Одна душа на двоих

Младший обернулся и встретился с голубыми глазами, в точности как у него. Пока омеги были где-то в прострации, Мин смотрел на них с удивлением. Гляделки и дальше бы продолжались, но их прервал голос альфы. — Чимин, а что ты делаешь? - спросил альфа, подходя к омежке, отчего тот вжался в кресло. Юнги на это тяжело вздохнул и посмотрел на альбомный лист, на котором был изображён Тэхён. — Очень красиво, маленький. Я пойду, а ты познакомься с врачом, а потом посмотрим с тобой фильм, если захочешь. Хорошо? - задал вопрос старший, зная что ответа не будет, а только перепуганный и жалостливый взгляд. — Знакомьтесь. Но если ты что-то сделаешь не так, я тебя убью, - прошипел Мин на ухо омеги и покинул комнату. Как только омеги остались одни, в комнате настала тишина. Младший продолжал изучать взглядом незнакомца. Потом Донхён решил познакомиться с ребёнком и начал медленно к нему подходить. — Привет, меня зовут Ким Донхён, но ты можешь называть меня Хён. Мне 33 года. Я буду с тобой заниматься, пока твой отец на работе. Хочешь? Тебя Чимин зовут? - ласково спросил старший, смотря прямо в глаза омежки. Но тот ничего не ответил, продолжая рассматривать лицо напротив. Донхён понял что ответа не будет, тяжело вздохнул и прикрыл глаза, пытаясь не разреветься. — У тебя очень красивые волосы, ты знаешь? - пересиливая слёзы и мешающий ком в горле, который не давал нормально дышать, сдавливая грудную клетку, сказал омега и нежно погладил маленького по голове. На это действие младший только зажмурился и отвернулся к рисунку, беря в руки карандаш. — Это ты нарисовал? Очень красиво, я тоже умею рисовать. А давай друг друга нарисуем? - стараясь сделать более весёлый вид, предложил Донхён. Чим на эти слова снова повернулся к омеге. Старший снова сел на корточки перед ребёнком и заметил тот самый кулон с ангелочком, который одел на своего сына перед его исчезновением. И всё, тут он уже не смог сдерживать слёзы, которые начали катиться по лицу омеги. Он что есть силы прижал к своей груди свою маленькую частичку, которую так долго искал, не спал ночами думая о своём ребёнке. От резких движений старшего подросток перепугался и начал всхлипывать, пытаясь выпутаться из  крепких объятий. Дон как только понял, что испугал мальчишку отстранился, смотря в заплаканные глазёнки. — Прости, солнышко, я не специально. Не плачь, - начал оправдываться омега. Ему так хотелось рассказать всю правду и услышать, как его назовут папой, но нельзя. Это может сильнее повлиять на и так шаткую психику. — Всё, всё, успокаивайся и будем рисовать. Да? - начал успокаивать мальчика старший, взяв второе кресло и садясь рядом. Просидели омеги за портретами полчаса, потом, когда младшему омеге это надоело, они сели за просмотр дорамы. Омежка сел рядом с врачом, но практически не касаясь его. Спустя час просмотра у Чимина начали слипаться глаза от усталости, и он начал потихоньку расслабляться, ложась на грудь Донхёна, который нежно поглаживал его по блондинистым волосам. Через пятнадцать минут Чимин уже мило сопел маленьким носиком, удобно облокотившись головой на грудь омеги. Старший решил дать ребёнку отдохнуть, поэтому осторожно переложил мальчика на подушку, а вместо себя положил большую мягкую игрушку в виде кролика и укрыл одеялом, чтобы тот не замёрз. Омежка приоткрыл губки и крепче обнял игрушку, продолжая спать. Донхён умилился с такого милого поведения омежки и, не удержавшись, нежно поцеловал в лоб, тихо выходя из комнаты. Оказавшись в коридоре, омега начал осматриваться на наличие кого-нибудь, кто мог бы его проводить к Мину. Но неожиданно из-за спины послышался грубый голос, из-за которого омега подпрыгнул со страха. — Вы закончили? Где Чимин? - пробасил альфа, смотря в упор на омегу, и сложив руки на груди. — Да, он уснул, - ответил тихо Дон. — Хорошо, пошли, - приказал Юнги, направляясь в свой кабинет. А омеге ничего не оставалось как последовать за мафиози. — Что ты можешь сказать как врач? — Состояние в целом не такое плохое как я думал, но и не всё отлично. - начал говорить омега под прожигающим взглядом чёрных глаз, в которых плясали черти.  — Он не может говорить из-за страха, который он пережил, с прикосновениями та же проблема, он боится, что если снова начнёт доверять, то будет больно, - объяснял омега и видел, как сильно альфа сжимал челюсти и кулаки. Он был зол, очень зол, но не на сына и не на врача, который сейчас дрожал перед ним, а на себя. Он поддался желанию и сломал вечно улыбающегося и жизнерадостного ребёнка. — Сколько времени нужно для лечения? - немного успокоившись, спросил Мин. — Точного времени я назвать не могу. Всё зависит от того, как Чимин будет реагировать. Может месяц, а может и три, - тихо ответил омега, пытаясь не упасть в обморок от прожигающего взгляда. — Ясно. Можешь идти, комнату тебе покажут, - прошепелявил альфа, и омега пошёл к двери, радуясь, что наконец-то покинет этот злосчастный кабинет, от ауры в котором можно откинуться. Но его остановил голос Юнги. — Стоять! Развернулся! - рыкнул альфа, поднимаясь с кресла и за два шага оказался возле омеги, грубо взяв того за подбородок и смотря прямо в глаза. — Кого-то ты мне напоминаешь, но не могу вспомнить кого. — Я не знаю... - проговорил омега, молясь, чтобы альфа его не вспомнил. — Точно! Пак Тэмин, это ты, я тебя сразу по глазам узнал. Если ты рассчитываешь на то, что я верну тебе Чимина, можешь не надеяться, он мой истинный и мой ребёнок. Ты же психолог и сам понимаешь, что с ним будет, если он правду сейчас узнает, поэтому ты будешь хорошим мальчиком и спрячешь язык за зубами, иначе знаешь что будет... - с громкого тона и переходя на шёпот, словно змей, шипел Мин, обводя пистолетом шею омеги. — Х-хорошо, господин Мин, - заикнулся Донхён. — Молодец раз понял. Если что-то нужно по поводу Чимина – сразу обращаться ко мне. Когда будете куда-то уезжать или уходить – предупреждать меня. А если с моего сына упадёт хоть один волосок, я спрашивать буду только с тебя. И ещё не дай бог ты дашь Чимину сладкое, будешь головой отвечать, у него аллергия. Если есть вопросы - задавай, нет – свободен, - холодно сказал альфа, обратно присаживаясь в кресло. — Я хотел спросить, можно мы сегодня пойдём в парк погуляем? Ему нужно заново привыкать к людям. — Хорошо, с вами пойдёт охрана и если у меня получится, то я тоже. — Х-хорошо. Четыре вечера. Донхёну показали комнату и перевезли его вещи. Когда ему надоело сидеть там, он пошёл к Чимину, который продолжал спать. Зайдя в комнату, он тихо начал рассматривать фотографии. На первом фото был Юнги, который держал Чимина одетого в милый комбинезончик. На другом Чимин держал черепашку на море. Омега смотрел на счастливое личико сына и корил себя за то, что не смог подарить ему ласку и заботу, приласкать, обнять, когда нужно. От мыслей его отвлекло копошение в кровати. Омега повернул голову и увидел взъерошенного воробушка, потирающего глаза. — Чимин, ты проснулся? Голова не болит? - старший подошёл и осторожно сел на кровать.Взгляд у младшего омеги был заспанным. — Пошли кушать? - предложил он, на что ему ответили отрицательным мотанием головы. — А потом пойдём гулять, хочешь? - получив краткий кивок, омега встал с кровати, помогая Чимину подняться, и они пошли на кухню. После ужина Донхён помог Чимину выбрать одежду, и они пошли в парк. Юнги пошёл с ними, отчего младший почти всю дорогу прижимался к своему новому врачу, который ему сильно понравился. За четыре часа прогулки омежка сильно устал и поэтому заснул в машине. Дома Юнги перенёс омежку в его комнату и, переодев его в пижаму, пошёл собираться на работу. — Спи в его комнате, ему часто кошмары снятся, когда он один. Я вернусь утром, - сказал Юнги, прежде чем выйти из дома.