суть просьбы. На поле боя постепенно появлялись колдомедики в лимонных мантиях. Авроры же занимались не совсем ясной девушке перегруппировкой. Видимо, их следующей целью было отбить Министерство Магии у противника. Ну, ничего. Если нынешняя Директор сдастся – Мирам успеет следом за Кингом без проблем. И пусть только попробует отказать. Мастер Трансфигурации смотрела на молодых волшебниц, перебивавших друг друга. И на сердце разрасталась уже основательно подзабытая тяжесть. То самое ноющее чувство, что пожилая женщина испытывала каждый раз, когда погибали ее любимые ученики. Когда она, гордая дочь Шотландии, не могла защитить собственных студентов от боли и лишений. Вот они, ее девочки. Живые, пока что не осознавшие, что до конца еще далеко. В их глазах горела безумная, ничем не оправданная, надежда. Да, гриффиндорки знали правила путешествий во времени. Но юношеский максимализм шептал им, что еще есть шансы. Которых сама МакГонагалл не видела. Тела погибших УЖЕ лежали в Большом Зале. Пока что не все, но большинство. Они УЖЕ умерли. И этого не изменить. Как бы не желалось обратного. Резко обернувшись, Минерва пристально вгляделась в сгоревшую по неясным причинам дотла Визжащую Хижину. И внезапно решилась. Пусть ничего и не выйдет, но… Дети хотя бы попытаются. Чувство вины за то, что она безбожно третировала Северуса, по сути, ни за что, и в упор не замечала очевидного, требовало поступить не по правилам. Золотые Песочные Часики оказались в руках Миры. И профессор указала ей на отдаленные развалины возле моста. - Там почти все время было тихо. И темно. А затем, резко развернувшись на каблуках, пошла навстречу Молли. В сердце МакГонагалл не было надежды, и руководствовалась она рассудком. Но кто она такая, чтобы отнимать надежду у других. Свой знаменитый лимит удачи мисс Поттер потратила еще до рассвета. Но понять и принять это девочке стоит самостоятельно. Пустые сожаления о несделанном всегда сильнее всего прочего гложут сердце. Что-что, а старуха это знала, как никто другой. *** Спрятавшись почти что на самом дне глубокого оврага, Золотая Девочка накинула Мантию. И глубоко вдохнув, крутанула оси Хроноворота. Она не боялась. Только что она чудом ускользнула от злой на весь свет Молли. И вот это была победа. Что там Темный Лорд! Попробуйте убедить в чем-нибудь миссис Уизли! *** Мясорубка была в разгаре. Пробираясь сквозь бой, Мира поняла к своему сожалению и горечи, что подавляющему большинству ничем не поможет. И только одну жизнь смогла защитить в этом месиве, бросив Щитовые на профессора Спраут. Пытаясь выбраться из толчеи, девушка заметила саму себя и друзей, крадущихся к Визжащей Хижине. И обмерла. Она немного, признаться, промазала с почасовкой. И потому сорвалась с места, вышибая из легких весь воздух. Ей необходимо было успеть раньше себя же. И плавно втечь за ящики, пока Лорд отвлечен «общением». Если она пойдет позади, шансов не останется. С собой у нее была сумочка Гермионы, Бадьян, Живая Смерть, Безоар и флакончик с неизвестной субстанцией от мадам Помфри, которая, очень сильно сомневаясь в здравом рассудке Народной Героини, с нечитаемым выражением лица выдала той противоядие от змеиного яда. Сообщив, что варил его когда-то декан Слизерина для мистера Уизли. И этот – последний и единственный вариант из запрошенного. Мира надеялась, что ей хватит и этого. Надеялась, что беглое обучение чарам Стазиса от все той же медиковедьмы прошло успешно. И нырнула в лаз, подавив порыв перекреститься на манер тети Петунии. *** Закусив губу, Поттер ждала той самой секунды. Чары Медицинского Стазиса дрожали на кончике палочки. - Посмотри… На… Меня… На последней хриплой ноте этого отчаянного шепота, пока звук еще не затих, страшно боясь опоздать, гриффиндорка бросила Заклятье, как если бы запускала в небо снитч. И человек на окровавленном полу замер. Глаза остекленели. Она понятия не имела, было ли это результатом ее магии или смерть таки взяла свое. Секунды текли мучительно медленно, и Мирам еле вытерпела, чтобы не вытолкать саму же себя взашей из помещения. Руки тряслись просто невероятно. Подлетев хромой птицей к телу, она невероятно быстро даже для ловца применяла Эскуро, Анапнео, Эпискеи, Вульнера Сенентур (да, ее озарило, и пусть этот Змей и дальше считает, что Мирам не способна запомнить что-то с первого раза), засовывала в глотку мага Безоар, доставала обратно, заливала противоядие, лила на открытую рану Бадьян и накладывала повязку. Счет шел на секунды. Через, казалось бы, вечность, слушая рваное дыхание своего бессознательного пациента и вытирая со лба капельки пота, Поттер осознала, что понятия не имеет, правильно ли все сделала. И надо ли было снимать Стазис. И что теперь делать с зельеваром вообще. Очередное озарение было настолько невероятно в своей простоте, что хотелось долбануться головой об тот же пол, на котором она стояла коленопреклоненной. - Кричер! Старый эльф появился быстро и, судя по лицу, собирался разворчаться, но представшая лупоглазому взору картина, видимо, сие желание отбила. - На Гриммо есть кто-нибудь? - Нет, хозяйка Поттер. С вашего отбытия – ни души. На первый взгляд, домовой не врал. И, если так, за скитания по лесам становилось обидно. Упрямство поднялось из сердца и возжелало уточнить детали. Обычно беседовать с поехавшим стариком было себе дороже, но… - Кричер, а ты не знаешь, почему? Эльф ответил удивительно быстро и по делу. - Мерзкий Хранитель Тайны не допустил. Вот тебе здравствуйте. У дома на Гриммо и Хранитель был?! Прямо вот живой и во плоти?! Девочка-Со-Шрамом осторожно уточнила: - А не подскажешь, кто он? Мелкое недоразумение усиленно-отрицательно закивало головой и выдало: - Не могу сказать. Уже было вновь разочаровавшись, Поттер случайно обратила внимание на нетипичное поведение собрата Добби. А тот, будто к чему-то прислушавшись внутри себя, гадко ухмыльнулся и хитро заключил: - Говорить Кричер не может. Кричеру запретил мерзкий магглолюбец. Но показать Кричер может. И сухощавая, покрытая складками старой кожи, ручонка ткнула когтистым пальцем… В Мастера Зельеварения. Все также не подававшего признаков улучшения своего плачевного состояния. Но и не мертвого. Что радовало. Мирам как-то грустно скривилась и устало покачала головой, почему-то фокусируя внимание на ранней седине, что пробивалась сквозь черные пряди волос преподавателя. Стало невыносимо жаль. - Ох, профессор… - Кричер. Слушай меня очень внимательно. Сейчас ты максимально аккуратно перенесешь его на Гриммо и проследишь, чтобы до моего появления утром этот человек не умер. Отвечаешь головой. На стене почета домовиков. Если к первой части речи Мирам эльф относился равнодушно, то на последней – заметно оживился. - Голова Кричера будет на стене? И все остальные останутся там же? Мира, как могла убедительно, кивнула. И добавила для пущей правдоподобности: - С табличками за заслуги. Во веки веков. Твою отрублю лично. Или даже попрошу Нарциссу Малфой. Ход был подленьким, но сработал. Преисполненный энтузиазма и словно скинувший половину своих лет, эльф с поддельным медальоном Слизерина на шее щелкнул пальцами и исчез вместе с волшебником, которого ему препоручили. Шумно выдохнув, Мира вновь накинула Мантию-Невидимку на плечи. Прислушалась. И поднялась на ноги. До конца ночи было еще долго. И дел было невпроворот. Обернувшись назад, Золотая Девочка замерла. Ее собственная фигура только что скрылась в Запретном Лесу. Опущенные плечи, неуверенность… Добровольная жертва – это ни разу вот не круто. В ее случае так вообще – жалкое зрелище. Поразмыслив еще минуту, Поттер бросила в жутковатую Хижину, что осталась позади, несколько «Инсцендио». А после – до рассвета вертелась волчком среди боя, укрытая Мантией. Чтобы в итоге оказаться на том же месте и в то время, откуда отправилась назад. Чтобы прицепиться довеском к Кингсли и броситься на амбразуры грудью, отвоевывать Министерство Магии. Чтобы поднять на уши колдомедиков Святого Мунго и притащить на Гриммо, дом 12 главврача Гиппократа Сметвика, затребовавшего срочную транспортировку пациента через каминную сеть. И никак иначе. Чтобы задрать абсолютно всех и эту самую сеть таки подключить к дому, пока колдомедик выплясывал танцы с бубном над полумертвым профессором Зелий в условиях разрухи особняка темномагического семейства. Чтобы несколько часов выпрашивать у Кингсли охрану для госпиталя Сент-Мунго. И выторговать присутствие представителей Аврората взамен на флакончик с воспоминаниями, что все также находился у девушки в кармане. Уже мысленно предвкушая, какого смертоносного леща ей пропишет их владелец за обнародование информации, когда придет в сознание. Чтобы в итоге уснуть мертвым сном в кресле посреди палаты для тяжелобольных. Возле самого вредного и нетерпимого человека, которого гриффиндорка когда-либо знала. Потому что так уж вышло, что частью той самой охраны явилась она сама. ************** Мирам (не Мириам и не Мариам) - имя одной из звёзд в созвездии Персея (лат. Miram)