пусть месяц провоцирует нас на обман

1999.

 — Опять «руки вверх»?! — громко раздался очень уж знакомый голос на том конце небольшого зала, — Ну-ка, народ, кто хочет послушать что-то действительно стоящее, шуруйте за мной! И парень со светло-серым мафоном на плече под одобрительные выкрики молодёжи быстро зашагал по залу клуба в сторону выхода. Леви обернулся, когда он прошёл мимо него, чтобы точно убедиться, что не ошибся, и, недолго думая, практически побежал следом. В момент его кто-то подхватил под руку, но из-за темноты в помещении он не смог понять, кто это был. Лишь только потом по голосу понял, что это никто иная, как Ханджи (на деле Лерка, живущая в доме напротив, но почему-то в последнее время её начали называть по кличке), нарядившаяся сегодня, как чёрт знает что — нацепила розовые лосины, а сверху короткие джинсовые шорты, так ещё и свитер отцовский спёрла.  — Тоже «руки» надоели, Лёв? — спросила она, когда они вышли в коридор и быстрым шагом направились по лестнице вниз, где уже начал играть «Король и Шут».  — Ди-джей сегодня, конечно, «жжёт». Дерьмо, а не музыка, — бросил Леви, стараясь всё же оторваться от неё хотя бы на метр, — До этого было лучше.  — Я слышу «Лесника»! — воскрикнула вдруг Ханджи, схватила Леви за руку сильнее и побежала с ним по ступенькам вниз. Уже на улице, при свете жёлтого фонаря, Леви увидел парня, стоящего у столба. Того самого, который прошёл мимо него с мафоном. Точно он, ошибки быть не может. Но что Эрвин делает здесь, в двенадцать ночи, в селе за двадцать километров от дома? Вокруг Эрвина столпилось парней десять, все с сигаретами и семечками в руках, а кто-то даже с пивом. Всё, как обычно.  — Хороший музон, пацаны! — крикнула Ханджи, пробираясь в толпу, поближе к эпицентру с музыкой. Эта дама никогда не умрёт от скромности. Леви же стоял в стороне и курил; к тому моменту он уже успел стрельнуть две сигареты, но одну кинул в карман для случая. Стоял и недоумевал: что он тут вообще делает и почему ничего не сказал?! Песня закончилась и под громкие крики толпы заиграла цоевская «Перемен». Леви довольно ухмыльнулся и подошёл к сборищу народа, в надежде, что Эрвин его всё же заметит среди пьяных и весёлых людей.  — Вместо огня — дым! — громко проорали в унисон человек двадцать. У Леви даже заболели уши. Он с огромным трудом отыскал среди молодых свою подругу в розовых лосинах и оттащил её в сторону.  — Что это за парень? Ну, который с магнитофоном?  — А, — Ханджи улыбнулась, продолжая двигаться под мотив песни, — Так это Эдик из соседнего села. Они сюда с Михой гоняют. В своих кругах Эдика называют Эрвином, а Миху — Майком.  — Ну, это понятно, Майк от Михи далёко не ушёл… Но почему Эдуард — Эрвин?  — Ну, смотри, — она посмотрела на него и обернулась, чтобы убедиться, что толпа не расходится, — Эр — от полного имени, а вин… Вроде на каком-то языке это «победить». Буржуазия какая-то.  — М-да уж, — Леви кинул окурок на землю и растоптал его, поднимая взгляд на толпу и ища среди них высокого и белобрысого Эрвина, — Действительно, Буржуазия.  — У них ещё и эта… Бубба-Хубба, что ли, есть! Представляешь, какие люди к нам на дискотеки гоняют! Леви знатно удивился и вновь посмотрел на Эрвина: тот громко смеялся и уже поставил магнитофон на землю. Такая аппаратура, как у него, всё же очень тяжёлая. Он так его и не заметил.  — Ребят, а есть у кого-нибудь поблизости гитара? — раздался голос Эрвина. Леви хмыкнул и вновь подошёл вместе с Ханджи к толпе, понимая, что это его шанс показаться Эрвину на глаза.  — У него есть! — крикнула она, толкнув Леви. Вроде бы старалась, чтобы несильно, но на деле Леви неплохо так пошатнуло.  — О, — Эрвин, наконец-то, его увидел. Леви ухмыльнулся и отошёл чуть в сторону, чтобы Эрвин сам к нему подошёл.  — Лёв, я к мотокам! — сказала Ханджи и убежала за небольшой компанией людей. Леви сложил руки на груди, смотря на Эрвина. Тот огляделся по сторонам и быстро наклонился к лицу Леви, но тот его оттолкнул:  — Ты совсем с дуба рухнул?! А если увидят?  — Ну, меня-то тут никто не знает, — Эрвин усмехнулся, становясь рядом с ним.  — А меня каждая собака тут по имени знает, — Леви недовольно поджал губы и зашагал от фонаря в сторону, — Ты мне лучше скажи, что ты тут делаешь и почему не сказал о том, что приедешь?  — Хотел сделать сюрприз, — Эрвин развел руками и пошёл с ним бок о бок, — А что?  — Просто я не ожидал такого, — Леви приподнял уголки губ и посмотрел на него, — А если бы я не пошёл на дискотеку?  — Я знаю, где ты живёшь, дурак, — они оба дошли до конца стены и завернули за тёмный угол. Там уж точно никто ничего не увидит — с одной стороны стена, с другой — заросли, с третьей они только что пришли и там пусто, а с четвертой, опять же, заросли полыни, которые никто даже и не думает выкашивать.  — Звучит, как угроза, знаешь ли, — Леви усмехнулся и повернул голову, удивляясь тому, что здесь стоит начищенный до блеска «Урал», — О, вы чего это его тут бросили?  — У вас тут, я смотрю, не то, что «Урал» — мафон новый, как диковинка. Облепят ведь, как мухи, а мне потом смотри, какую деталь утащили. Надо оно мне? — улыбнулся Эрвин. Леви сел на мотоцикл и притянул его к себе за руку.  — И то верно, — тихо сказал он, прижимаясь к Эрвину и обнимая его за пояс, — Сколько мы не виделись?  — Два дня, — Эрвин крепко обнял его в ответ и поцеловал в макушку. Где-то с противоположной стороны здания из магнитофона Эрвина раздался «Туман» Сектор Газа. Несколько голос подхватили слова и орали её до хрипоты в голосе, — И всё же, несмотря на плохую музыку в зале, дискотеки у вас душевные.  — Так приезжай почаще, — Леви поднял голову и посмотрел Эрвину в глаза. Потянулся руками к его голове и, притянув к себе, поцеловал в губы. Робко и тревожно, боясь, что кто-то выйдет из-за угла и заметит их тут… Что же тогда будет! А Эрвину, видимо, плевать было на это — он даже не переживал. Он поцеловал Леви в ответ, довольно хмыкая, несильно покусывал его губы, пахнущие пивом, и руками скользил по тонкой шее. Пошёл дальше и уже опустил руки под его олимпийку и футболку, целуя всё настойчивее, пальцами чертил дорожки на холодной, покрытой мурашками коже.  — Пусть месяц провоцирует нас на обман! — кричала молодёжь вдалеке.  — Эрв… — Леви оторвался, чтобы сказать, но Эрвин снова полез целоваться, — Эрвин, блять, — и всё же оттолкнул его, — Нас же сейчас спалить могут, давай не здесь.  — А где ещё? — спросил Эрвин, аккуратно поправляя ему упавшие на глаза волосы.  — Мы же едем за гитарой, — Леви пожал плечами и спрыгнул с мотоцикла, — Знаю я одно место… Заедем?  — Да, конечно, — Эрвин улыбнулся невероятно красиво и искренне, что заставило Леви улыбнулся в ответ, — С тобой хоть куда. Леви быстро чмокнул его в щёку, обходя мотоцикл с другой стороны. Эрвин опустил подножку и Леви сразу схватил ручки, начиная делать попытки сдвинуть «Урал» с места. Но ничего не получилось, благо, что Эрвин вовремя взялся за ручки и начал с силой катить мотоцикл назад.  — Слабый ты, — засмеялся Эрвин и позже тихо добавил, — У меня.  — А ты, я смотрю, Геракл, — Леви буркнул, помогая ему вытолкнуть мотоцикл, — Сейчас все уже расходиться будут. Времени уже много.  — Ну и пусть, — Эрвин махнул рукой, когда они всё же выкатили махину весом около двухсот килограмм из-за здания, — Всё равно уедем.  — Уедем, — Леви кивнул головой, — Тогда надо магнитофон забрать.  — Да. Ты стой тут, а я схожу, — Эрвин посмотрел на него и быстрым шагом направился в сторону голосов, — Я сейчас.  — А ты разве один?! — крикнул ему вслед Леви, но Эрвин уже не слышал. Через минуту он появился с мафоном, вновь держа его на плече. Сейчас из него играла «Cherry cherry lady». Эрвин выключил его и отдал Леви.  — Я один, — наконец ответил он на его вопрос, и сел на мотоцикл, доставая из кармана олимпийки ключи, — Майк на своем там стоит. Они уже нашли где-то гитару, так что, думаю, нас ждать не будут. Да и мафон какой-то у них на земле стоит, так что всё пучком. Мотоцикл зарычал и Леви быстро сел, прижимаясь к Эрвину и одной рукой обнимая его за пояс. Другой крепко держал магнитофон за ручку. Как только он поставил ноги на подставки — мотоцикл дёрнулся с места и выехал из-за здания на площадь. Толпа, стоящая в ста метрах от входа в клуб, повернулась к ним и стала наблюдать. Кто-то даже вскрикнул от удивления. Леви сразу же начал высматривать Ханджи и всё же нашёл — она сидела на чем-то мотоцикле и давала газу на месте, чтобы тот ревел, как бешеный. Леви отвернул голову в противоположную сторону и ближе подвинулся к Эрвину.  — Куда поворачивать? — громко спросил Эрвин, остановив мотоцикл на повороте рядом с памятником Ленину.  — Сейчас направо, потом второй поворот налево и прямо, — пояснил Леви, крикнув ему прямо в ухо, — Пока не доедешь до поля. Там возле дороги одно единственное дерево.  — Далеко отсюда? — крикнул в ответ Эрвин и засмеялся, повернув голову обратно. Мотоцикл снова взревел и повернул направо, а Леви продолжил объяснять:  — Пешком — минут двадцать, — закричал он ещё сильнее, чтобы Эрвин точно услышал, — Так что минут за пять доедем!  — Хорошо, мелкий, — ответил ему Эрвин и Леви недовольно цокнул, сильнее к нему прижимаясь.  — Ну не называй ты меня так! — проорал ему на ухо Леви, положив голову на его спину. Ветер в глаза бил невыносимо сильный, сушил глаза за несколько секунд, из-за чего слёзы лились градом. Они действительно приезжают к месту, о котором говорил Леви, минут за пять. Эрвин отставляет мотоцикл под одиноким деревом и, пройдясь, оглядывается. Вокруг ни души, одно лишь широкое поле с низкой травой после сенокоса; месяц ярко светит в компании тысячи звёзд, облака плавно плывут с запада.  — Какая же красота, — роняет Эрвин и кидает взгляд на Леви, который уже сидит на колкой траве, включая магнитофон.  — Не могу с тобой не согласиться. Тут-то нас никто не найдёт и ничего не узнает, — улыбается Леви, включая свою любимую «Лирику», опять же группы Сектор Газа. Отставляет мафон в сторону, делая музыку тише, и смотрит на Эрвина снизу вверх, — Иди ко мне. Эрвин садится на траву рядом с ним, сняв с себя олимпийку, а через минуту и футболку, потому что слишком душно. Подкуривает сигарету и молча смотрит вдаль. Леви смотрит на него и залипает чуть ли не на минуту, наблюдая за каждым его коротким движением. То Эрвин вперёд двигается, из-за чего тело утопает в белых лучах луны, то волосы закидывает назад, то дым медленно выпускает. Леви несколько раз пробирает дрожь.  — Ну, — Эрвин смотрит на него, наклонив голову вбок, и выпускает дым изо рта в небо, — Ну и чего ты так на меня смотришь?  — Восхищаюсь тем, насколько ты великолепный, — Леви пожимает плечами и приподнимается с земли. Перекидывает одну ногу через ноги Эрвина и садится на его бедра, кладя руки на голые холодные плечи, — Ты так не заболеешь, дурак?  — Не заболею, — улыбается Эрвин и тушит сигарету о землю, — Лето же, так что ничего страшного не будет.  — Ладно, тогда… Можно? — спрашивает Леви, но Эрвин, не ответив, завлекает его долгожданный поцелуй. Эрвин глаза не закрывает, а вот Леви наоборот, даже жмурится, потому что настолько долгожданно и приятно. Горячая рука Эрвина скользит по его шее, очерчивает четкую линию подбородка и после поддерживает голову пальцами. Скользит большим пальцем по щеке, заправляет отросшие на висках волосы за ухо, и нежно касается мочки. Леви пытается вести поцелуй, но Эрвин перебивает, на каждую такую попытку сильно кусая его нижнюю губу. Проникает языком в рот, длинными пальцами аккуратно держит голову Эрвина за подбородок, скользит по щекам, проникаясь этим поцелуем, полностью забывает обо всём вокруг. Отрывается от припухших губ лишь на секунду, чтобы сделать рваный глоток воздуха, и после снова припадает к ним. Эрвин опускает руки, скользит аккуратно по спине Леви, отстраняясь от его губ. Переходит на шею, покусывая её и оттягивая на ней кожу. Ставит засосы и переходит всё ниже.  — Снимешь? — спрашивает Эрвин, имея ввиду олимпийку и футболку. Леви довольно кивает:  — Только олимпос, — скидывает с себя темно-зеленую кофту и кидает на землю, — Футболку оставлю на себе. Руки Эрвина нахально приближаются к ягодицам Леви, сжимают их (сначала нежно, едва ощутимо, а потом с силой), сминая пальцами хрустящий материал спортивок. Леви двигается к нему ближе, закидывая голову назад, и томно вздыхает, утопая в бесконечных поцелуях и касаниях Эрвина. Двигается на его ногах ближе, а руку кладёт на его шею, слегка сжимая пальцы в подобие кулака. А другой рукой касается его груди и грубыми подушечками пальцев, ногтями царапает кожу хаотичными линиями. Леви чувствует, что пылает изнутри от возбуждения. Внизу живота тяжело, дыхание уже сбивается, а Эрвин всё расцеловывает и расцеловывает, всё сминает с грубостью и сминает. Леви наклоняется, когда Эрвин отлипает от его ключицы, и поднимает его голову вверх за подбородок.  — Как же я этого ждал, блять… — шепчет ему в губы, опуская голову и целует в шею, которая сильно пахнет терпкими духами. Целует, ставит засосы, двигается на его ногах максимально близко, выгибаясь в спине. Сбито и горячо дышит Эрвину на ухо, из-за чего, видимо, тот совсем начинает сходить с ума. Леви знает, что Эрвину нравится, когда он так делает. Леви чувствует, что пора переходить от прелюдий к тому, к чему всё идёт.  — Я могу быть всё время на тебе? — спрашивает Леви, с наглостью смотря Эрвину в глаза, приближается на сантиметр и кусает его нижнюю губу, оттягивая её и облизывая.  — Делай всё, что хочешь, — улыбается Эрвин, — Мой маленький.  — Ах, блять… — после этих слов Леви уже готов кончить без лишних движений. Цепляется в его руки, закидывая голову назад, — Положи себе олимпийку под спину. Трава колется сильно.  — Хорошо, — когда Леви отпускает его руки, он так и делает, заваливаясь на спину. Леви двигается, чтобы было удобнее, чувствуя, что из-за очередной сильнейшей волны возбуждения уже даже руки перестают слушаться. Он наклоняется к нему и снова целует, опираясь руками в колючую траву около его головы. Улыбается и смотрит в глаза, когда отрывается от зацелованных мокрых губ.  — Эрвин, — в ответ раздаётся короткое «М-м?», — Я тебя люблю.  — Я тебя тоже, — улыбается Эрвин, приподнимаясь и сваливая Леви на себя. Крепко обнимает и целует в ухо, а потом и в щёку, а Леви томно дышит ему в шею, прикрывая глаза от удовольствия.  — …В КАРМАНЕ ПАЧКА СИГАРЕТ, ЗНАЧИТ ВСЁ НЕ ТАК УЖ ПЛОХО НА СЕГОДНЯШНИЙ ДЕНЬ! Раздаётся рёв мотоциклов где-то вдалеке, а вместе с этим и чей-то громкий крик.  — Ёб твою мать… — роняет Леви, отстраняясь от Эрвина и встаёт в то же положение, что и до этого — упирается руками в землю, — Едут.  — Ты же говорил, что тут нас никто не найдёт, — глаза у Эрвина такие испуганные, а голос резко срывается, — Слазь с меня быстрее, пока не увидели!  — Да я понятия не имел, что так получится, — оправдывается Леви, в один момент соскакивая с Эрвина и вставая в полный рост, — Футболку надень, придурок! Леви в один момент оказывается под деревом и подкуривает сигарету, которую припрятал в кармане, чтобы никто точно уж ничего не подумал. Прикрывает шею рукой, чтобы на всякий случай скрыть багровые следы, а Эрвин в это время сидит на земле и быстро надевает на себя футболку.  — А БЕЗ МУЗЫКИ НЕ ХОЧЕТСЯ ПРОПАДАТЬ! — крик всё ближе и Леви слышит этот пищащий громкий голос своей подружки. Хлопает рукой по лицу, выпуская дым и смотрит в землю. Сидит, широко расставив ноги, и ждёт, когда приедут, судя по звукам, мотоцикла два.  — Близко уже, — роняет Эрвин, вставая в полный рост и подходя к своему мотоциклу.  — Ты уж извини меня, — тихо произносит Леви, виновато пожимая плечами, — Не думал, что всё так получится. Обычно здесь никого нет, особенно в такое время.  — Ты лучше уж думай, что в своё оправдание говорить будем, а не извиняйся, — сначала Леви кажется, что Эрвин обижен на него и говорит со злобой, но потом, когда он поворачивается к нему и улыбается, понимает, что это просто кажется, — Всё нормально. Ты ведь не знал.  — Леви!!!  — О, это Ханджи, — усмехается Леви, стряхивая пепел с бычка на землю.  — Эрвин!!!  — А это уже Майк, — Эрвин начинает смеяться, — Потеряли нас, видимо.  — Да уж, — хмыкает Леви, поднимаясь с земли и отряхивая штаны сзади, заодно подтягивая их и завязывая шнурком, — Мы ведь такие несамостоятельные и мелкие, что за нами нужен присмотр.  — Ну, — мотоциклы со своими громко орущими песни Цоя водителями, уже совсем близко, даже видно свет жёлтых фар, поэтому Эрвин говорит громче, — Тебе-то всего семнадцать.  — Отъебись, я всего на год младше тебя!  — Леви, блять! Первый мотоцикл останавливается и Леви поднимет голову на знакомый голос. Неудивительно, что Ханджи у кого-то отжала ключи от мотоцикла и ехала впереди — она очень уж любит так отбирать ключи, особенно у Моблита. Частенько угоняет у него «Яву» и катается по селу (сейчас, кажется, она приехала как раз на ней), — Я тебя везде обыскалась, идиот! Вы что тут делаете? Второй мотоцикл тормозит громко и скрипуче. С него спускаются два парня и из-за яркого лунного света Леви понимает, что один из них Моблит, а другой двухметровый амбал, видимо Майк. Он мельком смотрит на Эрвина — тот сидит на мотоцикле и курит, смотря на приближающиеся мотоциклы.  — Эрвин попросил показать ему ближайшую дорогу до их села, — выдает Леви, пожимая плечами и подходя к Ханджи, — Что со мной случилось бы? И вообще, как ты додумалась сюда приехать?  — Леви, я за тебя, считай, ответственность несу! Я ведь тебе как мать! — Ханджи, видимо, Балтика-Девятка слишком сильно по мозгам дала, — Я же беспокоюсь, где ты есть. Уехал и ничего даже не сказал, говнюк! Леви снова оборачивается — Эрвин уже стоит рядом с Майком, и что-то эмоционально ему рассказывает.  — Ты меня вообще слышишь?!  — Слышу, — улыбается Леви, вспомнив о шее, поэтому быстро закрывает её ладонью и поясняет, пока Ханджи ничего не разглядела, — Комары. Угомонись, пожалуйста, всё со мной хорошо. Лучше уж езжай домой, но ни в коем случае не садись за руль — ты же в говно напилась! Он ведь и не заметил сначала, что Ханджи действительно говорит нараспев и стоит, шатаясь, хуже неваляшки. А уж про запах алкоголя от неё можно молчать… Вот уж родители её отчитают на утро, если она, конечно, вернётся к этому времени.  — Ребят, — обратился Леви к Майку и Эрвину, — А конкретно Майк, правильно, да? Сможешь отвезти её, — показывает пальцем на Ханджи и та начинает возмущаться, но Леви её игнорирует, — домой?  — Да без проблем, братишка, — смеётся Майк, держа сигарету в зубах, — Только пусть по дороге не свалится, а то уже стоит засыпает.  — Я могу её отвезти, — раздаётся тихий спокойный голос непьющего Моблита, — Я ведь знаю, где она живёт.  — Не, Моблит, — раздаётся громкий голос Майка, — Ты вообще домой можешь ехать!  — Правда, давайте сейчас поедем. Всё равно Ханджи и Леви — соседи, так что я поеду с Леви, а Майк с Ханджи. Моблит осуждающе складывает руки на груди и Эрвин начинает хихикать:  — Ладно-ладно, я тебя понял, молодой человек. Вези ты, а мы тогда сзади поедем, — Эрвин понятливо улыбается и Моблит улыбается тоже, но уже застенчиво и смущённо.  — Если что, ловить её будем! — и Майк громко начинает смеяться так, что аж хрипит, Эрвин и Леви начинают смеяться тоже. Успокаиваются они где-то где-то через полминуты и Майк продолжает, — А вообще, думаю, может домой поехать? Смысл мне кататься с вами — бензина мало осталось, только до дома доехать.  — Да, — кивает Эрвин и быстро смотрит на Леви. Вот это шанс! — Езжай. А я сейчас Леви довезу и тоже поеду.  — Можем у меня чаю попить. Дяди всё равно дома нет, — Леви разводит руками, незаметно подавая Эрвину знак о том, что место, где можно спокойно провести время вдвоём, есть.  — Чаю?! — восклицает Ханджи, уже сидящая на мотоцикле Моблита, но уже на пассажирском. Моблит заводит мотоцикл и Ханджи заваливается на него, обнимая.  — С тобой, клуша, мы чаю попьём, только когда ты протрезвеешь. Ханджи это, к счастью, не слышит из-за мотора мотоцикла, а вот Майк и Эрвин закатываются смехом.  — Ладно, — говорит Моблит, поднимая руку, — До встречи!  — Давай, Моблит, — прощаются одновременно Эрвин и Майк, поднимая руку в знак прощания, — Ещё свидимся! Леви кивает головой и через несколько секунд наблюдает за тем, как мотоцикл устремляется вдаль, мигая фарами на прощание. Леви оборачивается и подходит к Майку и Эрвину, которые в этот момент пожимают другу руки, прощаясь.  — Приедешь — звякни, — говорит Майк и Эрвин кивает, — Всё равно спать не буду.  — Да, без проблем, — кивает Эрвин и уже обращается к Леви, — Поехали, молодой.  — Было приятно с тобой познакомиться, Леви, — Майк подходит к нему и крепко пожимает руку, — Завтра нужно будет пораньше приехать. Во сколько у вас тут дискотеки начинаются?  — Взаимно, — улыбается Леви, пожимая руку в ответ, — Когда как: то в восемь, то в девять.  — Значит, Эрвин, — Майк шагает к своему мотоциклу и продолжает строить планы, — Завтра в три на сенокос, потом часов в шесть будем выезжать. Как раз народ соберём и на дискотеке оторвёмся.  — Заметано! — кричит Эрвин, потому что Майк уже завел мотоцикл и сейчас газовал на нём, стоя на месте, — А ты тут дорогу знаешь?  — Знаю, — кричит Майк, кивая, — Мы с Нанабой тут часто катаемся. Кстати, надо к ней заехать, — и вдруг гасит мотоцикл, — Она, кстати, заболела сильно. Температура под трид…  — Езжай уже, болтливый, — в шутку прогоняет его Эрвин, отмахиваясь рукой. Майк смеётся и снова заводит мотоцикл:  — Ладно, потом расскажу. До завтра! И наконец-то уносится в сторону леса, который начинается на другом конце поля. Эрвин смотрит на Леви и усмехается:  — А чё ты не сказал, что у тебя дядя в ночь?! Сразу бы к тебе поехали.  — Не поехали бы. — фыркает Леви, — Он к часу уходит в смену, у них там в колхозе какая-то херня случилась, так что теперь он по ночам сваливает. У нас есть ещё…  — Без десяти час сейчас, — говорит Эрвин, смотря на наручные часы, — Поехали? Или тут останемся?  — Поехали ко мне, — и усмехается, подходя к нему ближе, встаёт на носочки и целует в щёку, — Там уж точно нас никто чуть ли не до обеда не потревожит.