Солнечный удар

       — Босс, вы в норме?        — А что, есть сомнения?        Ехидный вопрос от, как обычно, ироничного до потери пульса Энтони Старка прилетает моментально.        — Нет, мистер Старк, но.. Что это вы сейчас делаете?        — Я? Работаю, как видишь. Что тут необычного?        — Босс, это понятно. Но как то, что вы держите в данный момент мистера Роджерса на руках, вписывается в стандарт скорой помощи?        — Никак. — бурчит себе под нос едва слышно Тони Старк..        То, что это ни в какие ворота, Тони знал еще до...        Впрочем, как и то, что где-то, очевидно, на сквозняке Тони продуло до костей, тоже было ясно.        Но лежащий без сознания Стив Роджерс тревожил Старка больше всего.        Сильнее всего на свете.        Солнечный удар.        Это ведь так, кажется, называется?        Да, Тони?...        — Вы меня слышите, мистер Старк?        Голова безумно кружится, перед глазами мелькают смутные пятна зеленого цвета.        — Это солнечный удар, мистер Старк. Сейчас все пройдет.        Туман, слабость в ногах и потеря ориентации в пространстве пройдут минут через двадцать.        Старк, привычно улыбаясь и внятно оценив свое состояние, как "нормальное", лишь оставшись дома один на один со своей тоской, вдруг осознает.        Это был... солнечный удар.        Да, но все остальное - не прошло.        И, видимо, не пройдет.        Легкое помутнение имело место быть, но одно единственное неумолимо и безрассудно выпадало из всех допусков.        Стив.        И, сколько бы Старк не пытался обмануть сам себя, сколько он не подбирал слова, стараясь прикрыть манящее ворохом дурацких шуток, не выходило.        Пряча правду под безликими терминами вроде "помутнения рассудка", "временного провала" и тому подобных отговорок, Тони не смог отказаться от мечтаний.        Роджерс, неведомо каким образом просочившийся в устоявшийся и рисковый мир Тони, не только успешно закрепился там, но и окончательно убедил Старка в том, что...        Что это был солнечный удар.        Ничего более...        Вот и сегодня все было одновременно и отдаленно похоже на то самое, запретное чувство, но и непохоже..        И когда невозмутимый, как скала, Стив, с всегдашней легкостью положив к своим ногам батальон врагов, неожиданно замолк, рванув звуковой напоследок, у Старка что-то мучительно оборвалось внутри.        Что-то, пробившее все преграды и тянущее ознобом по онемевшему сердцу и самоуверенно заслоняющее небо.        Что-то большее, чем случайность..        — Активировать всю защиту. Все оружие — к бою.        Тони, планомерно накрыв проклятый восьмой квадрат прицельным огнем, вытащил полуживого Стива из-под руин водонапорной башни, на ходу вызывая медиков.        Медпакет был последним, но Старк рванул его на себя, яростно разрывая упаковку.        Стив что-то бессвязно простонал, так и не открыв глаза.        Тони, стараясь не думать о его ранах, быстро перевязал его, как сумел и устроил на своих коленях, прекратив искать несуразности.        Потому что даже в таком виде на чертова Стива хотелось смотреть.        Белое, как мел, все в грязи, шрамах и царапинах, с приличным кровоподтеком слева, лицо Роджерса было... прекрасным.        Стив не потерял ни капли своего обаяния, потерянно лежащий в шаге от Тони, и Старк невольно вздохнул.        Все это было неправильным до вычурности.        И...        И все равно правильным.        Тони странно хрипло выдохнул, и бережно коснулся щеки Стива, словно желая стереть с его лица хотя бы кровь, но тут же замер, напряженно прислушиваясь.        Стив что-то бормотал.        Очень-очень тихо.        Язык был незнаком Тони, но интонация поразила до дрожи.        Она была такой ласковой, теплой.        Родной.        — Стив.. Все хорошо. Я...        Тони умолк, даже сам себе боясь сформулировать то, что так давно въелось под кожу и ожило, толкнув разум вперед.        Кидая в омут памяти, как солнечный удар..        — Тони, скажите мне, когда вы в последний раз хотя бы думали о том, что вам хочется большего, чем ваши обычные стихийные романы. И да, "недельные загулы" — это ваша формулировка, насколько я помню. Так что вы скажете?        — Дорогой мой Эммери, вы нарочно завели этот разговор именно сегодня?        Тони, снисходительно улыбнувшись, делает вид, что чрезвычайно увлечен разглядыванием свежего выпуска журнала "Психология для всех".        Эммери Фарссон, дипломированный психоаналитик, специализирующийся по нелинейным расстройствам, без зазрения совести мягко отодвигает от Старка журнал, сверкнув проницательными темно-зелеными, словно потерянными в песке изумрудами, глазами и кивнув ему.        Хитрый врач знает, что с Энтони Старком нужно быть очень тонким, давление недопустимо.        Тони, почти разуверившийся в мозгоправах, неожиданно стал находить некое странное удовлетворение и даже почти успокоение, прорабатывая старые проблемы и стабилизируя прошлые раны, уходящие в небытие.        У Фарссона, несомненно, есть опыт, и интуитивное ощущение границ, но, что еще более ценно для Старка, у этого молодого врача есть нечто выгодно отличающее его от всей когорты знаменитых специалистов.        Эммери очень хорошо понимает Тони.        Во всяком случае, Эммери оказался первым на памяти Старка, кто не стал использовать до зубовного скрежета надоевшие ритуалы.        Все эти многоуровневые тесты, дурацкие рисунки и пытливое чтение сигаретного пепла изрядно поднадоели Старку.        И он был приятно изумлен, когда на первом же сеансе вдруг услышал вместо набившего оскомину приторного придыхания и мутной пелены бесчисленных терминов различных сдвигов вот это..        — Энтони Старк.. Тони... Давайте сразу без этих реверансов. Меня зовут Эммери, и я сторонник довольно радикальных методов работы. Как я догадываюсь, вам уже понарассказывали всяческих ужасов про меня. Так что скажу сразу - мне важен ваш настоящий мир, Тони. И мы можем найти то, что вы ищете, только если вы позволите мне дотянуться до скрытого. Кивните, если согласны. Другого ответа мне не нужно. Вы очень интересны мне, Тони, и интересны прежде всего, как человек, много повидавший. И поверьте, мы не будем лезть в дебри. Я просто хочу помочь там, где еще возможно. Вы сможете себя отпустить и довериться мне? Подумайте, прежде чем дать ответ, Тони. Я работаю на доверии. Не обещаю мгновенных результатов, но за качество поручусь. Если.. Если вы скажете, что согласны.        И Тони, восхищенный не столько удивительно точными формулировками, предельно честными, столько тем, как врач, беспокойно глядя ему в глаза, ждет ответа, говорит, намеренно или случайно выдержав небольшую паузу.        — Эммери, это.. интригует. Вы всегда так откровенны с пациентами? Но, знаете, я склонен согласиться. Люблю эксперименты. Почему нет? Только одно условие — я обрисовываю проблемы, а вы не станете давить. Я чертовски плохо реагирую на любые формы диктатуры, а вы, уверен, сумеете дипломатично обойти острые углы.        И они добиваются успеха.        Тони перестает бросать из крайности в крайность, словно потерявшую управление шлюпку на рейде в Карибском море.        И вот, спустя полгода очень успешной терапии, Эммери задает Тони этот обманчиво беззаботный вопрос.        — Эммери, что за тема? Вы нарочно задаете мне этот вопрос именно в день моего рождения? Почему?        — Тони, вы знаете. Вам уже не все равно, я прав? Кто-то пробил все ваши щиты и самоуверенно встал рядом. И вы не сможете сказать, что это не так. Во-первых, вы стали задумчивым не в меру и стали так странно долго обдумывать ответы. И во-вторых, Тони, вы уже не влетаете ко мне, как нейтронная бомба, не так ли? Нет, вы не спеша садитесь в кресло, непрестанно ерзая и любыми способами пытаетесь меня отвлечь от цели вашего визита.        — Эммери, это просто усталость. На работе аврал, и я...        — Нет, Тони. Нет. Все не так просто.        Очень тихо и доверительно говорит Эммери, мастерски привлекая к себе внимание Старка.        — Тони, вы нашли то, что искали. Только вот признать этот факт вы не хотите. И этот человек дорог вам. Так бесконечно дорог, что вы скрываете это даже от себя самого.        — Но Эммери, это не ...        — Хватит, Тони. Как ваш личный врач, и как человек, неплохо изучивший вас, я могу лишь отметить, что этот тайный роман пошел вам на пользу. Вы стали мягче, спокойнее и не так жестко реагируете на сложности вокруг. И знаете, Тони, это хорошо. Я не спрашиваю, кто это. Это не суть важно. Важно то, что чувствуете вы. Он вас притягивает, и это необычно, и очень манит. Тем более что вы так давно не позволяли себе такую слабость, как чувство. Я не буду назойливым, но то, что он на вас положительно влияет, бесспорно. Я не спрашиваю, кто он, Старк. Вопрос в другом. Вы нарочно тянете время, не желая объясниться, или проблема в том, что вы не собираетесь ничего ему говорить?        Тони снова отводит взгляд, не давая умнице доктору все же определить степень безрассудства по вспыхнувшим, как болотные огни, очень выразительным карим глазам.        — Тони?        — Эммери.. Видите ли, это не то, что мне сейчас бы хотелось обсуждать. Но в одном вы правы, я уже не тот, что раньше. И...        Тони осекается, осознав, что только что сам признал то, что доктор абсолютно прав. Но, с другой стороны, это неким образом и неплохо.        Ведь Эммери, будучи в курсе сложностей Тони с личным, действительно переживает.        — Тони, и.. Продолжайте. Что вы решили? Вы так и будете изображать невозмутимость или пойдете ва-банк? И, прежде чем вы придумаете какую-нибудь удивительно дикую нелепицу, дабы оправдать свое поведение, прошу вас подумать вот о чем. Вы не хотите рисковать или на этот раз все зашло дальше, чем обычно?        Старк ухитряется и тут утаить большую часть правды, признав лишь то, что роман есть, и это истина, но..        Но Тони так и не сказал даже Эммери, почти в открытую намекавшему Старку о том, что Тони нужно решить для себя, нужно ли ему это, всего...        Солнце слепит глаза, и Старк невольно заслоняет лицо рукой, стараясь разглядеть, кто идет ему навстречу.        — Привет, Тони.        Стив, с перевязанной рукой, совершенно бесшумно подойдя к Тони откуда-то сбоку, счастливо вглядывается в уставшее после длинного перелета лицо Тони, и не думая отходить.        — Привет. Стив, подожди, но как ты узнал.. Ник... Старый лис...        Тони смеется, не без удовольствия ощутив, как Стив обнимает его здоровой, левой рукой.        — Тони... Тебе ведь нужен гид по пустыне Эльказзи, вот я и подумал, почему бы и нет.. Да и потом, тебе не надоело делать вид, что мы просто коллеги? То..        Стив, загадочно опустив ресницы, получает ответ мгновенно.        — А я смотрю, здешнее солнце кого-то окрылило не на шутку... Небось, сам и вызвался, не желая упускать шанс?        И Тони, качая головой, усмехается.        Стив такой откровенный и такой... свой.        Особенно когда он шепчет Тони в ухо: "А если и так... Тебе ведь нравится... Не все же тебе одному рисковать... Обещаю, что эту поездку ты точно не забудешь..."        — Обещаешь?....