Мир забытой искренности

Прошло несколько дней с приезда виконта в церковь. Филл чувствовала, будто острейшее лезвие зависло над ее головой и всякий раз старалась меньше и меньше попадаться людям на глаза. Даже Марта не могла лишний раз достучаться до девушки, оставляя еду на пороге. Филл выходила из дома либо рано с утра, либо поздно вечером, лишь для того, чтобы впустить и выпустить кур, да бахчу прополоть. Нервы сдавали и всему виной был не только новый пастор, а еще и приближение дня всех святых. В прошлом году девушка слышала, как ее зазывали феи в густой лес, который даже местные охотники обходили стороной. Только и оставалось, что плести веники из сухоцветов и заваривать лекарства, да передавать их через порог горожанам, моля снова и снова не говорить священнику о ее существовании. Но разве хоть раз это работало? Однажды девушке все же придется выйти из дома в полный опасностей мир и столкнуться с этим человеком нос к носу. И этот самый момент настал. У ведьмы закончилась дикая гвоздика и укутавшись потеплее, девушка взяла свою корзину, клюку и направилась в лес, игнорируя песни фей и бубны, разносящиеся из глубины чащи. Найдя более или менее приветливую, освященную лучами закатного солнца полянку, где росла нужная трава, она присела на кочку и стала срывать стебельки, нашептывая наговоры. Только так она могла отвлечься от вездесущего священника, не выходящего из ее головы. А лес становился все менее безопасным и звуки ритуальной музыки становились все громче, яснее. Это пугало юное создание, никогда не причинявшее никому зла. Оставив попытки набрать как можно больше цветов, дева встала, чуть пошатываясь от голода и направилась наощупь через трущобы и буреломы. Будучи травницей она знала этот лес, но одно дело утром ходить, а другое дело ночью. Вот простой пример. Недалеко от тропинки, на которую случайно вышла дева, мимо деревьев пробежали пару бесов верхом на костяных конях. И не были они такими, как на картинках изображали. Не было в них низкого роста, поросячьих пяточков и копытца. Это были воины высокие, широкоплечие. Их серовато-голубая кожа была покрыта чешуей, будто у дракона, а мужественные черты лица дополняли черные, густые бороды и бородки. А вот и нежить поменьше , танцуя, собиралась к костру. Идти среди кикимор и утопцев совершенно не хотелось, но выбора не было. Сейчас это был их лес, а значит игра по их правилам обязана была быть сыграна. - Как же все не во время.- раздосадовано чертыхнулась девушка, сжимая корзинку в руках и оглядываясь по сторонам вышла на большую поляну, где бесновалась и придавалась оргиям разного толка нечисть, включая ее сестер - ведьм дьявольского культа. Спрятавшись за широким стволом деревьев, девушка села на землю, желая дождаться утра. Ведь от сюда с утра по прямой можно было выйти на тропинку до деревни. Сладострастные стоны и смех "гостей" сего безобразия ее несколько смущали, но музыка привлекала своей хаотичностью. Однако оставался вопрос - Почему их до сих пор не поймала инквизиция? Однако подобная ситуация, в которую попала Филл сейчас была важнее глупых вопросов. Незапятнанная кровью ведьма считалась изгоем в ковене и предавалась гонениям со стороны демонов и прочих ползучих тварей, что добавляло пикантности ситуации. А гости все приходили и было не понятно, как они все поместятся в этом месте. Будто издеваясь над местными жителями и ввергая в ужас всех, кто подойдет к этому месту, они устраивали такой шум, что слышно за версту. Сейчас Филл даже священнику была бы рада, если сказать честно. Вдруг фанфары стихли и послышался голос, который заставил ведьмочку застыть в ступоре. -Воистину этот праздник достоин исторической летописи! Раз в семнадцать лет мы принимаем жертву, которая дарует нам вечную молодость и вечное, сладкое проклятье пополнить ряды нашего лорда. Голос отзывался эхом во тьме. Отвратительный и гнусавый, завывающий и пробирающий до мурашек голос старшей ведьмы, которую Филлиция ни раз слышала в день всех святых. Зажмурившись, девушка сжала в ладонях оберег, скрывающий от зла и сжавшись в комочек молила светлых духов леса, чтобы те защитили ее, но у судьбы были иные планы. -Среди нас я чую ту, что хоть и рождена ведьмой, но не благословлена жертвенной кровью. Выходи, самозванка. Или мне придется наслать на тебя своих кадавров. Приказной тон верховной заставил бедняжку сжаться в комок. Она боялась эту страшную женщину инстинктивно и не подчиниться просто не могла, а потому выдохнув, она встала и выглянув из-за дерева вышла, сжимая в руках корзинку с цветами, что вызвало оглушительный смех среди старших сестер. -Я .. я здесь, верховная. - выдохнула травница, нервно переступая с ноги на ногу. Такая неуверенность еще больше вызвала издевательств и жуткого гогота, особенно среди мужчин, что девушке не нравилось и смущало. -Вы посмотрите кто пришел. Так это наша отступница, которая из года в год игнорирует мой призыв. Что хочешь сказать в свое оправдание? - высокомерно спросила верховная , тряхнув рыжей гривой волнистых волос. В ее ярко - зеленых глазах Филлиция видела лишь презрение и брезгливость, что в сущности никак не трогало девочку, да только опасность растления или чего хуже принесения в жертву был очень велик. Любят эти ведьмы надругаться над всем тем, что им чуждо. -Мне нечего сказать тебе. Я просто заблудилась. А ты раскидала свои сети по всему лесу, испоганив его. Ночь - твое время, верховная. А день - мое. Так что ты хочешь от меня услышать, если знаешь ответ? Я бы и под страхом смерти не пришла, если бы ты меня не достала. - попробовала храбриться целительница, подняв голову и глядя прямо в глаза женщине фыркнула - Короче я пошла. Нет мне дела до вас. У меня работа. -Дура! - прошипел один из бесов, кинув в девушку огрызок от вороны, которую девушка сразу подобрала и отправила в лукошко. Хороший оберег получится, грех не воспользоваться - Они тебе спасибо не скажут. Скоро святочный день и ты, дорогая моя, пойдешь на костер. Люди ничтожны и слепы к добру. Так зачем стараться, если это никто не оценит? Это было последнее, что услышала девушка, ибо просто ушла обратно по тропинке в чащу. Она знала, что тот бес был прав. Рано или поздно ее могли бы продать церкви, но пока это не случилось, нужно было выжать максимум и помочь большей части людей. Пробираясь сквозь чащу и овраги и прислушиваясь к ветру девушка ухитрилась разодрать одежду, изрезать в кровь ладони и пару раз упасть. Холод пробирался прямо под кожу и жутко хотелось обратно в теплую постельку. -Вот и на кой черт я поперлась в это место? Знала же, что так будет. То не коренья, а ноги. И не ветки, а пальцы. Да и смех этих бесов я слышала. Сволочи решили мою честь запятнать. А это что такое? - она с удивлением посмотрела на пальцы, которые были покрыты спекшейся кровью. Не помнила она, чтобы хоть кого-то убила, от чего подобное вызвало панику и животный страх, затуманивший разум. Это чувство заставило бежать юную ведьму. Бежать, не оборачиваясь и не сворачивая. Теперь то она наконец поняла смысл этого чертового шабаша. Поняла почему люди закрывали ставни и молились всю ночь, стоя на коленях перед иконами. Черти окружали ее всюду. Доселе светлый , густой лес превратился в одно большое поле для грехопадения и смерти. Не та поляна была их тронным залом, а все это место, включая деревню, один масштабный пир для нечисти, которая догоняла, хватала за локти и пятки смеясь над слабой жертвой. Сейчас Филлиция Керриндот как никогда почувствовала на своей шкуре , что ощущает загнанный в капкан зверь. Темные, склизкие лапы хаоса проникали в ее душу и сердце, стараясь как можно сильнее опорочить ее, привязать, сковать и подчинить. Она противилась этому, убегая все дальше. Разум помутился, но она бежала не останавливаясь и лишь одна мысль крутилась в голове - Бежать...бежать...не останавливайся! Настигнут! Накажут за то, что ты другая. Им не надо угрожать. Не надо говорить ничего. Они и без того знают на сколько ты слаба. Беги, глупая травница или умрешь. Девушка не помнила как добежала до деревни и плетясь по темным улицам, измученная и уставшая, она добрела до церкви. Никогда в жизни Филл не была так напугана, чтобы посчитать, что тут ей могут помочь. Стоя у ступеней и сжимая в руках разорванную корзинку из которой торчали два пожухлых цветочка, она все никак не решалась сделать шаг. Но шум и гул из леса заставил ринуться в перед и ударить кулаком по закрытой двери церкви - Помогите мне!! На помощь!! - в слезах отчаяния и боли закричала она, ударяя снова и снова в дубовую дверь кулаком. -Да иду я, иду. Не надо вышибать дверь...-послышался приятный и умиротворяющий голос внутри. Щелкнул засов и массивная дверь открылась. Девушка подняла невидящие от слез глаза на пастыря и рухнув на колени, от чего тот опешил, прошептала - Помогите...молю...никогда не просила о помощи у церкви, но прошу. Спасите меня. Мужчина смотрел на девушку с минуту, держа свечу в руке и лишь тяжко вздохнув, поднял ее, приобняв за плечи и завел внутрь не задавая вопросов. Священник выглянул в сторону леса и наконец закрыл дверь за девушкой. -Такой шум посреди ночи. И что с твоей одеждой, милая. Почему ты вся в крови!? О, господи, да ты ледяная. - испуганно пробормотал он , взяв бедняжку за руку и быстро отвел девушку в комнату. Налив ей горячей воды, он протянул чашку и сел напротив, смотря с тревогой. Мужчина ждал, пока травница придет в себя и наконец расскажет, что случилось. -Тепло...но теперь я более явно чувствую боль...это плохо и хорошо. Значит живая. - подумалось Филл, пока она грела руки о чашку и недоверчиво наблюдала за священником. -Так...Меня зовут Риак. А ты, несчастное дитя? - спросил он тихо, явно желая разорвать тишину. Он взял девушку за руку, от чего та дернулась и попыталась выбраться из горячего плена, но он не отпускал, а изучал ее ранения, проводя по ним влажной тканью - Руки все в царапинах, костяшки сбиты, на лице ссадины и ты вся в саже и золе. А еще у тебя в волосах веточка. - он заботливо вынул мешающий мусор из волос и откинул в сторону, даже не заметив, как эта самая веточка рассыпалась в труху. Шпион был убит даже без знания, что он шпион. -Не знаю с чего начать... - дрожащим голосом сказала Филл, укутавшись в плед и смотря на Риака не отрываясь - При условии, что я в церковь не хожу, вряд-ли я могу рассчитывать на помощь. Я просто не знаю, как мне вам рассказать то, что я пережила. Этот ужас, боюсь, будет преследовать меня очень долго. Но я боюсь, что вы не так меня поймете. - опустив глаза, Филл вздохнула. Священник хмыкнул, покачав головой. Его явно не устраивал ответ девушки и то, что она так боится его. -Сегодня день всех святых. Самое сильное время для нечисти и ведьм. -сложив руки на груди, мужчина прикрыл глаза. Похоже, что он хотел подробностей, однако не желал давить на итак испуганного ребенка. Он промочил в теплой воде ткань и стал вытирать мордашку девушке от крови и сажи, заботливо улыбаясь и мурлыча какую-то мелодию. -Почему сразу ведьмы?-попыталась увильнуть от темы девушка, осознав, что наделала. Естественно ней сейчас будет ряд вопросов и это может выдать ее. Те слова беса как проклятье звучали в ее ушах, но верить в них Керриндот не собиралась. Люди не на столько скоты, чтобы предать ту, которая никому не вредила, а лишь жила рядом с приемной мамой в старом доме. -Потому, что ты похожа сейчас на ту , за кем гналась нечисть. А потому я прошу тебя рассказать мне обо всем, что случилось. Не бойся. Ты же Филлиция Керриндот - местная лекарь? - этот вопрос вверг девушку в шок и вскочив, она уронила кружку - Я..я...Я никогда никому не желала зла. Лечила всех. Жила мирно. Клянусь. - воскликнула она, наблюдая, как священник еле сдерживает смех и краснея с каждой минутой все больше. Этот человек начал ее бесить. Что он о себе возомнил? -Я не собираюсь тебя обвинять ни в чем. Горожане рассказали твою историю и я принял во внимание факторы, заставившие тебя вести подобную деятельность. Да и люди говорят, что ты лечишь, причем успешно. Сама понимаешь, я буду наблюдать за тобой. А теперь уж тем более. Но мне важно знать подробности, чтобы помочь тебе. - сказал мужчина, все же вернув лицу былое хладнокровие. Филл все еще не доверяла мужчине, но все же выбора у нее не было. Могла пострадать деревня из-за охоты на нее одну. Такие прецеденты были и не раз. Сев на лавку, девушка сложила руки на коленях и тихо произнесла - Я расскажу все.