Свечка

День подходил к концу. Серединнолетняя жара постепенно сменялась вечерней прохладой. Усталое солнце ползло за горизонт, чтобы наконец укрыться ватными облаками и отдохнуть до утра. Заканчивался и рабочий день в хоть и небольшой, но довольно популярной кофейне. Бариста Ченлэ уже закрыл свою кассу и ушёл в комнату персонала, неспешно развязывая фартук с различными пинами и значками. Здесь и персонажи из любимых фильмов, и ролевые модели парня, и просто прикольный дельфин, которого он уже не помнит, где взял. Его коллега, тоже бариста, Марк всё ещё стоял за кассой. Он всегда оставался на работе, когда Ченлэ уходил, закрывая кофейню только через час. Младший никогда не понимал его - за это, вообще-то, даже не доплачивают. Или он просто чего-то не знает... Услышав звук колокольчиков, висящих над дверью и звенящих при её открытии, парень выкинул из головы теорию о бонусах за продление собственной смены, закрыл шкафчик для личных вещей работников и направился к выходу из комнаты персонала. На полпути к нему он точно знал, кто же открывал дверь. - Мне как обычно, - высокий парень с медовой кожей и неаккуратно лежащими тёмными волосами делал заказ. Это его лучший друг Джисон, зашедший к нему на работу будто по будильнику, чтобы вместе пойти домой. Пока Марк наливал ему обычный чёрный чай со льдом в стакан на вынос, тот, как и каждый раз до этого, удивился, что Ченлэ уже закончил. Либо придуривается, либо до сих пор не запомнил время закрытия. Судя по тому, как долго они знакомы, Чжон придерживается второго варианта. Так искусно строить дурака этот человек не может, потому что сам по себе им является. Пробубнив "привет", Ченлэ облокотился о стойку рядом с другом, вытащил телефон из кармана и принялся листать ленту в инстаграмме, лайкая посты с красивыми картинками и не обращая внимания на подписи. Джисон получил заказ, поблагодарил и оплатил, а затем повернулся к Ченлэ и решил быстро и верно привлечь его внимание с помощью своего стакана. Почувствовав резкий холод на коже, тот прошипел и чуть было не шлёпнул по чужой руке, но сдержался, дабы не вешать на заработавшиеся плечи Марка ещё и протирание пола от только что им же завареного чая. Он лишь цикнул, оттолкнулся от стойки, и, попрощавшись с коллегой, двинулся к выходу. Пак сделал то же самое, а вернее всё, кроме первых двух действий. Колокольчики звякнули вновь, и друзья пошли по привычному пути к своим  домам. Шагали они молча, что крайне необычно для обоих - старший не обругивал неприятных клиентов, а младший не жаловался на преподов в колледже. Первый просто пинал камни и вздыхал, второй прилип к трубочке и пил так, словно у него во рту за день ни капли жидкости не оказалось. А ещё постоянно теребил что-то в кармане и смотрел то по сторонам, то под ноги, на секунду переводя взгляд на Ченлэ. - Зайдём на пляж? - спросил Джисон, только они собрались поворачивать на свою улицу. Им повезло жить буквально в нескольких шагах от реки, но то, что Пак назвал "пляжем", таковым фактически не являлось. Так, небольшой выход к воде, слегка присыпанный песком. Купались здесь только приезжие или дети, живущие в этом районе. Старшим не было дела до этого места, молодые здесь разве что изредка гуляли да приходили по вечерам романтично посидеть и посмотреть на закат. Джисон часто зовёт Чжона туда по пути, а тот идёт, если не устал и настроение неплохое. Правда, такое бывает редко. - Да не, ты иди, а я домой, - сегодня тоже не повезло. Желание сесть уже куда-нибудь оказалось сильнее желания постоять у воды. - Тогда я тоже не пойду, - Пак догнал друга и пошёл рядом. Это было незаметно, но он всё же немного расстроился. Точнее сказать, было бы незаметно для кого-то, кто не его лучший друг. - Завтра зайдём, - сказал Ченлэ и в эту же секунду вспомнил, что завтра он отпросится у Марка и уйдёт с работы пораньше, чтобы поужинать с родителями. Говорить об этом почему-то не стал, да и было уже поздно - они стояли у его дома. - Ну, до завтра. - Подожди, - Джисон вдруг остановил его и сунул руку в карман. - Я тут это... Свечку ароматическую сделал, - чуть помешкавшись, он вытащил небольшую, розоватую свечу в металлической чашечке. Она была обвязана фиолетовой лентой, которая как будто скрепляла саму свечку и чашечку. - Тебе, - парень протянул её другу и почему-то смутился. - А в честь чего это? - тот её принял, но всё же не поинтересоваться не мог. - Да просто... Девать некуда, в общем, - сунув руку обратно в карман, он собрался попрощаться, но вдруг что-то вспомнил. - Только ты ленточку не развязывай. - Почему? - вертя в руках вещицу, спросил Ченлэ. - Так красивее будет. Ну и она в подставке не закреплена, вдруг переставлять будешь и... Не надо, короче, - проговорил Пак и сделал шаг назад. - Пока, - помахав рукой со стаканом с остатками льда, он повернулся и направился в сторону своего дома. Чжон посмотрел ему вслед, развернулся, и, позвенев ключами, скрылся за входной дверью. Когда зашёл, сам не заметил, как сунул подарок в рюкзак. Сходил в душ, поел, завалился в кровать и лишь в полусне вспомнил, что хотел поставить свечу на стол и написать Джисону, но решил сделать это утром. Собираясь на работу, об этом парень даже не подумал. Лишь надевая фартук в кофейне, он увидел фиолетовый бантик и в недоумении вынул предмет из сумки, поняв, что уже забыл о нём. - Не знал, что тебе свечи нравятся, - сказал Марк, заметив в руках коллеги яркую вещь. - А, это... - в голове Ченлэ возникла идея, и если бы о ней узнал Джисон, то непременно бы обиделся. Но как бы ему узнать? - Это тебе, я сам сделал. - О, правда? - удивился Ли, принимая подарок. - А по какому поводу? - Ну... Я сегодня пораньше уйти хотел, родители вместе поужинать позвали, - закрывая рюкзак, сказал Чжон. Совесть начинала покусывать его. - Тц, за свечку отпрашиваешься? - цикнул Марк и сложил руки у груди. Оглядев жалобно смотревшего на него парня, он покачал головой. - Во сколько пойдёшь? - Примерно за час до закрытия, - надеясь на согласие, откликнулся Ченлэ. - Ладно уж, справлюсь и без тебя, - его коллега убрал в свою сумку подарок и направился на рабочее место. Младший крепко обнял его со спины и закидал благодарностями, последовав за кассу. Весь день его голову занимали мысли о приготовляемых напитках, клиентах и ужине, на котором его пронзило осознание, что Джисон скорее всего опять зайдёт за ним и что вчера он обещал пойти с ним на пляж. Отойдя в туалет, Чжон быстро настрочил ему короткое сообщение с объяснениями и извинениями, а затем вернулся за стол. Получил его парень, когда открывал дверь кофейни, и заметно изменился в лице. Вздохнув, он прошёл к кассе и, поздоровавшись с Марком, по привычке заказал чай. - Ченлэ уже ушёл, ты знаешь наверное, - протягивая стакан с напитком, сказал тот. - Ага, - кивнул Пак с мрачным лицом и заплатил. - Джисон-а, а тебе свечи нравятся? - бариста вдруг задал странный и неожиданный вопрос. - Ну, у меня есть несколько, - отпив из своего стакана, ответил тот. - Ещё одна не помешает? - снова спросил Марк, на что парень напротив кивнул, чуть подумав. Старший скрылся в комнате для персонала и через минуту вернулся с обвязанной фиолетовой лентой свечой. Точно такой же, как та, которую младший вчера подарил своему лучшему другу. Если не той же самой. - Держи, ручная работа. Пустым взглядом прожигая подарок, он и не знал, что сказать. Поставив стакан на стойку, Пак взял вещь из рук. Не тех, в которые её отдавал. - Откуда она у тебя? - очень тихо, почти шёпотом произнёс Джисон, изнутри словно протыкаемый спицами, изготовленными из обиды.

***

Чтобы искупить вину перед другом, Ченлэ решил оплатить его напиток, когда тот зайдёт за ним вечером и обязательно сходить с ним на пляж. И, конечно, найти похожую на подаренную им свечку с такой же лентой. Но этому было не суждено случиться. Примерно в без двадцати одиннадцать колокольчик над дверью кофейни снова приветственно звякнул, но посетитель прибыл не за этим. Высокий молодой человек, лица которого было почти не видно под капюшоном серой толстовки. Бариста Чжон узнал его по походке. - Джисон-а, ты сегодня не в колледже? И почему пришёл так рано, заболел что ли? - невинно удивлённо спрашивал парень, пытаясь разглядеть лицо Пака. Только когда он поднял голову это получилось сделать. Слегка опухший, с красным носом и слезящимися глазами. - Или не выспался?.. - Больше не передаривай, - Джисон вытащил что-то из кармана и сунул это Ченлэ, чуть было не уронившему предмет. Больше ничего не говоря, посетитель поспешил покинуть заведение, провожаемый так же, как и был встречен. В своих руках Чжон обнаружил чуть потёртую свечу в поцарапанной чашечке и с помятой фиолетовой лентой. Ухватившись за понимание ситуации, бариста бросил своё рабочее место и побежал за лучшим другом. Возможно, уже бывшим лучшим другом. - Подожди, я могу всё объяснить! - вцепившись в чужой рукав, он надеялся на шанс. - Что ты хочешь объяснить? Почему снова соврал мне? Или почему без капли сомнений отдал вещь, которую я своими руками сделал для тебя?! - голос, обычно мягкий, повысился, сделав человека неузнаваемым. - Нет, ты не так понял, я просто... - пытаясь выдавить причину так поступать, Ченлэ только больше себя закапывал. - Как всегда для тебя всё просто. Хватит уже, меня тошнит от этого разговора, - вырвав свою руку, младший развернулся и направился в сторону дома. Сколько бы его имя не было названо, откликаться он и не думал. Доверие, выстраиваемое годами дружбы, рушилось за несколько секунд. Всё время до конца смены Чжон злился на себя, думал над тем, что должен сделать, чтобы друг простил его, и боялся представить, как всё обернётся, если Джисон больше никогда не согласится заговорить с ним. Марк тоже обиделся и не сказал ему ни слова, пока Ченлэ не извинился. С Паком, правда, такое не прокатит... В семь вечера, как и обычно, Чжон закрыл кассу и ушёл в комнату персонала. Убирая фартук в рюкзак, он наткнулся на свечу в фиолетовой ленте и поймал в голове мысль, что Джисон уже остыл и сейчас придёт, закажет чай, они вместе зайдут на пляж, а потом всё будет по прежнему. И только он вжикнул молнией на сумке - над дверью зазвенел приветливый колокольчик. Морально приготовившись, Ченлэ толкнул дверь и вышел. У кассы и правда стоял парень. Высокий, темноволосый и с медовой кожей. Но нисколько не его лучший друг, а Донхёк - его хороший знакомый, учащийся в одном колледже с Джисоном, и друг его коллеги. Видок у него был печальный, значит, пришёл поплакаться и попросить совета по каким-нибудь неизвестным Чжону делам. Прервав чужой разговор, парень сделал заказ. Чёрный чай, который он сам почти не пьёт, но берёт, потому что тот, кто каждый раз за ним приходит, сегодня уже не появится. Забрав стаканчик и расплатившись, Ченлэ поплёлся домой, написав пару сообщений на, возможно, уже заблокировавший его номер, о том, что сейчас принесёт ему небольшой подарок. Надеяться на мгновенное прощение за напиток было бы глупо, но Чжон ведь не глупый. Он даже не просил выйти и забрать, лишь сообщил - оставит у двери. Так и сделал, а после уходил спиной вперёд, чтобы не пропустить момент, когда чай заберут. Дверь распахнулась через пару минут, скрывая вышедшего. Тот, не долго думая, пнул стакан с крыльца и исчез в доме. Ченлэ вернулся, поднял стакан и, опустив голову, отправился к себе. Целую неделю они не виделись. Десятки пропущенных звонков никак не продвинули старшего к примирению. О сообщениях можно и не говорить - Джисон не просто проигнорировал их, он их даже не прочитал. Словно они и не доходили до него, а улетали в пустоту. Или же имя Чжон Ченлэ для него стало пустотой? Владелец имени не мог и предположить, первый это был вариант или второй. А ещё, ежедневно зажигая подаренную свечку, он никак не понимал, чем же она пахнет. То ли чем-то сладким, то ли чем-то морским, или вообще всем вместе, но этот запах был для него не новым. В свой выходной, проведённый в одиночестве, он вновь хотел зажечь свечу, но прежде решил принюхаться ещё раз. Его ничуть не осенило, и парень понял только то, что не взял ни спички, ни зажигалку. Свеча оказалась на краю стола, а добил её случайно задевший локоть разворачивавшегося Чжона. Итак ослабленная лента слетела с неё ещё в полёте, а чашечка держалась до последнего, но удар об пол заставил её отлететь. Ахнув, парень опустился на корточки и стал собирать подарок по частям. Последней он поднимал укатившуюся к стене чашечку, а на её дне заметил небольшой квадратик из фольги. Развернув, он обнаружил сложенную несколько раз страницу из блокнота с написанным на обеих сторонах посланием.

"Привет, Ченлэ. Если ты читаешь это, значит ты либо не послушал меня и развязал ленту, либо это просто случайность. Но суть не в этом. Я должен рассказать кое-что очень важное. Ты мой самый близкий друг, особенный для меня человек, и, кажется, любовь всей моей жизни. Наверное, ты спросишь, почему именно так? А я отвечу. Сказать лично я бы не смог, написать в сообщении или по телефону уж совсем тупо, а просто передать письмо страшно. Я не надеюсь на взаимность и не хочу давить на тебя этим, просто... Тебе нужно было знать. Если бы я не признался, то всю жизнь жалел бы. Можешь сделать вид, что ничего не было, безжалостно отвергнуть, или, если нужно, прийти и устроить серьёзный разговор. Только не бросай меня. Останься моим лучшим другом, ладно?"

Ченлэ перечитывал предложения, вчитывался в каждое слово и растворялся, как сахар в кипятке. Поднялся и уселся на кровать, сгорая от четырёх слов. Любовь всей жизни? Какой дурак будет так говорить? Надо его найти. Парень подорвался с места и побежал к выходу прямо в домашнем, натянул первую попавшуюся кофту и схватил ключи, всё так же сжимая в руках записку и свечу. Закрыл за собой дверь и понёсся к знакомому дому. Делал это на автомате, не думая ни о чём, кроме послания. Он не видел дороги под ногами, не видел неба, не замечал времени. Словно в один миг оказался у входной двери и стал стучать как только может. Открыл не он. - Здрасьте, а Джисон дома? - тяжело дыша, спросил Чжон у женщины перед ним. - Нет, гулять ушёл, я думала с тобой, - мама искомого подумала пару секунд перед тем как ответить. - Понятно, спасибо, до свидания, - быстро проговорил Ченлэ и спрыгнул с крыльца, убегая. Он должен быть на пляже. Теперь мгновения становились вечностью. Дорога словно растягивалась, не давая сдвинуться с места. Мысли мешались в голове, а в груди сердце разрывалось на мелкие части разной формы, затем снова собираясь. Вот оно маленькими птичками разгоняет кровь по венам, а вот роем жужжащих ос жалит изнутри, порхая после бабочками, щекочащими мягкими крылышками ужаленные места. А ещё Ченлэ понял, чем же пахнет свечка. Она пахнет их районом, пляжем и речкой. Она пахнет кофейней, чёрным чаем со льдом и стаканом на вынос. Она пахнет домом. Она совершенно точно и без сомнений пахнет Джисоном. Приблизившись наконец к реке, парень заметил фигуру в воде и узнал со спины. Пак медленно заходил туда прямо в одежде, и старший сразу подумал о плохом. - Пак Джисон, а ну остановись! - скинув кофту и уложив на неё письмо со свечкой, он побежал к нему, ухватился за младшего и потащил на берег. - Эй, эй, ты что делаешь?! - воскликнул тот, вырываясь. - Спасаю тебя от утопления! - он правда не понимал, почему кричит, но и говорить спокойно не мог. - Кто тут топится-то? Искупаться уже нельзя, - высвободившись, Джисон направился к берегу. Шорты и футболка и правда неплохой купательный костюм, особенно для стеснительных. Ченлэ пошёл за ним. - Я записку нашёл, - начал он, набравшись решимости. - Понятно, - усаживаясь на песок, протянул Пак. Чжон приземлился рядом. - И хотел извиниться. Не знаю, почему не сказал тогда про ужин с родителями и как смог отдать твой подарок. Заработался что ли... - не смотря на сидевшего рядом и виновато опустив голову, говорил Ченлэ. - Я тебя ещё в кофейне простил, когда подарок возвращал, - вздохнув, сказал Джисон. - А почему тогда сказал, что тошнит?.. - уже с нотками обиды в голосе спросил старший. - Если бы не сказал, то прощение далось бы тебе слишком просто, - вглядываясь в горизонт, ответил младший. - Справедливо, - кивнул Чжон, но с вопросами не закончил. - А почему чай пролил? - Да мне больше латте нравится, - со смешком проговорил его друг. - И что же ты его не заказывал? - цыкнув и оперевшись подбородком о колени, снова спросил Ченлэ. Конечно, о любимом напитке друга он знать не мог, ведь тот при нём никогда его и не пил. - Я не за ним приходил, - уже серьёзно сказал Джисон, переведя взгляд на сидевшего рядом. - А за тобой. - Почему на звонки не отвечал и сообщения не читал? - тот смутился, но старался скрыть это, хоть у него не очень-то выходило. - Думал, - Пак снова отвернулся и стал вглядываться уже в воду. Заметив вопросительный взгляд на себе, он продолжил. - Думал, нужно ли тебя прощать и дорожишь ли ты мной так же, как и я тобой. Нужно ли было возвращать свечку и не забирать записку, и вообще дарить её. - И до чего додумался? - тихо спросил Чжон, уложив голову на колени и повернувшись к другу. - Что не простить я тебя не смогу, и что мне всё равно, дорог ли я тебе и узнаешь ли ты о моих чувствах. Любить меньше от этого я всё равно не стану, - обречённо улыбаясь говорил тот, провожая взглядом садившееся солнце. Повисла тишина. Ченлэ искал, что ещё сказать, а Джисон уже дал ему знать обо всём несказанном. - А где ты такой ароматизатор для свечки нашёл? - почти прошептал первый. - А я тебя обманул. Она вообще без запаха, - так же тихо ответил второй и взглянул на него. - Но она пахнет, - подняв голову, Чжон смотрел в глаза напротив и растягивал губы в улыбке. - Чем? - Пак недоумевал. Чем может пахнуть обычный воск... - Любовью всей моей жизни, - Ченлэ уже давно нашёл того самого дурака. И стал таким же. - Это чем? - не догадываясь, о чём думает друг, Джисон ждал услышать что-то вроде 'едой' или 'сном'. - Тобой.