Рыжее недоразумение

      Рен искал генерала по всему Финализатору. Ну вот где, это рыжее недоразумение! Они ссорились каждый день, Хакс бесил Рена, одним своим видом: строгий, спокойный, чопорный генерал, с прямой спиной и заведенными за спину руками, смотревший на него холодными зелеными глазами… его хотелось ударить… или поцеловать… Рен еще не решил, чего ему больше хочется. Но спокойно смотреть на эту рыжую бестию, он не мог.       От его голоса у Кайло буквально сводило низ живота, член оживал, в штанах становилось тесно, а вот от слов генерала, рука тянулась к оружию. Чтобы не сорваться на нем, Рен хватался за меч и крушил оборудование, да и все, что попадалось под руку. Возбуждение не проходило, а когда Хакс начинал орать на него, желание трахнуть этого рыжего зануду, становилось почти болезненным. Хакс провоцировал, Рен крушил, генерал орал, и Кайло хотел… дико хотел взять его… и все повторялось снова… замкнутый круг! Сейчас Рен искал генерала, он почти соскучился, ему надо видеть рыжие волосы и прямую спину, пусть даже тот опять скажет, что магистр неконтролируемое чудовище. Поняв, что генерала ему не найти, он просканировал крейсер Силой, опять ничего! Хакс, конечно, умело закрывался от него, ставя ментальные щиты, но почувствовать его присутствие, Рен должен был. Тогда магистр пошел на мостик, кто-то же командует кораблем, если не Хакс, значит тот, кто знает, где генерал. Когда старший офицер доложил, что генерал в увольнительной и спустился на планету, у Кайло отвисла челюсть, хорошо, что на нем был шлем и его удивленного лица никто не видел. Оказывается, Хакс мог отдыхать. Хотя спускаться на планету одному, явно не стоило. Вот точно, рыжее недоразумение!       Генерал вошел в кантину и сел за стойку бара. Опустившись на планету, он нанял спидер, и улетел почти на окраину города. Хакс хотел отдохнуть, выпить, хотел, чтобы его никто не узнавал. Хотел отпустить себя, может снять кого-нибудь для секса.       Желательно высокого, кареглазого и черноволосого молодого мужчину, чтобы отдаваясь ему, представлять Рена. Думать, будто это его руки ласкают и растягивают дырочку, его член медленно входит между ягодиц, глубоко проникая в тело. Стонать от боли и наслаждения, выгибаясь на кровати. Он хотел быть с магистром уже давно, но никогда и никому не рассказал бы об этом, он и от Рена наглухо закрывался ментальными щитами, чтобы тот, ненароком, не увидел его фантазий. Только в своей каюте, за надежно запертыми дверями, Хакс предавался мечтам, лаская себя, доводя до разрядки.       В кантину вошла компания из пяти молодых парней, уже изрядно навеселе. Один из них высокий и темноволосый, как Армитаж и хотел, подсел к нему и заговорил, положив руку на его колено:       -Тим Таллер, контрабандист, представился он, а тебя как зовут, рыжий красавчик?       Хакс скинул руку с колена, и презрительно посмотрел на Тима, он, конечно, хотел снять мужчину для секса, но без фамильярностей и фамилий. Просто чистый секс, на один раз, для разрядки. Если генерал не может получить Рена, то хоть просто получит удовольствие. Но этот человек ему не нравился. Генерал любил в сексе равенство, никакого подчинения или грубости, так что этот Тим ему не подходит.       — Я не знакомлюсь в баре, с кем попало, резко ответил он, оставь меня…       Пьяный Тим, усмехнулся, и провел рукой по ноге Хакса, почти до паха, попытался расстегнуть ремень.       Генерал со всей силы ударил его большим тяжелым стаканом для виски, по голове.       Удар вышел сильным, но Таллер был крупным мужчиной, едва качнувшись, он со всей силы залепил генералу пощечину, разбив ему губу и свалив со стула. Остальные пьяные дружки Тима начали лупить Армитажа ногами.       Хозяин кантины привык к такому и только выгнал их во двор, там выяснять отношения. Внезапно они перестали бить генерала, глаза Тима недобро и похотливо сверкнули.       Они поволокли, почти не сопротивляющегося, избитого генерала в темную подворотню, спиной прижали к стене.       — Ну, что, теперь ты такой же смелый? — вплотную приблизив лицо к Хаксу, спросил Тим. Их губы почти соприкасались, слова Тима звучали угрожающе.       — Отпустите меня — голос Хакса еще не растерял командные нотки — немедленно, я генерал Хакс, командующий Флотом Первого Ордена. Пьяная компания громко рассмеялась.       — Да, хоть десятого… здесь мы и командующие, и Первый Орден… можем сделать с тобой, что захотим.       — Точно как –то вкрадчиво заговорил Тим, — что захотим… мне всегда нравились рыжие…       Он вплотную прижался к Хаксу и провел по его паху, просунув руку между ног, через ткань, чуть сжав яйца генерала. Тот вздрогнул всем телом и взвизгнул от неожиданности. Тим грубо и больно сжимая его яйца, наклонился и провел языком по скуле Армитажа. Хакса трясло, возбуждения не было, только липкий страх.       — Знаешь, что я сделаю с тобой… — тихо говорил Тим ему на ухо — сниму, штаны, поверну к себе спиной и выебу… засуну свой член тебе в попку, если будешь хорошим мальчиком, то смажу, если нет — вставлю на сухую.       Его руки, уже расстегивали ремень генерала, тот попытался сопротивляться, но в лоб уперся бластер, одного из друзей Тима.       — Не рыпайся, убить не убьем, но покалечим запросто, отстрелим тебе яйца- все дружно захохотали.       Двое схватили руки Армитажа и, подняв вверх, крепко держали, Тим уже расстегнув ремень и ширинку, стягивал галифе генерала вниз, вместе с трусами. Опять прижавшись к Хаксу, он рукой сжал его, так и не вставший, член, а другой начал мять и больно тискать ягодицы Хакса.       — Ну, так ты будешь хорошим мальчиком? — произнес главарь на ухо генералу, тот отвернулся, — Будешь? — теперь голос Тима звучал угрожающе, рука больно сжала член.       — Ай — вскрикнул Хакс, закусив губу, чуть всхлипнув, кивнул.       Трудно быть бравым генералом и стойко сопротивляться, когда ко лбу приставлен бластер, а член зажат в кулаке безжалостного садиста.       — Молодец, — удовлетворенно произнес Тим, его огромный палец уверенно прошел между ягодицами Хакса и уперся в его сжатую дырочку. — Расслабь попку, ты же хороший мальчик — шептал он.       Хакс без слез плакал, вздрагивая всем телом, рвано дышал и трясся, расслабиться не получалось.       — Расслабься — уже приказал Тим.       — Не… мо-гу… — едва выдавил из себя генерал, продолжая судорожно дышать. Вдруг его лицо обожгла пощечина, Армитаж всхлипнул.       — Тогда, на сухую, можешь кричать, тут тебя никто не услышит.       Поняв, что этот садист сейчас изнасилует его, генерал быстро отрицательно замахал головой, но он мог произнести только несколько слов:        — Нет, нет, нет, не надо… я буду… хорошим… маль-чи-ком… Тим удовлетворенно засмеялся, поднял его лицо за подбородок.       — Тогда смажешь мой член сам… на колени!       Руки, державшие Хакса, заставили опуститься его на колени, генерал уперся лицом в пах Тима, перед глазами был его огромный вставший член.       — Открой ротик, хороший мальчик, и возьми его, оближи и поцелуй. — Тим запустил руку в волосы Армитажа, запрокинул голову и заставил смотреть на себя.       — Сделаешь мне хорошо, и твоей попке тоже будет хорошо, посмеешь сделать что-нибудь не так, я порву твою задницу и оставлю в этой подворотне, подыхать. Понял?       Испуганный Хакс кивнул, даже если он и попытается навредить Тиму, остальные точно не будут с ним церемониться и выполнят обещание главаря.       Хакс медленно открыл рот, в него тут же вставили член. Тим, не дав привыкнуть, почти до упора вдавил член в рот генерала, достав до горла. Глаза Хакса распахнулись, он едва не задохнулся, с трудом подавив рвотный рефлекс. Член вышел, не совсем, но теперь Хакс мог, с трудом, но дышать.       — Ласкай его — приказал Тим.       Хакс облизал головку, потом провел языком по стволу, взял головку в рот, обхватив член губами, чуть начал двигаться. Он умел делать минет, ему даже нравилось это, нравилось ласкать нежную кожу головки и члена, нравилось доводить партнера до пика удовольствия, слышать стоны, над своей головой, нравилось, когда шептали — еще, пожалуйста, еще…       Но сейчас все было по-другому… сейчас его насиловали в рот, это было унизительно и больно.       Генерал ни на минуту не забывал, что его слюна будет единственной смазкой, когда Тим решит войти в него, значит надо постараться смазать этот большой член как можно лучше. Хакс брал член в рот, насаживаясь на него губами, двигал головой, смазывая слюной, чтобы скольжение было лучше сейчас и самое главное, потом…       Этот рыжий парень был хорош, и минет делал неплохо, а его задница, которую Тим видел, возбуждала не на шутку. Он хотел войти в эту мягкую нежную попку, хотел порвать ее своим членом, хотел слышать, как этот рыжик начнет орать, вырываться, плакать под ним. Вон как старается, чтобы в попку вошел смазанный член, с его размерами, что смазанный, что нет, все равно порвет задницу. И получит, оргазм от этого кричащего, плачущего, извивающегося под ним рыжего парня.       — Хватит, вставай — приказал Тим       С трудом Армитаж поднялся, вытер тыльной стороной руки рот, размазывая по лицу слюну. Тим, взяв его за плечи, резко развернул спиной к себе и толкнул к стене, затем притянул за бедра и надавил на поясницу, заставил прогнуться. Он провел членом между ягодицами, грубо потер пальцем анус.       Генерал всхлипнул и глубоко задышал, когда, в его не растянутую, не смазанную дырочку, толкнулся огромный член. Хакс закусив губу до крови, ждал боли. Член начал входить, растягивая анус, боль медленно нарастала.       Неожиданно руки, тянувшие его, насаживая на член, исчезли. Обессиленный, испуганный Хакс опустился на пол, прижавшись к стене. Его трясло, от паники и отчаяния, он почти не понимал, что происходит. Он сидел, вздрагивая, всхлипывая без слез, рвано дыша и испуганно, смотрел на то, как один за другим его мучители, падали, сраженные мечом… красным световым мечом Кайло Рена! И как сам Рен, двигаясь, словно в танце, ловко уходя от неумелых ударов, убивал противников одного за другим.       Несмотря на численное превосходство, Рен, ожидаемо вышел победителем. Куда было тягаться этому сброду с магистром.       Когда последний из банды был убит, Кайло убрав меч, быстро подошел к Хаксу, сел перед ним на колени и с тревогой спросил:       — Ты как, генерал? Я вовремя или… они успели? — он погладил генерала по лицу, потом аккуратно поднял, поставил на ноги, начал одевать, незаметно проведя по бедрам Хакса, когда не увидел крови, немного успокоился, но все же спросил:       — Хакс, они ничего с тобой не сделали? — услышав тихий, обеспокоенный голос магистра, Армитажа как прорвало. Весь страх, паника, боль унижение, беспомощность вылились в истеричный крик Хакса:       — Рееееен! — он кинулся к Кайло, обхватил его руками за шею, намертво прижавшись к этому большому сильному телу, способному его защитить. Уткнувшись ему в плечо, он стоял, прижимаясь изо всех сил, и кричал:       — Реееен! Не уходи! Реееен!       Кайло обнял его, прижимая к себе, и только тогда Армитаж зарыдал. Плечи вздрагивали, слезы текли ручьем, он, не стесняясь, рыдал на плече у Рена, судорожно сжимая руками его плащ. Ему было все равно, что подумает о нем Кайло, главное, чтобы он не отпускал его, не оставлял одного. Ни сейчас, ни потом. Главное, чтобы не оставлял и Хакс шептал, сквозь душащие его слезы:       — Не остав-ляй ме-ня Рен, не ос-тав-ляй, пожа-луй-ста… Рен… по-жа-луй-ста Реееен! — и снова заходился в плаче.       — Я не оставлю тебя, Армитаж, не оставлю… обещаю! — его слова прозвучали как клятва.       Кайло чувствовал беспокойство, непонятно, от чего… на крейсере все спокойно, Сноук давно оставил его в покое, давая отдохнуть после очередной миссии. Тогда почему… Рен решил медитировать. И вдруг в Силе, он почти увидел, плачущего генерала… Кайло вздрогнул. Хакс! Сила отозвалась, это из-за него он чувствовал тревогу и беспокойство. Надо срочно найти его. Рен так испугался за Хакса, что впервые не назвал его рыжим недоразумением.       Опустившись на планету, Рен без труда проследил путь генерала от корабля до кантины, а потом его уже безошибочно вел страх генерала, который Кайло ощущал как собственную боль, и шел к цели твердо и уверенно.       Увидев Хакса, стоящего со спущенными штанами, белого как мел и едва сдерживающего слезы, и прижимавшегося к нему огромного черноволосого парня, Рена накрыла ярость. Он уже давно понял, что Армитажа насилуют, и спешил как мог. Дальше он уже не думал, ярость сделала его жестоким и беспощадным, через несколько минут все было кончено. Кончено, для банды отморозков, но не для генерала.       Когда Хакс бросился к нему и с криком прижался, по телу Рена прошло такое тепло, от которого самому захотелось заплакать. Хакс цеплялся за него так доверчиво и так отчаянно плакал, что магистр наконец — то решил, чего ему хочется… поцеловать! И никогда никуда не отпускать, не выпускать из рук это рыжее недоразумение. Кайло уверенно произнес:       — Я не оставлю тебя, Армитаж, не оставлю… обещаю! Его слова прозвучали как клятва.       Рен взял генерала под плечи и колени, поднял на руки и понес к спидеру. Армитаж крепко держал его в объятиях, продолжая тихо плакать. Уже на шаттле, Рен попытался положить Хакса на кровать, тот немного успокоившись, во время дороги, сейчас снова запаниковал. Он цеплялся за Рена, отрицательно мотал головой и монотонно говорил:       — Нет, нет, нет, нет, не уходи, не оставляй меня… ты обещал! — последние слова, генерал, почти выкрикнул. Кайло погладил его по волосам и тихо ответил:       — Конечно, обещал, я никуда не ухожу. Только в рубку, выйдем в космос, я введу координаты, включу автопилот и приду к тебе… а ты пока отдохнешь немного, хорошо?       Хакс смотрел на него огромными, как блюдца, глазами и медленно отрицательно качал головой, в зеленых глазах опять стояли слезы.       Рен вздохнул и, с генералом на руках, прошел в рубку. Он, посадив его в кресло второго пилота, сел рядом. Хакс обхватил себя руками, как будто ему было холодно, его трясло, он всхлипывал, но слезы сдерживал. Ему надо было видеть Рена, чувствовать, что он рядом. Он хотел быть рядом с ним, в его руках, хотел, чтобы Кайло прижимал его к себе, и никуда не отпускал. Ни днем, ни ночью…       Магистр прочел эти мысли и удивленно уставился на Армитажа, заметив этот взгляд, Хакс растерянно закивал.       Когда корабль ведомый автопилотом уверенно направился к Финализатору, Кайло взял Армитажа на руки и понес в каюту. Теперь Хакс нежно обнял его и прильнул, потерся носом о скулу, Рен чуть повернув голову, поймал его губы своими. Армитаж ответил на поцелуй, крепче прижимаясь к магистру.       Когда Кайло снова попытался положить Хакса на кровать, тот крепче прижался к нему и прошептал:       — Нет, нет… хочу с тобой… — он всхлипывал в ухо Рену, — с тобой… — рвано вздохнув, опять повторил он.       Кайло сел в большое кресло, посадил Армитажа на колени. Притянув одеяло Силой, укрыл его и гладил по плечу, успокаивая.       — Все, Арми, все… успокойся… успокойся. Видишь, я с тобой… тихо, тихо… успокойся… — он гладил его по волосам, плечам, лицу, потом осторожно, несмело поцеловал Хакса в волосы, начал опускаться ниже, нежно касаясь закрытых глаз, мокрых ресниц. Армитаж чуть поднял голову навстречу поцелуям и губы Рена опустились, на, так откровенно, жаждущие, губы Хакса.       Магистр так долго хотел этого, он целовал осторожно и мягко, проводя, по искусанным губам генерала языком, едва проникая внутрь. Тот ответил, подавшись губами, и тихо застонал. Рен улыбнулся про себя, теперь это рыжее недоразумение никуда от него, точно, не денется. Пусть только попробует!       Прибыв на крейсер, из шаттла вышли Рен и генерал Хакс, тот еще не до конца успокоился, и совсем не хотел отпускать Рена от себя. Но, позволить видеть всему Финализатору как магистр Рен несет его на руках до каюты, конечно, не мог.       Собрав остатки гордости и контроля, генерал взял себя в руки и постарался принять свой обычный вид. Судя по взгляду Рена, ему это удалось. Уже почти стоя у трапа, Армитаж тихо, неуверенно спросил:       — Ты придешь ко мне? Придешь? — в его зеленых глазах, стояла мольба.       Видеть такого Хакса было непривычно, магистру он нравился любым, но таким, особенно, Рен кивнул.       Сойдя по трапу, они вышли из ангара и разошлись в разные стороны. Генерал, в свою каюту, Рен в свою. Видеть их вместе, пока, никто не должен.       Армитаж принял душ, накинул халат и прилег на кровать, притянув колени к груди. Адреналин в крови улегся, и разбитое тело болело. Он ощущал небольшую боль между ягодиц, неужели Тим, все-таки повредил ему анус. От этой мысли, снова хотелось плакать, Хакс тихонько всхлипнул. Через несколько минут, дверь неожиданно открылась, в каюту вошел Рен и опустился на колени перед кроватью, обеспокоенно спросил:       — Арми, тебе плохо? Где болит? Врача вызвать? — на удивленный взгляд Армитажа, он ответил:        — Я почувствовал твою боль, и пришел. Я же обещал. Да, в отношениях с фортъюзером были свои плюсы, ему ничего не надо объяснять, почти ничего.       — Врача не надо — тихо ответил Хакс, тогда придется все рассказать… он замолчал, не зная, КАК сказать ему, где болит и чего он так боится. Хотя этого и не потребовалось. Кайло провел рукой над телом Хакса, точно определил источник боли, замерев рукой над ягодицами. Его лицо нахмурилось, он тихо произнес:       — Он все-таки сделал это? Хакс вдруг испугался, что, если Рен решит, что его изнасиловали, он уйдет.       — Нет, нет, Рен, он только начал, он не успел — испуганно забормотал Армитаж и, закрыв лицо руками, продолжил, — но… мне больно… там… Хакс лег на живот и уткнулся в подушку. Закусив губу, он, испуганно, ждал, что Рен уйдет.       Когда рука Рена прикоснулась к его волосам, Хакс вздрогнул, повернул голову и посмотрел на него.       — Арми, давай я посмотрю… я осторожно, обещаю — тихо, боясь напугать генерала таким предложением, произнес Кайло. Армитаж тяжело вздохнул, и кивнул, едва слышно прошептав:       — Не делай мне больно… Рен… пожалуйста — лицо снова спряталось в подушке.       — Нет, никогда — уверенно ответил он — иди ко мне…       Магистр положил Армитажа животом к себе на колени, чуть раздвинув его ноги, осторожно развел ягодицы. Хакс застонал, не так он себе представлял первый раз предстать перед Реном, совсем не так. Кайло успокоительно погладил рукой по пояснице и ягодицам, потом снова развел их, открывая анус. Он увидел красную опухшую дырочку, крови не было, хотя мелкие трещинки заметны были.       — Ничего особо страшного я не вижу, мелкие трещинки, как царапины, вот они и болят. У тебя есть бакта, Арми? Армитажу было так страшно, он не сразу понял вопрос.       — В освежителе…       Рен Силой притянул баночку, не желая выпускать генерала из рук, он снова раздвинул ягодицы и аккуратно, осторожно начал наносить лечебную мазь на опухший анус, чуть толкнулся внутрь, нанося мазь изнутри. Почувствовав это, Хакс вздрогнул и замер.       — Больно? — с беспокойством спросил Рен.       — Нет — пискнул генерал, и спрятал в подушку свое, ставшее от смущения, красное лицо.       Рен закончив, наносить мазь, положил генерала на кровать, укрыл одеялом. Он так был увлечен лечением, что, казалось, не замечал ни красного лица генерала, ни его почти вставший член. Хакс плотнее закутался в одеяло, чтоб уж наверняка не заметил.       Рен лег на кровать рядом с ним и прижался к спине Хакса.       — Не торопись, у нас еще будет время… тебе надо залечить раны — услышал генерал его голос — хочешь, я приласкаю тебя ртом, для разрядки…       Хакс едва не заскулил в голос, значит, заметил… ну почему все не так, как он хотел… все не так…       — В следующий раз, все будет так, как ты хочешь… обещаю! — прошептал Рен ему на ухо, и, опустившись к его паху, начал ласкать член губами и языком.       Он ласкал, нежно касаясь головки, языком проходя по стволу, лаская уздечку, чуть толкнулся в щелочку, потом обхватив член губами начал двигать головой, почти до основания заглатывая его. Хакс стонал, выгибаясь на кровати, двигая бедрами ему навстречу. Великий Космос, как ему было хорошо, как никогда…       — Да… Рен… да… еще… пожалуйста… еще… — шептал Армитаж, сжимая руками простынь, — ещеее… — он выгнулся и кончил, изливаясь в рот Рена, тело судорожно билось в оргазме.       Купаясь в послеоргазменной дымке, Хакс едва разлепил глаза, увидев перед собой, улыбающегося довольного Кайло, он укрыл генерала одеялом и поцеловал.       — Рен… а ты… я тоже могу, Рен — Армитаж видел бугор на штанах магистра и понимал, что ему тоже нужна разрядка. Хотя после всего пережитого, хотелось только одного — спать.       Рен провел рукой по его волосам, и произнес — спи. Глаза генерала сами собой закрылись. Рен Силой заставил его уснуть.       — Спи, мое рыжее недоразумение. Я как-нибудь сам справлюсь. — тихо ответил он спящему генералу и пошел в освежитель. Вернувшись, он лег на кровать, обнял Армитажа, прижавшись к нему со спины, и закрыл глаза.