Дом

Я пришёл к черте, за которой прекращается ностальгия, за которой слезы становятся белоснежными, как алебастр. (Ф. Г. Лорка)

***

В Храмовой библиотеке царила обыкновенная для этого места тишина. Периодически были слышны шаги какого-нибудь исследователя и шорохи переворачиваемых страниц, но все движения в библиотеке совершались с надлежащей осторожностью. Молодая высокая данмерка с длинным ясным лицом и пухлыми губами сосредоточенно выписывала что-то из книги. Свеча на ее столе искривилась и вот-вот должна была догореть. Заметив это, девушка вернулась в реальность, потерла глаза и открыла следующую книгу, активно ее листая. На мгновение ей показалось, что она сделала это слишком быстро и слишком шумно, однако никто из исследователей за соседними столами не обратил на это внимания. Данмерка вздохнула с облегчением и углубилась в книгу. Так, здесь должно быть что-то о материальной культуре кимеров в Меретическую эру. Во всяком случае, о хоть какой-то культуре – толстый пыльный фолиант был посвящен именно истории кимеров в этот период. Данмерка принялась листать книгу, благоговейно перелистывая ветхие страницы, но ей как назло не попадалось ничего нужного. Надо торопиться, совсем скоро Глен закончит работу и будет ждать ее у выхода из библиотеки. Может быть, уже закончил. Сколько времени она провела здесь? Время летело так быстро, когда она была углублена в свою работу. Вот! Вот, то что нужно! Упоминание об одежде кимеров было в самом конце фолианта. Девушка начала быстро переписывать нужную ей информацию. Перевернув страницу, она вдруг с удивлением заметила, что почти весь лист был вымаран таким образом, чтобы слова были невозможно прочитать. Она еще не встречала такого в Храмовой библиотеке. «Кимеры начали объединяться в племена, каждое из которых преобразовалось в последующие столетия в Великие Дома, коих всего было шесть: Индорил, Дрес, Телванни, Хлаалу, Редоран и #####». Данмерка ощутила, как по ее коже пробежали мурашки. Замерев на миг от волнения, она осторожно, будто опасаясь, что это заметят, покосилась на дальнюю маленькую дверь в конце библиотечного зала, закрытую на замок. Все Храмовые историки знали, что находится за этой дверью, но никто из них, кроме старшего историка магистра Сарасвати, не имели доступа в эту секцию. Удивительно, что в общем зале можно найти упоминание о Шестом доме! Однако большая часть текста была стерта. Данмерка внимательно всмотрелась в стертые слова, силясь распознать хоть какие-то буквы, но во всем последующем тексте наиболее сохранившимся словом было «Ког###н». Девушка ощутила трепет, сравнимый с пылкой влюбленностью: о, как бы ей хотелось знать все! Фигура, подошедшая к ее столу, вырвала данмерку из ее мыслей. Она и не заметила, что кто-то двигается в ее сторону, поэтому быстро встрепенулась и прикрыла вымаранные страницы книги тетрадным листом. - Невена, ты скоро? – прошептал подошедший юный данмер с пепельно-серыми волосами. Невена покраснела, будто ее поймали за чем-то неприличным. - Да, еще минута, и я иду, - ответила она тихо, и Глен удалился к выходу. Данмерка закрыла фолиант, выписала его название в свою тетрадь и, пытаясь сохранять спокойствие, поставила его на место. Нужно будет изучить его в следующий раз.

***

Невена и Глен были одеты в мантии храмовников Трибунала, хотя не являлись жрецами или послушниками. Они были историками при Храме. Когда данмерка вышла из тихой библиотеки на террасу кантона шумного Вивека, Глен тепло улыбнулся ей. - Ну что, много чего нашла? - По своей теме немного, - закусив губу, ответила Невена. Ей очень хотелось рассказать другу о том, что она обнаружила, но было ли это разумно? О Шестом доме Трибунал запретил даже упоминать, а они все-таки принадлежали к Храму Трибунала. Невена носила сапоги с каблуками, которые ритмично постукивали по каменным плитам и делали ее еще выше, поэтому Глен был ниже ее. - Зато я нашел кое-что о культуре твоих кимеров, - сказал Глен. – Напомни мне завтра, дам тебе название книги. Уже был вечер. Поскольку город живого бога еще только строился, общежития храмовников и ординаторов находились за городом на суше. - Я нашла упоминание о Шестом доме, - наконец, не выдержав, прошептала Невена. Глен взглянул на нее заинтересованно. - Ого. И что там было? - Все вымарано. Я смогла разобрать только одно слово, начинается на «ког», заканчивается на «н», с большой буквы, наверняка какое-то название. Глен задумался. - Возможно, какая-то крепость Шестого дома, - сказал он, пока они шли мимо одного из кантонов. – Или город. Честно говоря, я вообще мало чего об этом знаю. Зато могу ответить тебе на любой вопрос о двемерах. - Никто не знает, - вздохнула Невена. – Больше всего на свете мне бы хотелось попасть в закрытую секцию. Как думаешь, почему Трибунал скрывает все, что касается Шестого дома? - Ну, - задумчиво протянул Глен, - насколько известно, Шестой дом совершил что-то такое, за что Трибунал приговорил его к полному забвению. - Я знаю, что, - отозвалась Невена. – Предал великого Неревара. Но не слишком ли это? Может, в этой истории есть что-то, что способно очернить репутацию самого Трибунала? Глен остановился и посмотрел на свою подругу с восхищением. - Вот за что я тебя ценю – не боишься строить самые смелые догадки! Скажи это какому-нибудь жрецу, и он описается от ужаса этой мысли! Глен засмеялся, опершись на ограждение террасы. Невена подошла к нему и взглянула вниз, в темные воды под городом. - Что они будут за жрецы, если будут подвергать сомнению слова своего бога? – ответила она, помолчав. – А что мы будем за историки, если не будем этого делать? Данмер улыбался, глядя на девушку. Она была слишком увлечена своими мыслями, чтобы заметить, с каким выражением он смотрел на нее, и что была в его взгляде не только дружеская теплота. - И то верно! – сказал Глен. – Эй, ты слышишь музыку? Невена прислушалась. С плазы зиккурата, у которого они стояли, доносились звуки лютни и пение. - Может, праздник, какой-то? – ответила она, равнодушно пожав плечами. - Хочешь сходим туда? – предложил Глен. – Не все же нам грызть гранит науки. Данмерка задумалась. Ее брат Тифис заходил к ней каждый вечер, и, если она придет слишком поздно, ей не избежать долгих нудных нотаций. Однако, с другой стороны, что плохого случится, если она полчасика повеселится? Невена улыбнулась. - Пойдем.

***

На плазе округа Святого Делина собралось много простых людей: здесь были и строители, и пекари, у которых Невена каждый день покупала хлеб, и ординаторы, жившие вместе с Тифисом – данмерка знала их лица, хоть никогда не общалась с ними. Невена поискала глазами своего брата, но его здесь не было, что неудивительно: слишком серьезный и слишком занудный ординатор Тифис Нирит не посещал подобные мероприятия. Компания была уже изрядно подвыпившей, юркая аргонианка разносила напитки, и Глен взял выпивку и себе, и Невене. Девушка взяла кувшинчик с суджаммой с недоверием. - Я не уверена, что хочу пить, - сказала она, все больше забывая о своем научном открытии. - Обещаю, что приведу тебя прямо домой, - сказал Глен. – Ну или домой к брату, если хочешь. - Нет-нет, только не к брату, - запротестовала Невена, представив, как Глен приводит ее, пьяную, к Тифису. Данмер засмеялся. - Знаешь, почему историки много пьют? – произнес он, отхлебнув из своего кувшинчика. - Почему? - Потому что им всегда есть что вспомнить! Невена рассмеялась и сделала глоток суджаммы. Тепло алкоголя быстро разлилось по ее телу, поднимая настроение. - Когда ты будешь защищать свою работу? – спросил Глен. - Через две недели, - поморщившись, ответила данмерка. Ей не хотелось больше говорить о работе. - У тебя еще есть время. Мне уже послезавтра отчитываться. - Ты готов, я уверена в этом, - сказала Невена, отпивая еще суджаммы. – Ты все знаешь о своих двемерах. Мне кажется, что даже магистр Сарасвати не знает столько о двемерах, сколько знаешь ты. Глен опустил глаза, улыбаясь – ему очень польстило сказанное подругой. Он поднял взгляд и снова посмотрел на нее с обожанием, однако захмелевшая данмерка не обратила на это внимания. Ее отвлек бард, затянувший новую песню. - Спит как великанша из камня, огромней, чем башня, она,       Рокочет и стонет все время Красная наша гора.       А сон ее беспокоен, и, чтоб не проснулась, молись!       Но тут, совершенно внезапно, земля начинает трястись!       Конец неминуем! Земля начинает трястись! Глаза Невены весело заблестели. Выпив еще немного, она, не глядя на Глена, схватила его за руку. - Мне нравится эта песня! – воскликнула она. – Пойдем танцевать! Данмер немного растерялся. - Танцор из меня так себе. - Да ладно! – смеясь, произнесла Невена. – Пойдем! - Кружку вверх, молитву вспомни,       Красную гору вот-вот разорвет!       Выпей, выпей, но знай твердо –       Она нас точно всех убьет!       Однако Глен не поддавался, и, услышав их разговор, один из данмеров неподалеку сам позвал девушку танцевать, и та весело согласилась. Раскрасневшаяся, она танцевала с незнакомцем, и ее каблучки резво стучали по каменному полу.       - Вверх бокал, будь проклят день!       Красную гору вот-вот разорвет!       Заботы свои залить ты успей,       Кто ж откажется, если гибель грядет?       Тот пусть жаждой томимый умрет!       Глен продолжал улыбаться и смотреть на танцующую Невену, но почему-то ему стало очень тоскливо от всего вокруг.       - Опрокинем жгучего флина, пусть пепел и дым вокруг!       Осушим бутылку виски и вмиг захмелеем, друг!       Суджаммы глотнем мы жадно в чаду средь огней,       Еще спиртного кувшин добавим – и будем вина пьяней!       Когда конец неминуем, мы будем вина пьяней!

***

      Глен сдержал обещание и привел подругу к ее общежитию. Она не была настолько пьяной, чтобы не дойти самой, но данмер настоял, чтобы проводить ее.       - Хорошо, что мы все-таки сходили туда, - сказала все еще разгоряченная Невена. – Этот парень, с которым я танцевала, сказал, что эти праздники бывают каждый фредас в округе Святого Делина. Надо же, живу здесь уже почти год, а узнаю об этом только сейчас!       - Ты просто много работаешь, – сказал Глен, серьезно глядя ей в глаза. – Если хочешь, можем ходить каждую неделю.       - Это было бы славно!       На улице было совсем темно. На располагавшейся рядом ферме сопели и смешно покрякивали спящие гуары.       - Ну, я пойду, - сказала Невена и повернулась к двери, но вдруг Глен остановил ее.       Встав на цыпочки, он быстро поцеловал ее в губы – данмерка настолько этого не ожидала, что замерла в изумлении. Спустя мгновение, она инстинктивно отодвинула от себя Глена, подавшись назад и впечатавшись в дверь.       Тот глядел на нее с испугом и надеждой.       - Не надо, - пробормотала ошарашенная девушка.       Глен мгновенно поник.       - Извини. Тебе действительно пора. И мне пора.       Быстро развернувшись, он зашагал прочь, и Невена, боясь смотреть ему вслед, юркнула за дверь.       Она не успела перевести дыхание и понять, что же случилось, как увидела мрачное лицо своего брата Тифиса.       Он сидел в небольшой прихожей храмового общежития, наверняка дожидаясь ее. Увидев ввалившуюся внутрь раскрасневшуюся девушку, Тифис встал, и выражение его стало злым.       Сейчас начнется.       Тифис и Невена Нирит не были близнецами, но при этом имели одинаковые лица: длинные, светлые, с идентичным разрезом глаз, формой носа и пухлыми губами, даже свои черные волосы они оба одинаково собирали в высокий хвост. Тифис мог бы казаться женственным, если бы не его постоянное суровое выражение лица и небольшая бородка, которую он недавно отрастил, вероятно, чтобы отличаться от своей сестры. В детстве они частенько менялись одеждой, чтобы разыгрывать родных, и даже мать не всегда могла различить их в те времена, но сейчас взрослый зануда Тифис был категорически против такого рода развлечений.       Он был выше Невены, даже несмотря на ее каблуки.       - Ну и где ты шлялась столько времени? – грозно произнес он своим низким голосом. – Я даже успел сходить в библиотеку, но там мне сказали, что ты давно ушла! Что по-твоему я должен был подумать?       Невена осознала, как же она нелепо выглядит, покрасневшая, пьяная и встревоженная неожиданным поцелуем своего единственного друга.       - Я взрослая и могу делать, что захочу, - ответила девушка, помрачнев. – Я гуляла с Гленом. Это что, запрещено?       - Гуляла, - повторил Тифис, пристально глядя на нее. – От тебя разит алкоголем. Так гуляют представители Храма Трибунала?       Невена отмахнулась.       - Я не жрица. Мне не запрещено пить.       - А позорить Храм тебе тоже не запрещено? – громко воскликнул Тифис.       Это было уже чересчур.       - Если ты пришел сюда, чтобы всех разбудить, то, полагаю, тебе это удалось, - изо всех сил пытаясь сохранять спокойствие, медленно произнесла Невена. – У меня есть начальник – магистр Сарасвати, и если я совершила что-то непозволительное, он меня накажет за это. Но не ты. Поэтому иди-ка ты лучше… отсюда. Мне не о чем с тобой говорить.       Невена попыталась пройти в коридор, но Тифис не собирался заканчивать разговор.       - Значит, ты больше не собираешься на археологические раскопки? – спросил он, зная, куда уколоть.       - Собираюсь, - сказала девушка. – И поеду, как только их организуют, поеду и без твоего разрешения.       - Никуда ты не поедешь, - громко возразил данмер. – Я не позволю тебе ехать без маломальской физической подготовки. Я пойду к твоему старшему историку, пусть даже к архиканонику, но, если ты не будешь больше заниматься, ты не поедешь ни на какие раскопки!       Невена не хотела больше спорить. Ей было душно, тесно в том мирке, который пытался выстроить вокруг нее ее брат. Спорить не было смысла. Он все равно не сможет помешать ей в достижении ее мечты.       Ничего не ответив, данмерка прошагала в свою комнату, стуча каблуками, и захлопнула дверь.       Все вокруг было неважно в сравнении с ее мечтой.       Она мечтала знать все.

***

      Глен сидел на террасе Храмового комплекса, углубившись в книгу, когда из одного здания выбежала сияющая Невена и направилась прямиком к нему. Данмер закрыл книгу и заулыбался. С той ночи они оба больше не вспоминали тот поцелуй, будто ничего не произошло.       - Ну как твоя защита? – спросил Глен, быстро встав.       - О, все прошло просто потрясающе! – воскликнула Невена. – Магистр Сарасвати, как мне показалось, был очень впечатлен! И остальные магистры тоже. Они задавали много уточняющих вопросов, видимо, они сами многого не знали, и им понравилась моя тема!       Невена выглядела абсолютно счастливой. Это искренне радовало Глена.       - Поздравляю! – сказал он. – Мы должны это отметить!       - Да, да, - согласилась девушка, но казалось, что она не обратила внимания на его слова, воодушевленная удачной защитой своего доклада. – Один из историков заметил только, что неплохо бы подкрепить мое исследования какими-то новыми археологическими находками, и я поддержала его, сказала им всем, что готова хоть сейчас ехать на любые раскопки, даже в двемерские руины. Магистр Сарасвати сказал, что будет иметь это в виду и подумает над этим.       - Эй, в двемерские руины я тоже хочу! – весело заметил Глен.       - Тебя наверняка возьмут, если будут подобные раскопки, ты же специалист по двемерам.       Молодые данмеры были так увлечены разговором, что не сразу заметили, что из того же здания, откуда недавно выскочила счастливая Невена, вышла группа историков в храмовых мантиях, и с ними были простые рабочие в робах и в большой тележкой. Глен первым заметил, что к этой знакомой им группе подошел незнакомый данмер, тащивший на самодельных салазках ничем не приметный сверток в грубой льняной ткани.       - Эй, глянь, - прошептал Глен, прервав поток слов своей подруги. – Магистр Сарасвати вышел к какому-то бродяге.       Невена обернулась и рассмотрела происходящее. Данмер со свертком действительно выглядел потрепанным, он оброс щетиной, на нем были кожаные доспехи с искривленными, видавшими виды наплечниками. Он был похож на разбойника или солдата удачи.       К удивлению Глена и Невены, магистр Сарасвати, пожилой сгорбленный данмер в богато расшитой ярко-зеленой мантии, передал незнакомцу кошель с деньгами, и один из присутствующих историков развернул ткань, чтобы взглянуть на содержимое. Глен и Невена, не говоря ни слова, посмотрели друг другу в глаза и двинулись туда.       Под тканью лежала большая металлическая, испачканная песком и пеплом, статуя и маленький резной колокол, надписи и рисунки на котором были также скрыты засохшими кусками пепла.       - Спасибо, мутсера, - вежливо произнес потрепанный незнакомец, поклонившись магистру Сарасвати. – Я едва унес оттуда ноги живым, поэтому рад, что хоть куда-то смог пристроить эти безделушки.       - О, друг мой, это не безделушки, - тихим скрипучим голосом ответил магистр. – Это древние артефакты, представляющие огромную ценность для истории. – Магистр Сарасвати заметил подошедшего Глена и обратился к нему: - Скажи, дорогой Глен, как ты считаешь, это двемерские изделия?       Молодой данмер склонился к артефактам, осторожно коснувшись рукой перепачканного колокола.       - Вы с этой штукой поосторожнее, - заметил незнакомец, указывая на колокол. – Он при тряске немного светился каким-то красным светом, думаю, такое же будет, если по нему ударить, но я не пробовал от греха подальше.       - Не похоже, - задумчиво протянул Глен.       - Вот и я так считаю, - отозвался магистр Сарасвати. – Это не похоже вообще ни на что, что мне доводилось видеть раньше. – Тем более, если наш друг говорит правду, и колокол светится, то, вероятнее всего, это магия. Надо позвать жрецов, чтобы они осмотрели эти артефакты.       Невена смотрела на скульптуру и колокол, словно завороженная. Когда рабочие снова закрыли их тканью и переложили на тележку, девушка пришла в себя. Ей хотелось расспросить побольше незнакомца, который привез эти ценные древности, но он уже ушел.       - Магистр Сарасвати, - запыхаясь, затараторила она, идя следом за историками и рабочими, катящими тележку в здание Храма, - где этот данмер отыскал такие артефакты?       - В руинах на севере Вварденфелла, - ответил неспешный старик. – Он отметил мне это на место на карте. Говорит, что там что-то наподобие древней разрушенной крепости прямо у подножия Красной горы.       Невену это восхитило.       - Магистр, может, нам нужно устроить туда археологическую экспедицию? Кто знает, сколько еще неизведанного хранят эти руины!       - Боюсь, это невозможно, дорогая Невена, - ответил магистр Сарасвати. – Наш друг рассказал мне также, что там полно сумасшедших фанатиков, проводящих какие-то жуткие ритуалы. Возможно, стоит сообщить об этом архиканонику. Но позже. Мне не терпится поскорее изучить эти удивительные артефакты.       Глен вздохнул: сегодня они с Невеной точно не смогут повеселиться.

***

      Пока несколько магистров счищали остатки пепла и песка со статуи и колокола, Невена крутилась рядом, силясь помочь. Глен пытался уговорить ее пойти домой, поскольку уже темнело, и опытные магистры могли справиться и без молодых историков, но девушка не хотела об этом даже слышать. Как же ей хотелось знать, кто и зачем сделал эти артефакты!       Жрецы, осмотревшие предметы, пришли к выводу, что на колокол действительно наложена какая-то древняя магия, заставляющая его светиться кроваво-красным свечением, как только он звенел, но эта магия не была опасна для исследователей. Чем больше пепла соскабливалось с резной поверхности колокола, тем ярче он светился, тем четче проявлялись на нем начертанные тысячи лет назад слова.       - Удивительно, - произнес наконец магистр Сарасвати, осмотрев колокол. – Судя по языку, это творение кимеров начала первого тысячелетия Первой эры. Странно. Никогда бы не подумал, что это кимерское искусство. Невена, дорогая, взгляни на это. Я не взял свои очки и плохо вижу без них эти мелкие буковки.       Данмерка быстро подошла ближе. Она еще не полностью выучила язык древних кимеров, поэтому могла понять только отдельные слова.       Практически сразу ей бросилось в глаза ясно вырезанное в металле слово «Kogoruhn», и Невену словно ударило током.       Это был самый волнительный момент в ее жизни.       - Магистр, - понизив голос, сказала она. – Можно поговорить с вами наедине?       Старший историк удивился, но, не сказав ни слова, вышел вместе с Невеной в соседнюю комнатушку, где никого не было.       - Магистр Сарасвати, - опустив глаза произнесла данмерка. – Там написано слово «Когорун».       Магистр мгновенно изменился в лице. По всему было видно, что старик даже не подозревал, что купленные у бродяги артефакты могут быть настолько зловещими.       - Это крепость Шестого дома, верно? – тихо спросила Невена, внимательно наблюдая за реакцией магистра.       Нависла тяжелая тишина. Помолчав немного и откашлявшись, старый данмер наконец заговорил:       - Признаюсь, дорогая Невена, твоя расторопность ставит меня в тупик. Откуда ты знаешь эту закрытую информацию?       Невена чувствовала себя виноватой, но внутри у нее все ликовало от того, что она оказалась умнее и проворнее тех опытных магистров, которые сейчас продолжали очищать драгоценные предметы от тысячелетнего пепла.       - Я нашла одну из тех книг, в которой стерты страницы о Шестом доме, - призналась девушка. – И там смогла разобрать это слово.       - Это очень опасно, моя дорогая, очень опасно, - сказал магистр.       Невена пристально смотрела на старика и видела, как он колеблется и не может принять решения. Она могла его понять: с одной стороны – запрет Трибунала, а с другой – возможность прикоснуться к чему-то столь неизведанному. Какой историк может устоять?       - Но я не могу не похвалить твою тягу к знаниям, - сказал магистр Сарасвати. – История – наука точная, она не должна быть служанкой идеологии. Мы продолжим изучать эти артефакты, но… в тайне. Я сейчас же отзову всех историков. Поговорю со жрецами, чтобы они не разболтали чего архиканонику. Если слухи об этом дойдут до Вивека, то…       Магистр запнулся. Он раскраснелся еще больше, чем Невена от теплой суджаммы.       - Этими артефактами будешь заниматься ты, моя дорогая. Но все, что ты узнаешь, будешь докладывать только мне. Ни одна живая душа не должна узнать, что это имеет отношение к Шестому дому. Говори всем, что это искусство кимеров в Меретическую эру, поэтому тебе это дело и доверили. Ты меня поняла?       Невена активно закивала головой. Она не могла поверить своему счастью. Ей удалось заняться таким серьезным исследованием! Как бы хотелось рассказать об этом Глену!       Когда магистр распорядился отнести артефакты в закрытое помещение, выдав ключ от него только Невене, Глен посмотрел на подругу с изумлением.       - Надо же, - протянул он, – как тебе удалось отхватить такой жирный кусок?       Невена широко заулыбалась.       - Просто я хорошо разбираюсь в кимерах.

***

      Данмерка не знала, сколько было времени там, за пределами храмовой комнатушки, в которой она коротала вечера уже несколько недель. Она смогла расчистить артефакты полностью, но важных сведений в письменах на колоколе не было. Магистр Сарасвати разрешил ей забирать книги из библиотеки, и она сидела, сгорбившись над ними каждый день, пытаясь найти хоть что-то о Шестом доме.       Но все было тщетно.       Все, что могло иметь хоть какое-то отношение к Шестому дому, было спрятано в закрытой секции. Невена уже несколько раз просила магистра дать ей ключ, но тот еще колебался: данмерка полагала, что рано или поздно он сдастся, но пока эту крепость ей не удалось покорить. Она подробно изучала карту, которую дал ей старший историк, с отмеченным на ней местом, где искатель приключений нашел эти артефакты. В книгах она нашла упоминания и других руин в той области, у подножия Красной горы – вдруг все они принадлежали раньше Шестому дому? Какую же ценность они имели для истории! Неужели Вивек этого не понимает?       Хотя какое ему дело, он видел это все своими глазами. Ему нет нужды познать все то, что происходило в те далекие времена, поскольку он и так все знает, он там был и все видел.       Интересно, все ли он хорошо помнил, или божественная память не отличалась от человеческой?       Невена соединила на карте несколько точек, предполагаемых бывших крепостей Шестого дома, подписав самую главную – «Когорун».       Она бы и сама пошла в экспедицию, одна, даже не смотря на безумных фанатиков, засевших там. Но какой смысл этого, если ее убьют? Она не сможет сделать никакого научного открытия.       Каждый раз, погружаясь в свои мысли и заходя в тупик, Невена стучала по резному колоколу, который излучал красное свечение и издавал гулкий негромкий звон. Почему-то этот звон ее успокаивал, и однажды девушка даже подумала, что он напоминает ей голос Тифиса, но быстро отогнала эту мысль как совершенно бредовую.       Как раз в тот момент, когда Невена в очередной раз стукнула по колоколу, и по комнате разлился мягкий звон, в дверь постучали.       Данмерка всегда напрягалась в такие моменты. Она быстро закрыла все разложенные на столу книги, спрятала карту и осторожно приоткрыла дверь.       На пороге стоял Глен.       Девушка впустила его, но присутствие друга в таком месте было ей неприятно.       - Невена, - серьезно начал Глен, глядя ей в глаза, - уже почти ночь. Ко мне приходил твой брат, спрашивал, где ты. Он даже хотел сам прийти сюда за тобой, но я его отговорил.       - Его здесь только не хватало, - пробормотала Невена себе под нос, но достаточно громко, чтобы Глен услышал.       - Невена! – произнес данмер с чувством, и девушка встрепенулась от неожиданности. – Тифис беспокоится о тебе! Я беспокоюсь о тебе! Ты почти не выходишь из этой комнаты. Взгляни на себя! Ты стала бледной, ты похудела. Ты можешь заболеть! Тебе нужно заниматься чем-то помимо работы!       Невена смотрела на Глена непонимающим взглядом. Неужели он не видит, как ей это важно? Может, нужно просто сказать ему, о чем ее исследование, тогда он все поймет? Но это так рискованно…       Он врет.       Эта мысль, внезапная и четкая, всплыла в голове Невены так, будто принадлежала не ей, будто кто-то произнес ее извне, но прозвучала она ее собственным голосом.       Он не любит тебя.       Он завидует тебе.       Они увидели твои таланты, магистр доверил тебе важное дело, и он хотел бы занять твое место.       Он врет.       Невена отшагнула назад, и взгляд, которым она смотрела на Глена, вдруг изменился. Как она сразу не заметила, что ему нельзя доверять?       - Ты прав, - сказала она. – Я скоро пойду домой.       - Давай я тебя провожу.       - Нет! – воскликнула Невена, и Глен замер он неожиданности. – Я сама. Мне нужно… еще пару минут. Я зайду к Тифису сама. Не беспокойся об этом.       Когда Глен вышел, Невена снова заперла дверь на ключ.       Надо поменять замок.       Надо перепрятать все записи.

***

      - Дыши! Не забывай дышать!       Тифис держал ноги Невены, лежащей на полу; ее ноги были согнуты в коленях, и она поднималась и ложилась снова, пока ее брат вслух вел счет.       - Тридцать два, тридцать три…       Невена раскраснелась и шумно выдыхала воздух. Ей тяжело давались физические упражнения, которые ее заставлял выполнять Тифис, но теперь она хотя бы понимала, зачем ей это нужно.       Археологические экспедиции могут быть опасными.       - Тридцать шесть. Еще немного!       Невена остановилась на сорока и осталась лежать на полу своей комнаты в общежитии, пытаясь отдышаться. Тифис встал и сел на ее кровать.       - Ты сегодня рано, - сказал он. – Как продвигается твое исследование?       Он интересуется не просто так.       Невена приподнялась, все еще тяжело дыша, и с подозрением покосилась на брата. Действительно ли он пытается что-то вызнать или просто интересуется?       - Не очень быстро, - ответила девушка. – Если магистр Сарасвати одобрит экспедицию, то, конечно, будет намного лучше.       - И куда? – спросил Тифис, протянув руку сестре.       Он не любит тебя.       Он хочет тебя контролировать.       Он служит Храму, он выдаст тебя, если что-то узнает.       Невена поднялась без помощи Тифиса и поправила растрепавшийся хвост.       - Я не знаю места, - соврала она. – Тот данмер, который привез артефакты, объяснил местоположение руин магистру Сарасвати. Я ничего не знаю.       - Вы проверяли эти артефакты на предмет магии? – не унимался Тифис. – Вдруг они зачарованные, и поэтому ты попала под их влияние. Сама посуди, с тех пор, как их привезли, ты больше ничем не интересуешься, ты проводишь там…       Невена остановила его, отмахнувшись.       - Да, мы вызывали жрецов. Мне ничего не угрожает. Если бы угрожало, магистр не позволил бы мне заниматься этим в одиночку.       - Я очень надеюсь на это, - сказал Тифис.       Он врет. Он не заботится о тебе.       Данмер встал и отстегнул свой пояс, сняв его вместе с висящим на нем кинжалом в кожаных ножнах. Смотав пояс, он протянул его вместе с кинжалом Невене. Девушка посмотрела на него с недоверием.       - Это еще зачем? – раздраженно бросила она.       - Я хочу, чтобы этот кинжал был у тебя, - сказал Тифис. – На тот случай, если вы все-таки отправитесь в свою археологическую экспедицию. Мало ли что.       Невена взяла в руки пояс и кинжал, достала его из ножен. Он был необычным, его лезвие было черным и зазубренным.       - Я все равно не умею сражаться, - сказала Невена, немного смягчившись.       - Ну, бить надо острым концом.       Тифис засмеялся, и Невена слабо улыбнулась.       - Спасибо, - сказала она. – Но я все же надеюсь, что мне никого не придется убивать.       Тифис вздохнул.       - Я тоже.

***

      Невена шла по каменным плитам, засыпанным пеплом, стуча каблуками. Несмотря на то, что была ночь, она все видела: лава, толчками выбрасываемая из жерла Красной горы, наполняла все вокруг красно-оранжевым сиянием.       Красная гора клокотала и содрогалась.       Она была невероятно близко. Серая кирпичная крепость, удивительно сохранившаяся за несколько тысячелетий, была построена у самого подножия вулкана; все эти годы Красная гора укрывала Когорун пеплом, но никогда – лавой и камнями.       Невена была уверена, что это и есть Когорун.       Она остановилась, чтобы посмотреть на Красную гору, и у нее захватило дух от величия этой картины. Рядом с крепостью толпились какие-то люди, которых Невена не могла разглядеть. Земля задрожала в такт урчанию Красной горы, и вдруг над ней всполохнуло ярко-красное пламя.       Невена проснулась в комнатушке в Храме.       Она уснула прямо на столе рядом со своими записями и книгами. Девушка поднялась и потерла глаза. Сколько сейчас времени? В комнатушке не было окон, поэтому она не могла понять, сколько проспала.       Невена стала все реже возвращаться в свое общежитие, проводя максимум времени в Храме. Она почти не спала, почти не ела, поэтому неудивительно, что ей снились такие сны. Данмерка чувствовала себя так, будто по ней проехала повозка, запряженная несколькими гуарами.       Невена встала и вышла из Храма.       На улице стояла глубокая ночь. Кое-где по террасам у зиккуратов города патрулировали ординаторы, и Невена старалась не попадаться им на глаза: кто знает, кто скрывается за этими золотыми шлемами, возможно, ее брат или какой-нибудь его друг, который непременно расскажет Тифису о том, что его сестра шляется по городу по ночам. Невена прошла один зиккурат и остановилась у ограды террасы, чтобы просто постоять, подышать, ощутить хоть что-то.       Вдали от Вивека темнела самая высокая гора, над которой уже несколько ночей не гасло слабое зарево – наверное, ее сон был правдив, и Красная гора сейчас извергается. Ну, или во всяком случае начинает извергаться.       И почему города Шестого дома находились в таких жутких местах?       Невена чувствовала трепет и дикую усталость.       Ей нужно было попасть в закрытую секцию библиотеки. Ей нужно было попасть в Когорун, без этих двух составляющих ее исследование не сдвинется с места и не имеет никакого смысла.       Постояв и подумав немного, Невена вдруг встрепенулась и помчалась на верхний этаж округа Святого Олмса, где, как ей было известно, жил магистр Сарасвати.       Правда она не знала, где именно. Заметив коридор, в котором дежуривший ординатор задремал, опершись о стену и повесив голову на грудь, Невена постучала в первую попавшуюся дверь.       Ей открыла заспанная пожилая данмерка.       - Извините, - протараторила Невена, - здесь ли живет господин Сарасвати?       Судя по лицу пожилой данмерки, Невена выглядела то ли пугающе, то ли безумно.       - Во имя Троих, что-то случилось? – проговорила пожилая незнакомка. – Он живет в последней квартире по коридору.       Невена подхватила эту идею.       - Да-да, случилось, кое-то очень серьезное случилось, - быстро пробормотала она, активно кивая. – Спасибо большое, мутсера!       Девушка кинулась в конец коридора, и пожилая данмерка продолжила смотреть ей вслед. Невена застучала в нужную дверь изо всей силы, так, что встрепенулся даже задремавший ординатор.       Ей быстро открыла то ли служанка, то ли рабыня в холщовом халате с ничего не соображающим взглядом.       - Мне нужен магистр Сарасвати, - выпалила Невена. – Срочно. Это очень важно.       Служанка явно растерялась, но впустила девушку. Зайдя в квартиру магистра, Невена заметила свое отражение в большом зеркале, висящем на стене прихожей, и удивилась, что это действительно она: ее волосы были распущены и растрепаны, на худом осунувшемся лице темными впадинами темнели сверкающие безумным огоньком глаза – она была похожа на умалишенную. Теперь понятно, почему Тифис приставал к ней с вопросами о здоровье.       Но Невена больше не верила своему брату. Она не верила никому.       Пока данмерка рассматривала свое невеселое отражение, служанка привела заспанного магистра Сарасвати.       - Невена, - удивленно протянул старик. – Что случилось?       - Магистр, мне нужно срочно знать, что вы решили на счет моих многочисленных просьб.       Старший историк захлопал глазами, не понимая смысла ее слов.       - Просьб? О чем ты?       Невена подошла ближе к магистру.       - Я просила вас, магистр, разрешить мне пользоваться книгами из закрытой секции, - быстро заговорила она, сложив руки в молящий жест. – Я уверена, что там есть информация о Шестом доме, а она мне очень нужна. Срочно нужна. Без нее в моем исследовании не будет никакого смысла. И еще Когорун – позвольте мне отправиться в экспедицию в Когорун, хотя бы одной, молю вас!       Старик опешил. Он знаком велел служанке уйти и, обхватив высокую Невену за руки, усадил ее за стол.       - Дорогая, - тихо произнес он своим скрипучим старческим голосом, - ты очень устала, не выспалась. Я думаю, что тебе стоит взять некоторый перерыв в этом…       Магистр не успел договорить, как вдруг Невена с силой впилась в его руки, лежащие на столе.       - Нет! Прошу вас, нет! Не лишайте меня этого исследования! Я обещаю, что справлюсь лучше, чем кто бы то ни было, только дайте мне шанс!       Возможно, в тот момент старший историк впервые осознал, какую опасность принес в Храм. На его лице мелькнуло беспокойство, которое он пытался спрятать от Невены, которая была явно не в себе.       Не в себе из-за этих артефактов.       Магистр задумался, закусив губу. Нужно было как-то избавиться от этих предметов, тихо, не придавая этому огласки. Но что с ними делать? И как быть с Невеной? Его сонный разум отказывался соображать.       - Послушай, дорогая, - примирительно сказал старик. – Я тоже очень хочу взглянуть на руины Когоруна, и я уже работаю над этим, подготавливаю почву, чтобы организовать экспедицию так, чтобы Трибунал ни о чем не узнал. Но закрытая секция – это слишком серьезно. Погоди немного, и все решится.       Он врет.       Взгляд Невены вмиг стал холодным.       Ты и так знаешь слишком много, он будет пытаться избавиться от тебя.       Он боится, всю жизнь боится Трибунала и не пойдет наперекор ему, как бы ни хотел.       Он врет.       Невена опустила глаза, пытаясь сдержать накатывающую волну гнева.       - Вы же сами говорили, магистр, что история не должна быть служанкой идеологии, - медленно проговорила она.       - И я не отказываюсь от своих слов, - сказал магистр Сарасвати. – Ты слышишь меня, дорогая? Тебе правда необходимо отдохнуть. Я сказал, что все будет, но надо немного подождать. Когда мы найдем что-либо в экспедиции, тогда я поделюсь с тобой всей необходимой информацией о доме Дагот.       Глаза Невены сверкнули. Она с надеждой подняла их на старшего историка, и тот понял, как оплошал. Да уж, действительно с возрастом он становился все более рассеянным. Не стоило говорить ей это слово.       Это слово было запретным.       - Я поняла вас, магистр. Я буду ждать и не побеспокою вас.

***

      Невена нависла над своей картой, планируя свой путь в Когорун. Они не станут помогать ей, и она отправится туда одна.       Возможно, стоило поехать в Гнисис на силт-страйдере, а оттуда пешком брести по северным пепельным склонам Красной горы. Если повезет, можно поймать корабль, идущий в Вос, но в земли Телванни корабли ходили редко.       Невена не спала несколько дней.       Сидя в своей комнатушке в Храме, она почти беспрестанно стучала по резному колоколу, поскольку этот звон ее успокаивал и вселял надежду. Все получится. Все должно получиться.       Несколько ночей Невена пробиралась в библиотеку, пытаясь отомкнуть проклятый замок, но он был не так прост. Ключ наверняка был в кабинете магистра Сарасвати, но в тех коридорах Храма всегда дежурил кто-то из ординаторов, даже ее брат Тифис.       Но его бесполезно просить о помощи.       Вдруг в дверь постучали, и девушка вздрогнула.       Спрятав свои записи, она осторожно приоткрыла дверь и увидела Глена.       Она уже давно не видела его и не вспоминала о нем. Нахмурившись, что он снова беспокоит ее за работой, Невена не стала открывать дверь полностью и впускать его – хватит и того, что она согласилась вообще его увидеть.       - Чего тебе? – холодно произнесла данмерка, и лицо Глена заметно погрустнело.       Он опустил глаза.       - Я хотел предложить тебе сходить прогуляться, - сказал он вяло, понимая, что она откажет. – Сегодня фредас, на плазе Святого Делина снова будут музыка и танцы.       - Нет, спасибо, - равнодушно отозвалась Невена.       - Как хочешь, - сказал Глен. – Если вдруг передумаешь, приходи.       Глен ушел, и Невена вернулась к своей карте. Она не могла думать ни о чем другом, все ее мысли постоянно возвращались к этой манящей закрытой двери в библиотеке: она твердо решила, что отправится в Когорун в ближайшее время, но для начала ей хотелось узнать, что же от нее скрывают.       Скрывают от всех.       Но как туда попасть?       Надо как-то отвлечь ординатора, но что может отвлечь такого блюстителя правил, как Тифис? Сегодня фредас, и как раз он будет дежурить около кабинета магистра. Его ничего не способно сдвинуть с места.       Разве что…       Идея так внезапно пронзила разум Невены, что она вскочила и начала быстро ходить по комнате, обдумывая свой план. Она не справится одна, ей нужна помощь. Кто может ей помочь?       Глен.       Выскочив из комнаты и заперев дверь дрожащими руками, Невена понеслась на плазу округа Святого Делина со всех ног. На плазе было ярко и шумно, подвыпившие данмеры танцевали вокруг барда, распевавшего знакомую песню. Невена очень отличалась от них, растрепанная, бледная, словно выбравшаяся из могилы, она пробиралась через толпу, выискивая Глена, но никак не могла его найти.       - Вверх бокал, будь проклят день!       Красную гору вот-вот разорвет!       Заботы свои залить ты успей,       Кто ж откажется, если гибель грядет?       Тот пусть жаждой томимый умрет! Расслышав слова песни, Невена вдруг замерла. В ней воспылала такая злость, что она выхватила у проходящей мимо аргонианки кувшин с флином и бросила его в барда – кувшин со свистом пролетел над головой поющего данмера, звонко разбившись о стену. Музыка мгновенно стихла, бард опешил и пошатнулся от страха; какая-то женщина, увидевшая неудавшееся нападение, громко завизжала, остальные захмелевшие данмеры продолжали танцевать и смеяться, не обращая внимания на отсутствие музыки. Началась суматоха, и Невена, не видя больше ничего вокруг, тяжело дыша, будто разъяренный бык, бросилась к барду, с силой толкнула его – бедняга не удержался на ногах и, выронив лютню, рухнул на пол. Крики усилились. - Сумасшедшая! - Позовите ординаторов! Девушка выхватила лютню и с яростью замахнулась, чтобы ударить барда, но с нескольких сторон сразу на нее набросилось трое мужчин, пытаясь ее остановить. - Богохульник! – вопила Невена. – Красная гора веселит тебя? Ты должен сдохнуть! Невена брыкалась, пока мужчины оттаскивали ее от барда. Танцы и смех прекратились, и в какое-то мгновение к данмерке подлетел взбудораженный Глен. - Отпустите ее! – воскликнул он, хватая ее за руку. – Не надо ординаторов! Она со мной, она просто сильно перебрала! Я сейчас уведу ее домой! - Она бешеная! – возразил один из мужчин, державших ее. - Пожалуйста, отпустите ее! – кричал Глен, но его крики таяли в общем гуле. Невена резко дернулась, выпросталась из рук незнакомца, и Глен, быстро ухватив ее за рукав, кинулся бежать, уводя ее из шумного зала. Невена нервно оглянулась и увидела подходящих к барду ординаторов, но, кажется, никто не стал их догонять. Глен и Невена остановились только в тот момент, когда выскочили на сушу за пределы кантонов Вивека. Какое-то время они просто стояли, тяжело дыша, прислонившись к стене одного из общежитий. Наконец Невена нарушила тишину: - Глен, ты должен мне помочь. Если ты не поможешь мне, я погибну. Молодой данмер посмотрел на нее с мучением. Невена подошла ближе и схватила его за руки. Ее глаза горели безумным огоньком. - Умоляю, помоги мне! - Хорошо, Невена, - тихо отозвался Глен. – Я сделаю все, что попросишь.

***

Коридоры Храма были пусты. В полутьме, словно статуя, скрестив руки на груди, сидел ординатор, облаченный в золотые доспехи и шлем с ирокезом. Тифис не снимал шлем, даже когда рядом никого не было. Правила есть правила. На дворе стояла глубокая ночь. Иногда Тифис читал храмовые книги, но вскоре понял, что перечитал их все, поэтому он просто сидел, погруженный в свои мысли, периодически обходя свой маршрут. Что могло произойти ночью в Храме? Не успел он подумать об этом, как вдруг снаружи коридора послышался шум. Шаги приближались, было слышно, что кто-то бежал сюда. Тифис встал, и в тот же миг дверь распахнулась, и на ее пороге появился запыхавшийся Глен. - Тифис, это ты? – воскликнул он. – Мне сказали, что ты здесь! Тифис быстро стащил с себя шлем. Смутное предчувствие, вызванное появившимся здесь Гленом, усиливалось с каждой секундой. - Скорее, - проговорил Глен, с трудом дыша. – Там Невена… Нужна помощь… Скорее! Внутри у Тифиса все упало. Ни минуты не колеблясь, он бросил шлем на пол и помчался за молодым историком. Глен вел его к комнатушке Невены. Там было не заперто и совершенно темно, единственным источником света являлась открытая ими дверь. Данмеры вскочили внутрь. - Невена! – закричал Тифис. Вдруг тусклый свет из открытой двери погас, и ключ щелкнул в замке снаружи. Воцарилась тяжелая тишина. - Глен, - неуверенно позвал Тифис. - Я здесь, - грустно отозвался тот. Они оба оказались заперты. Когда спустя несколько мгновений Глен нашел и зажег свечу, Тифис все так же растерянно продолжал стоять посреди комнатушки, силясь понять, что же произошло. Глен тяжело вздохнул и сел за стол, опустив глаза. - Во имя Троих, Глен, что это еще такое? Молодой данмер пожал плечами. - Не спрашивай меня. Я не знаю. Невена попросила меня сделать все это, и, как видишь, мы оба попались в эту ловушку. Я даже не стал спрашивать ее, зачем ей было нужно заманить тебя сюда. Она так просила, я думал, что она вот-вот расплачется. Я просто не смог отказать. Тифис смотрел на него с ужасом. - Глен, - сказал вдруг он, все еще не двигаясь с места, - что с ней творится? Глен опустил голову. - Если бы я знал. Она давно не говорила со мной, мы с ней даже не видимся почти. Она все сидит здесь безвылазно, и я даже не знаю, в чем суть ее исследования. Тифис подошел к углу, в котором стояла таинственная статуя и резной колокол. Ординатор коснулся колокола, слегка постучал по нему, и по комнате разлились слабое красное свечение и низкий гул. - Эти артефакты прокляты, - заключил Тифис. – Я завтра же пойду к архиканонику и доложу об этом. Где мы были раньше! Почему сразу не спасли ее! Глен снова вздохнул. - Я не хотел тебе рассказывать, но сегодня она начала дебоширить на плазе Святого Делина. Набросилась на барда, грозилась его убить. И все из-за какой-то песни. Тифис взглянул на Глена таким взглядом, что тому стало еще хуже. Вскоре данмеры решили поискать записи Невены в этой комнате, но ничего не нашли – по всей видимости, девушка успела забрать их и спрятать в другом месте. Прошло пару часов, и дверь наконец открылась. Перед ними стояла Невена, бледная, шатающаяся, холодная, словно лед. Тифис понял, что не было никакого смысла требовать от нее отчета в ее действиях, она все равно ничего не расскажет, поэтому они вместе с Гленом отвели ее домой, в общежитие. - Если хочешь, можешь переночевать у меня, - сказал Тифис, когда они с Гленом стояли у порога комнаты Невены. - Нет, спасибо, - равнодушно отозвалась данмерка. Тифис ушел к себе, твердо решивший идти завтра к архиканонику.

***

Невена все-таки смогла отыскать ключ в кабинете магистра Сарасвати. За это время, что Тифис и Глен провели в комнате Храма, она успела отыскать две нужные книги в закрытой секции и спрятать их в своей комнатке общежития, куда и заранее отнесла все свои записи и драгоценную карту – это тоже было небезопасно, но она все равно не собиралась проводить здесь много времени. Всю ночь она читала книги из закрытой секции и встретила новый день рыдая взахлеб на полу своей комнаты, оплакивая открывшуюся ей судьбу дома Дагот и свою жизнь, проведенную в абсолютной лжи. Она не заметила, как наступило утро. Вся ее жизнь перевернулась с ног на голову. Она не могла простить Тифису и Глену, что они не слушали ее, что не были рядом, что врали ей; она не могла простить магистру Сарасвати то, что он скрывал эту страшную правду от нее, ото всех и продолжает скрывать, боясь за свою жизнь. Вина магистра была куда более тяжкой, чем всех остальных. Невена продолжала всхлипывать, зажавшись в угол, словно побитый зверь, когда в ее дверь постучали. Она с трудом поднялась и открыла дверь. Это снова был Глен. Данмер испугался, увидев Невену заплаканной, но быстро взял себя в руки. - Невена, - тихо сказал он, - тебя зовет к себе магистр Сарасвати. А, магистр. - Я сейчас приду, - ответила данмерка, и, когда Глен удалился, принялась быстро складывать свои вещи в сумку. Больше она сюда не вернется. Ей не нужно было много вещей, самым главным и ценным были ее записи и книги. Открыв шкаф, Невена увидела пояс с кинжалом, который дал ей Тифис, она достала его и повязала на бедра – теперь оружие ей пригодится. Солнце уже достаточно поднялось над Вивеком, оно золотило плескающуюся под кантонами воду и гладкие плитки, которыми были выложены зиккураты, но это сияние больше не радовало Невену. Весь город она видела совсем по-иному, все казалось ей совершенно другим. Она ненавидела Вивек. Этот город больше не для нее, теперь есть другое место для таких, как она, теперь у нее есть другой дом. Когорун. Когда девушка вошла в Храм, у кабинета магистра она встретила Тифиса, и все встало на свои места. Это он, ее брат, пришел жаловаться на нее врагам. Слепой глупец! Невена никак не проявила своих эмоций. - Почему ты с сумкой? – спросил Тифис. - Тебя это не касается, - ответила девушка. – Меня зовет магистр. Она быстро вошла в кабинет старшего историка, стуча каблуками. Тифис ждал ее недолго, прошло около десяти минут, и Невена вышла. Данмер попытался ее остановить, но Невена отмахнулась от него. - Стой! – воскликнул Тифис. – Куда ты собралась? Куда ты пойдешь? Ординатор пытался схватить ее за руку, но Невена резко оттолкнула его, выхватив из ножен кинжал – и Тифис заметил, что его черное лезвие было в крови. Он замер. Его так ошеломило, что все остальное казалось ему чем-то нереальным. Он смотрел на оскалившуюся Невену и не видел своей сестры. На него с ненавистью смотрела какая-то чужая женщина, полная страдания, безумия и злости. - Только посмей остановить меня! – прошипела она и бросилась бежать. Тифис стоял как вкопанный, пытаясь осознать произошедшее. Он взглянул на дверь кабинета магистра Сарасвати, откуда только что вышла Невена, и его обдало холодом. Он не знал, сколько еще стоял, боясь пошевелиться и сдвинуться с места, но, когда Тифис пришел в себя, он кинулся в кабинет магистра, и увиденное ударило его словно молнией. Посреди кабинета навзничь лежал мертвый магистр Сарасвати со стеклянными глазами и раной от зазубренного кинжала в груди.

***

Тифис стоял у полуразрушенной крепости с темнеющим входом у самого подножия Красной горы. С вершины вулкана стекала, шипя и искрясь, вязкая лава, освещая все вокруг страшным светом. Данмера шатало, он почти не ел и не спал несколько недель, пытаясь разыскать сначала того искателя приключений, что продал артефакты Храму, а потом и это зловещее место. Когорун. Но он должен быть сильным. Пусть даже его убьют, он не может оставить свою сестру в таком месте, он должен попытаться спасти ее, если это еще возможно. Тифис сделал несколько шагов вперед, продвигаясь к тяжелой окованной металлом двери. Вдруг дверь приоткрылась, оттуда выплыла бледная фигура в красно-черной мантии и, широко улыбнувшись, подошла к Тифису. Тот напрягся и схватился за рукоять меча. - Мутсера, мы рады приветствовать тебя дома, - сказала незнакомая данмерка, поклонившись. – Я не видела тебя во сне, как Невену Нирит, но теперь вижу по твоему лицу, что вы от одной крови. - Это не мой дом, - с отвращением процедил Тифис. – И не дом Невены. Я пришел забрать ее отсюда. Бледная данмерка улыбнулась сладкой и противной улыбкой. - Ну как же, мутсера, - возразила она. – В Невене Нирит течет кровь Великого дома Дагот. Шестого дома. Значит, и в тебе тоже. Тифис разозлился. - Довольно! – воскликнул он, доставая меч из ножен. – Или ты зовешь сюда Невену, или сейчас лишишься головы! Улыбка сошла с лица данмерки. - Как пожелаешь, - сухо ответила она. – Может, Невена переубедит тебя. Фигура скрылась в темном пролете. Тифис осмотрелся: Красная гора извергалась, но это место, казалось, было защищено от любых разрушений, кроме тех, что вызваны временем. Земля начала дрожать под ногами. Вскоре из той же огромной двери показался знакомый высокий силуэт, который приближался, стуча каблуками. Невена не была такой осунувшейся и растрепанной, как в Вивеке, и Тифис невольно поймал себя на греющей его мысли, что она хотя бы хорошо себя чувствует.       На Невене была такая же черно-красная мантия, как на бледной данмерке.       - Зачем ты пришел? – строго спросила девушка, остановившись на почтительном расстоянии от брата.       Тифис быстро спрятал меч и шагнул к Невене, но она отстранилась назад.       - Невена, пойдем со мной, - начал данмер, дрожа вместе в Красной горой – то ли от непрекращающегося выброса лавы, то ли от волнения, то ли от страха перед тем, что услышит от сестры. – Давай уедем из Вивека и начнем новую жизнь. Я обещаю, что никогда не упомяну о том, что произошло.       - Это мой дом, - спокойно ответила Невена. – И твой тоже. Здесь мне открыли глаза. Мы с тобой – наследники Шестого дома. Потомки тех немногих, кто смог уцелеть, когда дом Дагот был уничтожен Трибуналом. Теми самыми живыми богами, которым ты служишь. А ты знаешь, почему?       Тифис опустил голову. Ему не было никакого дела до Шестого дома. Он просто хотел вернуть свою сестру.       Невена шагнула ближе к нему. Ее глаза налились яростью.       - Глава дома Дагот мешал Трибуналу получить божественные силы. И они убили его. И его, и Неревара. Они скрывают это, преследуют тех, кто это знает как богохульников, но их руки по локоть в крови. Трибунал приказал вырезать весь Шестой дом, чтобы скрыть свое преступление.       - Невена! – воскликнул Тифис, схватив ее за руки. – Это все было тысячи лет назад! Это не так важно, как мы с тобой! Посмотри, мы живые, мы стоим здесь, у подножия вулкана, и страдаем, а я не хочу, чтобы ты страдала! Во имя Троих, я не знаю, что сказать, не знаю, как убедить тебя! Я не умею красиво говорить. Пожалуйста, вернись. Ты нужна мне. Всем нужна, и Глену, этому твоему другу, которому я раньше, честно говоря, не очень доверял. Вернись к нам!       Тифис обхватил равнодушное лицо сестры ладонями, и слезы наполнили его глаза. Кто мог знать, что все это так далеко зайдет, что все это закончится так!       Лицо Невены оставалось холодным.       - Я не уйду без тебя! – воскликнул Тифис и обнял Невену.       Ему показалось, что он обнимает статую.       Прошло несколько тяжелых минут, в которые был слышен лишь ропот Красной горы.       - Прости, брат, - тихо произнесла Невена.       В тот же миг лезвие с зазубринами вошло в его спину.       Тифис не сразу понял, что произошло. Его поразило резкой болью, вцепившись в девушку, он медленно сполз на каменный пол, и Невена не стала его удерживать. Отвернувшись, она, стуча каблуками, исчезла за огромной дверью, унеся с собой последнюю надежду. Тифис не мог пошевелиться от боли.       Его глаза, полные слез, устремились к Красной горе.       Ее красное свечение медленно потухало.       Как и все вокруг.