Наркотик

            Сидя с Хенджином в Макдональдсе, казалось, будто жизнь Феликса вмиг стала нормальной, как у обычных людей. Еще около двух месяцев назад Ли не мог себе и представить, что их с Хваном отношения разовьются до такой степени, что тот будет прилагать так много усилий, вытаскивая Феликса из дерьма. Хван теперь смело признавал, что влюблен в веснушчатого паренька. Ему уже не отделаться от мысли, что он хочет наладить жизнь Феликса, хочет заботиться о нем и любить так нежно, как он только может. Феликс был приятным и милым, вокруг него присутствовала какая-то светлая энергетика, хотя его прошлое было довольно мрачным. Но Ли смог двигаться по жизни дальше и не утонуть в ненависти к людям и всему миру, совершая жестокое беззаконие. Хенджин видел в парне потенциал, он верил, что Феликсу еще не поздно стать порядочным гражданином и найти свое призвание. То, что Хван еще в юности решил пойти в полицейскую академию, не значит, что все могут так рано определиться с делом всей своей жизни, кому-то требуются годы, чтобы познать себя. Хенджин считал, что Феликс сейчас как раз находится в поиске своего пути, поэтому жизнь мотает его туда-сюда. — Ты даже не притронулся к бургеру, только картошки немного поел, — Хенджин с аппетитом уплетал сэндвич — свой единственный прием пищи за день. Утром полицейский выпил только большую кружку кофе. Ему еще предстоит наладить свой режим питания. — Да я несильно голоден. Все еще не могу отойти, — Ли уже пять минут макал одну и ту же картофелину в соус. — Так. Послушай. Ты не один. Слышишь меня? Я с тобой. И они тебя больше не тронут. Тебе стоит поесть, станет легче, — Феликс понимающе кивнул. Эти слова, которые говорил Хенджин, заполняли в парне зияющую с пятнадцати лет пустоту. Но, казалось, ему нужно слышать их чуть ли не каждый день, чтобы быть точно уверенным в том, что Хван его не покинет. После этого Феликс взялся разворачивать уже остывший бургер и тоже принялся уплетать пищу, на что Хван улыбнулся, проговаривая про себя «молодец, Ликси». Наполненная углеводами пища заставляла мозг танцевать канкан, а в теле появилась легкая усталость. Ли стал постепенно успокаиваться, смотря на добродушное улыбающееся лицо Хенджина напротив. Он все еще никак не мог поверить, что Хван выбрал его. Когда Феликс пришел к нему после драки с Уджином, полицейский имел полное право захлопнуть перед его носом дверь и не отвозить к себе домой, не залечивать его раны, не целовать. Но Хенджин сделал свой выбор в пользу Ли, а у Феликса уже давно был краш на горячего полицейского, так что о взаимности переживать не стоило.                 Хенджин зажег в прихожей свет и прошел сразу в спальню, по дороге снимая галстук и расстегивая рубашку. Феликс мялся в коридоре, ему все еще было неловко находиться в квартире полицейского, но это пока. — Примем ванну? — перед Ли стоял Хван лишь в одних боксерах. Феликс смущенно хлопал ресницами, будто впервые видит голый торс полицейского. — Пойдем. Хенджин потянул Феликса за руку и завел в ванную комнату. Ли начал медленно стягивать с себя толстовку, пока Хван набирал горячую воду и смешивал ее с жидкостью, от которой водная гладь покрывалась белой пушистой пеной. Полицейский снял с себя последний предмет одежды, оставив боксеры небрежно лежать на полу, где валялась скомканная одежда Ли. Хенджин залез в ванну и прислонился спиной к стенке, приглашая Феликса взглядом присоединиться. Парень забрался в ванну. Вода была приятно горячая и расслабляла тело в одно мгновение. Феликс лег на грудь Хвана, облегченно выдохнув. Хенджин обвел его тело руками, обнимая и пододвигая к себе поближе. Хоть они и были оба голые, и причинное место Хвана касалось спины Феликса, этот момент не был наполнен сексуальным напряжением — в этой ситуации в воздухе пахло любовью и заботой. Пока Феликс водил по воде руками, собирая пену в большую горку перед собой, Хван потянулся к полочке, что висела над ванной сбоку, и взял мочалку с гелем для душа. Вспенив мочалку, Хенджин стал мягко тереть Феликсу плечи и грудь. Это ощущалось так приятно, что парень откинул голову назад, положив ее полицейскому на плечо, и прикрыл глаза. Хван рассматривал веснушчатое лицо, на котором зажили уже все царапины, а потом торс, где остался лишь небольшой едва заметный пожелтевший след от побоев. — Я завтра не рано пойду на работу, — прозвучал мелодичный голос Хенджина прямо над ухом Ли. — А что, тебе так можно? — Феликс открыл глаза и наблюдал, как рука полицейского нежно водит по его груди мочалкой. — Да, мне вообще все можно. Это я сам себя заставлял приходить раньше, работал за весь отдел. Видимо, в моей жизни было мало того, что могло меня радовать, кроме успешно закрытого дела. — А что-то поменялось? — Феликс поднял свой взгляд на Хенджина, рассматривая его острые черты лица, но отныне расслабленные — былое напряжение ушло. — Все поменялось. У меня появился ты, глупенький, — Хван отложил мочалку на полку и крепче обнял парня, целуя его за ухом. Феликс сейчас был готов растаять и стать с водой в ванне одним целым. Ноги парней под белоснежной пеной переплетались, и стопа Хенджина гладила голень Ли. Недолго думая, Ли потянулся за той же самой мочалкой и развернулся лицом к Хвану, насколько он мог, чтобы не поскользнуться и не погрузиться в воду с головой, но Хван удерживал парня за поясницу. Феликс выжимал пену, растирая ее по крепкой груди полицейского. Хенджин не мог оторвать свой взгляд от веснушек Феликса — парень был явно поцелован солнцем, и через эти солнечные точечки сочилась яркая добрая энергия. Хенджин вообще редко принимал ванну, обычно он забегал в душ минут на десять, и этого было достаточно. Но с Феликсом он готов теперь хоть каждый день проделывать эту СПА-процедуру. Этот момент уединения успокаивал обоих. Горячая вода достаточно расслабила Ли, так что он мог уснуть прямо в ванне, лежа на груди Хвана. — Пойдем спать, — Хенджин поцеловал Ли в шею, а потом помог ему вылезти первым. — Бери любое, — Хван показал на стопку чистых полотенец в углу ванной комнаты.   Все, что происходило между парнями, уже не было наполнено смущением или неловкостью. Феликс помогал Хвану расстелить постель, сдвигая их подушки вместе, потому что они оба понимали, что не смогут уснуть, не ощущая присутствия друг друга. Лежать абсолютно голым в мягкой кровати после расслабляющей ванны было для Феликса чем-то сказочным, будто он на курорт съездил, а ведь люди так просто живут. Аромат жасмина, который все еще ассоциировался у Ли с Хенджином, был по-прежнему повсюду. Не это ли настоящий рай? Для Феликса однозначно. Но и для Хенджина — тоже. Благодаря Ли он нашел то, что заставляло его сердце биться чаще, помимо перестрелок. Даже бегущий по венам адреналин не сравнится с тем, что сейчас чувствовал Хван, обнимая Феликса со спины и прижимая его к себе ближе. Парень схватился руками за ладони полицейского, сворачиваясь в его объятиях клубочком. Две противоположности притянулись друг к другу, как магниты, больше не в силах разорвать эту связь. Их жизни балансировали, находясь рядом, сердечные ритмы выравнивались, и перед каждым отворилась дверь, таящая за собой бесчисленные новые возможности.

***

            Феликс, подложив ладони под голову, смотрел на спящего Хенджина. На лице Хвана было лишь умиротворение, ресницы подрагивали во сне, а губы были слегка приоткрыты. Одно из заветных желаний Ли сбылось — он проснулся рядом с сексуальным полицейским, в которого был теперь безмерно влюблен. Рядом с Хенджином парень чувствовал себя в безопасности, словно он нашел свой дом. Хенджин зажмурился, зевнул и потянулся, растягиваясь на кровати. — Доброе утро, — Хван вяло повернулся набок, встречаясь с Феликсом взглядом. Спросонья голос Хенджина звучал чуть ниже, чем обычно, но по-прежнему мягко. Феликс кивнул, не переставая таращиться на Хвана и улыбаться. Если бы Ли сейчас попал в диснеевский мультфильм, то его глаза вмиг бы приняли форму сердечек. — Наблюдал, как я сплю? Хенджин ухмыльнулся, нащупав под одеялом талию Феликса и притягивая к себе, на что сердце Ли замерло буквально на секунду. Все-таки в присутствии полицейского у Феликса до сих пор спирало дыхание, но это происходило, скорее, от предвкушения того, как будут развиваться их отношения, а не от нервов. — Как спалось? — спрашивал Хенджин, поглаживая парня по спине. — Отлично. Феликс закусил губу, глядя на мягкие губы полицейского, после чего потянулся к ним, и Хенджин лишь сильнее прижал парня к себе, перетягивая его на себя. Ли ладонями держал лицо Хвана, сцепляя их губы в протяжном поцелуе, наслаждаясь каждым моментом. Оголенные тела соприкасались, пробуждая в них страсть, губы становились влажнее с каждым новым поцелуем, языки игриво сталкивались, не борясь, а нежно друг друга касаясь, заставляя мозг пускать по телу импульсы, от которых оба парня постепенно начинали возбуждаться. Хенджин бережно держал Феликса за ягодицы, сминая мягкую кожу под покровом одеяла. Ли до безумия хотел покрыть тело полицейского горячими поцелуями, передавая через них свою любовь. Скула, шея, ключицы, грудь — Феликс уверенно продвигался к цели, доставляя Хвану приятные ощущения, благодаря его за все, что он для него сделал. Благо никому не пришлось раздеваться, и Феликс смотрел на откровенное возбуждение Хенджина, поглаживая чувствительную кожу на тазовой кости, отчего ноги Хвана слегка елозили, напрягаясь, а потом расслабляясь. Ли окинул Хенджина, утопающего в предвкушении, взглядом и, приоткрыв рот, принялся медленно увлажнять его член, вбирая всю длину. — Ликси… — выдохнул Хван, притронувшись к светлой макушке парня. Феликс, мягко говоря, никогда не делал минет, но он быстро учится. Испытав подобное один раз, Ли теперь знал, что нужно делать. Возможно, это было слегка неуверенно, но по мягким стонам Хвана Феликс понимал, что он все делает правильно. Руки Хенджина ворошили светлые волосы парня, то и дело убирая свисающую челку назад. Глаза полицейского были закрыты, и он отдавался пронзающему тело удовольствию. Член Хвана активно истекал предэякулятом Феликсу в рот и был готов извергнуться в любой момент, Ли осталось лишь немного ускориться. Парень отпрял и обвил твердое, влажное возбуждение ладонью. Резкие прерывистые движения заставляли легкие Хвана спазмировать, еле успевая впустить в себя воздух. Дыхание Хенджина участилось, горловые стоны стали издаваться все громче. Феликс, облизывая губы, смотрел на то, как полицейский выгибается в эйфории. — Боже, Ликси-и-и… — простонал Хенджин, сжав в кулаках простынь. Грудная клетка на мгновение поднялась, отчего Хëнджин выгнулся в пояснице, и затем медленно опустилась. Ли довольно улыбнулся, вновь заползая на Хвана, полностью ложась на его торс. Он четко чувствовал быстрое сердцебиение полицейского и глубокое дыхание. — Что это было? — усмехнулся Хенджин. — Моя любовь, — Феликс убирал мокрые от пота пряди, которые прилипли ко лбу Хвана, после чего оставил несколько поцелуев на лбу, на кончике носа и, наконец, на пухлых губах. Парни нежились в объятиях, будто весь мир вокруг них замер, предоставляя это время только для них обоих. Феликс не рассчитывал на продолжение, он лишь хотел сделать Хвану приятно. Но Хенджин не может оставить парня без внимания. — Я чувствую, что ты возбудился, — Хенджин открыл ящик прикроватной тумбочки, вынул один презерватив и передал его Феликсу. — Ты хочешь, чтобы я… — парень слегка озадачился. — Да. Если ты этого хочешь, — Хенджин мило улыбнулся. — Я не давлю, ты же знаешь. Как только Феликс уже был готов вскрыть презерватив и впервые узнать, какого это управлять процессом, на тумбочке раздался звонок мобильного Хвана. На экране красовалось имя «Сонхун». С лица полицейского вмиг ушло умиротворение, сменившись раздражением. Он вжался затылком в подушку, гневно сверля взглядом потолок. Феликс раздосадовано опустил руки, надув губы. — Прости, солнце, — Хенджин потянулся за телефоном, а Ли сполз с полицейского и сел, прикрываясь одеялом. Да, Феликс слегка огорчился, но он не был обижен, и Хенджину уж точно не за что было извиняться. Цель, ради которой Ли и начал все эти ласки, была достигнута, и это главное. — Да? — ответил Хван, прочистив горло. — Хорошо, скоро буду. Хенджин закончил разговор, буквально бросив телефон на тумбу экраном вниз. — Что такое? — Феликс сидел, укутанный в одеяло, и смотрел на полицейского грустным щенячьим взглядом. — Ох… Все, как обычно — они без меня ничего сделать не могут, — у Хвана опустились плечи, он устало потирал себе переносицу. Хенджин резко поднял взгляд на Феликса и накинулся на него, повалив на простыню и нависнув сверху. — Я думал, мы закончили, — проговорил Феликс, не ожидавший такого «нападения». — К сожалению, да. Но я не могу оторваться. Я тебя так люблю. В порыве страсти, когда Хенджин со звонким причмокиванием целовал аккуратные мягкие губы Феликса, он признался ему в любви. Сердце уже было не в силах молчать. — Ты… Что? — Ли, кажется, перестал моргать, в изумлении уставившись на полицейского. — Люблю тебя. Улыбаясь, Хенджин смотрел в глаза Феликса, которые постепенно становились мокрыми. Сердце парня безбожно дрожало, будто отряхивая с себя пыль, пропуская через себя эти слова. Люблю тебя. Люблю. Люб-лю. — Ты чего? — Хенджин растерялся, увидев, как с уголков глаз парня стекали слезинки. Он мигом принялся вытирать их большим пальцем. — Прости, — Феликс рассмеялся. — За что ты извиняешься, солнце? — Хван усмехнулся вместе с ним. — Не знаю даже. Парни заполнили неловкое молчание смехом, улыбаясь друг другу. — Тебе пора идти в участок? — с некой печалью в голосе спросил Феликс. — Да, — выдохнул Хван, свесив голову. — Нужно допросить их. — Я пойду с тобой. — Ты уверен? — Хочу увидеть их лица в последний раз. Я уже не боюсь. Когда ты рядом, я ничего не боюсь, — Ли притянул Хвана за шею, оставив мягкий поцелуй на его губах. — Хорошо, тогда пошли.                 Заходя в полицейский участок вслед за Хенджином, Феликс не ощущал тревогу, он был полностью в себе уверен. В какой-то момент он даже поравнялся с полицейским, больше не прячась за его спиной. Рядом с Ли был его человек, он теперь это точно знал. Хван Хенджин был ему всем тем, чего ему так давно не хватало. — Можешь пройти в соседнюю комнату. Там за стеклом будешь спокойно наблюдать за допросом, — Феликс кивнул и вошел в другую комнату, а Хван зашел в допросную, звонко хлопнув дверью. В комнате сидел Уджин, его руки, скованные в наручники, лежали на столе, холодный взгляд был устремлен на полицейского. За стеклом Феликс был не один, с ним был Сонхун, который тоже наблюдал за разговором. Ли начинал злиться, глядя на Уджина, он был готов наорать на него и выговорить все, что о нем думает, не боясь последствий. — Незаконное производство и сбыт наркотиков, спланированное изнасилование, хранение огнестрельного незарегистрированного оружия, угрозы, избиения, проституция, порча имущества... Мне продолжать? Мне кажется, так до вечера можно перечислять, — усмехнулся Хван, откидываясь на спинку стула. Он полностью владел ситуацией. Уджин лишь цокнул и отвел взгляд в сторону стекла, пытаясь там кого-то разглядеть. Он нутром чуял, что там прячется Феликс. Ли смотрел в бездушные глаза бывшего главаря, повторяя про себя «ты проиграл». — Сколько мне светит? — Уджин перевел взгляд на Хенджина. — Ммм, — Хван задумчиво почесал затылок. Полицейский вел себя так, словно играет на сцене. — Двадцать лет лишения свободы — это точно. Сверху еще штраф прилепим. Может, тридцать лет? Хмм. Уджин никак не пытался возразить, да он и не смог бы, у полиции были все необходимые улики. — Кстати, напарник-то твой говорит, что ты его подстрекал — заставил ублажать клиентов, угрожать Чанбину и Феликсу. Парень слезами разразился, сдавая тебя с потрохами. — Вот актерище, — Уджин рассмеялся, закатив глаза. — Что? Хочешь сказать, что это не правда? По крайней мере, он раньше не привлекался, чего не скажешь о тебе. — Пфф, будто от этого Чонин стал невиннее меня, — прыснул Уджин. — Возможно, что нет. Но за содействие полиции он получит чуть меньше тебя, — эти слова только еще больше разозлили Уджина. Но под «чуть меньше» Хван подразумевал год-два, но Уджину это знать необязательно. — Суд назначен через два дня. Ты имеешь право на адвоката, но он тебе вряд ли чем-то поможет, ты же это сам понимаешь, — Хенджин захлопнул папку с делом. — Тебя на время судебного процесса переведут в следственный изолятор. За тобой прибудут через пару часов. Хенджин, встав из-за стола, уже собрался выходить. — Ах да! Мне кажется, в твоем деле допустили ошибку, указав, что ты насиловал Феликса. Но исправлять я ее, конечно же, не буду. Столько мороки с бумагами, — Хван брезгливо искривился, наблюдая за тем, как Уджин стал гневно сжимать кулаки. — Думаю, ты знаешь, что делают в тюрьмах с насильниками? Прочувствуешь все на своей шкуре. Бросив на Уджина едкую ухмылку, Хенджин открыл дверь, встретившись лицом к лицу с Феликсом, который исподлобья смотрел прямо на Уджина. Их взгляды столкнулись, и, казалось, они оба сейчас прожгут друг друга насквозь. Хван вышел в коридор, захлопнув дверь, прерывая напряженную игру в гляделки. — Все в порядке? Ты чего вышел? — Хенджин взял парня за плечи, вглядываясь в его сердитое лицо. — Да, все нормально, — Феликс потряс головой, сбрасывая с себя негативные эмоции. — Правосудие восторжествовало, — Хван похлопал Ли по спине. Феликс облегченно выдохнул, прижимаясь плечом к Хенджину. Бушующие, словно волны во время шторма, чувства вмиг успокаивались, когда он находился рядом с полицейским.  

***

            Феликс почти каждый день проводил у Хенджина дома, изредка ночуя в своей квартире. Парни просто не могли находиться друг без друга. Они смотрели вместе фильмы, слушали музыку и готовили еду. Ли все-таки приготовил Хвану тот сэндвич, что сделал тогда себе, и Хенджин оценил рецепт. — Может, переедешь ко мне? — внезапно спросил Хван, доедая сэндвич, а у Феликса чуть нож для масла не выпал из руки. — Ты и так почти живешь здесь. Я буду только рад, если ты перевезешь свои вещи сюда. Хенджин заметил некое волнение на лице Ли и добавил: — Я не настаиваю, если ты не… — Погоди. Просто это так неожиданно, — перебил его Феликс. — Тебе нужно время подумать? — мягко спрашивал Хван, на что Ли рассмеялся, заставив Хенджина удивиться такой реакции. — Что тут думать? Я и так практически живу у тебя, ты сам сказал. Поэтому я согласен, — Феликс продолжил делать себе сэндвич, на его лице была улыбка до ушей. — Правда? Хенджин просиял, резко вскочив со стула, и подошел к Ли, обнимая сзади и расцеловывая его шею, на что Феликс стал зажиматься. — Щекотно, — смеялся Ли. — Ты не представляешь, как я рад, — Хван уткнулся носом парню в шею, вдыхая уже родной аромат тела, от которого каждая клеточка мозга ликовала. — Наверное, рад тому, что я не буду твои футболки тырить? — усмехался Ли. — Бери мою одежду, когда захочешь. Хоть все футболки носи, мне не жалко, — говорил Хван, крепче обнимая парня, который начинал таять в теплых объятиях. — Поможешь мне перевезти вещи? — Ли развернулся в кольце рук, встречаясь с Хенджином взглядом, и повис на его шее. — Конечно, — Хван потянулся и чмокнул Феликса в губы. Кто-то бы сказал, что их отношения развивались довольно быстро, но на самом деле они столько всего пережили вместе, и им было приятно находиться в компании друг друга. Их души нашли друг друга в этом порой жестоком мире.                 Совместная жизнь не приносила парням проблем. У Феликса было немного вещей, а также было накоплено достаточное количество денег, чтобы он мог вновь пойти учиться в университет, если захочет. И вот Феликс первые несколько месяцев после переезда пытался найти себя и понять, чем же он все-таки хочет заниматься. Мысль, просидеть остаток жизни в душном офисе, ему не прельщала. В работе обслуживающим персоналом он хоть и не видел ничего зазорного, многие студенты так подрабатывали, но он не хотел проводить уйму часов в качестве официанта — в этой работе нет того драйва, за которым Феликс всегда гонялся. — Ты не думал пойти в полицейскую академию? — спросил как-то Хенджин, пока они ужинали в гостиной. — Ты видишь во мне полицейского? — усмехнулся Ли и вопросительно посмотрел на Хвана. — Знаешь, я ведь тоже не был идеальным законопослушным гражданином, но тем не менее, — Хенджин развел руки, говоря тем самым «посмотри на меня, я полицейский». — Ну, не знаю. Я ведь много чего наделал, нарушал закон. Меня не возьмут, — Феликс ковырял рис в тарелке. — Из того, что ты совершал, нет ничего, что подходит под описание тяжких преступлений. Может, стоит попробовать подать документы? Хван сейчас, ей-богу, был как мамочка, советуя куда лучше поступить своему ребенку. Но Феликса это не напрягало. Возможно, ему стоит рассмотреть это предложение. — Там, где я учился, хорошо преподают. Я могу подвозить тебя и забирать с занятий. Если тебе не понравится, то ты всегда можешь уйти, в этом нет ничего плохого. Ведь стоит заниматься тем, что тебе поистине интересно. В словах Хенджина была правда и только правда. Но Феликс сам не знал, что ему интересно. Он не успел это понять, когда жизнь заставляла его только выживать. Но сейчас ему был дан шанс, чтобы, наконец, подумать о своем будущем. — Я подумаю, — Ли в улыбке поджал губы, ловя на себе поддерживающий взгляд Хенджина. — Я помогу тебе, не сомневайся. И Феликс в этом ни капельки уже не сомневался.                 Решение, пойти в полицейскую академию, было принято спустя несколько дней после их разговора. Феликс хотел ухватиться за новую возможность, попробовать себя в чем-то другом. Каждый день Хенджин, как и обещал, подвозил парня в академию, а потом забирал после занятий, отчего по учебному заведению стали ходить слухи, что Ли купил место в академии или его взяли, потому что его знакомый — полицейский. Но все было не так. Феликс сдал вступительные экзамены наравне со всеми. Да, Хван помогал ему подготовиться, но это была лишь малая часть, Феликс сам приложил огромные усилия, чтобы попасть в это достаточно престижное учебное заведение. Каждое занятие отнимало у Феликса силы. Учить приходилось очень много, так что иногда Ли спал часа по четыре, если не меньше. Уголовный кодекс, административное право, юриспруденция — это все было таким незнакомым. Феликс редко просил помощи, но когда он уже был не в силах разобраться в муторных текстах, все-таки обращался к Хенджину, который был только рад объяснить парню материал. Помимо усвоения большого количества новой информации, в академии приходилось заниматься боевыми искусствами, а Феликс никогда не блистал физической подготовкой. Этот курс был для него самым тяжелым. Сколько он набил себе синяков, сколько пота стекло на тренировках. Ли был постоянно изнеможен, иногда даже не в силах встать с лавки в раздевалке и пойти на парковку, где его ждал Хван. Но ему невероятно повезло, что Хенджин всегда забирал его. Полицейский прекрасно знал, насколько изматывающее обучение в полицейской академии. Жизнь и так знатно помотала Феликса, так что Хван хоть как-то пытался ее облегчить. Но Феликс не хотел сдаваться, потому что проникся этой атмосферой в академии. Он чувствовал, что идет в правильном направлении, ему нравилось учиться. Его тело от изнуряющих тренировок окрепло, он стал лучше разбираться в праве и видел какое-никакое свое будущее — Феликс в полицейской форме задерживает таких же мерзавцев, как Уджин, тем самым делая мир чуточку чище. Жизнь Хенджина тоже поменялась. Мысль о переводе в другой полицейский участок не покидала его. И в какой-то день он просто взял и подал свое резюме в один из самых крупных оперативных отделов. Прошла неделя — и Хвану поступил положительный ответ. Ему одобрили документы о переводе. Хенджин не знал, стоит ли радоваться или нет, потому что ему снова придется привыкать к новым людям. Но ведь он этого и хотел. На новом месте Хенджин пока что ощущал себя неуверенно, но в участке бурлила жизнь, и это приводило Хвана в восторг. — Ты новенький? — к Хенджину подошел его начальник, который был старше его лет так на десять. Хван утвердительно кивнул. — Интересно, почему решил перевестись? — Хочется быть в центре всех событий. — Хм, занятно. Ну, смотри. У нас в участке без дела никто не сидит. Мы стараемся все дела обрабатывать быстро, — Хван понимающе кивал, пока шел с начальником по длинному коридору и вглядывался в кабинеты. — Это твое рабочее место. Хенджин вошел в один из кабинетов, на двери которого было написано «Оперативный отдел». Там было человек восемь, а не два, как в бывшем участке. Кто-то сидел за компьютером, кто-то стоял у доски, смерял взглядом фотографии подозреваемых по какому-то пока незнакомому Хвану делу. Хенджин быстро влился в коллектив и в процесс, который был ему полностью знаком. Рабочие будни изматывали его так же, как и Феликса, но вечером оба парня находились в объятиях друг друга, снимая накопившееся напряжение.  

Спустя 2 года

              Хенджин, конечно, не особо верил в то, что сможет подняться на новом месте работы так быстро, но все-таки его труд не оказался незамеченным. Он стал старшим оперуполномоченным уголовного розыска, и все те восемь человек, которых он считал своей командой, были теперь его подчиненными. — Хенджин? — в кабинет зашел начальник. — Да, слушаю, — Хван поднялся из-за стола. — Пройдем в мой кабинет, — полицейский слегка озадачился и пошел за начальником. Войдя в кабинет, Хенджин сел напротив стола начальства в кресло. — Наш участок является местом стажировки многих студентов полицейских академий. И сейчас мы решили приставить к тебе одного стажера. Думаю, ты сможешь просветить его и, может, научить чему-то, — начальник положил перед Хваном папку с личным делом того самого стажера. — Ли Феликс. Из академии поступают хвалебные отзывы об этом парне. Там есть рекомендательное письмо одного из преподавателей. Хенджин смотрел на фото Феликса в полицейской форме и утопал в гордости за своего парня. — Я, конечно, не настаиваю, чтобы ты брался обучать стажера, но у меня больше нет кандидатов. Так что это, мягко говоря, принудительное задание. — Я согласен, — Хван просиял, предвкушая то, как он еще больше времени будет проводить с Феликсом, обучая его азам полицейской деятельности. — Вот и славно. Стажировка начнется с понедельника.  

***

            — Ты ничего не хочешь мне рассказать? — спросил Хван, после того как они только что с Феликсом закончили заниматься сексом и теперь лежали в обнимку. — Что именно? — То, что ты на стажировку собрался. — Ах, это. Да, я на стажировку собрался, — смущенно произнес Ли. — И в какой же участок тебя отправили? — допытывался Хван. — Кажется, ты там работаешь, — Феликс уткнулся носом Хенджину в шею, прячась, потому что прекрасно знал, к чему клонил Хван. — Хм, интересно. Я ничего не слышал о том, что к нам стажер придет, — усмехался Хенджин, глядя в потолок. — Все ты уже знаешь, — Феликс игриво толкнул Хвана в плечо. — Еще больше возможности побыть рядом, — сказал Хенджин, сковывая парня в объятия. — Ты у меня такой молодец. Тебе ведь правда нравится учиться? — Да, нравится. Два года уже прошло. Если бы мне не нравилось, то бросил бы гораздо раньше. — Я горжусь тобой. — Как мне обращаться к тебе в участке? — Господин Хван. Надо соблюдать дистанцию. — Да, Господин Хван, — Феликс снова завелся, оставляя на шее Хенджина влажные поцелуи. — Мы же еще не в участке. — Ну и что? Это не мешает мне называть тебя так в постели, — Хенджин порядком удивился таким заигрываниям, но решил подыграть, продолжая их бурную ночь. Хоть завтра и был первый день Феликса в качестве стажера, но сна не было ни в одном глазу. Спальню вновь заполнили откровенные стоны парней, утопающих в удовольствии близости.                 Хенджин рассказывал Феликсу, как все устроено в их отделе, чем они здесь занимаются, и какие дела сейчас раскрывают. Ли внимательно слушал, стоя возле стола полицейского, черкая что-то в своей записной книжке. Но Феликсу было так сложно сосредоточиться на информации, находясь рядом с Хенджином. — Понятно? — спросил полицейский после долгого инструктажа. — Да, Господин Хван. Все предельно ясно. А где у вас хранятся документы по всем делам? — спросил Ли, ни на что не намекая, и Хван, не задумываясь, встал и повел Феликса по коридору в дальнюю часть полицейского участка. — Здесь допросные комнаты. Здесь хранятся улики. Хенджин показывал Феликсу разные кабинеты, пока они шли по коридору. — А здесь находятся все дела, с которыми мы работаем, а также те, что уже закрыты, — парни подошли к комнате, на двери которой красовалась табличка «Архив». — Покажете мне, как там все устроено, чтобы я быстрее ориентировался потом? — Феликс смотрел на Хвана таким невинным взглядом, что Хенджину даже и мысли не закралось, что Ли специально вел его в эту комнату. — Ну, смотри, — Хенджин вошел в архив и, повернувшись к шкафчикам, рассказывал, какие документы там хранятся. — Здесь лежат папки по особо тяжким делам — изнасилования, убийства. Здесь— административные правонару… Хван не успел договорить, потому что почувствовал, как вокруг его талии обвиваются руки. — Что ты делаешь? — Хван ошарашенно смотрел краем глаза на приоткрытую дверь. — А ведь в похожей комнате все и началось, — Феликс прижимался к спине Хенджина, водя носом по его шее. — Феликс! — шепотом произнес Хван. — Нам нельзя здесь это делать. Хенджин не мог пошевелиться, потому что он становился податливым от прикосновений Феликса и не желал их прекращать, даже несмотря на то, что он был здесь авторитетным полицейским, который ни в коем случае не мог испортить свою репутацию. Хван одной рукой прикрыл дверь, поворачивая замок. Его руки вмиг схватили лицо Феликса, и полицейский посмотрел парню в глаза — такие искренние, наполненные любовью и легкой страстью. — Что же ты делаешь, Ликси? — Не могу устоять, когда ты рядом в этой форме. Такой дерзкий. Сексуальный. Господин Хван, — ухмыльнулся Ли. Парень не успел вздохнуть, как Хенджин накрыл его губы своими, целуясь настолько развратно, насколько он мог. Феликс отвечал ему взаимностью. Еще бы он не отвечал, сам ведь заманил Хенджина в архив. К слову, архив в этом участке не был таким пыльным, как на прошлом месте работы Хвана. Здесь стоял полный порядок — аккуратные закрытые шкафчики, каждая полка имела свой номер, документы были в алфавитном порядке. Кто-то точно убирался здесь и приводил место в порядок. Парни стали двигаться вглубь комнаты, прячась за высокими стеллажами. Ситуация была до боли знакомой. Только теперь они не могли расцепить своих поцелуев, наполненных любовью. Хван прижал Феликса к стене напротив высоких шкафов, ладонями изучая тело парня под белой рубашкой. — Нам нельзя попадаться, — Хван на секунду отпрял, переводя дыхание. — Так давай будем вести себя очень тихо, — Феликс облизнул губы, готовясь к новой порции поцелуев, которых не последовало. Хенджин потянулся к ремню на брюках Ли, расстегивая их. Феликс понял намек сразу и стал помогать Хвану с его брюками. Несколько движений — и парни стояли друг напротив друга с опущенными штанами, жадно смотря друг на друга. Феликс подошел к тумбочке, которая была ему по пояс в высоту, и схватился за ее края, поворачиваясь к Хенджину спиной. — Я так понимаю, что ты готовился к этому, — Хван поглаживал ягодицы Феликса, закусывая губу. — Не совсем. — Значит, без защиты? — Будто первый раз тебя это волновало. Мы оба прекрасно знаем, что ничем не заражены. В работе полицейского есть свои плюсы — им приходится сдавать анализы почти каждый месяц. — Возможно, тогда это было слегка неразумно с моей стороны. — Господин Хван, вы собираетесь вставлять свой член в мою задницу или нет? Хенджин усмехнулся на этот вопрос и без лишних слов вошел в Ли. Феликс припал грудью к поверхности тумбы, держась за ее бока. Парни глубоко дышали, но старались вести себя как можно тише, не разнося по комнате стоны наслаждения. Мозг затмевался у обоих, когда они находились рядом. Конечно, секс в отношениях не главное, но имея идеального партнера, грех не заниматься этим приятным процессом в любое подходящее, а в их ситуации — неподходящее время. Наполняя воздух в помещении запахом пота и влагой от дыхания, Хенджин уже не был тем напряженным трудоголиком, а Феликс не был хулиганом, торгующим наркотиками. Их жизни полностью изменились к лучшему. А все ведь началось так спонтанно, со злости и ненависти. Хенджин злился на себя за то, что поддался влечению, а Феликс ненавидел Хвана, для которого, как казалось Ли, та первая близость ничего не значила. И теперь вот они — любят друг друга, не могут оторваться друг от друга. Возможно, в их будущем еще будут какие-то ссоры и перемирия, принятия важных решений, совместные путешествия и много чего еще, потому что жизнь разнообразна, и ее стоит жить на полную катушку. Токсичных людей нужно держать как можно дальше и окружать себя только теми, кому по-настоящему дорог. Нужно отказываться от того, что тебе не по душе, ведь искать себя никогда не поздно. Жизнь полна новых возможностей, и они могут появиться совершенно неожиданно. Хенджин, целуя Феликса после их тайного секса, думал лишь о том, как он с каждым днем становится счастливее. А Феликс, утопая в заботе полицейского, понимал, что, наконец, нашел своего человека, свой дом, в котором чувствовал себя в безопасности. Он теперь не выживал, а жил, радуясь каждому новому дню.