"Нужён"

Сережа очень сильно удивляется, когда ему звонит Шаст и напрашивается к ним на тусовку. Еще когда-то давно при разговоре о разных тусах и гулянках Шаст спросил у Сережи, не скучно ли ему там находиться трезвым. Не то чтобы нужно обязательно набухаться вхлам, ну хотя бы бокал пива или какого-нибудь коктейля для настроения никогда ведь не помешает? Матвиенко не спорит с подобными утверждениями или предположениями. Он не знает, как со стороны непьющего человека объяснить, что весело может быть и без алкоголя. Да и Шаст не какой-нибудь алкаш, чтобы пытаться донести до него, что трезвый – не значит скучный. Ему эти проповеди ни к чему. Как и все, он не будет пить, когда это нужно. И напивается он очень редко, чтобы учить его жизни и объяснять, что алкоголь – не залог хорошего настроения. В общем, тогда Сережа сказал, что как-нибудь возьмет его с собой на какую-нибудь тусу со своими друзьями, которые тоже не пьют, и Шаст сам все увидит, и показал ему фотки и видео с подобных тусовок в своем закрытом акке в инсте, куда он добавляет только друзей. Ну и добавил туда Шаста, который почти на каждую фотку или видео задавал вопрос – а вы тут точно трезвые? Сережа уверял, что они трезвы как стекло, но они не против, если к ним присоединяется и кто-то пьющий. Матвиенко выложил пару историй с очередной тусовки, где они отрывались в одном подмосковном клубе на тематической «Сельской дискотеке», и буквально через десять минут ему позвонил Шаст, которому скучно дома и очень хочется где-нибудь оторваться. Сережа ведь обещал позвать его на их трезвую тусовку. Так почему бы не сделать это сейчас? В принципе, почему бы и нет? Просто Сереже странно, что Шаст на самом деле хочет провести время вот в такой компании. Но что-то ему подсказывает, что это не просто так. И он хочет узнать, в чем причина подобного желания Шаста. Почему-то ему кажется, что причину он знает. И эта причина – Арс. И ему пиздец как хочется позвонить и спросить, что еще натворил этот долбоеб, но он себя сдерживает, хоть уже и не сомневается, что причина именно в нем. Сережа решает дождаться Шаста и просто посмотреть на него, его настроение и его поведение. Шасту херово и хочется что-нибудь разнести к чертовой матери. Он искренне не понимает, почему, если Арсу нужен именно он, тот не может сделать свой выбор и послать нахер этого Игоря. Ну почему Шаст свой выбор сделал и порвал отношения с Ирой? Он не жалеет об этом… Хотя… Сейчас Шаст уже не знает. С ней не было того, что было с Арсом. Она никогда не вызывала ни на эмоциональном, ни на физическом уровне такого дикого желания быть с ней. И с ней Шасту никогда не было так хорошо на всех этих уровнях, как с Арсом. Но зато с ней все было спокойно и ровно. И Шаст точно знал, что все бывшие и их проблемы ей до фонаря. Правда, и к Шасту она не испытывала каких-то особых чувств, да и он к ней тоже, но зато и вот такого пиздеца, как с Арсом, в их отношениях быть просто не могло. С Арсом же постоянно что-то происходит. Но, в отличие от него, Шаст о его чувствах думает. А Арс? Ему важны только его чувства? Да вообще, что для него важно? Чего он хочет на самом деле? Шаст очень хотел бы знать ответы на эти вопросы. О чем он сейчас на самом деле думает? У него начали налаживаться отношения с этим его Игорем, и теперь он действительно мечется между ними, не зная, куда в итоге приткнуться? Или попросту не может выбрать, потому что и там, и там что-то связывает? Но Шаст не хочет вот таких отношений! Он не хочет понимать это и ждать, пока Арс определится! Если определится вообще, а не будет делать из Шаста дурака и рассказывать ему истории, которые он должен будет понимать и принимать. Как бы ни было тяжело, но расставаться нужно сейчас. И это не Арс будет определяться и делать выбор. Шасту как-то совсем не манится стать любимой женой или же второй женой. Пошел бы Арс со своим гаремом куда подальше! Уж как минимум Шаста в этом гареме точно не будет! И выбирать и определяться ему не нужно. Шаст сделает это за него. Точнее, уже сделал, сказав, чтобы он оставался там, то есть, в Питере вместе со своим Игорем. Шаст залпом выпивает оставшиеся грамм двести виски и лезет в инсту. Оттуда пришло сообщение, что Матвиенко выложил что-то новое в своем личном акке. Шаст недолго думает, присоединиться сейчас к нему или нет. Однозначно да! Отметить, так сказать, принятое важное решение. И пусть там компания непьющих, но ведь Матвиенко говорил, что они не против, если к ним присоединится кто-то, кто не является трезвенником. Поэтому Шаст звонит Сереже и через час уже оказывается на месте. Сережа видит Шаста уже явно слегка поддавшего, и понимает, что он абсолютно прав, и у того что-то произошло, от чего ему сейчас очень херово. Сережа исключает проблемы по работе. Шаст, конечно, тот еще человек настроения, но даже когда что-то идет не так в работе, он не звонит ему и уж тем более не напрашивается в его компанию. Значит, здесь явно что-то личное. А личное у него сейчас с одним единственным человеком, который, и Матвиенко это прекрасно знает, умеет поганить жизнь не только себе, но и близким людям, а особенно тем, для кого он хоть что-то значит. Для Шаста же он значит очень много. Увы, Сережа в этом убедился и понял, что на это никак не повлиять. Шаст как-то сказал, что Арс дал ему очень много. Что ж, видимо, настало время расплаты. И расплачиваться Шаст будет гораздо большим, чем получил от Арса. Сможет он с ним работать и дальше? Сережа не уверен. И ему очень хочется надеяться, что Арс все-таки не совершил непоправимых ошибок. Он хоть и понимает, что если Шаст пришел к нему, а не к Стасу или каким-то своим друзьям, с которыми он близок, то там явно какой-то лютый пиздец, но все же надеется, что это все еще не катастрофа. Правда, надежды на это становится все меньше, когда он видит, что Шаст явно решил напиться. И хоть Сережа изначально не стал задавать никаких вопросов, сейчас он хочет хотя бы попытаться узнать, что же все-таки произошло между этими двумя, и какую хуету сотворил Арс на этот раз. - Шаст, - Сережа подходит к нему и забирает у него пустой бокал, - тебе утром в офис. - Да похуй! – тот заказывает еще выпить. – Серый, я там завтра вообще с утра один. Могу и не приходить, - залпом выпивает содержимое нового бокала. – А пойду я танцевать! – он встает со стула и чуть не падает на пол. - Ты уже на ногах не стоишь, - Матвиенко помогает ему удерживать равновесие, держа его за руки. – Шаст, хочешь, поехали ко мне? - Нет, - тот пытается отцепить руки Сережи от своих, но с координацией у него на самом деле беда, его шатает, поэтому он сам в итоге цепляется за его руки. - Ну, хотя бы без танцев можешь обойтись? – Сережа усаживает его обратно на стул. – Я боюсь, что ты покалечишься. - Хер с ними, с танцами, - Шаст показывает, чтобы ему еще налили выпить. – У меня и поводов для них нет. Я буду петь! - Еще не легче, - Матвиенко видит, как Шаст делает пару глотков из бокала и морщится. Явно ему уже хреново от выпитого. – И что ты будешь петь? – он забирает у него бокал и отдает его бармену, показывая, чтобы тот разбавил остатки виски водой. - Я свободе-е-е-ен, словно птица в небеса-а-ах… - пьяно тянет Шаст. – Знаешь такую песню? - Угу, - кивает Сережа, теперь точно уже зная, в чем причина вот этого состояния Шаста и его пьянки. – Знаю. И он понимает, почему Шаст пришел именно к нему. Потому что Сережа единственный, кто не задаст лишних вопросов, и кому можно проговориться о том, что сейчас происходит в душе, если будет совсем тошно. - Подпоешь? – Шаст снова порывается встать, его заносит, и если бы не Сережа, он бы точно свалился на пол. – Ух, блядь… - он кое-как пристраивается на стуле и допивает из стакана виски, разбавленный водой и тут же показывает налить еще. Бармен наливает, а куда ему деваться? Разборки пьяных клиентов ему нахрен не нужны. Да и вообще, это его работа – наливать клиентам и желательно как можно больше. А сейчас этот клиент следил за его действиями хоть и пьяно, но очень пристально. Так что ни о каком разбавлении алкоголя и речи быть не может. Шаст выпивает и просит еще. Снова выпивает и снова показывает, чтобы ему налили, причем, двойную порцию. Сережа видит это и понимает, что Шаст уже просто не соображает, что делает. И нет никаких сомнений, что он совсем скоро будет блевать. Шаст не из тех, для кого вот так набухаться считается нормальным явлением. Его организм просто не выдержит такого количества алкоголя и начнет отторгать его. Это и хорошо в какой-то степени. По крайней мере, не будет отравления. Но это и плохо, потому что Шасту будет очень херово. И за ним нужно будет присмотреть, чтобы он, не дай бог, не захлебнулся рвотой и не покалечился, не держась уже на ногах. - Шаст, - Сережа берет его за руку и заставляет сосредоточить взгляд на себе, - поехали домой? Мы там с тобой споем все, что ты захочешь. - Не хочу, - тот показывает бармену, чтобы он налил еще выпить, но его организм начинает протестовать. Его явно начинает тошнить, и он пытается сдержать рвотный позыв. - Шаст, - Сережа сжимает своими прохладными ладонями его горячие щеки, - тебе уже херово. Пойдем хотя бы выйдем на улицу подышать? - Угу, - Шасту от этой прохлады становится чуточку лучше, и тошнота хоть немного отступает, - пошли. Сережа с помощью одного из друзей выводит Шаста на улицу и остается с ним стоять возле двери. Погода хоть и морозная, но на улице тихо, так что ничего не случится, если постоять немного на этом легком морозце раздетыми. Минут через пять Шаст более или менее чувствует себя нормально, и Сережа звонит другу и просит принести их одежду. Потом они вдвоем сажают Шаста в Сережину машину, и тот едет домой. Он решает поехать к себе, но по дороге Шаста снова начинает тошнить, Сережа останавливается и дожидается, пока тот проблюется, и когда снова сажает его в машину, он просит отвезти его домой. Сережа снова предлагает поехать к нему, но Шаст не хочет. И он разве что не умоляет Сережу, чтобы тот отвез его домой. Матвиенко сдается. Спорить с пьяными вообще бесполезно, а спорить с пьяным Шастом и не хочется. Ему сейчас и без этих споров херово. Когда он подъезжает к дому, Шаст уже спит. Тащить на себе два метра Шаста и семьдесят пять килограммов веса у Сережи нет ни сил, ни возможности, ни желания. И он его все-таки будит. Они с большим трудом поднимаются по порожкам подъезда и кое-как заходят в лифт. Там, пока они едут, Сережа находит в кармане Антона ключи от квартиры, и когда они приезжают на нужный этаж, выводит его из лифта, прислоняет к стене и несколько секунд возится с замком, потому что у Шаста на брелке несколько ключей, и какой именно от квартиры, Сережа не знает. - Шаст! - Арс открывает дверь и замирает на пороге. - Серый… - А, и ты тут? – тот швыряет ему ключи. – Не ожидал? Я тоже не ожидал тебя здесь увидеть. Ну, помогай давай, раз уж ты тут. Арс замечает Шаста, стоящего возле стены и еле держащегося на ногах, и тут же обнимает его за талию, закидывает его руку себе на плечо и ведет его в квартиру. Там они уже вдвоем с Сережей раздевают его и укладывают на диван. - Таз ему принеси. Его рвать будет еще не раз, - говорит Сережа, раздраженно глядя на Арса. - Угу, - тот идет в ванную, приносит оттуда небольшой тазик и ставит его рядом с диваном. - Ну что, Арс, наигрался? – не выдерживает Сережа и все-таки начинает предъявлять ему обвинения. – И не говори, что это не из-за тебя! Блядь, я тебя предупреждал, я тебе сто раз говорил – отстань от него! Нет! Ты, блядь, все-таки своего добился! Что, надоела игрушка?! - Да заткнись ты! – Арс наклоняется и прислушивается к тяжелому дыханию Шаста. – Сколько он выпил? - Дохуя! - Ты с ним что ли был? - Да, - Сережа трогает горящие огнем щеки Антона. - И какого хера не остановил? - Арс идет на кухню, наливает в большую кружку воды и начинает рыться в коробке из-под печенья, которая им с Шастом заменяет аптечку. Там должна быть марганцовка. Старый и проверенный способ промывания желудка. Это сейчас необходимо сделать. И пусть сейчас Шасту будет очень херово, но это убережет его от более неприятных последствий позже. - Как? Вырывать у него из рук бокалы с бухлом? – Сережа злится еще сильнее. – Что ж ты-то не сделал так, чтобы этого вообще не было? Опять нахуевертил и еще мне претензии предъявляешь?! Что на этот раз? Или ничего нового? Только не говори, что это опять твой пидор. - Отстань! – Арс наконец находит марганцовку, делает слабый раствор и подходит к дивану. – Помоги лучше. - Давай его в туалет отведем, - Сережа забирает у Арса кружку и ставит ее на стол. - Лежа ему еще хреновее будет. Пусть над унитазом блюет. - Давай, - Арс очень аккуратно сажает Шаста на диван. Тот почти белого цвета и дышит очень тяжело. - Блядь, он же никакой, - Сережа удрученно качает головой. – Вообще непонятно, может, ему хуево и надо лучше скорую? Он же не алкоголик. Вот ты сука, Арс… - Давай не сейчас, - перебивает его Арсений. – Просто помоги его до туалета довести. Дальше я сам, - он с одной стороны подхватывает Шаста за руку и за талию. - Давай-давай, - Сережа делает то же самое с другой стороны. – Хоть что-то теперь сделай нормальное. Арс не реагирует. Ему сейчас не до обвинений Сережи. Его, мягко говоря, беспокоит состояние Антона. И он тоже не понимает, насколько ему херово, но и звонить в любую скорую, хоть платную, хоть нет, не решается. По крайней мере, пока. Проблема в их публичности. И Шаст ему не скажет спасибо, если завтра в желтяке появятся его фото и статья, какой он запойный алкоголик. Арс решает, что попробует промыть Шасту желудок и посмотреть на результат. Они с Сережей доводят его до туалета, и потом Арс выставляет оттуда Матвиенко, который, впрочем, и не сопротивляется. В конце концов, Сережа и так уже достаточно сделал. И он очень злится на Арса. Если бы тот не был сейчас занят Шастом, то, наверное, он бы не только высказал все, что о нем думает, но и ебнул бы ему пару раз. Ну, по крайней мере, попытался бы точно. Полчаса Матвиенко слушает неприятные звуки, доносящиеся из туалета, а потом Арс зовет его, чтобы снова помочь. Арс даже успел умыть Шаста и в принципе привести его в более или менее божеский вид, так что с Сережей они переодевают его в чистую майку, отводят в комнату и укладывают на кровать. Вид у Антона все еще не самый лучший, но, по крайней мере, он сейчас не такой бледный, да и дыхание стало почти ровным. Его состояние уже не внушает опасений, он просто пьян и хочет спать. - Ну, и чего нам всем ждать дальше? – спрашивает Сережа, когда они заканчивают свою возню с Шастом. - Сереж, может, ты уже поедешь домой? – спрашивает Арс устало. – Дай мне самому с ним разобраться. - С ним разобраться? Блядь, ты совсем охуел?! – взвивается Сережа. – Блядь, да ты уже разобрался с ним! Вот они, последствия твоих разбирательств! – он указывает пальцем на Шаста. – Ну, для тебя-то это нормально! Превратить в хуйню чью-то жизнь! Что ты сделал? Арс, лучше скажи! Мне в принципе похуй на твоих ебарей, но, блядь, на него не похуй! Я был уверен, что все в итоге придет вот к этому! Ты не умеешь не поганить людям жизнь! Тебе важны твои хотелки! И еще твой пидор! Арс, не дай бог мне узнать, что вот это все из-за него! Что он снова поманил тебя своим хуем, и ты помчался к нему, роняя тапки и, как всегда, наплевав на того, с кем ты тешился, пока этот хуй отдыхал от твоей задницы! - Блядь, отъебись! – повышает голос Арс. – Ты же нихуя не знаешь, но клеймишь меня! Да, Сереж, ему хуево! Хуево из-за меня! И мне сейчас хуево! Ты представить себе не можешь, как мне сейчас хуево! – он делает глубокий вдох и задерживает дыхание. – Я бы не хотел, чтобы ты когда-нибудь оказался на моем месте, - говорит тихо, делая медленный выдох. - Мне это не грозит, - хмыкает Матвиенко. – Ты сам делаешь все, чтобы всем вокруг тебя и тебе было хуево. Я такой хуйней не занимаюсь. У Арса звонит телефон и прерывает их разговор. Звонят по поводу платежей, которые идут через казначейство, там какие-то проблемы с назначением платежа, и нужно выслать уставные документы. Минут десять Арс занимается тем, что пересылает документы и уточняет, все ли теперь нормально. Потом отключается от разговора и снова обращает внимание на Сережу. - Только не говори, что это на самом деле твой пидор… - Сережа смотрит на него со смесью удивления и недоверия. – Ты серьезно? То есть, ты реально променял Шаста на это ебучее хуйло? Блядь, да ты… - Нет! – Арс хватает Сережу за плечи и сильно встряхивает его. – Нет, Сереж! Все совсем не так! Да, блядь, я решаю его проблемы! И с Шастом мы поссорились из-за него! Но я не бросал и ни на кого не менял Шаста! Сереж, - он утыкается лбом в его лоб, - хоть ты поверь мне. Пожалуйста, - говорит едва слышно. – Я не мечусь между ними. Для меня существует только Шаст. Только он, Сереж. Я не знаю, как ему это доказать. То есть, знаю… Но не могу… Не могу этого сделать… Сейчас точно не могу. - Блядь, да что ж за хуета-то с тобой вечно происходит, - Сережа отстраняет его от себя и встречается с ним взглядом. Он понимает, что, во-первых, нихера не понимает, а во-вторых, что Арс сейчас не врет, и ему на самом деле очень херово от этой ссоры с Шастом, который, похоже, послал его и не захотел ничего слушать. Но Сереже надо выслушать Арса, чтобы понять, что же все-таки произошло между ним и Шастом, и возможно ли это исправить. Он понимает, что те чувства, которые они испытывают друг к другу, невозможно просто так взять и забыть. И расставание сделает несчастными обоих даже больше, чем эта ссора. И если на самом деле вина Арса в его долбоебстве, а не в том, что он пошел ходить по любимым граблям со своим пидорасом-Игорем, то нужно хотя бы попытаться придумать что-то, что заставит Шаста его выслушать. Шаст начинает возиться, Матвиенко переводит на него взгляд, видит, что он не проснулся, но их разговор и повышенные тона его явно беспокоят, встает с дивана и тянет за собой Арсения. Тот послушно идет за ним на кухню. Сережа усаживает его на стул и включает чайник. Он ничего не говорит, а просто выжидающе смотрит на Арса, который понимает, что сейчас Сережа готов его выслушать. Он коротко благодарно кивает и начинает свой рассказ с самого начала, чтобы Сереже было понятно, что ни о каком метании или выборе просто не может быть речи, и Шаст единственный, кто сейчас существует для Арса.