Любимый Дракула

Сегодня бои одиннадцатого сезона Голоса, а также мой день рождения. Пока все сидят, веселятся, я слышу в наушниках: «Зайди ко мне». Это Вова. Уже не надеюсь на приятный дружеский разговор или даже поздравления. Знаю, что он в очередной раз будет настаивать на том, чтобы Дан был моим советником на нокаутах. Незаметно от всех выхожу из зала и иду на встречу с мучителем Завадюком. Каждый такой разговор больно бьет по сердцу. Если бы он только знал, каково мне здесь одной. Как я хочу, чувствовать Дана, его заботу и поддержку. Стучу и захожу. — Ты с Даном говорила? Он согласился? — практически сразу спрашивает Вова. И вот я снова не знаю, что сказать. Сотый раз мы возвращаемся к этому разговору. Сотый раз говорю, что Дан не хочет. Но вновь слышу вопрос. Собираю свои чувства в кулак. Надеваю такую родную маску. Как тогда. До него. — Решение неизменно: он не хочет. — Попробуй договориться. Сухо и по делу. Вот краткое описание этого и любых других разговоров с этим человеком. «Попробуй договориться». Это фраза словно въелась под кожу. Не могу. Или не хочу. Противоречу сама себе же. Он мне нужен рядом. Но нужен и тот хрупкий мир, который нам удалось построить. Наш мир. Выхожу из кабинета и задумываюсь. Голос для стал другим без него. Просто очередной сезон. Просто без него. Скучаю. И это замечают все. Хотя тут сложно не заметить: я больше не с ними. Наша переписка не останавливается ни на секунду. Я так привыкла, что он рядом. Легкая улыбка не сходит с моего лица при мысли о нем. О том, насколько сильно можно было влюбиться. Все на этом проекте о нас: первые ссоры, перемирия, первый поцелуй, его забота, теплая рука, всегда протянутая мне. Возвращаюсь из воспоминаний благодаря телефонному звонку. Это Дан. Отвечаю и слышу такой любимый, родной голос. — Малыш, что ты делаешь? — улыбка становится шире, а в сердце начинает стучать быстрее. — Ничего… — задумываюсь и понимаю, что все-таки стоит снова сказать ему о просьбе Вовы. Внутри все сжимается. — А ты этого хочешь? — так мягко и ласково интересуется он. Чувствует. — Да — тих произношу, даже не обдумав, боюсь, что услышит. Ошиблась. — Если ты хочешь, я буду… — и больше мне ничего не надо. Только он. Наш теплый разговор снова возродил меня. Забрал из плена сомнений и галереи масок силы. Вернул Таню. Именно она сейчас собирается, чтобы прилететь к нему. Турция. Каппадокия. Мы и никого больше.