Верни меня домой

Саске редко думал о смерти, не смотря на то, что всю его сознательную жизнь она была его верной спутницей. Маленьких шиноби растят с мыслью, что каждая секунда их жизни может стать последней. Умирать никто не хочет, но система шиноби диктует свои правила, заставляя с раннего детства принимать суровую реальность. Будущее может не наступить, но каждый все равно тайно мечтает о нем, строя какие-то планы, украшая будни красивыми мечтами: создать семью, стать каге, стать великим ниндзя. Будучи ребенком, Саске строил много планов: стать таким же сильным, как и его старший брат, завести много друзей, может быть, когда вырастит, создать такую же семью, как их — крепкую и… Он строил свои планы на детских мечтах, не задумываясь о смерти, которая подкралась слишком незаметно, хотя ее стоило ждать. Он рос. С ним росли и его мечты - размытые образы уступали место четким целям, а неясные фантазии - фактам. Убить Итачи, изменить мир. Разорвать связи. Сейчас, бесцельно бродя по деревни, Саске думает о смерти. Точнее о том, как окружающий мир меняется, когда кто-то умирает. Или не меняется совсем. Там, в серости безликих стен крепким сном спит Наруто — любимчик деревни, герой войны. Прошла уже не одна неделя и люди постепенно свыклись с этой мыслью. Свыклись с мыслью, что никто больше не нарушал их рутину слишком шумным поведением. Первые дни Саске видел на лицах горожан страх, смешанный с непонятной ему скорбью. Непонятной, потому что Наруто не умер. Но со временем люди устали от собственных масок, предпочитая им настоящие эмоции. Саске не злился на них, просто не понимал, как они в одно мгновение могли притворится, что никакого Наруто не было. Он уже наблюдал за тем, как кипит жизнь после смерти. Людям все равно: один человек ушел или целый клан, если это не твои близкие. Нельзя было их за это винить. К тому же, Наруто не умер. Он жил. Он дышал. — Он поправится, — мягко говорит чей-то голос, вытягивая Саске из его странных размышлений, — обязательно. Это Наруто. Снова. Саске сжимает кулаки, желая свалить отсюда подальше и не слушать этих высоких речей про «не сдаваться никогда». — Хината, ты всегда верила в него, но сейчас другой случай, — произносит второй голос. Ино. — Это я говорю, как обладательница бьякугана. Саске прижимается спиной к дереву, наблюдая за двумя девушками. Они стоят неподалеку и держат в руках по букету. На их лицах застыло то же выражение, что и у остальных друзей Наруто — надежда и вера во все, во что только можно верить. Такие как Хината всегда верят до последнего. Но кроме веры у нее было еще кое-что. — Потоки его чакры не нарушены. Органы в порядке. Он будто… спит. Саске смотрит на ненавистные букеты. Так вот кто носит их, в желании хоть как-то украсить безликую палату и перебить треклятый запах лекарств. Наруто будто спит. Все у него в порядке. Но тогда почему? — Но почему он не просыпается?! — Ино задает тот же вопрос, что волнует и Саске. Собеседница только пожимает плечами, поджимая губы. Они уходит в направлении больницы, а Саске остается размышлять дальше. Друзья Наруто разделяют настроение Саске. Он впервые в жизни понимает, что они действительно его друзья, а не просто жители деревни по рукам связанные войной. Саске наблюдает за ними все это время, замечая каждую деталь. Он бы хотел, чтобы ему было все равно. Но ему не все равно, когда Сай валится с ног, практически все время посвятивший заботе о Сакуре. Девушка не выходит из больницы, отдавая себя исследованиям. Саске не все равно, глядя на побелевших Цунаде и Какаши. Они работают на износ, стараясь найти для Наруто лучших целителей. У Наруто много друзей. У Саске был только Наруто. Повязка Саске лежит в кармане, как немое напоминание о их последнем разговоре. Что тогда Наруто сказал? Кажется, что должен надеть свой лучший костюм для прощания. Саске ежится от мрачных ассоциаций и выходит в дождливый вечер, кутаясь в свой плащ. Очередной солнечный день завершился прохладным дождем, заставляющий Саске найти пристанище под листьями излюбленного дерева. Он поднял глаза на окно палаты Наруто, словно друг мог почувствовать его и выглянуть. Помахать рукой. Что за странная болезнь, одолевшая несокрушимого шиноби? Однажды Наруто подхватил грипп. Это случилось через несколько дней после выписки из больницы и Узумаки готов был умереть, главное не возвращаться обратно. И Саске записался в няньки. * — Не говори им, — Наруто стонет, подтягивая к себе одеяло, а потом резко скидывает его, — упекут же… Саске поднимает одеяло, понимая, что через пару минут Наруто снова потребует укрыть его. Он беспокойно смотрит на раскрасневшегося друга и хмурится. Саске не уверен, что должен идти на поводу у друга, но заставляет себя остановиться и пока не вызывать Сакуру. Она ведь действительно запрет его в больнице. — Саске, — стонет Наруто, приоткрыв один глаз, — мне холодно. Саске раздраженно вздыхает, накрывая Наруто проклятым одеялом, которое все равно через несколько минут полетит на пол. Он садится рядом, кладет руку на лоб блондина и хмурится. Горячий. На прикроватной тумбе жаропонижающее, но оно едва ли помогает. — Хватит, — заключает он, поднимаясь с кровати, — я иду за… — Нет, Саске! Горячая ладонь хватает Учиху и он падает обратно на край кровати. Наруто смотрит туманно, но его взгляд по-прежнему чистый и светлый, заставляет Саске засунуть свои благородные порывы куда подальше. Это глупость — слушать сейчас Наруто, своим бездействием Саске сделает только хуже. Но он продолжает сидеть на кровати, а Наруто продолжает сжимать его руку, снова прикрыв глаза. Его трясет и Саске потеплее кутает Узумаки. — Курама считает, что я придурок… — тихо говорит Наруто, пытаясь откинуть край одеяло. — Я с ним согласен, — Саске тянется за стаканом воды и пачкой таблеток, — Наруто, надо это выпить. — Опять горькое, — хмурится парень, приоткрывая глаза, — всегда все… горькое. Саске потребовалось пару минут, чтобы понять, что Наруто не таблетки имеет ввиду. Горечи в жизни Узумаки было немало и Саске лично добавлял в нее противный привкус, мешая друга с грязью. Сейчас думать об этом не слишком тяжело. Если Саске позволит себе утонуть в чувстве вины, то точно сляжет вместе с Наруто. Он протягивает таблетку Наруто, прикладывая ее к горячим губам парня. — Открой рот, добе, — требует Саске. — Нет, — хмурится Наруто, — не хочу. — Открой. — Зачем. — Тебе станет легче. — Не станет. Упрямство Наруто вызывает у Саске почему-то не ожидаемое раздражение, а желание стукнуть друга по его горячей голове. Он насильно проталкивает таблетку в рот Узумаки, а когда тот хмурился от горечи, дает ему воды. Наруто жадно пьет и Саске хмуро наблюдает за тем, как непопавшая в рот вода мочит и без того потрепанное жизнью одеяло. Наруто отталкивает стакан, глядя на Саске расфокусированным взглядом. — Уйдешь, да? Саске неосознанно проводит пальцем по губам Наруто, стирая белые разводы от таблетки. Вопрос Наруто заставляет его вздрогнуть и он резко убирает руку. — Мы не будем говорить об этом сегодня, Наруто, — качает головой Учиха, — поспи. — Ты иди, я тебя не буду больше возвращать, — признается Наруто, — я почему бегал-то за тобой… боялся, что ты себя потеряешь. И я потеряю тебя. Наруто натягивает одеяло до подбородка, глядя куда-то теперь в потолок. Его слова почему-то болью отзываются в груди, вызывая у Саске противоречивые чувство. Не станет возвращать. Не станет больше искать его. Даже, если Саске решит навсегда уйти — Наруто не будет пытаться его вернуть и им обоим придется учиться жить с мыслью, что теперь никто никому ничего не должен. Наруто будет учиться жить с мыслью, что его лучший друг больше в нем не нуждается. Саске придется учиться не ждать Наруто. — Только ты должен мне кое-что пообещать, Саске. Снова обещания. И кому от них в итоге легче? Наруто столько времени был обременен обещанием, от которого рушилась его собственная жизнь, личность. Саске однажды дал обещание самому себе. Теперь он не знал, готов ли дать какое-либо обещание Наруто. Не дожидаясь ответа Саске, парень продолжил: — Прости себя. Простить себя за то, что принес слишком много боли. Простить себя, что едва не уничтожил и без того хрупкий мир. Простить себя за то, что не смог разглядеть на чьей же стороне находится добро. Простить себя за слабость. Простить себя за тот день, когда Сакура едва не умерла от его руки. Наруто просит слишком много и Саске не может дать ему такого обещания. — Я не могу. — Я тебя простил. — Не простил, — шепчет Саске, — ты не простил меня. Ты не должен прощать такое. Наруто скидывает с себя одеяло. — Мне жарко. — Пять минут назад было холодно, — беспокойно напоминает Саске. — Иди ты, теме… я сам могу решить, когда мне холодно, когда мне жарко и простил я тебя или нет. Саске ухмыляется такой внезапной осознанности. Может, лекарство все-таки начало действовать? — Значит, ты не станешь останавливать меня, если я уйду? — делает вывод Саске. — Сдался ты мне, — Наруто отворачивается, подтягивая к себе вторую подушку, — бегать еще за тобой… — И чем будешь заниматься? Стаешь примерным учеником и будешь свои книжки читать? Одна из причин запланированного путешествия Саске. Мечта Наруто стать Хокаге вот-вот перестанет быть мечтой и теперь дело за практикой, которая займет все его время. Ему нельзя отвлекаться. Нельзя даже болеть. Саске отойдет в сторону, перестанет маячить перед глазами и Наруто сможет посвятить себя, наконец, мечте. — Книжки можно читать и в дороге… — шепчет Наруто, выводя незамысловатые узоры в воздухе. Саске не понимает сначала о чем он говорит, а когда осознание до него доходит, то он слишком резко хватает друга за руку. — Не вздумай. За мной. Ходить! Ты же пять минут назад сказал, что не станешь! Чертов Наруто с его переменчивым и больным настроением. Саске ждет, когда Наруто заберет свою руку, но парень ничего такого не делает, только смотрит как-то совсем хмуро. — Вообще-то я думал ты меня сам позовешь, — возмущается Наруто и… …отключается. Саске больше не осмеливается играть в хорошего друга и вызывает Сакуру, чтобы она отправила балбеса лечиться. * Саске просыпается с первыми солнечными лучами. Он промок до нитки и, вероятно, сам заболеет. Он не заметил, как воспоминания заставили его крепко уснуть на той же ветке дерева. Саске спрыгивает с ветки и смотрит по сторонам. Коноха лениво просыпается, люди нехотя выползают на улицы, шиноби отправляются на миссии, а дети сонно бредут до академии. Мир включает очередной солнечный день без Наруто.