Поклонение луне

      Очередной день, очередной бессмысленный виток существования подходит к концу и исчезает в небытие. Солнце вновь исчезает, а на его место приходит она. Прекрасная в своей чистоте, бледная и яркая одномоментно. Колени подгибаются, а губы сами начинают шептать горячечные слова молитвы. Ты видишь себя со стороны, видишь преклоненные пред матерью-прародительницей колени, лицо, словно горящее под мерзким светом никому не нужного, как бы "святого" светила, глаза, сияющие истинным, ничем не замутненным фанатизмом и обожанием. Это чертовски тебя заводит, и ты не в силах противиться этому животному порыву.       Свечи, расставленные вокруг тебя чуть трепещут, и огонек в глазах полыхает ярче. Она пришла, почтила своим присутствием твое бренное тело, и ты готова принести ей всю себя в жертву. Сияющий в ее свете серебрянный нож кажется даром богов, лезвие его – струящимся светом. Рукоятка его так правильно лежит в руке, что тебе невольно перехватывает дыхание.Ipse est divina*       Медленно скидывая с себя одежду, оставаясь лишь в ритуальном костюме ты не можешь удержаться и затягиваешь ремень на шее чуть сильнее необходимого. Легкая асфиксия лишь усиливает твое возбуждение предстоящим процессом. Не в силах удержать себя от соблазна ты, яростно и старательно надавливая, проводишь языком по клинку и пробуешь собственную кровь. Это лишь добавляет дров в костер болезненного возбуждения. В этом костре ты горишь словно мокрое полено – долго и болезненно. Est inutilis ad resistendum vocatum sanguinem*       Зная, что желать повелительницу есть отвратное чувство, ты не можешь остановиться. Вместо этого полосуешь по предплечьям ритуальным клинком и начинаешь чертить руны. Кровь, стекающая с пальцев, манит тебя, но усилием воли ты подавляешь этот зов. Но вот начертание окончено, а ты вновь начинаешь молиться, даже излишне страстно. Cadat in abyssum peccati*       Твой разум словно прошивает током, и ты вновь берешь в руки нож. Лезвие, словно против твоей воли, устремляется прямо к тебе. Протыкая свой живот ножом, ты не чувствуешь ничего кроме болезненно острого возбуждения и единения с миром, наконец принявшим тебя. Еще несколько ударов в живот ты наносишь бесцельно, просто стремясь получить то самое, высшее наслаждение, но затем твой мозг пронзает мысль. Ты знаешь что так будет правильно, что это единственно верное решение. И, возложив на алтарь собственную матку и желудок ты не ощущаещь ничего, кроме полного удовлетворения и выжигающего внутренности возбуждения, острого, словно ритуальный клинок.       Наконец осознаешь ты свое предназначение, готовишься помочь ей обрести власть над миром сим, и позволить наконец луне поглотить солнце. И склонившись пред повелительницей своей, вновь пронесясь по каждому из воплощений своих, осознав все и познав саму жизнь вновь умереть, танцуя танго со своим рассудком, вот в чем цель твоя в этом бренном мире. Очередной день, очередной бессмысленный виток существования подходит к концу и исчезает в небытие.

Mundus est cyclical*