"Нужён"

Арс отрывается от поцелуя и принимается исследовать губами шею и плечи Шаста. Его руки перемещаются вниз и осторожно гладят бока и выступающие ребра. Шаст вдыхает носом воздух, на мгновение задерживает дыхание и притягивает Арса к себе. - Не-а, - выдыхает ему в губы. - Арс, ты охеренно целуешься. Давай продолжим. Арс сдерживает улыбку и молча снова приникает к его губам поцелуем. Он представления не имеет, как целуется. Ну, вроде никто не жаловался, но и подобных комплиментов не говорил. Хотя, это достаточно странный комплимент. Впрочем, наверное, он странно звучал бы от женщины, а от Шаста не то что не странно, а даже естественно. Абсолютно по-Шастовски. Хотя, само по себе это признание очень необычно. Если честно, Арс ничего подобного не ожидал от него услышать. Арсу тоже нравится целоваться с Шастом. Тот уже перестал пытаться забрать инициативу и теперь отвечает на действия Арса, а не задает им тон. Арс не против и другого расклада, но не сейчас. Ему хочется этим поцелуем донести до Шаста собственные чувства. И в нем уже нет отчаяния и бури эмоций. Это поцелуй-ласка, поцелуй-признание, поцелуй-желание. Да, так Арс тоже умеет. Когда начинает контролировать свои эмоции. А сейчас именно такой момент и это реально необходимо. Арс понимает, что, по сути, для Шаста все происходит впервые. Точнее, впервые именно осознанно и с полным принятием происходящего. Он не может не оценивать свои ощущения. Ощущения Арса сейчас не поддаются описанию и оценке, да это и не нужно, он просто счастлив, а вот Шасту нужно понять, что с Арсом ему будет хорошо. И речь сейчас исключительно о физике. Это иная близость, чем с женщиной, даже на уровне поцелуев, но она приносит не меньшее удовольствие. И сейчас Шаст получает немалое удовольствие, судя по его реакции и реакции его организма. Его стоящий и уже весь влажный от выделяющейся смазки член, которым он трется о живот Арса, вряд ли даже понимая, что делает это, как бы говорит о том, что его обладателю очень даже хорошо в данный момент. Но Арс решает, что должно быть еще лучше. Он все-таки оставляет рот Шаста в покое и одним движением опускается вниз. Скользит губами по животу, специально задевая подбородком головку колом стоящего члена и чувствуя, как он вздрагивает от каждого прикосновения. Шаст цепляется за его руки, сильно сжимает их пальцами и подается бедрами вверх. Ему мало этих мимолетных прикосновений. Арсу на самом деле тоже. Он просто дразнит. Но его не хватает надолго. Он ждал этого момента слишком много времени, чтобы продолжать испытывать собственное терпение. Арс на секунду приподнимает голову, чтобы просто посмотреть на Шаста, который в этот момент закусывает нижнюю губу и делает резкий вздох, явно пытаясь сдержать стон разочарования. Что ж, разочаровываться ему приходится недолго. Арс опускает голову вниз и проводит губами от основания члена к головке. Берет ее в рот и облизывает, задевая кончиком языка уздечку и слизывая обильно выделяющуюся смазку. - Бля-я-ядь, - Шаст прогибается в пояснице и подается вперед бедрами. – Арс… Арс не отвлекается от своих ласк, он прекрасно понимает, что это не обращение к нему, а выход эмоций. И он продолжает ласки, действуя уже более откровенно. Он берет член глубже, скользит языком по стволу, практически полностью вбирая его в рот и плотно сжимая губами, задерживается на пару секунд, прижимая головку к основанию неба, возвращается обратно и повторяет свои действия. Одной рукой он придерживает бедра Шаста, не давая ему делать слишком резкие движения, а второй нежно ласкает напряженные яички. Через какое-то время Арс переключается исключительно на головку, ласкает ее губами, облизывает то медленно, то ускоряя темп, то останавливаясь на уздечке и исследуя ее самым кончиком языка, а потом снова погружает ствол в рот и творит что-то невообразимое, на этот раз сосредотачивая ласки чуть ниже головки в районе нежной чувствительной складочки. Шаста просто уносит от испытываемых ощущений. Минеты в его жизни присутствовали и присутствуют, но то, что творит сейчас Арс, не идет ни в какое сравнение с тем, что у него было все это время. Арс явно знает каждую чувствительную точку и каждое доставляющее удовольствие действие. И использует сейчас свои знания по полной. Шаст за свои двадцать семь лет впервые целиком и полностью отдается партнеру, не контролируя себя и свои действия. Его накрывает мощнейший оргазм, от которого кровь стучит в висках и сбивается дыхание. И чтобы прийти в себя, ему требуется некоторое время. Арс тоже дышит тяжело. Вид Шаста, который абсолютно и полностью доверился ему, тормоза Арса если и не отключил, то основательно испортил. Оральный секс для него не что-то из ряда вон выходящее, но не когда объект его неудовлетворенного несколько лет желания отдает себя в его полное распоряжение и от доставляемого им удовольствия выпадает на какое-то время из реальности. И Арс свой контроль отключает нахрен и делает все, что хочет. А хочет он доставлять удовольствие Шасту и получать его сам. Судя по результату, получилось и то, и другое. Шаст находится все еще в прострации, а до Арса только сейчас доходит, что он тоже кончил. И он представления не имеет, прикоснулся ли он хоть раз к своему члену, или это был все-таки бесконтактный оргазм. Такое у него бывало несколько раз, но очень давно, и то во время анального секса. Нда, а Шаст ведь даже ни разу до него не дотронулся… А что будет, когда он это сделает? Мысли материальны, что называется. Стоило только об этом подумать, как Шаст притягивает Арса к себе и целует его в губы. Он обнимает его, ласково гладит ладонями по плечам и спине, перемещается к пояснице и, закинув свою ногу сверху, прижимает плотнее к себе. - Ты тоже кончил? – спрашивает, практически не разрывая поцелуя. - Да. - Когда? - Не знаю, - Арс улыбается. - Как это? - Не спрашивай. Я представления не имею, что, когда и как делал. - Охренительно, - Антон отрывается от его губ и встречается с ним взглядом. – Это было охренеть как охренительно, - он укладывает Арса на спину и пристраивается на нем сверху, обнимая его за плечи и полностью накрывая собой. - Мне пиздец как стыдно в этом признаваться, но я чувствую себя так, словно только сейчас по-настоящему лишился девственности. - В какой-то степени так и есть, - Арс улыбается и чмокает Шаста в губы. - Но я намерен лишить тебя ее полностью, - он обхватывает его за бедра ногами и скрещивает их у него на заднице. – Я очень давно этого хочу, - подается навстречу, задевая его член своим и ясно давая понять, что сейчас речь не о лишении девственности, а о сексе. – С тобой. - Давно? - Шаст покрывает его шею и скулы поцелуями. - Очень давно, - выдыхает Арс, ловя его губы своими губами. – Но я не хочу, чтобы ты делал то, к чему не готов. Я уже сказал тебе, что не сделаю ничего, чего ты не захочешь. - Это я тогда не знал, чего точно хочу, - шепчет Шаст, отвечая на поцелуй Арса. – Потому что не знал, как это может быть, и что я буду чувствовать, - Антон предельно откровенен. - А сейчас уже знаю. С тобой охуительно, - отрывается на секунду от поцелуя и поднимает взгляд на Арса. – Или все-таки в такие моменты лучше говорить хорошо, прекрасно, классно… - спрашивает с улыбкой. - Охуительно тоже подойдет, - смеется Арс, утыкаясь в его грудь лицом и прижимаясь губами к левому соску. – По крайней мере, привычно. - Тогда с тобой охуительно, - Шаст, продолжая улыбаться, зарывается носом в его волосы. - И я с тобой готов на что угодно и хочу все. - Пошли в душ, - Арс убирает ноги с задницы Шаста и пытается вылезти из-под него. – Я весь в твоей сперме. - А я в твоей? – Шаст не очень-то спешит выпускать его из своего плена. - Моя где-то на постели. Ты тоже в своей. - Блядь, у меня сегодня день сплошных лишений девственности. - Ой, только не говори, что ты никогда на себя не кончал, - Арс продолжает смеяться. - Кончал, естественно, но не размазывал и вообще практически всегда вытирал сразу. - У тебя вода в дефиците? – Арс перестает пытаться выбраться из-под Шаста, обвивает его шею руками, запускает пальцы в волосы, гладит затылок и целует впадинку между ключицами. – Или тебе больше нечем было заняться сразу после секса? Шаст не отвечает. Он закрывает глаза и чуть откидывает голову назад, давая Арсу возможность продолжить свои ласки. Шасту все это безумно нравится. Все, что делает Арс, доставляет неимоверное удовольствие. Даже вот такие почти невинные поцелуи и прикосновения. И его эти действия Арса сейчас успокаивают, потому что он, на самом деле, охуеть как нервничает. И именно поэтому не выпускает Арса из объятий, поэтому не встает сам и не идет в душ. Арс недвусмысленно дал понять, да практически сказал прямо, что они сейчас будут трахаться. И Шаст на самом деле хочет этого. Просто ему жутко стремно, что он в этом деле реально девственник. А то, что у Арса опыта больше чем достаточно, сомневаться не приходится. Как и в том, что Шасту снова будет охуительно, но вот самому Арсу… Шаст имеет представление об анальном сексе, пусть и минимальное, но только не с мужчинами. И вообще, на мужчин ему плевать с высокой колокольни. На всех, кроме одного. И вот на этом одном, который ему пиздец как уже дорог, он сейчас будет ставить опыты, иначе ведь и не назовешь то, что они собираются делать. Остается лишь надеяться, что Арс это понимает. Потому что самому Шасту это понимание вообще не добавляет оптимизма. В данном случае как любовник он совершенно нулевой. У него нет опыта ни в практике, ни в теории. И насколько Шаст не любит изучать какую бы то ни было теорию, сейчас он бы хотел для начала позаниматься именно ей. Потому что ему абсолютно небезразлично, как себя с ним будет чувствовать Арс. - Шаст, - Арс несильно сжимает в ладонях его лицо и заставляет открыть глаза, - ты где? - Здесь, - Антон встречается с ним взглядом. - Я нигде сейчас не хочу быть, кроме как здесь с тобой. Уточнение про сейчас немного режет Арсу слух, но он решает не обращать на это внимание. В конце концов, он задал вопрос тоже вроде как про данный момент. Да и в принципе в ближайшее время не хочется ни о чем думать, кроме секса. Потому что Арсу уже пиздец как хочется наконец-то трахаться с человеком, которого он хочет, которого он любит, и которому он небезразличен. А сейчас он знает, что небезразличен Шасту. - Пошли в душ, - он все-таки выбирается из-под Шаста и встает с кровати. – Можно обойтись и без него, конечно, если тебе салфетками и полотенцем привычнее… - Неее, - перебивает его Антон, смеясь. – Хочу пахнуть имбирной печенюхой, а не освежителем воздуха «Морской бриз». - Это не печенюха, дурень, - Арс, смеясь, стаскивает его с кровати. – Это ветивер и сандал. - Похрен, даже знать не хочу, что это, но пахнет вкусно, - Шаст повисает сзади на его плечах. – От тебя всегда так пахнет, - шепчет ему в ухо и прихватывает мочку губами. – И когда у Матвиенко заканчиваются вкусняшки, я частенько подумываю спиздить твой гель и выпить его. - Шаст, какой же ты дурень, - смеется Арс, заталкивая его в душевую кабинку. – Мойся давай. - Ну, я, может, и такой, но жить-то с этим тебе, - Шаст закрывает кабинку и включает воду. Арсений смотрит на струйки воды, начинающие стекать по стеклу, и расплывчатый силуэт Шаста, и тяжко вздыхает. На самом деле это его мечта – жить с Антоном. Никого не трогая, не показывая специально их отношения, но и не пряча и боясь спалиться. Не строя из себя загадочного героя с тщательно скрываемой личкой. Мечта несбыточная, это он прекрасно понимает, а главное, абсолютно принимает. Сейчас он имеет то, о чем мечтал несколько лет и не верил, что эти мечты могут когда-нибудь стать реальностью. Уже за одно это стоит благодарить всех, кого там принято благодарить. Он не знает, что будет дальше, но даже то, что есть - уже счастье. - Я все, - заявляет Шаст, вываливаясь из душевой кабинки. – Теперь ты. А я в кровать. - Иди, - Арс касается губами его голого плеча. – Печенька, блин. - Это что-то там и сандал, - Шаст поучительно поднимает палец вверх. – А ты дурень. - Но жить-то с этим тебе, - повторяет его слова Арс. - А меня устраивает, - заявляет Шаст и выходит из ванной. Арс закатывает глаза к потолку и включает воду. Ему не верится, что все это происходит на самом деле. Удивительно, но только сейчас он понимает, что Шаст принял его целиком и полностью и действительно видит их вместе. От понимания этого наступает невероятное облегчение. Арсу давно не было так легко и хорошо. И хочется побыстрее оказаться рядом с Шастом, чтобы продолжить воплощать в реальность мечты, которых немало накопилось за все время, что Арс сходил по Шасту с ума. Не успевает он подойти к кровати, как у них обоих начинают трезвонить телефоны. Шасту звонит Стас, а Арсу Оксана. - Блядь! - Блядь! Выругиваются они синхронно. - Что-то случилось, - Арс вертит в руках телефон. – Вдвоем мы не можем сейчас взять трубки. Разговаривай ты. Я буду молчать. - Ок, - Шаст кивает и принимает вызов. Стас сообщает, что Матвиенко потерял очередной паспорт. Короче, все должны посмотреть у себя, потому что велика вероятность, что он ткнул его кому-то в сумку. А если ни у кого нет, то кому-то придется остаться с ним, чтобы нанять машину, ведь загран он с собой в этот раз не взял. - Блядь, ну Сережа, - Арс не может сдержать смех, хотя, на самом деле тут, скорее, нужно в голос материться. – Я даже не удивлен. - Я тоже, - бурчит Шаст, быстро натягивая на себя одежду. – Матвиенко паспорт надо в трусы вшить, но ведь он и их потеряет! - Угу, - Арс останавливает Шаста, обнимает и целует в губы. - Это ведь не конец? – задает вопрос, который вдруг почему-то появился в голове. - Нет, - Шаст отвечает на поцелуй. – Начало. Если Матвиенко, блядь, сам не потеряется, и нам не придется искать его всю оставшуюся жизнь, - говорит раздраженно. – Арс, - он обнимает его и прижимает к себе, - я не сотворю больше никакой хуйни, клянусь. Мне сейчас придется уйти, ты же понимаешь. Но я не хочу уходить от тебя. Правда. - Иди, - Арс нехотя отстраняется от него. - Пока кто-нибудь не начал разыскивать тебя или меня и шариться по коридору из номера в номер. - Мы продолжим, - Шаст чмокает его в уголок губ. – Да? - Обязательно, - кивает Арс и невесело усмехается. – Но уже не сегодня и не здесь. - Ну и пусть, - Антон успокаивающе гладит его по плечам. – Арс, это не конец. Ты мне веришь? - Верю, - тот снова притягивает Шаста к себе и целует. – Все, иди, а то придется, как в дурацких комедиях, прятать тебя в шкафу. - Иди посмотри, нет там кого-нибудь уже. Арс выглядывает за дверь, видит пустой коридор и выпускает Шаста из номера. Это было бы смешно, если бы не было так грустно. Им постоянно предстоит попадать вот в такие нелепые ситуации, прятаться, уходить друг от друга в самое неподходящее время, скучать и изображать только дружеское общение. Арс не знает, понимает ли это Шаст, но надеется, что понимает. Потому что ему совсем не хочется, чтобы тот, поняв до конца, на что пошел, не послал Арса нахрен. Почему-то сейчас, когда Шаст ушел, Арса начинает накрывать какой-то непонятной паранойей. И когда он совсем не знает, как с ней справиться, ведь реальных предпосылок для нее нет, телефон извещает о пришедшем сообщении. Он открывает сообщение и не может сдержать улыбку. Сообщение от Шаста с двумя одинаковыми смайликами – рожицы с подбитым глазом. Ну, это сейчас точно они оба. И Арс успокаивается. Он тоже отправляет Шасту ответный смайлик с человечком на костылях, что означает полный облом, и идет открывать дверь, в которую кто-то настойчиво барабанит. Нежданным визитером оказывается Сережа, и Арсу хочется прям на пороге взять его и придушить. И это желание возрастает, когда тот входит в номер, делает короткий вдох, потом еще один и бросает странный взгляд на Арса. Правда, ничего не говорит, а Арс и не спрашивает. Ему вообще не хочется знать, что и по поводу чего думает Матвиенко. Пусть лучше ищет свой гребаный паспорт! Через час паспорт все-таки находится в ресторане, где они ужинали, и все хотят прибить Сережу. Ложиться спать уже нет никакого смысла, поэтому они собираются все вместе, пьют кофе и отправляются на вокзал. Но перед этим, когда они идут за вещами, Шаст успевает, пока никто не видит, буквально на секунду затащить Арса к себе в номер и поцеловать коротким поцелуем. И Арсу этого сейчас абсолютно достаточно, чтобы верить, что это на самом деле не конец, а только начало.