Омут кубка огня

Они всё же решили немного промотать воспоминания, поэтому не сразу разобрались, что происходит. Семья явно была в процессе сборов, которые проходили со скрипом: миссис Уизли вновь придиралась к близнецам, и её голос эхом отдавался по всему дому... — Джордж, что у тебя в карманах? — внезапно произнесла она: похоже, снова затевался скандал. — Ничего! — попытался состроить невинный вид близнец. Вот только не на ту напал. — Не ври мне! — его мать взмахнула палочкой, — Акцио!...Акцио! — ... и сразу же из джинсов стали вылетать маленькие яркие конфетки. Джордж попытался их поймать, но миссис Уизли успела раньше, — Я же велела их уничтожить! Все до единой! А ну-ка отдавайте все остальные! — Жаль, мы не можем ничего потрогать! — посетовал Джеймс, пытаясь тоже подцепить пару весёлых штучек. И пусть ладони проскользили мимо, сдаваться он и не думал. Ведь если не сдаваться, может, когда-нибудь всё же получится? Дальнейшая сцена была не слишком радостной: близнецы силились спрятать хотя бы часть изобретений, но их мать не давала даже шанса. Все остальные предпочли не вмешиваться, отступив к выходу из комнаты, поэтому битва велась лишь между этими тремя. Печальная и проигранная сходу битва. — Держитесь, парни, — Джеймс почувствовал дух единения с двумя похожими Уизли. Пусть ему и не доводилось сталкиваться с таким давлением со стороны родителей, он знал, что необычное всегда воспринимается в штыки. — Стоило спрятать часть где-нибудь неподалёку. Тогда бы под чистку попало далеко не всё, — заметил Сириус. Хотя, конечно, теперь это уже было неважно: похоже, все запасы близнецов подверглись полному уничтожению. С явной обидой на лице, парни закинули рюкзаки за спины и вышли из дому, не попрощавшись... и вскоре остальные последовали вслед за ними. Их разномастная компания теперь шагала по тёмному полю, которое освещала лишь луна. — Здесь у них тоже полнолуние... Это ведь ничего? — пробормотал Питер. Ведь в призрачной форме им нечего бояться? — Я ничего не чувствую, — Римус позволил взгляду на мгновение задержаться на небосклоне: отклика не было. Должно быть, здесь они в правда в безопасности. Вот только... что сейчас снаружи? Они вновь стали слушать разговоры: мистер Уизли объяснял Гарри, как тяжело приходится Министерству магии при проведении подобных Кубку мероприятий. Нужно учесть множество факторов, исследовать и обустроить местность, составить графики прибытия... и главное: следить за безопасностью перемещений. Для тех, кто ещё не способен трансгрессировать, были придуманы порталы, и вот сейчас Гарри с друзьями шёл именно к такому вот порталу. — Никогда ими не пользовался! — поведал остальным Джеймс. В какой-то мере это было даже чуток обидно. Впрочем, он всё равно предпочитал метлу, а в других случаях отец помогал выполнить парные перемещения. Римус в ответ промолчал, хотя ему-то доводилось однажды портал использовать. Впрочем, рассказывать было особо не о чем: произошло всё быстро, а ощущения не относились к тем, которые можно отнести к разряду занимательных. Компания, тем временем, дошла до влажного и тёмного просёлка, ведущего в деревню. Кругом было невероятно тихо: похоже, все жители посёлка ещё спали, а вместе с ними спали даже птицы: из лесу не доносилось ни звука. Гарри потёр ладони: те явно успели замёрзнуть и теперь двигались к трудом. Четвёрка друзей тоже ощущала холод, хотя, скорей всего, это были лишь отголоски чужих чувств, накатывающие и снова уносимые магией прочь. Вскоре путь начал пролегать через холмы, и разговоры стихли: подъём был не из лёгких. Впрочем, он занял не слишком много времени... и наконец, пыхтя и тяжело дыша, Гарри и остальные оказались на ровной поверхности. — Осталось только найти портал, — сказал мистер Уизли, осматриваясь по сторонам, но пока ему ничего похожего не попадалось, — Обычно это что-то маленькое... давайте поищем вместе! Все разбрелись в разные стороны, но через пару минут раздался крик: "Артур, сюда!... Сынок, я нашёл его!" Голос был незнакомым. Неподалёку на фоне всё светлеющего неба замаячили два силуэта. Мистер Уизли улыбнулся: "Это же Амос!" и зашагал навстречу широким шагом. Вскоре он уже пожимал чужую руку, воодушевлённо представляя своего знакомого: "Это — Амос Дигорри, сотрудник Отдела по регулированию и контролю за магическими существами. А тут, как понимаю, твой сын — Седрик ?" Стоявший рядом юноша кивнул. Он выглядел где-то лет на семнадцать и производил впечатление примерного мальчика, которого так и хочется растормошить. Однако что ни говори: мальчика весьма красивого. Впрочем, непохоже, чтобы хоть кто-то попал под его обаяние. Джеймс заметил, что приветствие со стороны их группы было не слишком радостным, хотя ребята и старались улыбаться. А вот Фред с Джорджем вообще явно демонстрировали, что не особо рады встрече. И вскоре тому нашлась причина. — ...Чемпионат мира по квиддичу! — воскликнул Амос, — Да я бы не пропустил его даже за мешок галлеонов, а наши билеты примерно во столько и обошлись нам. И это ещё мне повезло... , — он с тёплой улыбкой осмотрел остальных, — Все твои, да, Артур? — Только рыжие, — усмехнулся тот, — А это подруга Рона, Гермиона, и Гарри — ещё один его друг... — Борода Мерлина! Гарри Поттер! — глаза Амоса стали похожи на блюдца. Джеймс попытался изобразить что-то похожее, но сдался и просто зашёлся хохотом. Римус же как и всегда старался найти, где тут зарыта собака: "Не слишком ли бурно он реагирует?" Гарри явно тоже считал, что не стоит такого внимания. Его губы едва разомкнулись, чтобы выдавить: "Эмм... да". Похоже, он надеялся, что разговор сменит направление, вот только не тут-то было. — Несомненно, Сед о тебе рассказывал, — продолжил распинаться Амос, — Рассказывал, как играл против тебя в прошлом году... Я ещё тогда сказал ему, сказал: "Сед, тебе будет что рассказать внукам! Ты выиграл у Гарри Поттера! — А ведь мой крестник знаменит! — довольно ухмыльнулся Сириус, — Думаешь, пошёл по твоим стопам, Сохатый? Молчавший всё это время Седрик развеял все сомнения: "Гарри упал с метлы, пап. Я же говорил тебе... Это был несчастный случай..." — Но ведь ты-то не упал! — ещё больше воодушевился его отец, — Всегда скромный, наш Сед, всегда благородный... однако побеждает лучший! Гарри, уверен, со мной согласен, да? Один свалился с метлы, а другой — нет. Не нужно быть гением, чтобы понять кто лучше летает! Друзья всё это время разбирались в ситуации, поэтому старались диалог не прерывать, но наконец Джеймс не выдержал: "Глупее ничего не слышал! Его сын разок выиграл у Гарри, и то лишь потому что тот упал... Нашёл чем возгордиться!" Сириус хмыкнул: "Ну, может, других причин для гордости у него нет." — И всё же ты был прав, — заметил Римус, — Сын Джеймса действительно играет в квиддич. И я уверен, что делает он это так же прекрасно. В ответ последовала широкая ухмылка: Джеймс явно не был из тех, чьё самолюбие нужно поглаживать (оно и так неимоверно раздулось за эти годы). И всё-таки... было приятно, что он смог передать свой талант следующему поколению. Наверняка они провели вместе много часов, гоняя под самым небом около своего дома... пока Лили с восторгом наблюдала из окна и улыбалась. Да, все мысли обязательно сводились к ней. Скорей бы уже снова увидеться! Юноша вырвался из раздумий, заметив, что остальные теперь сгрудились вокруг Амоса. Вершину холма обдувал ледяной ветер, заставляя всех (кроме четверых друзей) ёжиться и кутаться плотнее в куртки. Наверняка они хотели поскорее добраться до тёплых мест. — Я начинаю обратный отсчёт, — предупредил мистер Уизли, — ... три, два...Один! Джеймс, следуя странному инстинкту, тоже потянулся к башмаку, пытаясь его коснуться. И неожиданно его рука и правда ощутила твёрдый предмет! В животе дёрнуло, как будто его тело подцепило крюком, а затем — ноги оторвались от земли... в ушах раздался свист, как будто он поднимался всё выше и выше... дальше от холмов, дальше от леса... И дальше от своих друзей... Спина больно ударилась о что-то жёсткое, и Джеймс сразу же поморщился. Во время быстрого полёта глаза стали слезиться, поэтому он только сейчас смог вновь открыть их. Сердце приятно ёкнуло: вокруг были знакомые стены Визжачей хижины! Он смог вернуться! Джеймс окинул взглядом комнату, заметив, что и остальные тоже лежат неподалёку, потирая кто локоть, кто поясницу... Сразу мелькнула мысль о книге: та обнаружилась недалеко от ног, как будто томик выскользнул из ослабевших пальцев во время чтения. — Даже не верится..., — пробормотал Сириус: они и правда смогли выбраться! Хотя разве могло у мародёров чего-нибудь не получиться? В окно бил яркий солнечный свет: должно быть, день уже был в самом разгаре. — Завтрак вы пропустили, — Римус наконец поднялся на ноги и начал медленно ходить по комнате. В его мыслях крутились самые странные предположения. Сколько они здесь провели? ... Но ведь застрянь они надолго, Дамблдор бы пришёл сюда? И тогда... он узнал бы о нарушении. Даже подумать было стыдно! — Хвост, посмотри, не бродит ли там кто! — приказал Джеймс. Нужно было удостовериться, что никто не заметит, как они вылезают из-под Гремучей Ивы. Питер кивнул и мигом превратился. Ещё мгновение — и длинный хвост крысы скрылся за дверью, оставив троих друзей ждать новостей. ... Завтрак они пропустили, однако на обед всё же успели. И пусть Римус и сетовал о прогуле своих друзей (он сам-то получил освобождение на время полнолуния), все остальные были слишком заняты беседами, чтобы впустую переживать. Оставив друга в хижине, ребята быстрым шагом направились ко входу в Большой зал, обмениваясь впечатлениями о путешествии. Но неожиданно Джеймс оборвал себя на полуслове, заметив как мимо прошла девушка с рыжей копной волос. Казалось, она прошествовала рядом с твёрдой стеной, а не с сокурстниками. Джеймс попытался сказать "Привет!", но он бы больше преуспел, здороваясь с грудой камней... Лицо невольно приняло обиженное выражение, хотя и не хотелось признавать, что этот бойкот задевает столь сильно. — Что я сделал на этот раз? — Может быть, просто погрузилась в свои мысли и не услышала? — пожал плечами Сириус. Возможно: хотел утешить. Питер вмиг оказался у стола, успев за это время соскучиться по еде. Сейчас его не волновало ни поведение Лили, ни прошлый вечер, прошедший без привычных прогулок по лесу, ни даже — путешествие в книгу и обратно. Он с наслаждением вонзил зубы в кусок вкусного хлеба и отпил тыквенного сока... Как ни крути: жизнь начинала налаживаться!