Путешествие в lotm

. . . Чистое небо совершенно без облаков, создавало большой контраст со вчерашним неугомонным ливнем. Множество мелких луж блёстки на свету. Запах начала нового дня витал вокруг. Жаль, что никто не отменял липкую грязь, в которую порой приходилось наступать. Да и бодрящая свежесть прерывалась другими, гораздо менее приятными нотками, а порой и длительными аккордами. Ещё совсем раннее утро , но жители понемногу просыпаются и готовятся к трудовому дню. Самые ранние пташки, хоть по большей части не изза своего желания, уже во всю курсировать по улицам с доставками или ещё какой-то работой. Из одной пекарни постепенно стали доноситься ароматы печеного хлеба. Иметь свою булочную - прибыльное дело. Хлеб едят все: бедные, богатые, животные и даже очень высокопоставленные лица. Конечно увидеть какого-нибудь чиновника в этой пекарне сродни не то что чуду, а в принципе невозможному событию. Местный контингент клиентов составляют люди бедные, иногда захаживают и те чьё финансовое положение и того хуже. Выпечку разбирают быстро даже несмотря на грубую технику её приготовления. Выбирать не приходится когда это единственное заведение такого рода почти на всю улицу Железного креста. В углу перед входом сидит, подогнув колени к груди, девочка. Глаза её ещё закрыты, дыхание спокойно, и казалось ничего не беспокоит этот сон. К сожалению эту умиротворенную картину портит тот факт, что её лицо измазано то-ли землёй, то-ли ещё чем, волосы в беспорялке свисают грязными сосульками и платье которое всё в пыли и пятнах. В таком виде многие даже не взглянут на неё, посчитав оборванкой чья жизнь окончательно скатилась в бездну ,и она вскоре в этих счастливых грёзах отправится в мир иной. Замёрзнуть насмерть - печальная судьба, но здесь это происходит не так уж и редко. Лавочник вышел из двери пекарни, повозмущавшись по поводу лужи перед входом, тот начал протирать забрызганные дождём окна. Всё же заведение должно иметь хотя-бы чуть презентабельный вид. Сидящие у стен бродяги этому никоим образом не способствовали, пекарь подошёл и начал прогонять девочку. Та как на зло его нервами просыпаться от криков и ругательств не собиралась. Он решил применить решительные меры и откатить ту водой. Не сладкое, зато эффективное пробуждение мгновенно разбудило "Клариссу". " Холодно... опять. Что этот мужчина от меня хочет? Не понимаю.... что он говорит? Я в другой стране?! Этот язык не похож на те которые я знаю. Ай больно! Стоит уйти пока он не решил меня ещё сильнее побить" Пекарь продолжал злостно бранить всяких "мешающих его бизнесу бродяг", но к его огорчению девушка могла понять только интонацию. После удара по руке бродяга всё же ушла прочь. Раздраженный торговец продолжил протирать окна. Спотыкаясь девочка пошла по дороге. "Спасибо за шикарное пробуждение, дяденька. Прям от души. Чёрт, я опять мокрая. Нужно идти домой. Но где я вообще? Есть хочется. Думаю стоит хотя-бы где то умыться." Множество животрепещущих вопросов сменяли друг друга. Не мудрено, что голод мучает человека, не евшего считай день. Ноги несли её куда глаза глядят, хотя тут особо некуда ей идти. Семь утра. Всё уже встали и разбрелись по своим делам. Половина улицы Железного креста уже пройдена. Но тут накатило странное чувство дежавю. Как будто она была в этом месте ни за и не два. Поддавшись "своим" воспоминаниям она подошла к двухэтажном кирпичного дома. Деревянная дверь казалась довольно старой и потрепанной, на стене было пририсовано чёрной краской число двенадцать. Наступая на скрипящее подобие крыльца девочка потянулась за ручку. К удивлению оказалось не заперто. Дверь с протяжным звуком не смазанных петель открылась. Взору предстала так называемая прихожая, где было свалено множество вещей: всевозможные безделушки, мешки, чья-то не первой или даже десятой свежести обувь и предметы которые с первого взгляда трудно идентифицировать как нечто конкретное. Проход совсем узкий и тёмный. Окно у стены, к большому сожалению, закрывает шкаф. " Мрачно тут, ничего не скажешь. Всё вокруг словно пропитано безнадёгой и тоской. Даже улицы ничем не лучше. Та комната..." Продолжая следовать всё крепнущему чувству девочка прошла мимо поворота на местное подобие туалетной комнаты и двинулись дальше. В самом конце первого этажа дома находится маленькая комната в которой жила Кларисса. Двери не было, так что было замечательно видно обстановку внутри. Из помещения доносятся звуки детских голосов и громкого храпа. Девочка подошла подошла ко входу и застыла перед порогом. На неё нахлынули воспоминания.