Новая жизнь волшебницы

*За полтора часа до этого* Северус Снейп стремительно шёл по коридорам Хогвартса, направляясь в кабинет директора. Когда к нему прилетел пергамент от Альбуса посреди дня, зельевар удивился. Директор редко вызывал его к себе, а если такое случалось, то обычно он звал Снейпа через камин. Записка была написана официально, что привело Северуса в ещё большее замешательство. Обычно Альбус звал лично, а не через записку на пергаменте.       Причём там говорилось, чтобы он немедленно явился к нему в кабинет. И вот пока Северус быстрым шагом передвигался по замку, распугивая младшекурсников, он прокручивал в голове всевозможные варианты, по которым Дамблдор мог вызвать его к себе (да ещё так срочно!). Подойдя к каменной горгулье, охраняющей вход в кабинет директора, и так и не придумав причины, по которой Альбус мог вызвать его, зельевар произнёс пароль: – "Шоколадная лягушка"! «И почему у Альбуса такие примитивные пароли? Любой первокурсник догадается» – отрешённо думал Северус, пока винтовая лестница доставляла его к двери. Когда наконец каменные ступени остановились, Снейп без стука вошёл в кабинет директора. – А, Северус — произнёс Дамблдор, увидев входящего в дверь зельевара, — проходи, садись. Зельевару показалось, что Альбус как-то странно на него посмотрел, но Северус не обратил на это внимание. Как оказалось, директор вызвал не только Снейпа. На двух креслах по обе стороны от стола Дамблдора сидели Помона Стебль и Минерва МакГонагалл. Около шкафа где, как знал зельевар, находился Омут памяти, стоял Филиус Флитвик и задумчиво глядел в сторону. Минерва казалась обеспокоенной, в глазах Помоны застыл вопрос, Флитвик же выглядел так, как будто вообще был сейчас в другом месте. Северус подошёл к креслу, на котором сидела МакГонагалл и встал рядом. Все четверо деканов перевели взгляд на директора, который смотрел на них через свои очки-половинки. – Я собрал вас здесь по очень серьёзной причине — начал директор и все профессора, как по команде, тут же выпрямились, — это касается Книги Доступа. Северус, как и все остальные в этом кабинете, непроизвольно перевёл взгляд на картину, висящую в отдалении от других портретов прошлых директоров Хогвартса. На ней было изображено пустое бархатное кресло. Обычно оно и оставалось пустым, но сегодня на кресле сидела обладательница сей картины, Гелиотропа Уилкинс. Гелиотропа была когда-то обычной директрисой в Хогвартсе, но её портрет висел не только в кабинете Дамблдора, но и в башне, где была расположена Книга Доступа. Эта книга (вместе с волшебным пером) записывала будущих волшебников и волшебниц в Школу Чародейства и Волшебства Хогвартс. Когда детям исполнялось 11 лет, Книга отправляла им письма. – Альбус, так что же произошло? — задала вопрос Минерва и перевела взгляд на директора. – Гелиотропа, расскажите им – махнул рукой Дамблдор в сторону четырёх профессоров. Все тут же снова оглянулись на картину с Гелиотропой. Та кивнула и начала: – Вы ведь знаете, что я слежу за всеми именами в этой книге. Обычно Перо записывает имя ребёнка, и с проявления его самой маленькой магии, а Книга захлопывается, мол, давай подождём ещё. А вот имя этой девочки, Лины Рэйчел, Перо записало сразу, и Книга не препятствовала этому. Сколько смотрела я на Книгу Доступа, с этой девочкой — первый в истории случай! Северус увидел, как Помона с Минервой переглянулись. «Может быть у этой девочки имеются какие-то особые способности...» Из раздумий Снейпа вывел голос Альбуса: – Мне удалось узнать, что она жила всё это время с маглами. – Жила? – переспросил Филиус. – Дело в том, что несколько часов назад её родители погибли... Минерва прижала руки ко рту, а Помона ахнула. Северус как всегда, остался невозмутим. – Альбус, в таком случае девочку должен кто-то взять под опеку. Кто-то из её родственников. – пропищал Флитвик со своего кресла. – Кроме родителей, у Лины Рэйчел нет других родных. К сожалению, совсем нет. – директор посмотрел на профессоров и его всегда сверкающее глаза потухли. – Но тогда.. Что же делать? У вас есть какие-то идеи, директор? – Минерва с надеждой посмотрела на Дамблдора. – На самом деле, я думаю назначить опекуном девочки кого-то из вас, – Альбус Дамблдор поочерёдно перевёл глаза с одного на другого сидящего перед ним профессоров. – Я? Со своим ростом? Не смешите! – отказался Филиус. – Минерва? – директор склонил голову набок. – Сколько лет девочке, Альбус? – 10. А ещё, у Лины довольно сложный характер.. – Я за своими гриффиндорцами не успеваю следить, а уж за таким маленьким и вероятно, непослушным ребёнком! – Северус, Помона, остались только вы. – Я не привыкла к суетливым детям, мои пуффендуйцы совершенно спокойные, – ответила профессор Стебль директору. «Да уж, серые мышки» — пронеслось в голове у Северуса. Все замолчали и посмотрели на Снейпа. – Только не говорите мне, что вы хотите, чтобы я стал опекуном девочки! – зельевар оглянулся на профессоров. Дамблдор усмехнулся в бороду. Минерва ободряюще улыбнулась, Филиус закинул ногу на ногу, а Помона откинулась на спинку кресла и облегчённо вздохнула. Все они пытались показать своим видом, что именно ЭТО они и имеют в виду. – Нет, Альбус, НЕТ! Разве нет других кандидатур для маленькой девочки? Мм... Уизли? – Северус, у них и так семеро детей – директор укоризненно взглянул на мастера зелий. – К тому же, двое из них — близнецы Фред и Джордж! – поддержал Дамблдора Флитвик. Зельевар уже просто кипел от злости и негодования. В самом деле, не могли других людей найти? Почему опять он?! Как будто ему со своими "змейками" забот не хватает! Это предложение чуть было не сорвалось с губ Северуса, но он себя остановил. В конце концов, у всех деканов есть обязанность — присматривать за своими студентами на факультете. Так мог сказать каждый из сидящих вокруг него. Так что это не аргумент... – Точно больше никаких кандидатур нет? – сдаваясь, спросил мужчина. Альбус покачал головой и улыбнулся ободряющей улыбкой. Он уже видел, как Снейп медленно соглашается. – Я согласен.. – со вздохом проговорил мастер зелий, – мы придём к девочке домой? – Да, у кого из вас сейчас нет урока? Минерва, кажется, у тебя? Женщина кивнула, а Помона и Флитвик поспешно попрощались и удалились из кабинета директора. Оставшиеся три профессора вышли за пределы Хогвартса и трансгрессировали по адресу, что был назван директором. И вот Северус, Минерва и Альбус стоят около квартиры 43 в многоэтажном доме. Дамблдор нажимает на звонок. Тот звенит...