Счастливый конец

Рука от вколотой Тамаё сыворотки еще неприятно болела, немного подгибаясь под градом тяжёлых мячей. Вот уже как семь минут он пытается найти брешь в атаках соперников, не ожидая, что они будут находиться здесь вдвоём. Мячи Темари с невероятной скоростью прыгали по всей территории небольшого леса, делая в могучих столбах деревьев гигантские дыры, и даже валя некоторые. ( Темари - оф. название способности Сусамару ) Стрелки Яхабы лишь ухудшали положение, периодично меняясь между усилением мячей Сусамару и обороной, пару раз хватая Танджиро за хаори и кидая в острые ветки, на которых накидка впоследствии и осталась. Камадо думал что со всеми его умениями он без проблем обезглавит двух демонов даже не одних из Низших Лун. Но их магии крови так гармонично дополняли друг друга, что их совместная битва против даже опытного охотника может вызвать у последнего большие трудности. Положение не позволяло использовать Хиноками - поджечь лес, который растёт на много сотен километров вперёд и может задеть несколько деревень было не лучшим решением. А выйти на поляну не давало зенитное Cолнце, которое сожжёт демонов. Они сражались под густыми лиственными деревьями, только самые редкие лучи Солнца могли их задеть и на пару секунд обезоружить, чтобы отвлечься на восстановление пылающей раны. Именно в эти моменты Танджиро пытался атаковать, но даже на третью попытку у него не получилось срубить шею до конца. Демоны не устают, а юноша, уже как десять минут прыгавший от стрелок и парируя мячи, запущенные с огромной силой, начал выдыхаться. В голову начали проникать мысли о просьбе Сиро помочь в этом бою. Впрочем эти мысли быстро отпали, сопровождались они грустным вздохом где-то в стенках черепа. Сейчас Камадо больше интересовала победа над этими двумя и желание не умереть здесь самому, прервав всю эту геройскую приключенческую историю. Ворон Уз уже был отправлен к ближайшим охотникам для оказания парню поддержки в бою. Он уже чувствовал, что его предел близок. Сейчас он ушёл в глухую оборону, тратя последние силы лишь на защищающие каты и прочные блоки. Капли пота дождём падали на песок, в горле запершило а в глазах немного помутнело. Из леса наконец послышались быстрые и лёгкие шаги, из темноты проглядывался блеск и отражения розового клинка. На удивление из тьмы выпрыгнула Канао. В отличии от одежды Финального Отбора, сейчас она носила классическую женскую форму истребителей, с коротким белым плащом, который сейчас активно развевался на ветру. Она мгновенно приблизилась к парню и встала в оборонительную стойку, закрыв его спиной. Раньше это бы смутило Камадо, но сейчас он рад своей спасительнице и наслаждался каждой секундой отдыха в тени её плаща. В глаза сразу попал её клинок Ничирин. Это не тот, который был на Финальном Отборе, это уже лично её. Видимо, связи Шинобу Кочо и нахождение прямо на территории Организации в двадцати минутах ходьбы от деревни кузнецов сыграло свою роль, и клинок ей достался буквально через неделю. Она слегка нахмурила взгляд и устремилась в сторону Сусамару, бесконечно кидающую в неё десятки мячей. Канао с грацией и скоростью бабочки уворачивалась и перерубала снаряды по всему их диаметру. Девушка ловко уходила от атак пируэтами и отскоками. Несмотря на все навыки, часто мячи пролетали в паре сантиметров от тела, и касались внутренней стороны плаща. Она продолжала напористо двигаться в сторону демона, пока до расстояния между ними не стало около десяти метров. Даже казалось, что сейчас она сможет перерубить шею. Цуюри взяла небольшой наскок, взмыла в воздух и завела клинок для широкой атаки, быстро сокращая расстояние. К бою подключился Яхаба, стрелками вытащив демонессу из плачевного положения. Передвинул её к себе. Монстры пару секунд постояли на месте, смотря на ударившую по воздуху Канао. Танджиро подбежал к Канао и встал возле неё. Прямо перед ними, в тридцати метрах стояли Сусамару и Яхаба. Камадо и Цуюри встали в боевую позицию - Танджиро стоял спереди с высокоподнятой катаной, чтобы защитить девушку. Канао же взялась за рукоять двумя руками, взвела клинок на середину тела, острием она указывала прямо на демонов. Сусамару отрастила новую пару рук, нижними конечностями она синхронно набивала тяжелые мячи о землю, а оставшимися верхними разминалась или хрустела костяшками. Яхаба стряхнул небольшой след пыли со своего кимоно, поправил бусы на шее и широко расставил руки, раскрыл ладони с вылезшими оттуда глазницами. По какой-то причине сторона демонов нахально улыбалась и скалилась, показывая острые клыки. Охотники, уверенные и собранные, лишь нахмурили глаза и крепче вцепились в рукоятки клинков. Как по щелчку, Истребители двинулись в разных направлениях. Канао к Сусамару, а Танджиро к Яхабе. Девушка бежала напролом, не используя стили и просто перерубая мячи на бегу. С каждым разрезом это становилось всё труднее, катана так и норовила выскочить из хватки девушки, а снаряды, казалось, становились всё тяжелее. На мгновение бесконечный обстрел закончился, дав Канао моргнуть. В охотницу полетели шесть мячей, друг за другом. Заблокировать их невозможно, от силы удара руки точно сломаются, а последующие мячи лишь пробьют очередные пробоины в туловище. — Дыхание цветка, Пятый стиль: Пионы пустоты. — Без малейшей эмоции на лице спокойно проговорила девушка и вознеся клинок для удара. Обрушив на мячи шквал из девяти ударов, разрубила все из них. Закрутилась, разгоняя пыль под высокими ботинками и проскользив кончиком катаны по песку, вела нежно-розовый след меча прямо к шее монстра. Танджиро не видел выпущенные стрелки, поэтому уворачивался от них по чистой удаче и какому-то внутреннему чувству. Под внутренним чувством имеется в виду Сиро, который нашёптывал ему направления атак. Хоть чем-то полезен. Дыхание воды прекрасно подходит для удерживания равновесия и стабильности тела, так что если бы Яхаба и попал своими стрелками, одним из стилей Танджиро бы смог избежать падения. Сейчас ясно одно. В одиночку демон не представлял никакой угрозы. Камадо грубо перерубил шею Яхабе, голова кругами полетела куда-то в сторону, пуская из разреза целые струи крови и обливая всё вокруг подобно фонтану. Цуюри перерезала шею Сусамару использовав стиль дыхания. Голова практически мгновенно рассыпалась в пыль, тело упало на колени, а затем и на бок. Танджиро и Канао сложили клинки в ножны, посмотрели друг на друга на расстоянии около десяти метров. Разрез девушки был ровным и точным, голова слетела будто сама по себе, не оставив никаких брызг и сохранив чистоту одежд охотницы. Танджиро же наоборот, еще не успевший отмыться от бесконечных драк прошлой ночи, стоял весь в крови. Кимоно было потёрто и разодрано в нескольких местах, особенно на плечах. Волосы сальные и грязные, во время битвы он потерял резинку и все волосы лезли в глаза, спутываясь и мешая. Лоб был влажным и блестящим от огромного количества пота. Ему срочно нужно освежиться, дома у Тамаё он этого не сделал, а почти сразу пошёл выискивать за двумя демонами, ведь боялся что не успеет к рассвету. Собственно, он и так не успел к рассвету, но смог загнать демонов в угол. — Стрела! Танджиро! — Впервые прокричал Сиро. Неожиданно Канао резко двинуло вперёд, неестественно выгнув поясницу. Затем она набрала высоту и находилась от земли в около пятнадцати метрах. Обернулся, еще не до конца исчезнувшая рука Яхабы использовала магию крови и выпустила последнюю стрелку прямо в спину девушки, зацепив её за белый плащ. Стрела продолжала вести девушку высоко в небо. Танджиро оголил клинок и двинулся к деревьям. Цуюри судорожно смотрела вниз, пока не заметила, что пролетает над толстой и широкой веткой, на которую в теории можно было приземлиться. Канао зацепилась ногтями за верёвку, которая держит плащ на шее и порвала её. Стрела продолжала тянуть накидку вверх, пока девушка придалась свободному падению с высоты тридцати метров. Она всеми силами пикировала на ветвь, но от страха зажмурила глаза и лишь ударилась об неё локтями. Камадо быстро скакал от дерева к дереву, от ветки к ветке. Силой прыжков и стилей крошил в щепки твердую древесину. С каждым таким рывком он стремительно поднимался к девушке. У Дыхания цветка нет способностей как у воды, она не может самортизировать падение, это прямая гибель. Удобно расположенные ветви закончились, показав в дальнейшем лишь прямые столбы деревьев, без единой засечки. Прямо из древесной коры появилась чёрная цепь и свалилась под руку Танджиро, он, выкинув клинок вниз и схватившись за неё двумя руками, сильно качнулся и взлетел еще на несколько метров вверх. По курсу падала охотница. Камадо смог перехватить её, в полёте крепко обхватил её туловище и выбирал точку посадки. Упёрся ногами об ствол небольшого дерева и обхватил его свободной рукой. В ладонь сразу проникло множество мелких веток и кусочков древесной коры. Они больно пронзили кожу до крови, раздирая её еще больше с каждым спущенным вниз метром. Канао пыталась помочь и дать дополнительную точку опоры ногами, но сказав, что до земли всего пару метров, Танджиро запретил ей это делать. До земли было еще около семи метров, рука гудела, а острая боль перестала чувствоваться от её переизбытка. Канао крепко держалась за юношу, обхватив его спину в замок и со стеклянным взглядом смотря куда-то вдаль. Мало кто знал, но Цуюри всегда боялась высоты. Это вскрылось для Танджиро за все эти годы супружеской жизни, когда они решили прогуляться по горе некогда существовавшего Финального Отбора. Они шли туда с детьми, но уже на первом довольно крутом подъёме Канао начала нервничать, незаметно для обычного человека, но прекрасно видимо для Камадо, который просто стал держать её ближе к себе, может плохо себя чувствует? На последнем препятствии перед восходом на гору её тотально затрясло, ведь их поджидал мост, который скреплял два участка земли, а снизу него была высокая пропасть с водоёмом и мощным бьющим об камни водопадом. Всплески воды, казалось, могли достать до ног людей, находящихся на мосту. Девушка не решилась сделать и шагу, лишь стояла перед мостом, держа за руку младшего сына и сжав кулачок. Танджиро переложил руку ребёнка в свою, Канао взял на руки. Она достаточно смешно зажмурилась и сильно прижалась к мужчине. Всю дорогу до земли он громко хохотал, пока Канао била его по груди и говорила что у нее просто высотная болезнь. ... Кровавый след от ладони остался на дереве и её капли редко спадали на землю. Танджиро аккуратно поставил Канао на твёрдую поверхность, встряхнул раненную руку. Аккуратно поднял с земли упавший плащ и вручил его девушке, которая отряхивалась от пыли и поправляла смявшуюся форму. Она накинула его на плечи и робко кивнула. Даже на такой акт общения Танджиро был очень горд. Она показала эмоцию? Какая радость. Сможет ли и в этот раз юноша завести с ней отношения? Не слишком ли сильно он изменился и не стал для неё совсем другим человеком? Страшно. Спасение всех Столпов и друзей Камадо высоко задрал голову и увидел одиноко висящее разорванное хаори на ветке дерева, и как его достать? Только заштопали, а оно уже насквозь проткнуто, труд Тамаё насмарку. — Действуй, я достану. Тень Танджиро разделилась и из нее вылез силуэт другого человека, он в форме тени двигался к дереву, а когда подошёл к стволу, обратился в туман и круговыми движениями начал двигаться по дереву вверх. Всё-таки у него есть определенный радиус действия цепей? Он не может призвать их дальше чем на двадцать метров? Интересно. В смысле действуй? Юноша медленно повернулся и сразу встретился взглядом с Канао, она стояла у него за спиной в полуметре и держала в руках кусочек чистого бинта и какую-то бутылочку. ... Танджиро и Канао сели на небольшой пригорок с сухой травой. Показал девушке руку во всём её плачевном состоянии: глубокие ссадины, порезы, обильное кровотечение, вся внутренняя сторона ладони была разодрана об шершавую поверхность. Девушка взяла небольшую бутылку воды и стала промывать раны, что бы избавиться от особо крупных заноз и частиц песка. Мягко проводила по ссадине тканевым платком, пытаясь собрать даже самые маленькие песчинки. Без крови и посторонних предметов рука стала выглядеть в разы лучше, стало ясно что паниковать о заражении крови нет никакого смысла. Она без спешки обработала руку и под тихое шипение парня перевязала её чистым бинтом. Послышался металлический звон и треск веток. На голову паре упало хаори, свалившееся с неба. Оно накрыло парня и девушку с головой, оставив им выбор только глупо смотреть друг на друга внутри накидки. Горячее дыхание обоих на лицах друг-друга и приглушенный хаори свет создали довольно романтическую атмосферу. Канао, явно была к этому не готова и мгновенно прекратила перемотку руки, продолжая пялиться на юношу. Где-то высоко раздался заносчивый смех. Танджиро сжал губы. Охотник быстро отбросил хаори с их голов и поднялся с колен. Перехватил накидку и нацепил на себя. Канао продолжала сидеть и лишь водила головой по всей фигуре парня. В семье Танджиро все старые вещи не выкидывали, а пускали на половые тряпки, так вот, сейчас наследственная накидка крайне хорошо претендовала на это звание. Левый рукав висел на последних нитках возле плеча, и просто болтался как бесполезный лоскут. Под взором Канао парень спустился с пригорка, нашёл в одном из кустов катану и вынул её, спрятав за пояс. Она очень удачно воткнулась острием прямо в песок, закопавшись на добрые сорок сантиметров. От не особо уважительного отношения к оружию за все эти дни с её рукояток стали сходить небольшие лоскуты хлопковой обмотки, оголяя деревянную поверхность рукояти. Он положил руку на эфес и спокойно пошёл в обратную сторону. Цуюри встала, глядела на счастливое лицо Камадо, который уже шёл с ней с распростёртыми объятиями. — Спасибо за помощь! — С лучезарной улыбкой продолжал идти на Канао юноша, надо хоть как-то настраивать контакт с девушкой. Даже подойдя почти вплотную, она никак на него не отреагировала и не раскрыла руки для ответных объятий, а лишь наоборот старалась прогнуть спину, чтобы отдалиться. Теперь Танджиро просто стоял как истукан возле девушки, с руками в сторону. На лицо полезла нервная улыбка и вышло что-то вроде звука "э?.." Канао лишь смотрела на него и хлопала своими большими глазами, затем чуть опустила голову, вгляделась в грудь парня и выдала: — От тебя плохо пахнет. Крах. Никаких эмоций и обидчивого контекста эта фраза не несла. Но Танджиро от неё закружилась голова и будто земля ушла из под ног. Он, не изменяя положение рук, отошел от девушки на добрые пять метров, и смотрел на нее немного отчаянным взглядом. Ему стало крайне стыдно. Неужели он не мог предугадать, что от него, честно скажем, воняет? Пропищав тихое "Прости" и быстро развернувшись, побежал в сторону города под следящий за ним взор девушки. ... Битва с двумя демонами проходила загородом, буквально в четырёхсот метрах от главных ворот. Он подошёл к ним, спрятал клинок и спокойно прошёл к одному из спальных районов, держался дороги к дому Тамаё, где ему и следовало привести себя в порядок. Был выходной день, а значит целая куча людей проходилась по узким улочкам города, благо сейчас не вечер, ведь тогда будет праздничный салют, приуроченному к дню основания Японии. 11 Февраля. На улице стояла довольно тёплая погода, было сложно сказать какая температура, но в районе нуля градусов. Видимо, в этом году зима так и не ударит по столице. По улицам уже ходили люди в праздничных и традиционных костюмах, показывались первые пьяницы и дети с бенгальскими огнями, радостно бегающие друг за другом. Город выглядел поистине живым, а ведь это даже не вечер, когда его заполнят множественные хороводы, цвета ярких огней и праздничных костюмов. Семья Камадо редко могла себе позволить праздновать этот день в самом Токио, чаще всего они просто накрывали богатый, по их меркам стол и плотно ужинали. Танджиро завернул уже за знакомый переулок и на удивление встретил в нём Юширо с широким зонтом и чёрными перчатками. Не было видно практически ни единого участка кожи кроме головы, которая была скрыта в тени зонта. Удивившись подобной встречи, Камадо лишь стал медленно и неуверенно подходить к нему. — Убил их? — Начал он холодно. Он следил за юношей весь его путь сюда? — Да. Мне помогла одна охотница. — Камадо слегка отвёл взгляд от Юширо и посмотрел на интересный кирпич, чуть раскраснелся. Демон выдержал паузу, посмотрел куда-то в небо. — И мы выполним свою часть уговора. Ночью я и Госпожа выдвинемся к твоему дому, заберём оттуда родных и я замету следы. — План был предельно понятен. От упадка сил Танджиро не мог громко радоваться такой прекрасной новости, поэтому он лишь добро посмотрел на Юширо и слегка улыбнулся. — Спасибо вам, я как раз иду к дому Тамаё... Уставший охотник уже сделал несколько шагов от демона. — И зачем же? — Странный вопрос отразился в голове уже идущего от него Танджиро. — А, эм... Ему только что ограничили доступ в дом? Или это очередной приступ ревности у демона? Что он такого сделал, что ему теперь нужно отчитываться перед входом? — Помыться?.. — Танджиро сделал странную, вопросительную гримасу и криво улыбнулся. — Необязательно для этого тащить свою грязную задницу в НАШ дом. Для таких ситуаций есть сэнто. ( Японские общ. бани ) — Юширо скрестил руки и отвернул голову от мечника, всем своим видом показывая что ему неприятно находиться рядом с ним. ... — Меня раздражает этот демон. — Сказал Сиро, продолжая стучать тростью по каменной дороге. Даже через огромный поток людей беловолосый двухметровый мужчина очень сильно выделялся. К нему много раз подходили и хвалили за хороший костюм на праздник, а дети даже трогали его за острые кончики ушей и хватали за рога. Вслед уходящих семей всегда было слышно "Мама, они настоящие!". Своими рогами и титаническому по меркам Японии ростом он постоянно цеплял повешенные меж улиц и домов разноцветные треугольные флажки, которые так же были вывешены в честь праздника. В очередной раз стряхивал с костюма конфетти, звук выстрелов которых сегодня будет раздаваться по всему городу. Но его улыбка не сходила с лица, он все так же уделял много времени каждому прохожему, который хотел детальнее осмотреть его костюм и узнать историю как им казалось, прибывшего на праздник иностранца. Представлялся он Английским капитаном флота, который посетил праздничную столицу по чистой случайности во время одного торгового плавания. Немногие люди понимали о чём он говорит, всё-таки не у каждого человека было образование и хоть какое то представление о внешнем мире и других людях, с другими традициями и нравом. Они неуверенно кивали и старались как можно быстрее сменить тему, не зная что такое "Англия". Среди толпы Танджиро увидел двух людей разного роста, но оба имели яркие желтые волосы с красными кончиками, у более высокой фигуры была накидка в виде языков пламени. После увиденного у него немного сжалось сердце. Никогда не привыкнешь видеть...умерших. В голову вновь прокралась мысль о метке Пламенного Столпа. Почему она тогда не появилась? Что сложилось не так? Если действительно подумать детальнее, то во время битвы с Аказой, Кёджуро точно был на пике своих сил и возможностей организма. Он поставил своё тело в самое стрессовое состояние, пульс в то время должен был зашкаливать, но этого не произошло. Для активации метки нужно лишь два условия: Пульс свыше двухсот ударов в минуту, Температура тела в тридцать девять градусов. Оба требования были выполнены и перевыполнены многократно, Танджиро был в этом уверен, что-то сдерживало Столпа, что-то не давало ему активировать метку. Дыхание пламени отличалось своей разрушительной силой, а точнее, пятым, восьмым и девятым стилем, которые при должном желании выжигали огромные площади, не оставляли камня на камне. Санеми, известный как второй по силе Столп, откровенно, ну или под алкогольным опьянением, признался, что меньше всего бы хотел быть спарринг партнёром для Кёджуро, ведь любой неаккуратный взмах или неудачный пируэт мог оставить глубокие и болезненные ожоги, которые очень долго залечиваются. А сами техники его дыхания разработаны специально для нанесения мощных, одиночных ударов одной цели, поэтому эффект при полноценном и точном попадании был по истине ужасающим. Именно поэтому Кёджуро очень редко был замечен в дружеских схватках с другими Столпами, ведь вероятность ранить их была крайне высокой. Пару раз смахнулся с Гёмеем и Мицури, и то, только из-за их дальних техник и оружия. Шинадзугава лично наблюдал как Ренгоку, будучи еще Киноэ, в одно мгновение сжёг всю верхнюю часть демона одной катой, которой он даже не достал до тела монстра. Языки пламени, остающиеся за клинком, расширяют область удара на еще метра полтора, страшное оружие. Тогда демону сожгло всю кожу и большую часть мускул, оставив лишь небрежно болтающийся обугленный скелет, не в силах быстро восстановиться из-за обожжённых ран. Конечно же, языки пламени при неправильном использовании могут навредить и пользователю дыхания, но с этим недостатком можно смириться, если правильно подбирать углы атак и направления ветра. Опять же, Санеми признался, что очень бы хотел сражаться с Кёджуро плечом к плечу, ведь дыхание Ветра прекрасно гармонирует с Пламенем, расширяя область его атак и позволяя комбинировать способности для особенно мощных атак. ... Вся эта огромная энергия пламенных стилей должна реализовываться в окружающую среду или в тело соперника, так почему же во время рывка "Чистилища" не произошло никакого взрыва, воспламенения? Почему во время столкновения с Аказой, вместо более эффективного выжигания площади или того же взрыва появился высокий пламенный ураган, унёсший всю выплеснутую энергию стиля в небо? Ренгоку прекрасно знал настоящий радиус действия "Чистилища", но не стал использовать его, чтобы не пострадали люди, лежавшие без сознания возле разрушенного поезда. Он не показал свой восьмой стиль, но по словам Шинджуро эта ката имеет "Огромную силу" и её "Страшно использовать". Это всё. При полном использовании "Чистилища" он бы сжёг все в радиусе многих сотен метров, но тогда бы задел троицу охотников и две сотни невинных пассажиров, оставался верен своей миссии "Не дать здесь никому умереть". Тогда он погиб единственным. ... Со вторым требованием активации метки вопросов быть совершенно не должно. У различных дыханий своё влияние на тело их пользователя: У дыхания воды это сниженная температура и низкий ритм сердца. У дыхания насекомого и цветка более лёгкая переносимость токсинов в крови. Дыхание камня славиться своим крепким иммунитетом. У Тумана пониженное давление. И так далее. Дыхание Пламени же повышает температуру тела в среднем на два градуса. Всех пользователей дыхания Пламени признают здоровыми с показателями на градуснике в 38,8 градусов, ведь для них это считается обычной, нормальной температурой. Если даже Гию, со своей постоянно сниженной температурой, а из-за этого более бледной кожи, смог поднять жар тела до тридцати девяти, то почему не смог Ренгоку? Который явно увеличил степень жара тела использованием стилей и скорее всего давно превысил отметку в сорок градусов в том бою? Тамаё будет время от времени присылать Камадо "прототип" лекарства. Или же возбудителя метки. Ничего пагубного на организм оно не представляет, из инструкции госпожи можно было понять, что оно лишь содержит тонизирующие и как бы это странно не звучало, жароповышающие вещества. Таблетки нужно принимать регулярно во время еды, конечно, это не необходимая мера, ведь практически у всех Столпов этого поколения пробудились метки, но лучше перестраховаться и организовать целый отряд меченых охотников заранее, а не надеяться на нестабильный организм во время боя. Мысли прервались под громкий смех Кёджуро, который смотрел на своего брат Сёнджуро, укутавшегося в пламенное хаори как в широкий халат. Накидка свисала до самой земли, лежа языками пламени на пыльной поверхности. Зрелище было действительно забавным. Пришёл с братом на фестиваль. Было бы интересно взглянуть, с каким выражением их совиных лиц и ярких глаз Кёджуро и Сёнджуро смотрят на салют. Перебив в себе невероятное желание подойти к ним здравым рассудком, их односторонний зрительный контакт нарушила стена одного из домов. Как только братья Ренгоку пропали из виду, картинка перед глазами смутилась. Стала какой-то...Белой? Танджиро осмотрелся, впереди шёл Сиро. Людей на улицах стало гораздо меньше, и все они шли в одном направлении. — Где мы? — Танджиро продолжал смотреть по сторонам. Это была улица с одиночной дорогой, ответвлений в другие переулки не было, лишь достаточно ровная и красивая полоса, ведущая за одно каменное здание. Вся улица была наполнена паром, влажным и тёплым. Он размывал зрение юноши и окутал лицо приятным ощущением тепла. Как будто вернулся с холодной улицы в свой дом и сразу укутался в одеяло. Хоть Камадо и жил а этом городе несколько лет, он еще не видел подобного места. Он продолжал что-то высматривать сквозь туман и глядел на мутные чёрные фигуры спереди. — Мы...Мы в сэнто, видимо. — Сказав это, достал толстую черную резинку из кармана плаща и завязал тугой хвост, открыв миру не самое человеческое лицо. — Как же она называется..."Дандзирио", вроде. Юношу осенило. Он помнил это название, но крайне смутно. Прийти в это место предлагал Иноске, который гостил тогда у Камадо вместе с семьёй. Не забыв упомянуть про то, что "Дандзирио" прекрасно рифмуется с именем юноши, Панджуро. Всячески нахваливал это место - Огромные залы, множество бань, сауна и даже массаж. Да и вообще надо тебе расслабиться старик, а то помрешь скорее от унылой жизни чем от метки. Сложно это представить, но влияние метки тогда даже стало смешить Танджиро, когда Иноске случайно назвал его "Четвертаком". С тех пор смеяться про скорую смерть юноши стало вполне себе дозволено, хоть и сильно порицалось Канао. Танджиро тогда отказался. А сейчас он видит это место воочию, немного пройдя по улице он обнаружил гигантские ворота, с длинной лестницей. Всё место было окутано паром, свариться можно было прямо на улице, даже не заходя внутрь. На лестнице сидели люди разных классов и видов, но все они, без исключения, были лишь в одном белом полотенце. С здания выходили и заходили посетители в больших количествах, выпуская со ступеней еще больше пара. Юноша думал что это будет небольшое здание просто для того чтобы помыться, зачем ему королевская ванна? Это явно ударит по кошельку. ... Внутри здания, прямо после прохода дверей стояла касса, закрытая от территории самой бани лишь небольшой, метра четыре, полукруговой деревянной загородкой с ромбическими вырезами. Только сейчас двое парней заметили здесь они единственные, кто находились в одежде. Даже только что зашедшие люди были лишь в одном завёрнутом полотенце. Спрашивать про наличие здесь раздевалок было глупо, их явно нет. По какой-то причине. Вся гигантская территория сэнто была разделена лишь на все части: двадцать пять квадратных метров было уделено под кассу, а остальные четыре тысячи - под всевозможные водные удовольствия, среди которых Танджиро даже смог проглядеть искусственный горячий источник, похожий на тот, что был в деревне кузнецов. Вспомнив про это, он покраснел. — Ну что-ж.. Придётся бросить одежду и купить здесь полотенца. — С небольшой усталостью в голосе сказал Сиро, разминая затёкшую от постоянных наклонов головой от флажков на улице. Что? — Ты будешь мыться?! Зачем?! Я думал ты просто решил прогуляться! — Танджиро снизу злобно посмотрел на улыбающееся лицо. — Ну я же походил, пропотел, надо помыться. — Сказав это, он двинулся к кассе и о чем-то заговорил с работником. Танджиро смотрел на него с отвисшей челюстью и выпученными глазами. Он совершенно не был против чтобы Сиро, эм, мылся. Его волновал чересчур, мягко сказать, интересный внешний вид своего сожителя по телу, который вызовет много вопросов у посетителей. Он даже не попытался уложить волосы на рога, чтобы хоть как-то их скрыть. Острые ногти, белые глаза, красные сияющие татуировки. Да у него на лице написано что он не человек! Юноша даже не хотел думать о том, что у него может быть гораздо больше этих татуировок, но пока видел он их только на предплечьях. Сиро развернулся, нёс в руках пару полотенец, неизвестно откуда он взял деньги, но не будет удивлением, если он использовал парочку своих трюков, чтобы взять их за бесплатно. — Кажется я стал ей интересен. — Мужчина начал быстро снимать с себя одежду и бросать на мокрый пол, Танджиро попытался не находится рядом с ним и не показывать вид, что он как-то с ним связан. Ушел от него на пять метров. За стойкой кассы стояла юная продавщица, оперевшись локтями об деревянный стол и приложил ладони к лицу, не сводила глаз с демона. Который только подначивал, грациозно поворачиваясь и распустив длинные волосы. Зачем он их вообще собирал? Когда демон остался в одних лишь узких брюках, промокших от влажного воздуха, продавщица кажись сошла с ума, начав с противным звуком нервно скрести ногтями по столу и прикусывать губы. Сиро обернулся и посмотрел на девушку. Мягко ей улыбнулся и подошёл к к Танджиро. — Видимо слишком интересен, идём отсюда подальше. — Говоря это, он косо посматривал на продавщицу из-за плеча, а глаз немного подёргивался Они вдвоём зашли за перегородку, и оказались уже на самой территории купальни. ... Татуировок на всю спину у него не оказалось, они тянулись от ладоней до плеч, извиваясь пламенными языками и немного напоминали линии Аказы. Они вышли на правую дорогу, которая вела по всему периметру сэнто, по каждую сторону дороги были различные бассейны и пристройки, выбирай не хочу. Они полностью разделились во всех традициях, прикрывая друг друга полотенцем по очереди. Сиро отлучился в самую громкую и большую баню, в которой его сразу же радушно встретили. Начал рассказывать свою уже привычную историю о моряке и Англии, игриво беседовал с девушками. Когда поднялся вопрос о странном виде парня, тот лишь отмахнулся, сказав что не стал снимать аксессуары и сводить краску, так как не успеет снова всё нанести к фестивалю. Кампания задорно рассмеялась и продолжила общаться в обычном темпе, частенько подзывая официантов с алкоголем. ... Танджиро пошёл в один из самых дальних источников, сделанный в форме большой горы с водопадом, внутрь которой даже можно залезть, есть кто-то желает особого уединения. На этом месте практически не было людей, наберется всего человек семь, тянущие свои оплаченные часы в булькающей ванне и попивая всякого рода напитки. Сзади послышались громкие звуки, которые явно приближались к Камадо. Юношу остановила администратор и напомнила о правилах заведения - посещение бань без родителей до шестнадцати лет запрещено. Танджиро было четырнадцать. Но попытаться притвориться взрослее не было ни единого шанса, ведь выглядит он скорее на двенадцать, проклятие безобидной внешности и больших глаз. Охотник громко вздохнул и медленно повернул голову к бассейну, в котором вальяжно сидел Сиро и обсуждал всевозможные новости с его новыми знакомыми, которые были обняты по каждую сторону длинными руками демона. Громко шлёпал по мокрой поверхности под пристальным надзором администратора, подошёл к демону. Его накрыло повисшей тенью. Весь бассейн вдруг затих при виде нависающего над Сиро парнем. Демон медленно приподнял откуда-то взявшиеся чёрные очки и повернул голову к Камадо Администратор громко топала по полу и скрестила руки на груди, теряя терпение. Танджиро расширил глаза, сделал странное выражение лица, и сказал: — Пап, пойдём на гору. Сиро сжал губы, еще раз оглядел администратора и парня, полностью освободил уши от груза очков и передал кому-то на другую сторону бассейна. Всё еще держалась гробовая тишина, разбавляемая лишь звуками искусственного водопада и далёких бесед остальных купален. Демон освободился от объятий двух красивых женщин и молчаливо стал подниматься по лестнице из бассейна. Он ведь ни в коем разе не выглядел как отец четырнадцатилетнего пацана, ему самому чуть за двадцать пять, может тридцать. Биологически... Сиро подошёл к Танджиро и они оба посмотрела на администратора, выглядело всё весьма комично. Для полноты картины он положил руки ему на плечи. Высокий бледный мужчина с узким лицом и белоснежными волосами и низкий Танджиро с загорелой кожей и широкими чертами лица c красными волосами. Либо все гены Камадо достались от матери, либо Сиро очень плохо подходил под роль его отца. Эту естественную несостыковку заметил и администратор: — А-э...Вы его отец? — С подозрением проговорила женщина, театрально сузив глаза и посмотрев на "кровных" родственников. — Он сирота. Я взял над ним опеку. Танджиро, конечно, стало не очень приятно. Но сейчас он хоть не сирота. Администратору было нечего сказать, проронив нечто вроде "В странные вы его места водите", написала что-то в блокноте и поспешно ретировалась. Камадо ждал, пока она скроется за ближайшим углом, чтобы за это время успеть добежать до горы. — Сына, тебя не проводить, а то мало ли подскользнешься? — Без эмоций сказал Сиро в спину охотника, поправляя мокрое полотенце на поясе и убрав волосы за плечо. ... Камадо поднялся по импровизированной лестнице до входа горы и вошёл внутрь. Внутри царила атмосфера так нужного Танджиро спокойствия и тишины, толстые каменные стенки не позволяли шуму воды и громких разговоров посетителей помешать заслуженному отдыху. Он потуже завязал полотенце и опустился в горячую воду бассейна, который располагался внутри скалы. Там почти не было света, горело лишь пару красных свечей с интересным запахом. Атмосфера была как нельзя кстати. Ведь требовалось подумать что дальше предстоит делать со всеми этими внеплановыми изменениями графика. В это время по-хорошему он должен быть у дома Урокодаки, забрать форму и, если повезёт, готовый Ничирин. Интересно, будет ли он так же чёрным? Но так как планы сильно изменились, и теперь вместо деревянной бадьи с самодельным мылом он купается в горячем источнике со всеми возможными в воде расслабляющими примесями. Не худшая альтернатива, но не сам ли Танджиро давал себе обещание в начале тренировок "У меня не должно быть времени для отдыха"? ( Столько пафоса, а сейчас лежит в ванне. Извините. ) За это стало немного стыдно. После посещения учителя нужно двинуться к рисовым полям, зачистить убежище демона-барабанщика, Кёгая. Вороном Уз собрать небольшой отряд из Истребителей и выйти в паучий лес, где и его...Нужно очистить, без единой жертвы. Звучит крайне просто, а реализация, как обычно, будет хромать. В частности из-за того, что Танджиро еще не овладел полной концентрацией дыхания, которая как новый этап в жизни человека, даст ему больше путей развития. Сейчас же охотник находится на своём пике, плато, и без качественного тренировочного оборудования сдвинуться с этой мёртвой точки нельзя. Придётся как-то заселиться на базу Истребителей, хоть ненадолго. В этом перерыве между миссией с "Бесконечным поездом" нужно постараться не тратить времени зря и полноценно подготовиться перед битвой... После битвы с Аказой место крушения бесконечного поезда и вся примыкающая к ней лесная территорию была оцеплена и начались поиски следов. В конечном итоге это, кто бы поверил, ни к чему не привело. Уже холодное тело Кёджуро ждало прибытия Какуши ( Отряд помощи в рядах Истребителей ) еще пол часа. Всё это время трое охотников молча смотрели на бездушное тело, освещаемое солнечным светом и редкими порывами ветра, шатающий острые локоны огненных прядей. Земля под Столпом была влажная и тёмная, из открытого рта капали практически чёрные капли крови из за проткнутых лёгких, огромная сквозная дыра в теле показывала все выпавшие наружу органы и огромное количество красной жидкости. Потяжелевшая из-за крови пламенная накидка слетела с плеч, Танджиро и друзья тогда решили обязательным положить её на плечи обратно. Лицо стало бледным, почти белым. Вся кровь перестала циркулировать и стала медленно оседать в нижних конечностях. Всё время до приезда врачей мышцы тела редко сокращались, каждый раз Камадо не мог сдержать слёз после мимолётных движений Столпа. Мокрые глаза Танджиро хотел сбросить на влажный пар и горячую воду, но получалось довольно плохо. Ставшие влажными и тяжёлыми длинные пряди стали валиться с чёлки прямо в глаза юноши. Опыт с Сусамару и Яхабой дал понять что длинные волосы всё-таки не самый верный друг в бою, и что лучше как можно скорее их состричь. Послышался мягкий звук стали. ... Окончив длительную банную процедуру ( Растянувшуюся на 5 страниц, прекрасный филлер ), выхватил Сиро под руку из бассейна. В это время он показывал фокусы уже не самой трезвой аудитории, используя все свои туманные трюки и создавая объекты прямо в руках. Зеваки никак не реагировали на явно неадекватное появления вещей из ниоткуда, но градус дал о себе знать. Пока его быстро тащили к выходу, демон был крайне обижен ведь он "Только начал получать удовольствие". Двое быстро оделись во всё-еще мокрые одежды, ощущения не из приятных - из горячей ванны сразу прыгнуть в промокшую рубашку. Продавец на кассе сменился, и вместо немного озабоченной девушки там сидел молодой парень, постоянно сидящий в идеально прямой позе и сверля взглядом стену. Он, даже не посмотрев на Танджиро и Сиро, пробил их билеты и взял кровные деньги Камадо. За два билета. На эту наглость демон лишь развёл руками. — Ладно, хоть немного развеялись. А то только леса, грязь, кровь, демоны. — С каждым перечисленным примером он всё больше тянул слова. Открыв тяжёлую дверь бань, выпустили наружу большое количество влажного пара. Холод вечернего ветра пробил всё-еще горячее тело Танджиро прямо до костей. Пошли сильные мурашки. — Чем займёмся сейчас? Неужели ты решил взять полноценный выходной? — Сиро сложил руки за головой и продолжал идти так еще пару минут. — Не притворяйся будто не знаешь что я буду делать. — Танджиро шёл с покрасневшими и распухшими глазами. — Э?.. Спешу заметить, что я не могу читать мысли людей, если я нахожусь в своём теле. Так что рассказывай, я весь внимание. - Активно жестикулируя, проговорил Сиро Интересное замечание. — Мы пойдём к дому Урокодаки-сана и заберём по крайней мере свежую форму. Хоть Камадо и хорошенько помылся, форма после двухчасового лежания на мокрой плитке стала пахнуть только сильнее. Он бы с радостью прямо сейчас купил новую одежду, но скромная зарплата Истребителей не давала такой возможности ( В манге было сказано что Мизуното получают 200.000 Йен, это крупная сумма, но я её изменил до 70.000 для более комфортного повествования ). — Лес и грязь. — Между слов юноши вставлял демон, театрально рассматривая свои ногти. — Затем выдвинемся в сторону паучьего леса и сделаем пару дел по пути. — Камадо положил ладонь на рукоять катаны, сейчас ношение оружия в городе примут за карнавальный костюм и его не оштрафуют. — Кровь и демоны. — Закончил беловолосый, даже чуть обидчиво сложив руки на груди и громко хмыкнув. — Как я знаю у тебя есть много других миров, раз тебе не нравится мой путь, иди смотри за чьим-то другим. — Камадо говорил холодно и без эмоций, ему хватило с головой сегодняшней компании демона. — М-да.. Демон чуть цокнул и стал вращать головой по мутным пейзажам города, пока взгляд его не остановился на голове парня. — Ты что, подстригся? ... На улице стоял прохладный вечер, людей стало в разы больше, поэтому даже секретные, как думал Танджиро проходы, были забиты целыми очередями. Теперь уже по лицу Камадо и груди Сиро били бесконечные украшения широких костюмов. До главного момента праздника осталось около пяти часов. Говорят, что именно в этом году салют будет особенно крупным и мощным, и даже то, что увидеть его можно даже в нескольких десятках километрах от города. Танджиро не верил в это, но было бы забавно увидеть его хотя бы с горы Натагумо. Весь город сегодня был ярким как пламя. Повсюду играла праздничная музыка, сливаясь в одну неразборчивую мелодию, которая, если честно, всё же поднимала настроение. Звуки веселья сочились из каждого угла. Каждый ребёнок, проходя рядом с Сиро, считал своим долгом подпрыгнуть и покричать в его уши, либо попытаться схватить за рога. Дёргали за плащ и волосы, но в итоге получали лишь порцию мокрых ладоней об промокшую одежду демона. Некоторая компания девочек даже смогли завязать из его волос три больших косы, причём делали они это на ходу. На удивление он не подавал никаких признаков раздражительности и просто продолжал идти вперёд, к воротам города. С каждой пройденной улицей и поворотом украшений становилось всё меньше, а праздничный дух угасал прямо на глазах. Задние ворота города даже не были освещены, что уж говорить о какой-либо атмосфере. На посту стояли два похрапывающих охранника, опершиеся на колонну ворот и мушкеты. Работа действительно не самая интересная, круглые сутки смотреть на вход в тёмный лес на самых неиспользуемых воротах всего города наверно быстро надоедает. Свернув на небольшую тропинку, они начал пробираться через густые заросли беспросветного леса. Ничего не было видно, ставка делалась на знание Танджиро дорог и его нюх, который конечно здесь бы не помог. Так они прошли около семи минут, и когда был замечен первый источник света в этом тёмном коридоре, они наконец дали волю порадоваться. Перед взором оказалась довольно холмистая местность, и множество полей разных культур. Возле каждого фермерского хозяйства стояли небольшие хижины, схожих с теми, в которых очнулся Танджиро после тренировки Хиноками. Оказалось что лес был ограждён метровым в высоту, красивым красноватым забором, а рядом стояла табличка "Лес Цугикуни". Танджиро не знал этой фамилии, но лес далеко не выглядел как культурный объект, все давно заросло и даже нельзя разобрать точной дороги до самой достопримечательности. Лишь на одном участке местности этого леса была равнина, на котором стояло небольшое имение. Давно заброшенное. Танджиро просто прочитав текст, быстро отошёл от таблички и стал двигаться по пути к дому учителя. Сиро остался у таблички и немного нахмурил брови. Положил ладонь прямо к ребру деревянной основы. Камадо обернулся и посмотрел на него, и чего он там увидел? — Знаешь этот род? — Спокойный голос раздался где-то за спиной. Сиро провел пальцами по табличке, стряхивая с неё пыль, а затем протёр их об карманный платок. — Это был род аристократов, живших в эпоху Сенгоку. Отныне выродился. — Сейчас голос Сиро не выдавал никаких эмоций, даже не было его фирменной наглой улыбки. — Не удивлюсь, если ты застал всех их лично. — Танджиро разрешил себе слегка улыбнуться. — Я старый, Танджиро, но не древний. — Появляющаяся на его лице улыбка даже начала вызывать чувство безопасности. Возле таблички, слева, был поставлен ряд скамеек, красивых. С железными узорами, сплетающийся в некие "косички". На одной из них сидели мальчик и девочка, прямо под листьями высоких деревьев. Видимо, они были на свидании. Влюблённые и любимые друг другом. Танджиро немного посмотрел на них, улыбнулся. Завидев реакцию парня, Сиро с интересом посмотрел в сторону взгляда Камадо и нахально оскалился. — Тебе с Канао до этого еще предстоит долгая дорога. Как минимум, длинной в одну ванну. Демон громко загоготал, прервав парочку и обратив на себя их взгляд. Танджиро быстро ретировался, показывая что он не связан с этим человеком никаким образом. ... Двое шли еще около получаса, на горизонте показалось болото с не самой качественной дорогой, точнее её не было. Это был короткий путь, значительно уменьшающий время до прибытия к дому. Но в следствии отсутствия дороги и прямой дорогой в тёмный лес, где частенько рыщут демоны, обычный люд этим путём не ходил. Кроме охотников в лице Урокодаки и наверно всех его учеников, этот путь никогда бы и не открыли, ведь он этот путь им и показывал. Танджиро же им часто пользовался, прыгая с ветки на ветку, обходя тем самым тягучую трясину. "Демонический" лес же не нёс в себе никакой опасности, и скорее был одарён столь пугающей историей для запугивания детей, чтобы те не ходили близко к болотам. Но потеряться в лесу было раз плюнуть, с этим даже спорить не стоит. Не родись Танджиро с особым нюхом, он бы скорее заблудился в этом тёмном месте, либо же воспользовался помощью напарника, который в это время высказывал ярое недовольство по поводу этого места. — Танджиро, это болота! Ты хоть понимаешь как мне приятно ходить по ним в туфлях? — Он аккуратно делал каждый шаг, пытаясь не поднимать лишней грязи. Это не интересовало юношу, который шёл впереди и громко шлёпал по мокрой земле, забрызгивая всё сзади себя. В том числе и Сиро. — Еще и плащ весь грязный, штаны... — Он осматривал потяжелевший от грязи и влаги зад плаща. Штаны были запачканы грязью до самых колен. Он судорожно пытался сбросить грязь, только больше всё портя, пачкая руки и рубашку. — К чёрту это. — Он закатил глаза и с самих его ступней выступил черный дым, который постепенно стал окутывать тело Сиро, пока тот полностью не превратился в неосязаемую оболочку. Как змея, обвивая каждое дерево, он вплотную приблизился к Танджиро и влетел прямо ему в спину. Обратного воздействия и какой-либо реакции юноши не последовало, он молчаливо впитал в себя туманное тело. Это стало напоминать о его похождениях с Незуко на плечах, но сейчас вместо молчаливой сестры был болтливый и наглый демон. Времена меняются. Ближе к середине леса на дороге стал появляться туман, как будто впитав в себя лунный свет и каким-то образом немного освящая всю территорию, показывая силуэты могучих столбов деревьев и широких кустарников. Так же ясно как и деревья, стали видны многочисленные змеи под ногами, так и норовящие залезть охотнику в ботинки. Этим же ботинком он отбрасывал их далеко в сторону, слыша от них агрессивное шипение. Казалось что этот лес длиться бесконечно, но Танджиро прекрасно понимал, что идти осталось ещё минут десять, и он выйдет на крутой горный склон, через который дойти до Урокодаки - дело двадцати минут. ... В чаще деревьев показался свет. Небольшую иску завидел краем глаза юноша, резко обернулся на его источник. С каждой секундой загадочное тело становилось всё ближе, Камадо быстро положил руку на клинок, но так же быстро её оттуда и убрал, ведь когда незнакомец стал чуть ближе, он смог учуять уже ставший родным запах. На расстоянии ста метров был отчётливо слышен запах сильного человека, пахнувший хвоей и особым видом дерева, из которого он делал свои маски. К юноше с лампой в руках подходил Саконджи Урокодаки. На его левом бедре висела простая катана без гарды в дешёвых деревянных ножнах. Танджиро стало крайне стыдно за фактическое воровство личного Ничирина учителя. Он шел нерасторопно, обладая таким же нюхом как у Камадо, так же смог учуять ученика за многие десятки метров от него. Масляная лампа слабо освящала местность, но её вполне хватало чтобы разглядеть дорогу под ногами. Подойдя еще ближе друг к другу. Танджиро одарил учителя улыбкой и вгляделся в его непривычный внешний вид. Кроме несменяемой маски Тенгу на лице, одет он был в совершенно иные как для его стандартного гардероба вещи ( см. конец главы, небольшая зарисовка его одежды ) На нём грациозно висело лёгкое чёрное кимоно с высоким тканевым поясом, на котором собственно и держалась катана. Грудного выреза кимоно не было, вместо него был высокий чёрный воротник, который полностью обволакивал шею, доставая практически до подбородка. Штаны представляли собой два широких цилиндра, которые свободно шатались на ветру ( Подобные были у Токито или Доумы ), высокий черный носок и деревянные сандалии с красной скрепляющей тканью. Поверх кимоно было накинуто широкое белое хаори с узором волны, который начинался со спины и заканчивался на рукавах. Сзади накидки, прямо по середине был иероглиф "滅", который означал "Истребитель". Это лишь догадка юноши, но неужели он носил эту накидку, когда был действующим Столпом? В любом случае выглядел он гораздо наряднее, чем обычно. Сиро прокомментировал это фразой: "А у старика есть вкус...". — Здравствуй, Танджиро. — Раздался хриплый голос из под маски. Танджиро был немного ослеплён светом лампы после получаса ходьбы во тьме. — Здравствуйте, Урокодаки-сан! — Протёр глаза и полез старику в объятия. Даже с чистыми вещами он крепко обнял измазанного в грязи и пыли юношу. Танджиро смог с лёгкостью учуять аромат лёгкого парфюма, видимо, чтобы перебить запах леса, Урокодаки пришлось им воспользоваться. Интересно где же он его взял в этой глуши? — Ты отправлялся на миссию? Я видел твою записку. — Даже сквозь маску можно было почувствовать взгляд учителя на Ничирине Камадо. Они оторвались от объятий и ровно встали друг перед другом. Урокодаки спешно осмотрел белое хаори. — Да. Я смог убить трёх демонов. С некоторыми мне помогли другие охотники. — Танджиро протёр рукоять клинка ладонью. — Извините что так часто беру вашу катану без спроса, но мне она понадобиться еще на несколько дней. Извините! — Танджиро низко поклонился мужчине. — Танджиро... — Старик опустился на одно колено, не побоявшись вязкой грязи на земле. Саконджи положил ладони на плечи юноше и посмотрел на его разорванное хаори и форму. — Ты - мой ученик. Это даёт тебе право просить о чём ты только захочешь, я никогда не откажу тебе и буду помогать. — Он старался поправить уголки оборванной накидки, и провёл ладонью по обстриженным волосам. — Благо тебе больше не будет нужным просить моего разрешения. — В середине предложения он вставил небольшой смешок. Камадо широко открыл глаза и посмотрел на закрытое маской лицо. Он ведь не шутит? — Моя форма... — Танджиро прервали — И клинок пришли сегодня утром, мы ждали тебя с кузнецом около часа, надеясь что ты придешь. Но так и не дождались. Сейчас дома тебя ждёт другой человек. После столь радостной новости, продолжение о "другом человеке" в доме совершенно проскочила мимо ушей. Юноша не знал куда мог выплеснуть свои эмоции. После нескольких секунд бешенства и всплеска адреналина, он постарался перевести дыхание и спросить самый важный вопрос, на который уже назревал вполне логичный ответ: — Я направляюсь в город, на праздник. Не идти же в грязном кимоно. — В конце он глухо посмеялся. Танджиро и Урокодаки побеседовали еще несколько минут, но после предательских первых фейерверков, которые ознаменовали начало фестиваля, Саконджи поспешно стал заканчивать разговор. Ему на плечо села небольшая бабочка, пыльца на её крыльях стала блестеть и искрить под шум и свет выпущенных ракет. А ведь салют видно даже здесь - в глухом и тёмном лесу где-то на отшибе болот. Неужели те самые сплетни были правдой? Перекинувшись последними прощальными словами, оба пошли в разные стороны. И давно старик отмечает праздники в столице? Я думал, ему до этого нет никакого дела. Парфюм, новая одежда, неужели на старость лет захотел остепениться и найти себе на празднике зажиточную вдову, с которой проведёт остаток своей жизни? Эти мысли не принадлежали Танджиро, а чуть раздражающим тембром пронеслись с уст Сиро. Дорога приключений привела Камадо к давно известному горному склону, если следовать которому и слушать звук воды, можно легко добраться до хижины, толком даже не зная дороги. Путь до хижины хоть и был давно вытоптан и запомнен, но сам горный склон представлял довольно большую опасность для обычного человека. От падения в мощный водопад их оберегали лишь пол метра каменного пола и стены, по которой приходилось практически "скользить" чтобы не улететь в глубокую пучину с острыми скалами на дне. После прохождения узкого проёма вы окажетесь на рыхлой земле, которая приведёт вас к подъёму в гору, на которой даже снизу была видна крыша хижины. Это последнее испытание на пути к убежищу. Восхождение на крутую гору с разряженным воздухом, при этом избегание всевозможных ловушек, которые были расставлены по всему склону. Опять же, обычный неподготовленный человек никогда не поднимется в эту гору. Танджиро, аккуратно минуя все растяжки и крепления, постепенно поднимался к пику вершины. На улице стоял поздний вечер, поэтому видеть он мог разве что на несколько метров вперёд. Почему-то чёрное небо стало немного более алым, а луна заимела ярко-красный оттенок, зрелище одновременно и пугающее, и красивое. На последних метрах горы угол подъема стал настолько острым, что Танджиро приходилось применять некоторые навыки скалолазания, цепляясь пальцами за выступающие корни и толстые булыжники. Как только он перекинул тело на ровную поверхность, он лёг на спину и начал быстро дышать, даже ему подъем дался не так просто. Он лежал, глядя на ярко красную луну сквозь листву высоких деревьев. — Ты постоянно намекал на луну. В каком смысле это будет причиной моей смерти? — Танджиро закрыл глаза и спокойно заговорил. — Я погибну от одной из Высших Лун? Сиро не отвечал, оставляя юношу лежать в полной тишине. Камадо повалялся так еще несколько минут, но проскочившая в голове мысль о клинке и форме, сейчас находящиеся от него всего в нескольких десятках метрах, быстро подняла его на ноги. Он суматошно начал подбираться к заслонённой двери, дрожащими пальцами открыл проход и увидел тёмный коридор и комнаты. Лишь лунный красноватый свет немного освещал помещение. Скрипучий пол выдавал каждый шаг юноши, а атмосфера становилась вся тяжелее с каждой просмотренной пустой комнатой. В них не было ни света, ни присутствия человека. Было лишь слышно запах стойкого дыма ритуальных свечей и ржавчины. Танджиро это насторожило. Урокодаки не мог просто соврать своему ученику, да и уйти скрытная личность была не должна, с момента прощания с Саконджи прошло немногим больше десяти минут. — Действительно странно, но думаю сначала лучше поискать форму и клинок, а затем уже вычислять нашего гостя. — Сиро выдал свою точку зрения внутренним голосом. Имеет смысл, клинок то точно убежать не мог. Камадо наматывал круги по трём комнатам, осматривал полочки, шкафы, даже залез под кровать. Ни следа клинка, ни формы. Это начинало действовать на нервы. — Может на улице? — Нужно было рассматривать все варианты. Танджиро в спешке прошёлся до самой двери и размашисто её открыл. Принюхался, начал водить носом по направлению ветра, который в этот холодным потоком больно ударил по ушам. Не было никаких запахов, которые обычно присуще человеку. Опять же, звучал лишь мощный запах леса и мокрой земли, небольшим шлейфом был слышен дым. — Лучше помоги поискать. — Танджиро сказал это тихо, начав идти в сторону разрезанного булыжника. Сиро тёмным сгустком вылетел из хаори Танджиро, только коснувшись земли приобрёл свою человеческую форму. Он почесал голову, размял колени и одним движением ладони достал из бесконечной пустоты его плаща красивую трость. Провертел её меж пальцев и вонзил в землю деревянной основой. Аккуратно положил на неё свои ладони и стал выжидать. ... Возле валуна ничего не оказалось, ни свежих следов, ни новых запахов. Полная пустота и давящая, мертвенная атмосфера. Просто глядя на валун, в глазах сами начинают появляться призрачные образы погибших детей, их сломанные клинки и расколотые маски. Хоть и стояла гробовая тишина, прерываемая лишь редкими порывами ветра возле гигантского камня в ушах стоял какой-то гул, постоянное нечеловеческое мычание. Этот звук наполнил всю черепную коробку юноши, напряг уши, осел тяжелым грузом на плечах. Танджиро лишь провёл ладонью по холодной основе камня, его шершавой поверхности, дотронулся до уже замерзших нитей толстого каната, который некогда висел на могучем валуне, а сейчас лишь мертвым грузом лежал на земле. ... — Техника Демонической Крови. Руна в форме глаза, выгравированная на трости, начал сиять алым цветом. Загорелись жилки деревянной рукоятки. Ладони ни набалдашнике стали обгорать, окрашивая их в пепельно-чёрный цвет и буквально сжигая частички его кожи до самых мышц. Сиро отнял руки от раскалённой стали, татуировки на ладонях стали гореть красным цветом, освящая большую территорию. Засучил рукав одной руки, вынул трость из земли и высоко поднял над головой. Зазвучал тикающий звук. — Дисторсия. Прямо из трости начал появляться чёрный туман, активно поглощая всё в своей зоне видимости. Не прошло и трёх секунд, как фигура демона полностью испарилась в бесконечной дымке. Эта способность имеет множество использований. Тело владельца поглощает туман, сливаясь с ним в единое целое. Носитель дымки может бесконечно долго растягивать мглу, заполняя им гигантские территории. На захваченной местности владелец может легко видеть и слышать все объекты, находящиеся в поглощённой магией области. Туман является неотъемлемой частью тела владельца, так что если по чёрной мгле нанесут удар Ничирином, хозяин получит ранение. Если нанесут удар в точку тумана, где должна быть расположена шея демона, её перерубят и Сиро умрёт. Носитель в любой момент может отменить действие способности, появившись в выбранном месте поглощенной территории. Мгла станет постепенно исчезать, полностью скрывая нахождение демона. В течении считанных минут вся гора и небольшая территория рядом с ней была заполнена тёмной тучей. Дымка стояла меж деревьев, кустов, домов и людей. Она безвреден для человека, но может вызвать нешуточную панику своим внешним видом. ... Танджиро только выходил из леса, руками убирая попадающиеся на пути ветки деревьев. Он обчесал всю прилегающую к камню территорию и направлялся обратно к дому. Резкий поток сбил его с ног, поволок за собой на несколько метров. Танджиро ничего не видел, перед глазами всё потемнело и поплыло, нельзя было разобрать, что сейчас происходит. Сильный напор так же резко прекратился, позволяя перевести дыхание и осознать ситуацию. Танджиро резко поднял корпус, поведя за спиной небольшую полосу чёрной дымки, оказался чуть выше её уровня. Весь лес был закрыт тёмной пеленой, землю было не видно. Он суматошно встал, отряхнулся и решил следовать своему первоначальному пути. Возможно, это была одна из способностей Сиро, нечего переживать. Развеивая перед собой особенно крупные столбы тумана, он пробирался к выходу из леса. ... В двух метрах от обрыва водопада, прямо на каменной скале, сидел Гию Томиока. Столп воды находился на верхушке водопада в медитативной позе. Перед ним на тонкой циновке лежала аккуратно сложенная форма, а поверх неё светился скрытый в ножнах клинок, с гардой, напоминающий Солнце. Он сидел не с закрытыми глазами, он пристально смотрел куда-то вдаль водопада, на отражения алой луны в воде. Сиро увидел его примерно в ста метрах , дымка еще не успела добраться до каменного основания водопада, да и в этом уже не было нужды. Он явился в своей настоящей форме и плечом упал на рядом стоящий ствол дерева. Туманный покров стал постепенно сходить. И зачем нужно было устраивать это? Почему просто не оставить форму в самом логичном для этого месте, для чего было прятаться за добрые пол километра от хижины и глупо всматриваться в небосвод? Ох уж эти Столпы, со всех их странностями. ... Танджиро молча бродил вокруг хижины, заметив пропажу тумана, сделал выводы о том, что либо Сиро нашёл цель и решил доложить Танджиро, либо совсем наоборот. В любом случае два этих исхода скреплял единый конец - беседа возле дома Урокодаки. Камадо присел на небольшую лавочку возле входных дверей опустил взгляд в пол. Нос Танджиро учуял знакомый пепельный запах, принадлежащий Сиро, который неторопливо шагал прямиком из другой стороны леса, наклоняясь перед ветками. Подошёл к юноше поближе и поправил свой костюм. — Твоя сабля в пяти минутах отсюда. Она сейчас у...Как его...Томиоки. — Выглядел он, даже будучи демоном, крайне бледно. Видимо использование Магии Крови дало о себе знать. Танджиро не совсем понял что такое сабля, но сейчас его привлекло внимание совсем другое. — Гию? Здесь? — Танджиро был удивлен нахождением в этом месте Столпа. Демон пальцем указал юноше направление, сам же спешно спрятался в тень Камадо. Видимо, он как и Незуко быстрее восстанавливает свои силы особым образом, не поедая людей, а просто отсыпаясь, или в случае Сиро - находясь в тени. ... Когда же Танджиро дошел до место, в котором немногим раньше стоял демон, он действительно узрел на другом конце скалы сидящего Столпа. Только в этот раз с плотно закрытыми глазами и равномерным, глубоким дыханием. Его клинок лежал возле левого бедра, хаори было лишь накинуто на плечи, руки оставались свободными. Мощные потоки воздуха витали рядом с его ртом, поднимая пыль и развевая листву на скальной поверхности. Камадо двинулся со стороны острова прямиком к Гию, аккуратно переходя шаткий деревянный мост, который связывал водопад и лесную зону. Послышались лёгкие шаги. Столп прекратил поддерживать концентрацию дыхания и развернулся в их сторону. Его взору пристал юноша в грязной и разорванной одежде, с катаной, неумело спрятанной под боком. В ушах красовались серьги в виде карт, а на лбу круглый шрам, похожий на ожог. Через несколько мгновений он понял, что это тот самый ученик Урокодаки, о котором последний так много говорил. В рассказах учителя было много похвалы и уважения к этому совсем зелёному юнцу, к его навыкам и невероятно большому потенциалу. Люди из организации доложили, что под его командованием всего четверо детей смогли полностью очистить лес Финального Отбора от демонов, поставив под вопрос следующую квалификацию будущих Истребителей. Краем глаза Томиока заметил на сжатом кулаке юноши его ранг. Каното. Третий снизу. На следующее повышение ранга повлияло убийство Сусамару и Яхабы, которые были опознаны как сильные демоны. Всего за десяток дней он смог повыситься на два ранга? Даже немногие наследники дела Столпов имели подобный рост. Так же Урокодаки упоминал об его втором стиле дыхания. Он заметил его у юноши, когда тот ночью уходил тренироваться на рисовые поля. Пришлось скрытно за ним проследить. Его дыхание напоминало стили Пламени, но само свечение клинка было настолько ярким и отдавало красным, что казалось, будто смотришь на само Солнце. Саконджи сразу подметил изменение поведения юноши в момент использования нового дыхания, его движения стали более резкими, сильными и быстрыми, при этом не теряя стабильности и концентрации дыхания. Учитель прекрасно видел, что эти стили лучше гармонируют с его телом, чем техники дыхания Воды, поэтому и не стал ничего говорить Танджиро, позволив дальше тренировать именно это Дыхание. Когда Томиока спросил Саконджи об названии его Дыхания, учитель сказал что никогда в жизни не видел подобных техник. Но допустил, что это можно назвать "Дыханием Огня". Организаторы объявили, что среди членов этого Отбора не было пользователей дыхания Пламени, но тем не менее были найдены уймы обгоревших и пропаленных мест. Одна из земельных территорий леса была практически полностью сожжена, оставив за собой лишь большую горсть зеленоватого пепла и демонической крови. В том лесу на ветках деревьев были развешены тринадцать лисьих масок из одинаковой породы дерева. Танджиро аккуратно подошел к следящему за ним Гию, сел на колени прямо перед ним, находясь к водопаду спиной. Между ними сразу повисла тишина, другого ожидать не планировалось, Томиока никогда не был хорош в общении с людьми. Холодный ветер и всплески водопада вызывали неприятные ощущения в спине, пошли мурашки. — Это твоя форма и клинок. — Томиока опустил голову, беспорядочно посмотрел в какую-то точку на камне. Это был неожиданный порыв общительности со стороны Столпа, но не хотелось так рано заканчивать беседу. — А что вы тут делаете? Зашли погостить к учителю? — Камадо даже не притронулся к форме, желая побольше поговорить со Столпом. Гию выдержал краткую паузу и всё же посмотрел юноше в глаза. — Меня и остальных Столпов направили сюда, чтобы разведать территорию горы Натагумо, доложили, что там пропадают люди. А так же несколько Истребителей. — Томиока говорил без эмоций, но вот рядом сидящий Камадо не мог их держать. Сердце кольнуло. Столпов и охотников должны были выслать гораздо позднее, неужели что-то поменялось? Уже есть первые жертвы? Что повлияло на такое сильное изменение временной линии?.. — А...А к-каких Столпов послали на задание? — Камадо, на удивление Гию, прикрыл рот рукой и начал слегка дрожать. Томиока немного повернул голову и глянул на показывающиеся из-за веток деревьев огни праздничного города. — Многие Столпы и охотники находятся на фестивале. Задание небольшой срочности, поэтому основным силам разрешат войти в лес лишь завтра. — Перед следующей фразой Томиока устало выдохнул. — Так как несколько Столпов не имеют дел в городе, их по желанию отправили на задание. Из них только я и Столп тумана, немногим позже присоединится Столп насекомого. Камадо вопросительно качнул головой и Три Столпа на один лес со слабой Низшей Луной? А есть ли теперь смысл собирать целый отряд? При желании и один Хашира смог бы зачистить лес, а тут целых трое. За душу всё еще брала обида и чувство бесполезности, что Камадо не смог уберечь людей в лесу, не смог полностью избежать жертв. — Ты не герой, Танджиро. Ты не можешь уберечь всех людей от демонов. Следуй самым важным целям, не отвлекаясь на мелочь. — Голос в голове звучал жёстче и грубее. — Все эти люди умрут для твоей великой цели, ты не должен давать себе отчаиваться. — Двигайся вперёд, по горе трупов, давая человечеству светлое будущее. — Раз у тебя есть такой шанс, обеспечь всем им счастливый конец. ... Камадо неспеша застёгивал пуговицы на тёмно-коричневой рубашке, за белым поясом уже красовался клинок Ничирин. Юноша закончил с переодеванием и накинул поверх обычное белое хаори, которое разрешил носить Урокодаки, "Если твоё порвется". Провёл ладонью по всей длине гарды клинка, взялся за рукоятку и обнажил его. Сероватый оттенок обычного металла всё еще не окрасившейся катаны. Для начала нужно взяться за неё двумя руками и крепко сжать, иначе цвет так и не проявится. Хоть шанс на получение того же цвета и был практически равен сотне, Танджиро всё еще нешуточно переживал. Да, цвет клинка ни на что не влияет, но спокойный чёрный цвет уже был настолько привычен Камадо, что менять его совсем не хотелось. Юноша крепко схватился за рукоять и надавил на шёлковую обмотку клинка. С начала гарды до самого кончика клинка стал медленно расплываться тёмный цвет, поглощая все оставшиеся участки бледно-серого цвета. На удивление чёрный выглядел как-то...Темнее? Глупо, но по другому сказать было никак. Это был по истине глубокий чёрный цвет, он практически не отражал свет и не отблёскивал. Структуру нельзя было назвать металлической, это был матовый оттенок. Танджиро пристально всматривался в глубинно-черный цвет, пытаясь рассмотреть в нём своё отражение или уловить хоть единый блик. Ничего не было. Будто смотришь в пустоту. В голове непроизвольно послышался крайне знакомый крик: "Я ДУМАЛ ОН БУДЕТ ЯРКО-КРАСНЫМ!", Камадо поёжился. По входной двери постучали, глухо и нехотя. Танджиро, поспешно спрятав клинок в ножны и поправив чуть мятое хаори, крикнул "Я готов. Выхожу!" На пороге ждал Гию Томиока, который вот-вот собирался выдвинуться на миссию, но энтузиазм Камадо заставил его взять юношу с собой. ... — Ны-а-гх! На! Получай! Иноске со всем своим звериным гневом бил ногой по толстой деревянной двери. Она уже потихоньку сдавалась, а железные накладки стали ёрзать, намекая на свою скорую поломку. — Дубина! Ты её уже пять минут выламываешь! Почему ты просто не использовал клинки?! Позади Хашибиры находился кричащий на него Зеницу, который вот уже как час пожалел о своем решении согласиться сходить на миссию с Иноске. Доложил ему о мисси его Ворон Уз, точнее Воробей Уз, указавший на старую хижину возле паучьего леса. Выжившие свидетели рассказывали о том, что убегали от трёх демонов, один был тощим и с длинным языком, второй же - гигантский и толстый демон, ужасающего вида. Последнего было видно хуже всех, кроме его алых, как кровь, сияющих глаз. Третий был больше разгневан на других демонов, нежели чем на вторгшихся в их жильё людей. Странные сведения, да и Зеницу бы ни в коем случае не согласился на эту миссию, не появись на дороге этот... Свин. Дверь с грохотом и металлическим лязгом слетела с петель. Пролетев добрые пару метров от удара, шумно упала на деревянный пол, распуская во все стороны просто горы пыли и грязи. Внутри было действительно крайне грязно, пыльно и в общем-то запущено. Куски обоев, свисающих со стен, держались, кажется, только на паутине, которая была щедро развешена по всему коридору. Поломанные доски из пола не стесняясь торчали на целые пол метра, а каждый шаг по самому полу создавал громкий и скрипучий звук. Иноске сразу двинулся в здание, даже не задумываясь о каком-либо плане действий. Поняв, что делать больше нечего, Зеницу аккуратно ступил за порог дома, то и дело оглядываясь по сторонам мрачного помещения. Света не было, всё освещение создавали лишь лёгкое алое свечение луны со стороны выбитой двери. Был виден тонкий и длинный коридор, в котором с трудом могли пройти два человека. Конец же был совсем загадочен, скрыт беспросветной тьмой. Наплевав на все правила безопасности, кабан громко и чётко вытаптывал каждый шаг, высокого поднимая ноги. Юноши двигались так в районе двадцати секунд, пока не стало совсем темно. Они буквально шли на ощупь, постоянно цепляясь за куски сломанного пола и запутываясь в вездесущей паутине. Они упёрлись. Куда? Во что? А вообще, где мы? Эти вопросы должны были посетить голову обычного человека еще до начала этой экспедиции в бездну, но только не нашему зверю. Который встал, попробовал пройтись по тому же месту, только сильнее, но также был отпихнут несдвигаемой стеной. Почесал голову. — Слышь э...Зантенгу, можешь зажечь свою лампу? — Иноске постучал кулаком по стене. Под лампой он подразумевал его клинок, который искрился и светился синим цветом при использовании концентрации дыхания. Прознал он про это, когда во время отбора они сторожили лагерь, и Зеницу держал катану как импровизированный факел или ту же лампу. Во тьме послышалось цоканье, и через несколько секунд можно было ощутить, что весь воздух двигается в какую-то определенную сторону - сторону Агацумы. Он одной рукой поднял клинок вертикально вверх. Мгновенно заискрило, на доли секунды освещая комнату и силуэты находящихся в ней юношей. После того как клинок был полностью "заряжен", он уже давал стабильный синевато-жёлтый свет на приличной территории. Конечно, попавшие на маску кабана искры немного подпалили ему шёрстку. Находились они, как оказывается, в тупике. Они буквально смотрели в пустую бетонную стену. Сзади, примерно за два метра от тупика торчал еле заметный дверной выступ. Довольно странное архитектурное решение - добавить бесполезные несколько метров к дому за счёт угла. Просто угла, без всего. Парни подошли к заслонённой двери и, немного обождав, всё же раскрыли проход в другую комнату. Синий свет озарил просторное помещение, открытая дверь подняла давно собранные кучи пыли на полу в воздух. Летящие серые частички были очень хорошо видны на ярком свете катаны. Комната разительно отличалась по состоянию, даже по сравнению со всеми оборванными обоями и общей запущенности, эта выглядела так, будто по ней прошёлся торнадо. Татами на полах было было разорвано большими и длинными порезами, напоминающих когти. В стенах часто можно было встретить сквозные дыры, которые вели в следующую комнату. Или же глубокие вмятины с трещинами, будто в стены бросали нечто тяжёлое и крупное. Не хотелось даже добавлять, что повсюду были следы уже давно засохшей, коричневой крови. В помещении разило так, что можно было с трудом сдерживать рвоту. Зеницу прикрыл нос краем жёлтой накидки. По татами была разлита непонятная, липкая и прозрачная жидкость, уж больно напоминающие слюни. Пока двое разделились и решили пройтись по всей комнате, сандалии то и дело прилипали к полу, создавая явные проблемы в передвижении. Была дана точная информация что демоны где-то в доме, но пока ни инстинкты Хашибиры, ни слух Агацумы не распознали даже и намёка на демоническое присутствие. Это начинало настораживать. В углу послышался странный звук, после него сразу же раздалось громкое ворчание. Направив свет клинка к источнику шума, увидел там чуть согнувшегося Иноске, быстро чешущий голову. Возле него находилась красивая лампа в железном каркасе, об которую он, видимо, и ударился. — Э-эт...Тварь. — С шипящим звуком Иноске отошёл от опасной лампы, всё еще держась рукой за затылок. Зеницу лишь негромко хмыкнул, подошёл к лампе и поднёс к ней искрящийся клинок. Искра от клинка попала точно по маслянистой жидкости, которая зажгла лампу. Комнату одарил тёплый и мягкий свет, он осветил около половины комнаты, остальная же часть всё еще находилась в глубокой тени. В светлом помещении и комната стала казаться не такой страшной, порезы на полу можно свалить на крайне крупного кота, а паутину убрать. Получилось бы прекрасное жильё. Ребята стали чуть свободнее обыскивать комнату. Щупать стены на наличие скрытых проходов, заглянули под глубокие разрезы пола, слушали движение за стенами. Ничего. По крайней мере на освященной стороне. Зеницу выдвинулся в тёмный угол и встал напротив включённой лампы. Как и ожидалось, на другой стороне оказалась точно такой же светильник, который в это же мгновение был зажжён. Взору открылась и вторая половина комнаты. Агацума быстрым движением встряхнул лезвие и свет клинка стал пропадать. Аккуратно положил его на край ножен и медленно спрятал клинок в бело-золотую защиту. Развернулся в сторону Хашибиры и взглянул на него. Он не делал никаких движений, даже сквозь маску было видно направление его взгляда, устремляющийся куда-то за спину желтоволосого. Зеницу не стал долго стоять на месте и развернулся в сторону взгляда Иноске. В освещенной комнате появилась полупрозрачная дверь между комнатами ( В последующих действиях/главах я буду называть её "Сёдзи" ). С пола пропали длинные разрезы, ушла паутина, но стало невыносимо вонять. Этот запах нельзя было точно разобрать или назвать, он содержал в себе все те самые ужасные запахи, которые только можно было представить. Голова закружилась. Юноши немного опешили, присели и взялись за голову. Ощущения были такие, будто с головы ушла вся кровь. Здесь же основная нагрузка упала на ноги, которые, как будто стали держать на себе несколько тон. Послышались неприятные чавкающие звуки. ... Токито Муичиро. Четырнадцатилетний Столп тумана. Является самым молодым Столпом во всей истории Организации. Для своего юного возраста достиг невероятных навыков владения дыханием и фехтованием. Имел огромный потенциал, стал Хаширой после лишь двух месяцев обучения. В теории является вторым по силе из Столпов. Он ожидал на скамейке под густым деревом, еще не до конца опавшие листья которого редко падали ему на узкие плечи и длинные волосы. Каждый порыв ветра развевал бирюзовые пряди и рукава свободной формы. Его туманный взгляд никак не менялся, даже если его лицо было полностью заслонено густыми волосами. В следствии низкого роста и высокой скамейки, он сидел на ней, ребячливо мотая ногами и поворачивая голову то вправо, то влево. Просто посмотрев на него, никогда бы не возникло и мысли о том, что это один из сильнейших охотников поколения. К нему двигались две фигуры разного роста, но их объединяли спрятанные за левым боком клинки. Они шли равномерно, практически в унисон. Хаори каждого колыхалось на сильном ветру. Муичиро спрыгнул с небольшой высоты и неспешно начал идти навстречу Гию Томиоке и Танджиро Камадо. ... Звон в ушах прекратился, а тело вернулось в более менее стабильное состояние. Зеницу с трудом упёрся на руки и попытался встать. Дрожащие конечности не могли поднять даже собственное туловище. Сильная рука взяла его за шиворот и резко поставила юношу на колени. Перед взором промелькнул сероватый мех. — Ты видишь это? — Иноске сейчас звучал крайне пугающе и серьёзно, указывал головой парня на закрытую Сёдзи, за которой был виден огромный, несопоставимый с обычным человеком силуэт. Тень за дверью не переставала двигаться, постоянно шевеля гигантским телом и, кажется, болтая жировыми складками и что-то теребя руками. Чавкающие и хлипающие звуки не прекращались. — И он...И он нас... — Зеницу пытался прийти в себя, речь заплеталась. — Не слышит и не чует, не знаю почему. — Голос Хашибиры стал еще более глубоким и грубым. Агацума немного похлопал Иноске за предплечье, намекая, чтобы его спустили. Хашибира не задумываясь резко отпустил юношу, с криком впечатав того в пол. Воздух потяжелел как только Хашибира дотронулся до рукояток двойных зазубренных клинков. Они были завёрнуты в лоскуты белой и плотной ткани, служившие некими ножнами для лезвий. Ткань стала сползать с металлической поверхности, и уже через секунду два длинных обрезка лежали на полу. Иноске встал в широкую стойку, громко топнув ногой. Сложил руки крест-накрест, отводя клинки себе за плечи. Рывок. "Распороть и разорвать!" Два мощных разреза, создавшие за собой невероятно острые и резкие порывы ветра. Удар был нанесён по двери, образовав на ней большой, неровный крест. Ткань на сёдзи стала пропитываться кровью, попавшей туда от разреза. В соседней комнате раздались два громких шлепка и злостный крик. Иноске стартанул прямо к растерзанной двери, пока Зеницу лишь обнажил клинок и последовал за ним. В дырах от разреза были чётко видны голова и спина демона, гораздо более крупного, чем обычный. "Атака кабана!" Хашибира с разворота выбил дверь, сразу же проскользил по следам крови и подпрыгнул, нависнув прямо под головой гиганта. Иноске своей атакой смог отрубить ему две руки до самого плеча, поэтому тот лишь бесполезно махал своими огрызками и крутил головой. Рядом с демоном так же был виден другой силуэт, гораздо меньше монстра. Иноске не смог ничего разглядеть, так как уже начинал снижаться. Он перегруппировался в полёте и летел прямо к голове демона с прямо вытянутыми руками. Два клинка вонзились в макушку демона, пройдя через его мозги и прочую органику на всю длину лезвий. Мечи вышли через рёбра, явно прорубив парочку из них. Демон заревел, глаза налились красным, а их толстого носа брызнула кровь. Он стал метаться от стенки к стенке, каждым шагом сотрясая целое здание и снося перед собой всю тяжёлую мебель. — Клинки застряли, тварь! — Иноске отчаянно дёргал за рукояти, но катаны будто сжали тисками. Хашибира ногами перехватился за шею демона чтобы не потерять равновесие. Демон с большой скоростью влетел в ближайшую стену, оставив на ней большой след проломленного бетона и крошащейся штукатурки. Иноске сильно качнуло, больно ударился рукой об стенку, но всё еще крепко держал рукояти клинков, не теряя надежды их вынуть. Только в этот момент подоспел Зеницу, который быстро оглядел всё место битвы. По всей территории комнаты бегал огромный демон, метра четыре в высоту, прибавь к этому его вес и получишь не менее полу тонны чистой массы, с которой сейчас борется Хишибира. Прямо возле Сёдзи лежала нагая фигура в крови, разобрать её состояние и положение было просто невозможно, крови на ней было настолько много, что нельзя даже было узнать какой стороной она сейчас лежит. Возле тела были разбросаны лоскуты белого кимоно, которые уже стали розовыми. Послышался ещё один громкий хлопок, который чуть не не сбил Агацуму с ног. Судорожно переведя глаз на демона, увидел что тот спиной упал на стену, руки отрасли примерно до локтя. Иноске не было видно, клинки в голове всё еще торчали, но их никто не держал. За спиной демона полилась тонкая кровавая струя. В голове что-то щёлкнуло. Осознание пришло сразу, но мозг еще не успел его понять. Руки и ноги сами встали в боевую позицию, а лёгкие стали быстро набирать нужное количество воздуха. Демон быстро отошёл от стенки, оставив позади впечатанное в бетонную поверхность тело юноши. Маска от удара слетела с головы, из носа потекли две дорожки крови, а глаза закатились вверх. Рот был открыт. На всей грудине парня были бардовые пятна от внутренних кровоподтёков и множественных переломов, грудь немного западала. От удара руки были стёрты и порезаны до самых мышц, некоторые куски острого бетона все еще остались в теле охотника. Он остался сидеть в дыре, тело стало постепенно отлипать от холодного камня, начиная с шеи. Демон развернулся, выплюнул из рта накопившуюся кровь и наклонил всё туловище вперёд, показав свой широкий рог, растущий прямо из лба. Он быстро двинулся прямо к телу Иноске. Слишком быстро, неестественно быстро для его тела. Тяжелые шаги сотрясали весь дом, как будто прочные основы здания уже начинали крошиться от вибраций его шагов. — Не успею! Если он попадёт прямо по туловищу Иноске, то рог разорвёт все органы на его пути, не оставив даже шанса на выживание. Зеницу лишь успеет использовать одну кату, но он не успеет перерубить ему шею и остановить демона. Что же делать? Что делать? Как поступить? Что? ЧТО?! ... — Посмотри как спокойно течёт вода, Зеницу. Джигоро Куваджима шёл вдоль небольшого ручья, пока Агацума плёлся прямо за ним, скучающе смотря в небо. — Пусть она медлительна и нетороплива, но стоит ей взбушеваться, мало не покажется. Прямо как её дыхание. — Зеницу зевнул, пробубнив под нос "Началось..." Учитель же сделал вид, что ничего не услышал, и продолжил свой рассказ: — Она может течь в совершенно разных направлениях, намочить все вокруг. Может протечь в любое место, очень гибкая стихия. — Он сорвал небольшой цветок и поднёс его к носу. Агацума прекрасно понимал куда движется вся эта история с дыханиями, старик будет шляться по всей территории деревни и рассказывать обо всех них, а в конце обязательно добавит про дыхание Грома. Эта была постоянная практика для учителя, регулярно, раз в две недели он брал одного из своих учеников на прогулку и всегда, всегда начинал свой монолог. Двое вышли к небольшому посёлку рядом с тренировочной территорией. Джигоро обратил внимание на большую кирпичную печь возле одной кузницы. — Посмотри как яростно и неудержимо скачет пламя, Зеницу. — Старик подошёл крайне близко к печи, напрягая кузнеца всё больше. Зеницу же не слушал, лишь смотрел по сторонам и провожал взглядом каждую встречную девушку, строя им глазки и махая рукой. — Ужасающая сила. Если суметь ею овладеть, то станешь поистине великим мечником. Но если дать пламени разгореться... — Никогда не стабильно...Можно крайне быстро меняться между одиночной целью и выжиганием всего в округе. Было ощущение, что старик сейчас попытается погладить печь, одаривая её столь поддерживающими словами. Зеницу влепили пощёчину две подруги, к которым тот беспардонно домогался. ... — А вот гром... Учитель стоял возле обрыва небольшой горы, ловя на себя сильные потоки ветра, которые немного шевелили его густые усы и короткие волосы. Зеницу сидел под обгоревшим деревом, листья которого больше никогда не отрастут после того удара молнией. Он был далеко от старика, но всё же прекрасного его слышал. Зеницу выдвигал и задвигал клинок из ножен, наслаждаясь приятным клацающим звуком. — Гром стихия прямолинейная, никогда не откажет. Работает как часы. — Учитель сложил руки на груди. Зеницу выплюнул изо рта соломинку и взглянул через плечо, увидел спину Куваджимы. — Прямо как молния, бьёт прямо и быстро, застаёт врасплох, не давая другим и шанса среагировать. Агацума продолжал смотреть на низкую фигуру, стоящего на обрыве и наблюдающим за заходящим розово-жёлтым солнцем. — У нас отнюдь не гибкое дыхание. Все атаки происходят на огромных скоростях, делая движения резкими и не вариативными. — Джигоро обернулся и посмотрел на наблюдающего за ним Зеницу. — Мы не можем его изменить, не можем переписать многовековую историю Грома. Старик улыбнулся, смотря на золотые волосы парня. — Но мы можем стать сильнее. Можем стать настолько быстрыми, что это перечеркнёт все недостатки, — Старик подошёл к сидячему блондину, — Вы, Зеницу и Кайгаку, можете стать сильнейшими охотниками и не обесчестить доброе имя дыхания Грома. "Стать Пылающими Богами Грома" "Я верю в вас". ... В глазах появились искры. Дыхание Грома. Первый стиль: Молниеносный громовой раскат. Голова демона быстрыми круговыми движениями упала на землю, забрызгав всю комнату каплями крови. Тело от силы разреза оттолкнуло влево, изменив траекторию и пробив стену в метре от Иноске. На другой стороне комнаты, в низкой позиции, стоял Зеницу Агацума, который держал клинок в паре сантиметров от ножен. — Божественная скорость. Послышался звонкий щелчок. Заискрило. В один момент, как гром среди ясного неба, образовалась мощная взрывная волна и линия, идущая прямо по следу Зеницу. Татами и пол под ним мгновенно разорвало, выбросив на поверхность несколько сломанных досок и камней. В комнате висел туман из пыли. Демон пробил стену, выбросив его в другую комнату. Бездвижное тело лежало под крупными обломками бетона и дерева, шея была перерезана идеально ровным разрезом, кожа на срезе была обгоревшей, будто её ударили электричеством. Лежащая рядом голова уже почти испарилась. Зеницу еще некоторое время стоял в боевой стойке, но затем распрямился и обернулся к телу Иноске. Раскрыл глаза. Надо уходить отсюда. Агацума огляделся вокруг и увидел уже начавшее распадаться тело демона. Головы рядом не было, осталась лишь горстка пыли. Юноша сделал шаг в сторону демона. Возле некогда лежавшей головы, ставшая пылью, лежали два клинка. Зеницу аккуратно подобрал клинки и голыми, без ножен, спрятал за ремнём. Он понимал что лезвия в любой момент могут перерезать плотную ткань и оставить Агацуму без своего родного клинка, но выбирать было не из чего. Юноша быстрыми движениями побежал в другую комнату, где находился Иноске. Ноги подкосились, а всё тело будто стало ватное. Зеницу приземлился на пол, больно ударившись носом. — Что? — Всё что он успел промямлить, пока падал вниз. Почему я не могу пошевелить ногами? Что произошло? Голова пыталась сфокусироваться на размышлении, но полуживой напарник и удар носом перетягивали всю мозговую активность на себя. Зеницу стал ползком двигаться к ногам Иноске, чтобы хоть как то забрать его отсюда. Из дыры в другую комнату послышались тяжелые шаги, чуть менее тяжелые чем у побежденного демона, но все ещё способные сотрясать дом при каждом его движении. Буквально через двадцать секунд в дыре стены появилась высокая, метра два с половиной, фигура. Она низко склонялась над проломом, пытаясь пройти в следующую комнату. Выглянуло огромное нечто. Человекоподобный демон с тёмно-серой кожей и длинными коричневыми волосами. На лбу и скулах были видны чёрные полосы, которые напоминали тигриные. На лице сияли два кроваво-красных глаза, на правом же был виден еле заметный зачёркнутый силуэт надписи "Шестая Низшая Луна". Губы были широко открыты, показывая миру свои бритвенно-острые зубы. По всему телу торчали большие барабаны, место крепления которых было наполнено венозными вздутиями и посинением кожи. Зеницу находился уже со всем у ног Иноске, карабкаясь на разрушенную стену. Кёгай наклонился, прошёл через проломленную стену и встал посередине помещения. — Проклятие. Демон заговорил глухим и довольно тихим голосом, будто совсем не замечал двух парней и исчезающего демона в другой комнате. — Это жирдяй снова съел мою добычу, ненавижу, ненавижу... — С каждым словом отвращение на его лице становилось всё сильнее, а слова наоборот тише. — Почему каждый врывается в чужой дом и начинает красть еду, почему...Ненавижу...Ненавижу... — Голос стал как железный, а слова проговаривались со звонким рыком. — Я только хочу заполучить редкую кровь, а мне все мешают, демоны, охотники!...Ненавижу...Ненавижу...НЕНАВИЖУ! С ужасающим криком послышалось последнее слово, а за ним и звук удара в барабан, который звонко отдался в чутком ухе желтоволосого. Треск ткани. Зеницу отчётливо услышал треск ткани. Через секунду показались четыре больших чёрных когтя, которые появились из под земли. Они мгновенно направились в сторону парней, разрывая ткань татами и круша деревянный пол, разбрасывая щепки и целые пласты покрытия по всей комнате. Зеницу из последних сил отпрыгнул вбок от когтистого удара, прижался к стенке к стенке окровавленной ладонью. Когти прошлись на несколько десятков метров вперёд, будто прорубив всё здание насквозь. Острая боль в левой руке. Сзади послышался звук разрубленного мяса. Зеницу облокотился на стену и схватил Иноске за ноги, стягивая его с бетонного выступа. Он быстро дернул тело и взвалил себе на плечо. *Тум* Агацума моргнул, а когда открыл глаза, под ногами уже не было никакой опоры, он находился в воздухе в четырёх-пяти метрах от пола. Покрепче прижал Хашибиру к себе, полностью принял удар своим телом, больно упав на плечо. Перевернулся, встал на корточки. Зеницу почувствовал над ухом горячее и частое дыхание. Слишком частное как для полуживого человека. Тело было горячим и будто обжигало кожу прямо через одежду. Его сердце билось настолько часто и сильно, что вибрацией отдавало по всему торсу желтоволосого. Не всё потеряно? Или это предсмертные конвульсии? Осмотрелся. Вокруг не было никого, парни оказались в совершенно новой комнате с тёплым, оранжевым освящением и высокими стенами. По всему периметру была выставлена различная мебель, начиная от комодов и шкафов и заканчивая зеркалами и стульями. Агацума попытался встать на одно колено, что у него и получилось, скоро ноги будут в полном порядке. Атаки демона не так быстры, как может показаться. Техники дыхания Грома смогут огибать препятствия и разрезы, а также держать равновесие при еще одном таком трюке с перемещением в воздух. Но с пассажиром это будет делать крайне трудно, следует его куда-нибудь укрыть. *Тум* Обернулся. Прямо в метре от него появился Демон-Барабанщик. Зеницу не успел среагировать, как получил тяжёлый удар ногой прямо по животу. Зеницу выпустил из рук тело Иноске и отлетел в ближайшую стену, проломив небольшую деревянную балку и потеряв все клинки на лету. Юноша согнулся, его шумно вырвало. В следах рвоты были красные примеси. Попытался закрыть рот дрожащей ладонью и краем глаза заметил, что рука по локоть была в крови, форма пропиталась, а разорванный рукав хаори окрасился в оранжевый. На левой руке недоставало двух пальцев, мизинца и безымянного. Была рваная рана, нещадно кровоточило, а перед глазами размывались торчащие из разреза перерубленные кости и куски разорванного мяса. Только сейчас, взглянув на руку, он в полном объёме прочувствовал всю боль. Демон стал подходить лишь ближе, не обращая внимания на лежащего рядом Хашибиру и клинки, которые он отбрасывал когтистыми ногами. — Вы тоже не особенные, тут нет особенных...Проклятие... — Кёгай снова заговорил тихим и будто жалостливым тембром. От трясущегося юноши до демона оставались лишь два метра, которые были преодолены очередным ударом ногой, но в этот раз нацеленным в голову. Зеницу успел прикрыть лицо предплечьями, оставив на них всю невероятную силу удара. Охотник почувствовал, как внутри рук что-то сместилось. Демон продолжал делать размашистые удары ногами, коленями, руками и локтями, каждый выпад сопровождался невероятным криком и хлопком. Когтями он разрывал кожу и ткань одежды, вырывал волосы, царапал лоб, втыкался в конечности. Ногами целился в в бока и живот, проламывая ребра и протыкая внутренности. Коленом пробил защиту парня, проломил предплечья и ударил прямо по носу, с противным хрустом вдавливая его внутрь. Бесполезные сломанные конечности мёртвым грузом упали на пол. Демон их поднял, вцепился в них когтями и резко потянул на себя, давая больше силы в его следующий удар. Коленом он ударил в челюсть, явно сместив её, если полностью её не выбил. Несколько пар зубов с трескающим звуком упали на пол, последовавший за ним фонтан крови не заставил долго ждать. Растекающаяся под парнем лужа росла с каждой секундой, кровь текла с каждого участка его тела, а сердцебиение стало уменьшаться. Дыхание ослабевать. ... Лес сливался в непонятное сине-зелёное месиво от скорости девушки, которая сломя голову неслась по пустынной тропинке, ведущей к небольшому домику вблизи горы Натагумо. К девушке прилетели сразу два Ворона Уз, один из которых был, правда, воробьём. Они судорожно рассказывали что-то о доме, Низшей Луне и полуживых охотниках внутри, перебивали друг друга и просто не могли дать точную и полную информацию о случившемся. Шинобу Кочо впервые за долгое время позволила себе убрать улыбку с лица, так как угроза от Демонов Двенадцати Лун поистине невероятна, и если те двое охотников по крайней мере не "Хиното", делать им в схватке с ними нечего. Не сообщи об этом сейчас, демон бы долгие годы продолжал убивать невинных людей. Вороны летели сзади, с трудом поспевая за девушкой и продолжая кричать об ужасном состоянии мечников. Столп продолжал ловко прыгать по веткам деревьев, как можно сильнее сокращая путь до цели. Если те слова Воронов хоть на одну десятую соответствуют действительности, то парням осталось недолго. Изысканное шёлковое хаори легко держалось на плечах девушки, ловя воздух и раздуваясь в подобие крыльев бабочки. За плотным белым поясом, наряду с катаной, висела небольшая сумка с нарисованным на ней красным крестом. ... Демон стоял напротив Зеницу. Его руки были испачканы кровью по локоть, а на торсе были следы частых и густых брызг багровой жидкости. Даже будучи демоном, он по какой-то причине тяжело дышал, а на лбу будто выступила лёгкая испарина. Всё тело дрожало, а зубы без умолку клацали. Он отошел от полуживого юноши на пять метров, посмотрел на него и поднёс руку к барабану на груди. Его остановил гулкий звук позади, будто воздух из трубы выходил под высоким давлением. Кёгай обернулся. Только повернув голову, в его поясницу воткнулось два клинка, отмахнулся когтистой лапой, но фигура промчалась под рукой и распорола боковые мышцы, разрезав рёбра. Демон не успел проследить за этой атакой, движения охотника стали одним серым пятном. Иноске находился в низкой стойке, атакуя быстрыми и широкими взмахами, стараясь разрубить все части демона, которые он только видит. Кёгай старался парировать атаки, но острые лезвия гораздо быстрее перерубали пальцы и ладони демона, не давая им и времени восстановиться. Иноске подпрыгнул и крестом рубанул по груди, оставив глубочайшие раны. Перевернулся, ударил ступнёй по виску демона. Шестая Луна немного пошатнулась, потеряла равновесие, упала на спину, задев сразу два барабана. Комната провернулась на сто восемьдесят градусов, а в сторону парня полетели чёрные когти. Хашибира перепрыгнул его атаку, но она всё-таки слегка зацепила спину парня, оставив три неглубоких пореза. Только сейчас Кёгай заметил на правой щеке парня странное пятно, напоминающее мельницу. Весь вид его врага сейчас напоминал мятую подушку, всё его тело было нестабильно, а держался в сознании он, кажись, на одной лишь силе воли. От скорости атак каждым взмах его лезвий нельзя было точно предугадать, хаотичные разрезы двумя клинками превращались в настоящий шквал. Он стал судорожно и быстро стучать по всем барабанам на теле. Комната вращалась по всем возможным направлениям, когти разрывали тканевые стены, крушили основу, разрушали мебель. Но ни одна атака не достала тогда невероятно быстрого Иноске, который даже со всеми травмами акробатическими движениями буквально прыгал со стены на стену и скользил по летящей в него тяжёлой мебели. — Боль разрывает всё тело, но почему я ускорился? Почему чувствую себя так, будто стал сильнее? — Ловя мощные потоки воздуха, Хашибира продолжал прыгать по появившейся ровной поверхности. Кровоток бешенным темпом циркулировал по всему телу парня, насыщая все клетки большим количеством кислорода. Чувствовалась удивительная сила и скорость реакции, будто никто не может тебя сейчас остановить. По всему лицу выступили толстые вены. Мышцы тела были напряжены, они стали одновременно и тяжёлыми, и лёгкими. Боль хоть и была сильной, но это состояние явно погасило большую часть ощущений, сконцентрировавшись на битве. Иноске каждым шагом, каждым уворотом разрушал под собой толстые слои досок, втыкал клинки в бетонные блоки, перерубал крепкие конечности демона, которые были гораздо прочнее любого камня. Техники не требовали никаких затрат дыхания и сил, либо же, как казалось Иноске, он наконец освоил полную концентрацию дыхания. Тонкие струйки плотного воздуха выходили из краёв рта и носа, вперемешку с кровью. Демон хаотично размахивал руками по всему своему телу, пытаясь хоть как-нибудь повредить охотника. Он не понимал, как человек с подобными ранами может просто стоять, не говоря уже о полноценной битве с огромными скоростями и усилиями. Внутренности парня давно должны быть вперемешку, а дух постепенно выходить из тела. Но этого не происходит. Второй раз за свою жизнь Кёгай почувствовал страх смерти. Очередные когти разбили стоявшее рядом зеркало, выплеснув крупные осколки прямо в парня, который защитился от них, впитал все увечья предплечьями и продолжил двигаться дальше. Напролом. — Почувствуй ярость дикого зверя, тва-а-а-рь! — Иноске прокричал это, пока находился в свободном падении над головой демона. — Дыхание зверя, пятый клык: Неистово иссечь! Иноске закрутился в воздухе, аки мельника. Потоки острого ветра бесконтрольно шли за направлениями атак. Демон смог уйти от атаки, подставив под удар всю спину и на треть разрезанную шею. Хашибиры сразу же приземлился на пол и с полуприседа рывком двинулся к Кёгаю, не желая прекращать нанесение по нему атак. В одно мгновение он оказался почти вплотную в Луне. Охотник взял высокий замах. Демон испуганно выставил руку вперёд, закрываясь от атаки охотника. Лезвия вошли между его пальцев, постепенно прорубая по пути всю кожу и на пол секунды останавливаясь на костях и хрящах. Демон воткнул лапу с длинными когтями в живот парня, но прочные мышцы не дали проникнуть слишком глубоко. Руки охотника налились венами и стали дрожать, всей силой проталкивая клинки к шее монстра. Демон надавил на воткнутую кисть и уже чувствовал приближающиеся органы парня. Иноске сильно оттолкнул его ногой, вынул клинки. Рука Луны была рвано разделена пополам до самого плеча, мотаясь как бесполезные отростки кожи. — Сильный...П-ха.. Может...Ты носитель крови...— Тяжёлое дыхание лишь участилось. Иноске его не слушал, лишь сделал мощный прыжок и нацелился прямо в шею монстра, который в это время стоял слишком спокойно для такой ситуации, принял смерть? Звон в ушах. Всё тело напряглось, стало как пружина, инстинкты подсказывали, будто в этой комнате Луна не единственный демон. Резкая перестройка в воздухе и острая боль в левом глазу, что-то вертикально рассекло кожу от лба до самой щеки, нечто хлёсткое и длинное. Оставшимся глазом он увидел размытый силуэт низкого демона с какой-то крайне длинной конечностью, которой он и задел парня на расстоянии многих метров. Он продолжал лететь, заливая всё лицо багровой жидкостью и затекая ею в целый глаз. Кёгай схватил охотника за череп, крепко впечатал его в пол и ударил ногой по раздробленным рёбрам. Лежащий Иноске отразил очередной удар ногой и кувырком оказался в боевой стойке. Взял замах и собирался отрубить демону обе руки, так как без них о не мог полноценно использовать свою способность. Как хлестом, остро и быстро, нечто ударило по спине юноши, сбив дыхание и потеряв координацию. Снова этот демон. Луна выставила длинные когти вперёд и тычковым движением нацелилась в грудь Истребителя, собираясь пронзить его как копьём. ... Шинобу долетела с ближайшей ветки до самого входа здания, сделала кувырок при приземлении, без замедлений стала следовать за летящим вперёд вороном, ведущий к комнате битвы. Пусть снаружи дом и не был особо большим, интерьер внутри будто растянулся на многие десятки метров бесконечных коридоров и огромных комнат. Всё выглядело как иллюзия. Она торопливо бежала вперёд, разбрызгивая по пути капли луж крови, по которым она пробегала. Кочо крайне быстрыми движениями вырезала аккуратные прямоугольники под размер своего тела прямо в стоящих на пути дверях. Стали слышны громкие крики, треск, шум. Весь дом будто ходил ходуном. Через пару секунд в ушах отозвались шесть крайне громких хлопков, которые забрали на себя всё внимание. После этого шумы резко прекратились, а вибрации дома сошли на нет. ... По инерции от удара бездвижное тело Зеницу выбросило в широкий деревянный плинтус, он пару раз задел пол, прокатившись и прокувыркавшись по нему весь путь до стены. Катана выпала из рук на одном из последних выпадов, просто оставив её на половине разреза демонической руки. Демон с языком упал замертво, глаза закатились, а при ударе об пол голова отпала от тела, отклеившись с чавкающим звуком и начав обильно кровоточить. Кёгай потерял обе ноги до самых коленей, он еще какое-то время провисел в воздухе, но всё же упал на спину. Не заметил, готовящаяся к удару рука держалась на парочке оставшихся мышечных волокнах и коже. Иноске опешил от ударной волны, созданной техникой Грома, сделал рывок прямо через густую пыль и без разбора стал махать клинками, развеивая дымку. — Р-р-ра-аг-гх! — Хашибира пробрался через завесу и наступил на грудь изуродованного демона. — Дыхание Зверя, новая идея! Потрошение! Перед глазами стало так светло. Будто все действия замедлились, а время остановилось. Яркий свет за занесённым охотником клинками нежно грел уже давно холодную кожу, а вдали виднелось такое желанное душе спокойствие. Два гигантских ветряных порыва грубо снесли голову демона, прорезав шею с двух разных сторон. Зазубренный ветер продолжил идти еще несколько метров, прорубив тонкие тканевые стены. Ударная волна разбросала пыль и кровь по всему кругу от охотника и демона. Удар образовал два глубоких чёрных пореза на татами, отметив почти весь периметр комнаты гигантским крестом. ... Томиока заботливо отодвинул густую листву, чтобы показать Танджиро территорию леса. Токито, кажется, в этом был совсем не заинтересован и наблюдал за короткими перелётами птиц с ветки на ветку. Камадо быстро бегал глазами по всей округе, но ничего, кроме густого тумана вдали и тёмных деревьев он не видел. Голова Гию показалась чуть выше волос юноши, рукой указал на листву высоких елей. Еле заметно, совсем край, был виден белый кокон из паутины, подвешенный высоко к листве, чтобы его было сложнее обнаружить. Один...Два...Четыре. Четыре кокона. И это только на видимой территории, а что будет в самом центре леса? Аллея из разжиженных тел охотников? Сколько времени пауки орудуют в этом лесу? В душе усилилось чувство скорби и печали, но к ним так же добавился и первобытный гнев. Неясно на кого - на демонов или на себя. Танджиро хотелось рвать и метать, будто это бы помогло уже ушедшим жизням. Он крепко сжал кулаки и опустил голову вниз, зубы крепок сжаты, а уголки рта предательски спустились вниз. Гию широко раскинул листву и протиснулся через куст, за которым вся троица и находилась. Он спокойным шагом двинулся по дороге в самую глубь леса. Камадо с трудом встал обратно на ноги. Пока он отряхивался от пыли, через куст буквально пролетел Столп Тумана, своим маленьким телом, кажись, даже не задел ни одного листка. Грациозно. Троица шла по главное дороге, Танджиро - по середине, сейчас он работал подобием сыщика и пытался обнаружить следы и запах хоть одного демона. Столпы находились по каждую руку от него, постоянно оглядываясь, чтобы юного охотника не убил неожиданно упавший с дерева демон. В нюхе Камадо не было большой необходимости, дороги леса были созданы принципом колец, каждые несколько километров появляется кольцевая дорога, которая кругом идёт по всему лесу. С каждым пройденным кольцом оно становится всё меньше, а центр всё ближе. Кольца скреплены между собой двумя-тремя скрытыми среди рядов деревьев тонкими тропинками в разных местах. Всего в лесу три или четыре кольца, если на четвёртом ничего, кроме холмов и деревьев нет, то ко второму кольцу стали появляться разрушенные дома, поваленные столбы, небольшая речка с удивительно целым и надёжным мостом, по которому троица и прошлась. Не стоит говорить, что именно отсюда начинает чувствоваться сильный запах всевозможных демонов, запахи настолько кучные и множественные, что узнать точное расположение можно было лишь особо сильных демонов, чей запах выделялся даже среди всех этих запахов. Большую часть источников запаха создавали небольшие демоны-пауки, с которыми приходилось сражаться Зеницу. ... — Мерзкие, маленькие и вонючие! — Зеницу кричал с такой силой, что на виске вспухла вена, а слюна летела во все стороны. — Их было сотни! Да какие сотни! ТЫСЯЧИ! — На последнем слове он грубо взялся за свои волосы. Желтоволосый лежал на жёсткой постели в поместье бабочки, где и находилось наши трое израненных друзей. Танджиро, Иноске и Агацума. Камадо проснулся буквально несколько минут назад, не сумев погрузиться дальше в сон от начавшей болеть головы. Битва с Руи здорово его помотала. Иноске, даже под такие крики, спал крепким сном, постепенно заживляя глотку и возвращая голос. — Ползали по мне, трогали своими противными, волосатыми лапами! Бу-э-э! — Он стал быстро кататься на спине по кровати. Камадо с небольшой улыбкой смотрел в потолок, лёгкие всё ещё невероятно болели после резкой смены дыхания, мучила головная боль. — И как ты их победил? Тебя ведь еще подгонял большой демон-паук? — Танджиро не изменил направление взгляда, и разговаривал с Зеницу, смотря в потолок. — Э-э?... — Зеницу посмотрел на спокойного Камадо, лежавшего рядом с ним по соседству, — Ну, они были очень слабы, мои разряды грома практически полностью выжигали их... — Они не представляют большой опасности, но стаей могут сильно помешать... А еще они воняли так, что глаза слезились. С последней койки раздался громкий скрип, оба юноши, как по команде обернулись и увидели Иноске, перевернувшегося на спину. Он выдержал краткую паузу, а затем сказал: — Интересно, а поджаренные они вкусные? ... Танджиро не до конца понял, почему эти воспоминания вдруг пришли ему голову. ( По каким-то странным причинам эта мини-история сама появилась у меня в голове, поэтому я её и написал.. ) Камадо учуял два запаха, ведущих в совершенно разных направлениях. Вариантов этих запахов всего пять: Отец паук, мать, старший брат или же сестра. Последним вариантом была большая стая маленьких пауков, но он скорее всего был неверен, так как старшему брату не было смысла собирать их вместе. Запаха Руи не было, он бы впился в нос как крепкий нашатырь, перекрыл бы все другие запахи, ярко-красным цветом отразился бы в сознании Танджиро и указал на его направление огромной стрелкой. Даже Низшие Луны пахнут ужасно сильно, а появление Высших затмевает весь разум и чувствительный нос Танджиро своим запахом. Отряд двигался прямиком к центру, думая, что Низшая Луна находится именно там. Они, конечно, были правы, но вот Танджиро это было совсем не на руку, ведь по плану только он один должен сразить Луну. Пока же получается, что вся демоническая семья будет уничтожена двумя Столпами, которые даже бровью не двинут пока будут отрубать голову одному из Кизуки. В голове поспешно стал создаваться план, если вышеописанное все таки случиться и Камадо останется без так нужного ему высокого ранга. Хоть этому и мешала какофония из множества запахов, юноша смог накинуть более менее рабочую схему действий. Листва сверху подозрительно затряслась. Несколько больших кучек листьев стали медленно падать на головы охотников. Камадо поднял голову и заметил, как на них пикирует несколько тел на нитках. Белые нити отблескивали красным, а их тонкость буквально позволяла им светиться. конечности связанных охотников были неестественно вывернуты, швы формы порваны, а по нитям и конечностям текли тонкие, отблёскивающие на свету, струи крови. Столпы уже давно заметили "марионеток" и мгновенно вытащили клинки, встали в оборонительную позицию и закрыли собой юношу. На удивление, Камадо вырвался из своей же защиты и со скрежетом вынул пепельно-чёрный клинок из ножен. Пробежал до спины подвешенных тел и высоко подпрыгнул. — Это живые люди! Если всё так, как и было в прошлый раз, то это действительно живые люди, может без сознания, может раненные, но живые. Их можно будет доставить в поместье и залатать, главное сейчас их спасти. Клинок испускал широкие струи воды, которые сопровождали все быстрые движения охотника, он в одно мгновение оказался прямо за спиной подвешенного. — Второй стиль: Горизонтальное водяное кольцо! Все нити, державшие одного из охотников, резко оборвались, а тело камнем полетело вниз. Лёгким прыжком его почти сразу поймал Муичиро Токито, приземлился, положил раненного к одному из деревьев. Слабое дыхание выдало тело как за живого, придется их кому-то защищать. Гию последовал примеру и, прыгая по столбам деревьев и веткам, обрубал нити. Некоторые старались дать отпор, но их атаки были слишком медлительными и предсказуемы. Снизу их ловили Танджиро и Муичиро. В округе больше не было видно ни единого подвешенного, Томиока резко спустился на землю и стал помогать складывать тела. Всего четыре. Но лишь двое были живы. Каким-то образом их нужно переместить в безопасное место. Было решено отправить Гию, как самого физически сильного, нести двух людей на спине до ближайшего поселения, которое находилось совсем рядом с четвёртым кольцом. А пока он бегает, Токито и Танджиро смогут зачистить небольшую часть леса, благо, судя по атаке "марионеток", лес наполняют не самые сильные демоны. Томиока загрузил на себя два тела и тяжёлыми, но всё же быстрыми шагами направился по тропе к выходу из леса. Двое пошли по густым зарослям, на источник одного из особо сильных запахов. Камадо старался уговорить разделиться, чтобы процесс пошёл быстрее, но Токито не был готов смириться с возможной смертью Танджиро, если он оставит его одного. Хотелось было возразить, но его точка зрения предельно ясна, он не мог знать о уровне подготовки Камадо и его уже далеко превосходящим ранг навыкам. Затем в голове юноши вспомнились события сегодняшнего утра, где он, не помоги ему Канао, умер бы под бесконечным градом тяжёлых мячей. Стыдно то как. Они шли практически бесшумно, Муичиро, ровно как и Гию, никогда не был хорошим собеседником. И это не из-за такой же отстранённости и нелюдимости как у Томиоки, а скорее это связано с его вечными блужданиям в собственных мыслях и общей невовлечённости ко всему, что происходит рядом с ним. Он просто шагал, немного открыв рот и смотрел куда-то вдаль, своими мутными бирюзовыми глазами. Всё общение между ними составляло "Вперёд" и "Сейчас налево" от Танджиро и небольшие "Угуки" со стороны Столпа. Они вышли на небольшую возвышенность с крутым склоном вниз, который вёл прямо в острые, загнутые кусты. Посмотрев на это, двое переглянулись. — Ты точно уверен, что демон там? — С небольшим сарказмом в голосе Муичиро обратился к Камадо, немного дёрнув головой в сторону обрыва. Танджиро был уверен. Уверенности прибавлял знакомый пейзаж высоких деревьев и пустой области прямо в середине леса, откуда излучался мягкий синеватый свет. Именно там, прямо по середине этого поля, стоит большой валун, наполовину закопанный в землю. На нём сидит и виртуозно дёргает за нити непосредственно мать этой паучьей "семьи". Будто играя на инструменте, она элегантно перебирает нитями, водит их по ветвям деревьев и поворачивает под нужным углом, в силах одновременно контролировать с десяток людей. Неизвестно, как она смогла узнать о нахождении здесь охотников, и по какой причине именно она напала на них первой. — Да. Он точно там. — Муичиро не отводил взгляд от раздумывающего юноши. — Есть два варианта как его достать, первый это спуститься вниз и дойти до него, второй... — Его не слушали, Токито просто развернулся и поскользил по по каменистой горке прямо вниз. Камадо лишь пронаблюдал за тем, как при приближении к колючим кустам, он моментально разрезал все ветви. Даже не заметил, как он достал клинок из ножен. Даже не используя стили, из его клинка исходил след туманной дымки, которая почти полностью закрыла фигуру парня. А полезная ли эта способность в бою? Танджиро поспешил за Столпом и так же проскочил через разрезанные кусты, они вдвоём оказались у корней гигантским деревьев, а в конце этого небольшого леса виднелась ровная площадка. Почти шепотом, слева от парня раздалось: — Он точно там? Камадо лишь кивнул. В прошлый раз он убил этого демона, но самой нежной и лёгкой катой, чтобы не причинить ей лишнего вреда. Если Столп возьмёт инициативу на себя, Танджиро даже догнать его не сможет, так что придется посмотреть на не самое гуманное отсечение головы. Муичиро ровно встал, лицо было расслабленным, а клинок был спущен к земле, будто он им даже не собирается взмахивать. Аура вокруг Столпа мгновенно потяжелела, а в воздухе будто стало нехватать кислорода — Дыхание тумана. Седьмой стиль: Дымка. В одно мгновение к Столпу стал собираться густой туман в огромных количествах, его уже не было видно, а вся территория вокруг парня уже была заполнена плотной, бирюзовой дымкой. В подсознании отдалось "А мне нравится этот малец". Танджиро развеял рукавом хаори место, где должен был находится Столп, но его там не оказалось. Все запахи мгновенно пропали, будто и их затмило скрывающим покровом стиля. Выделялись лишь высокие столбы деревьев, которые лишь наполовину погрязли в этом смоге. Танджиро обнажил клинок и побежал к примерному положению демона, он ничего не видел, а действовал лишь по наитию. В гуще тумана, прямо по направлению движения Камадо, раздался звонкий, а затем и глухой звук, будто что-то упало на землю. Практически сразу после звука туман стал быстро спадать, а на глазах равномерно появлялся образ отрубленной белой шеи и стоящего рядом Столпа со сложенным в ножны клинком. На его пальцах был небольшой брызг крови, которая медленно стекала и каплями падала на сухую землю. Тело демона медленно согнулось в пояснице и небрежно упало с валуна, приземлившись прямо возле отрубленной головы. На краях надреза стали сгорать куски плоти, обращаясь в дым и светясь ярким, красным цветом. Дымка полностью сошла на нет, Танджиро молча смотрел за угасающим телом. Муичиро спешным шагом направился в сторону крутого подъема, откуда они прибежали, двумя отскоками ловко запрыгнул наверх и повернулся головой к Камадо. Юноша стоял в том же месте, его руки были сложены вместе, а глаза закрыты. Он молился за погибшего демона. Токито с изумлением наблюдал за действиями охотника, повернулся к нему всем телом. ... Иноске стоял на демоне еще несколько секунд, тяжело дыша и наблюдая за быстрым распадом его шеи. Густой воздух всё еще окружал его, витал вокруг клинков. Левый глаз ничего не видел, а разжать веко никак не получалось. Ноющая боль в правой руке лишь усилилась, осколки стекла глубоко вошли в мышцы, и кажется, уже начинали касаться кости. Зеницу вдалеке лежал без сознания, он отдал всё, что у него было, если бы не его атаки, не ясно как изменился бы бой с двумя демонами сразу. Хашибира медленно встал на пол, нога чуть подкосилась и он упал на одно колено. Кисти уже не держали клинки, выбросив их при падении. Под ними сразу начала образовываться небольшая лужица крови. В голове всё крутилось, но силы не покидали тело, что-то крепко держало его на этом свете, но он не мог понять что. Со звоном в ушах и дрожащими ногами он поднялся, и неспеша похромал в сторону лежащего Зеницу. Вся картинка по бокам от него сильно помутнела, сконцентрировав взгляд лишь на теле юноши. Шинобу разрезала последнюю дверь и лёгким прыжком оказалась сразу в середине комнаты. В глаза бросились целые лужи крови, полностью разорванные стенки и пол, каким-то образом даже потолок. На полу лежало уже рассыпающееся демоническое тело. По-видимому, бывшей Шестой Низшей Луны Идущий Иноске даже не заметил прибытие Столпа, и был уже в паре метров от Зеницу. Кочо играючи перепрыгнула большого демона и направилась к охотникам, на ходу открывая увесистую медицинскую сумку. По докладам Вороном Уз, желтоволосый травмирован чуть слабее, а основные и самые сильные травмы получил именно Иноске. Шинобу мгновенно появилась прямо перед взором Хашибиры. Даже не успев среагировать, его аккуратно посадили на татами. Он стал мотать головой, пытаясь осмыслить, что с ним сейчас происходит. В это время Шинобу сидела у него за спиной и с совсем небольшими усилиями ощупывала грудную клетку парня. Она была совершенно плоская, обычно, если так водить по грудине, ладони могут нащупать десять бугров с каждой стороны, но в случае пострадавшего этих бугров всего четыре. Неповреждёнными остались верхние рёбра, значит удар был направлен в область живота, а не по самой груди. Простыми математическими подсчётами, у Иноске были сломаны, или как минимум смещены, двенадцать рёбер, которые запросто могли проткнуть внутренности. Открытых переломов нет. Рёбра со стороны спины не были повреждены, слышно обрывистое дыхание. Юноша чуть кашлянул, выплеснув изо рта немного крови, окрасил зубы в розовый. Внутренние органы всё же повреждены, плохо. Кочо вколола ему обезболивающее, положила его на спину и нанесла на всю переднюю часть тела антисептический раствор, большая дырка в области кора не давала покоя и её тоже следовало залатать. Все движения происходили на огромной скорости, что Иноске даже не успел осознать, как уже находился в не тугом корсете из белых бинтов, а поверх были прикреплены пакеты с льдом, а сама Шинобу находилась рядом с поврежденной рукой. Наложила жгут, обработала, стала потихоньку вынимать самые крупные осколки стекла, особо мелкие или далекие куски она оставила в руке, сейчас она не способна это достать. Замотала руку и приложила лёд, приказывая Иноске не шевелиться. Все эти меры лишь немного облегчат ношу и заставят кровь вытекать медленнее, полноценную медицинскую помощь это никак не заменит. За отрядом "Какуши" уже был выслан личный Ворон Уз Шинобу. Отряд не имеет право отклонить запрос от Столпа, даже если они сейчас моются, это приказ первой важности. Кочо подбежала к Зеницу. Нет двух пальцев, кровотечение с них не такое сильное, как можно ожидать. Обильно кровь уходит с носа, который будто бы был вдавлен в череп. Во время того удара Зеницу смог немного отклонить голову, подставив правую левую сторону носа, а не его середину. Шинобу подняла парня, дала ему опору своим же коленом, наклонила туловище чуть вперёд. Наложила смоченную, холодную тряпку на нос и приложила тампон с перекисью водорода. На руку наложила жгут, больше она здесь ничего не сделает, запасы аптечки нещадно кончаются. Довольно оперативно послышались множественные шаги и вороний крик, буквально за десять минут сюда прибыли отряды "Какуши" За это время Шинобу несколько раз перекладывала лёд и наблюдала за состояниями охотников. ... Танджиро и Муичиро очистили три кольца из четырёх. На последнем из них ожидаемо должен находится сам Руи и Отец-паук. Сейчас Камадо стряхивал с клинка кровь и небольшие ворсинки, которые остались от Старшего брата-паука, он не успел призвать маленьких пауков, поэтому охотники прикончили его буквально за два взмаха. С сестрой дела обстояли чуть сложнее - завидев истребителей она сразу стала убегать от них, будто почувствовала несоизмеримый разрыв их сил, была догнана Муичиро и в тот же момент убита. Тропинки к центральному кольцу украшали щедро вывешенные на всех поверхностях белые коконы. Проверять наличие в них выживших не было никакого смысла, паутина уже была покрыта толстым слоем пыли и листы, явно указывая на то, что этим давно переваренным бедолагам не менее месяца. В лесной глубине были видны совсем крохотные избушки, которые могли вместить в себя кровать да вешалку. Из всех них исходил зловонный запах. Оставалось только догадываться что там действительно храниться. Они все были давно побиты временем, или же демонами, что более вероятно. Крыши в большинстве своём были пробиты, или же буквально вырваны, оставив их лежать неподалеку. Стекла выбиты, в оконных рамах их функцию заменяла паутина, плотным слоем закрывающая дыры. Чем дальше охотники двигались в лес, тем плотнее и сильнее, на удивление, становился запах хвои и мокрой земли, но никак ни демонов или , допустим, крови. ... Томиока благополучно добрался до крохотной деревеньки, в которой с трудом могло поместиться человек тридцать. Еще издалека его завидел старец, сидевший на кресле у одного из домов. Остальных жителей было не видно, хоть и был довольно поздний вечер, это всё равно вызывало небольшое чувство тревоги. Деревня выглядела даже хуже, чем можно представить себе при мысли о "поселение близко к демоническому лесу". Домишки ветхие, самих их штук семь, ни в одной из них не горит свет, даже не было видно блеска одинокой свечи. Совсем ничего, только кровавая луна освещала сухую землю и углы зданий. Ветер громко шатал скрипучую дверь, которая вот только что открылась сама по себе. Это тот тип места, которого хочется держаться подальше, будто сами тени нашли прибежище в этом богом забытом месте. Гию насторожился, внимательнее посмотрел на одинокого старичка, который медленно опустил голову вниз и с усердием вырезал какую-то деревянную фигурку: Трясущиеся ладони с трудом держали короткий ножик, а при каждом разрезе древесины был мимолетный страх увидеть тонкую струйку крови. Его длинные седые волосы тонкими прядями прилипали к вспотевшему лбу, а на крючковатом длинном носу светились довольно большие бородавки и толстые чёрные точки. Даже с наклонённой головой были видны густые, белые брови. Он сидел без обуви, а дряблой желтоватой робе, рукава которой уже давно стали расходиться на лоскуты. Он с трудом доставал до пола большими пальцами ног, шкрябая по деревянному полу крыльца длинными ногтями. — Где все жители этой деревни? Сквозь скрипучий звук двери и вырезки дерева Томиока наконец подал свой голос, не дожидаясь дальнейших распросов от старика. Старец резко прекратил движение по дереву, остановив нож где-то на середине пути. Он слегка поднял голову, показав яркий блеск его жёлтых глаз, совсем как у кота в ночи. — П-фев.. — Старик немного фыркнул, снова продолжив вести ножом по волокнам дерева, — Совсем вас, молодежь, не учат разговаривать со старшими. Ни здравствуйте, ни до свидания Томиока немного сузил глаза, будто пытаясь проглядеть старика насквозь. Тяжёлое горячее дыхание от полу-живых охотников на спине требовало Столпа немного ускорится. — Извините, но я несу двоих раненных охотников, им срочно нужна медицинская помощь и убежище. Старик наконец отложил в сторону рабочие инструменты и поднял голову. Даже через его прикрытые глаза был отчётливо видна яркая радужка, которая будто могла осветить страницы книги при ночном чтении. Он сложил костлявые руки и переплёл пальцы. — Ну что-ж, ты на крыльце моего дома, заноси их внутрь. Не носить же мне такие тяжести в моём то возрасте. — Старец говорил довольно спокойным, но в то же время игривым голосом, будто он сейчас рассказывал анекдот. Томиока ничего не сказал, а лишь молча понёс тела, тяжёлым шагом вызывая скрип у старых ступеней. Внутри дома всё было чуть комфортнее, чем снаружи: Большая заправленная постель с небольшим столиком рядом, на котором стояли небольшие миски и чашка с зеленоватой жидкостью. Стены внутри были покрашены в тёмно-коричневый, делая иллюзию тёмного дуба и придавая интерьеру крупицу уюта. В глаза бросилась ярко выраженная, как будто специально положенная на самое видное место белая сумка с красным крестом. Если сравнивать со всей относительной стариной дома, её состояние можно спокойно назвать "идеальным", будто её каждый день тщательно реставрируют, да так, чтобы нитки из швов не вылезали. Вся цветастость сумки так и норовила обратить на себя внимание, она лежала прямо по центру кровати со шкурой тёмного зверя заместо одеяла, видимо, чтобы еще сильнее выделять аптечку. Гию аккуратно положил раненных на мягкую постель, они без труда поместились на широкой койке, даже оставив место в середине, где прямо между ними и лежала злополучная сумка. Сзади послышались тихие шаги, которые каким-то образом обходили скрипучие доски. — Как видишь, позаботиться я о них смогу. Голос стал чуть более тихим и будто бы волнующимся. Он на достаточно большой скорости проскользнул в дом и встал напротив раненных охотников. — Да, они сильно пострадали...Девушка и парень, чудесно... — Старец присел на край кровати, и потянулся к аптечке. После непродолжительного осмотра он еле заметно кивнул и пробубнил что-то вроде "Вылечим". Гию продолжал ровно стоять и смотреть за всеми движениями старика, который стал двигаться чересчур свободно, будто в нём проснулась вторая юность. Неужели помощь больным его так воодушевляет? Молодым он был медиком? Старик обернулся и посмотрел на мрачное лицо Столпа. — Ну что уставился? Вон у тебя катана за поясом, небось с демонами воюешь, так иди и помоги соратникам! — Старец повысил голос и со всем желанием старался прогнать мечника из дома. И что ему не нравится? Томиока прекрасно понимал что Муичиро и в одного может зачистить весь лес, поэтому возвращаться на фронт Гию не спешил. Сейчас важнее было проследить за состоянием раненных, чтобы извлечь из похода на гору хоть какой-то толк, кроме победы над слабыми демонами и непроверенной информации о демоне Кизуки. Мечник остался на месте даже сквозь крики собеседника. Рот у старца был полуоткрыт, а дыхание чуть сбилось. — Ты ведь понимаешь что я не могу работать в таких условиях, когда меня кто-то сверлит взглядом? — Более спокойно начал он, найдя в аптечке два шприца и ампулы с оранжевой жидкостью. Томиока вышел и негромко хлопнул дверью. Немного постоял у порога и направился в сторону высоких деревьев, по дороге к третьему кольцу. Весь свой непродолжительный путь он чувствовал на себе ниспадающий взгляд, сверлящий его спину. Столп резким движением скрылся в тенях и кустах одного из поворотов, будто бы его и не существовало. ... Ногти на тощих пальцах стали стремительно расти и обретать острые края, сама ладонь покрылась синими венами и в целом обрела нездоровый оттенок кожи. Он резко сбросил с себя длинную робу, показав своё костлявое тело с большим количеством белых волос на груди. Кожа на теле плотно обтягивала кости, очерчивая каждый бугорок рёбер и ключиц резкой тенью и синеватым узором. Когтистая лапа грубо мяла девичью грудь охотницы сквозь плотную форму. Складки одежды проваливались между его пальцев, а когти глубоко впивались в нежную кожу. — Даже сквозь форму, такая мягкая...Еще совсем девственна, такая вкусная... Демон сменил голос на тихий и очень натянутый, будто разговаривает с ребёнком. Острыми когтями он подцеплял серебряные пуговицы и с треском ниток они отлетали от груди девушки, с глухим стуком приземляясь на твёрдый пол. Старик с наслаждением потянул за воротник формы, постепенно и так желанно открывая взору вид на замотанную тонким слоем бинтов небольшую грудь, которая равномерно вздымалась и опускалась. Нащупав подушечками больших пальцев соски, он массажирующими движениями стал их крутить, не позволяя пугающей улыбке слезть с его лица. Глаза сияли желчным светом. Будто лезвием, он прорезал бюстгальтер ногтем. Бинты равномерно с небольших возвышенностей, наконец открыв демону взор на нетронутое женское тело. Слюна буквально капала на бледную кожу, а длинные пальцы по-хозяйски стали быстро общупывать все прелести юной охотницы. От нетерпения руки сами затряслись, грубо обхватил её бедра и подтянул к себе. Кусок ткани, который раньше служил юбкой, практически сразу был разорван в клочья, представив демону вид на простое белое нижнее бельё. Будто от холода, всё тело непроизвольно сокращалось и дрожало. Отняв руку от тела девушки, он суматошно полез к себе в штаны, доставая уже давно вставший половой орган. Он прильнул губами к нижнему белью, слюной обильно смачивая тонкую ткань, тонким и длинным языком вырисовывал влажные узоры на изгибах девушки. Дрожащая рука уже потянулась к краю трусиков, явно с желанием снять их. Только пролезшие под белье тонкие пальцы нащупали довольно жесткую структуру лобковых волос. Он почти сразу же начал их поглаживать, забираться фалангами всё дальше. Буйный ветер проник в комнату, пробежавшись по телу обильными мурашками. Демона схватили за длинные волосы и грубо намотали их на кулак. Под влиянием силы он непроизвольно согнулся и упал на колени. Послышался металлический лязг и щелчок. Демон инстинктивно попытался ухватиться за руку, державшую его, но был резко развёрнут лицом к Столпу. Охотник быстро поднял его вверх, всё костлявое тело держалось лишь на уже рвущихся отростках волос, бесполезно дрыгал ногами, покачивая всё еще возбужденный членом. Томиока грубо приставил клинок к правой стороне шеи и с усилием рубанул. Клинок проскользил по всем плотным мышцам и толстым артериям шеи. Тело демона небрежно свалилось сначала на колени, но в тот же момент перевернулось на бок и упало на пол мёртвым грузом, раздувая с него небольшой слой пыли. Голова осталась висеть на волосах в сжатой руке Столпа. Желчные глаза стали терять свою яркость, с каждой секундой тускнея всё сильнее, пока заместо глаз не красовались чёрные, как смола, бездонные дыры. Челюсть отвисла, а из неё же выпал длинный язык, всё еще влажный от соприкосновений с телом девушки. Томиока смотрел на отрубленную голову с покрасневшими глазами и лопнувшими капиллярами, казалось, что в таком состоянии Столпа еще не видели. Голова обливала охотника обильными кровавыми потоками, образовывая на форме большие тёмные пятна и подтёки. Но Гию продолжал держать его голову до самого последнего момента, пока прямо из его рук не посыпался серый порох, образовавшийся из рассыпавшихся волос демона. В тот вечер именно Столп залечивал раны двум охотникам, к счастью, они были без сознания и не видели всего того ужаса, что учинял монстр. Была прервана трёхгодовая история череды изнасилований и пропажи людей, в частности молодых девочек от пятнадцати до девятнадцати лет. Поселение было давно заброшено, но по догадкам Организации, половину деревни съел старик, а остальные жители сами решили уйти, подумав, что по ночам к ним приходит демон и ворует людей. Демон заманивал охотниц и странников убежищем и ночлегом , а сам успевал вколоть им огромную дозу снотворного, из за чего девушки в большинстве случаев почти сразу же умирали, давая демону насладиться всё еще горячим телом. Всего пропали девять девушек и два мальчика. ( Вдохновлено заданием из "Ведьмак 3: Дикая Охота" ) ... Шинобу неспешно бродила по небольшому поместью, казалось удивительным то, что комнат внутри насчитывалось не менее пяти, хотя снаружи домик выглядел ну никак не большим. Отряды Какуши сейчас оказывают более полноценную медицинскую помощь пострадавшим, до базы Истребителей был выслан ворон для доклада о смерти одного из бывших Кизуки. Двум победившим охотникам за демона с языком, Кёгая и толстого демона будут выданы ранги "Цухиното", что является серединой списка. Вести о успехах своего ученика так же были высланы Джигоро Куваджиме, наставнику Дыхания Грома. Родню или учителей второго охотника опознать не удалось. Столп Насекомого осматривала каждую комнату на предмет демонического вмешательства, но большинство комнат казались нетронутыми и относительно чистыми. Каждая комната дверью вела в другую, другая вела в следующую и так по кругу. Может ли такая странная позиция помещения быть связана с использованием Магии Крови Кёгая? По крайней мере это звучало хоть как-то правдоподобно и могло объяснить нелепые архитектурные решения. Бесконечный цикл из комнат привёл Кочо в еще незнакомую местность, где стало страшно пахнуть чем-то металлическим и ржавым. Шинобу робко выглянула из-за Сёдзи и чуть расширенным зрачком заметила странное белое тело на полу, полностью залитого кровью. Она чуть ускорилась и прокатилась до тела на коленках, сразу потянув пальцы к шее и запястью. После непродолжительного осмотра не было выявлено ни пульса, ни дыхания. Она мертва. Это была девушка лет двадцати, с застывшей гримасой ужаса и боли она смотрела на потолок стеклянными, серыми глазами. На уголке рта была тонкая струйка крови, уже давно застывшая. Девушка была одето в красивое бело кимоно с узорами чёрных листьев, одежда была широко распахнута на груди и животе. Вся обнаженная грудь была залита кровью, которая всё ещё продолжала стекать с неё на пол. Левого бока у девушки буквально не было, его будто разорвали тупым ножом и без колебаний оторвали от тела. Живот был будто выклеван, куски оставшихся мышц и кожи небрежно свисали по краям. Демон прогрыз ей живот чуть ниже рёбер, чтобы, видимо, не грызть кости. Говорить про наличие внутренних органах было глупо, вся брюшина была буквально проедена, оставив полностью пустую оболочку. Разорванное снизу кимоно оголило одно из бёдер, которые тоже было съедено с одной стороны до самой кости. Видимо охотники и прервали трапезу этому демону, оставив девушку хоть как-то опознанной. Совсем рядом с её руками лежал кровавый небольшой свёрток. Он был похож на пелёнку, куда обычно заворачивают грудных детей. Кроме следа крови, внутри ничего не было. Шинобу медленно закрыла её глаза и стала дожидаться прихода очередного отряда Какуши. ... Муичиро согласился посмотреть на техники движения Танджиро. Камадо надоело, что Столп сюсюкается с ним как с только что взявшим клинок в руки охотником. Токито хотел защитить юношу, это было ясно, но он буквально не позволяет ему сделать и лишнего взмаха клинком. Целью для Хиноками был выбран Отец-Паук, шаги которого сотрясали землю на расстоянии нескольких десятков метров. Истребители не могли понять, почему Танджиро не смог учуять настолько сильный запах, поэтому поиски оставшихся демонов сильно замедлились. Охотники быстро выдвинулись к источнику звука. Муичиро заранее достал клинок и стал поддерживал концентрацию дыхания, быстро образовав за клинком мутный, бирюзовый след тумана. "Для подстраховки" — Ответил Столп, когда почувствовал на себе чуть обиженный взгляд. Огромная фигура неторопливо шагала вдоль неглубокой речки, омывающей каждое из четырёх колец. Тяжёлые и высокие шаги с каждым разом разливали и расплёскивали по округе большое количество воды. Только сейчас на демоны заметили целые горсти мокрой земли на плечах и даже на голове. Все волосы на теле были с крупицами грязи, смешивая запах и скрывая его от носа Танджиро. Воды демону была лишь по щиколотки, а вступи в воду охотники - погрязли бы в ней по колено. Именно поэтому Истребители побежали с двух разных берегов реки, обходя демона сбоку. Муичиро чуть убавил ход, мгновенно скрывшись за одним из столбов деревьев, оставив за собой лишь небольшую туманную область. Танджиро быстро сближался с демоном, который неторопливо повернулся, услышав звуки позади. Огромный монстр моментально взял широкий замах и встал в боевую позицию. — Дыхание Солнца... Камадо был обязан продемонстрировать весь пик своих сил, чтобы Муичиро позволил ему сражаться с Руи в одиночку. — Копьё подсолнуха! Глаза охотника налились ярким алым цветом и будто стали сиять в темноте. Клинок стал гореть, разбрасывал искры. Танджиро с усилием воткнул его в рыхлую землю. Поверхность стала накаляться, обсыхать, превращаться будто в камень. Яркие пламенные линии стали вырисовываться на ней, будто венами охватывая большую площадь. Из трещин стали выходить небольшие огненные столбы. Нагретая земля дошла и до реки, постепенно из неё стал выходить мягкий пар, заслоняя всю видимость. Танджиро взмыл в воздух, это была полная импровизация, он первый раз использовал этот стиль в подобном виде, но кажется, это сработало. Обжигающая поверхность, даже под водой, прожигала ноги демона, и он завалился на колени, разбрызгивая всюду еще больше пара и воды. Я должен поднять температуру. Сжечь его дотла. Показать свои умения. Сильнее, сильнее! Камадо со скрипом сжал рукоять клинка, лезвие окрасилось в яркий, желтовато-белый цвет от накаливая, огненный след клинка стал лишь длиннее и ярче, растягиваясь на многие метры назад. Пламя из под земли вырывалось огромным количеством, свешивая дым с паром. Всё, что сейчас происходило в этой зоне леса, можно уверенно назвать Адом. Языки пламени вдруг стали двигаться в кольцевом направлении, крутясь вокруг демона, обжигая кожу. Где-то в душе раздалось "Не благодари" Волосы с его тела давно сгорели, а целые участки плотной шкуры покрылись волдырями и глубокими ожогами. Плоть с чавкающим и кипящим звуком буквально стала отваливаться от костей, паучьи глаза давно сгорели, оставив Отца-Демона без зрения. Он по пояс лежал в кипящей и булькающей воде, медленно теряя густую кровь в водной поверхности. Танджиро закрутился, заставив пламенный след обвиться вокруг себя. — Танец Бога Огня! — Техника демонической крови.. — Закатное Солнце! Танджиро нарисовал острием клинка круг пламени, который затем двинулся в сторону демона. Языки пламени приняли более чёрный оттенок и стали пускать за собой небольшую тёмную дымку и искры. Круг достиг демона, развеивая на пути паровую мглу. Техника полностью сожгла всю ткань и мышцы на лице и шее демона , оставив его с чёрным, обгоревшим черепом и отвисшей челюстью. Камадо разрезал клинком дымку из пара и приставил клинок к костяной шее монстра. После взлёта головы вверх, земля будто резко остыла, а бесконечный пламенный водоворот вокруг демона стал быстро спадать. Весь обгоревший скелет стал быстро распадаться, настолько быстро, что уже через десять секунд на выжженной земле лежала лишь большая кучка пепла. Охотник мягко приземлился на дымящуюся землю и посмотрел на свою ладонь. На ней остались следы сажи и лёгкое покраснение, как будто бы на этом месте образовался слабый ожог, во время боя боль в руке не чувствовалась, до сего момента. — Закатное Солнце? У меня ведь нет такого стиля... — Танджиро тихо проговорил это, осматривая все еще накалённый клинок. — Не благодари. Сиро прибавил к технике дыхания Солнца свою Магию Крови, усилив вращение и добавив силы в удар. Именно поэтому даже настолько огромный демон распался за считанные секунды. Но даже Сиро не знал, что произошло в голове Танджиро, что он на ходу придумал новый стиль. Даже название этому дал, каков молодец. Мысли бы еще долго терзали Танджиро, но его отвлёк показавшийся перед глазами образ. Из тумана медленно и незаметно появился Токито, своим лицом не показывая совершенно никаких эмоций. Бирюзовыми глазами он прошёлся по оставшимся языкам пламени, которые ярко отдавались в его радужке. — У тебя изящные техники. Камадо стёр со лба образовавшуюся испарину и слегка улыбнулся. Наконец его навыки признали. — Спасибо. — Танджиро радостно убрал еще горячую катану в ножны и спрятал за пояс. — Ну, тогда я пошёл искать Руи, я думаю вы можете идти на фестиваль! Юный охотник прикрыл глаза и повернулся спиной к Столпу, направляясь к дороге, ведущей к центру леса. Как вдруг он почувствовал на спине ужасной тяжести взгляд. Юноша медленно развернулся и встретился с мрачным взглядом с Токито. — У тебя изящные техники, но Низшая Луна на мне. ... Камадо не сильно расстроился, ведь уже был подготовлен некий план "Б", именно на случай если Столп будет капризничать. Сейчас охотник держит путь прямиком из леса, вяло придерживая катану за поясом. Его верный ворон сидел у него на плече, облокотившись на голову парня. Весь день с самого утра представлял из себя бесконечные драки и беготню, так еще и не сделал то, зачем сюда пришел. Камадо поднял глаза на кровавую луну, она слегка осветила лицо парня, дав глазам и волосам еще более яркий оттенок. Единственной хорошей новостью был фестиваль, на салют которого он даже сможет успеть, если поспешит. ... Он смог навестить фестиваль и встретить там всю свою семью, вместе со Столпами и Урокодаки, который, прямо по словам Сиро, действительно находился рядом со взрослой женщиной лет сорока. Она была младше его на добрые лет двадцать, но видимо её это волновало в последнюю очередь. Гию Томиока не успел на фестиваль, тщательно следя за состоянием раненных охотников. Он вернулся в своё поместье поздно ночью, почти сразу же завалившись спать. Муичиро еще долго искал Руи, и смог обнаружить его спустя полтора часа. Битва завершилась буквально за минуту победой Столпа. За победу над демоном Кизуки, Столпам присваивают дополнительную денежную премию, но как правило, её никогда не принимают. Шинобу еще около двух часов руководила отрядами Какуши, очищая территорию поместья от тел и убирая следы битвы. Был затеян полноценный ремонт, который продлиться всю ночь. Иноске и Зеницу к полуночи были доставлены на территорию Организации, в Поместье Бабочки на длительный курс лечения. Заслуги об убийстве одного из бывших Кизуки внесено в их личное дело. ... Бесконечные стены крепости были вновь возведены одним ударом по струнам бивы. На широкой площадке стояли две высокие фигуры. Сверху арены, на красивом деревянном стуле сидел Музан Кибцуджи и тоскливо водил ногтями по своей щеке, его ноги были сложены. Поединок крови. Важное событие среди демонов Двенадцати Лун, определяющих их дальнейшее положение в списке сил и уровню уважения. Любой демон, в любой момент времени может вызвать оппонента на дуэль, и тот будет не в праве отказаться. Победивший демон получит повышение ровно на одну позицию выше, если он вызвал на дуэль Луну номером выше своего лишь на единицу. Если демон вызовет на поединок Вторую Низшую Луну, будучи Пятой Низшей, то при победе он получает ранг оппонента. Во время дуэли можно использовать все возможности своей Демонической Крови без ограничений. Время боя полностью не ограничено, он будет идти до полного разгрома одной из сторон. Демон считается победителем если: Смог лишить противника всех конечностей. Чаще всего это требование исполнимо только в поединках Низших Лун, так как у них регенерация в разы слабее чем у своих Высших собратьев и каждая потерянная конечность вносит большой дискомфорт. Смог загнать оппонента в определенную метку на арене, где по замыслу должна стоять Глициния. Считается, что если демон позволил загнать себя в угол, это значит что во время битвы с охотниками он может быть так же легко загнан к Вистерии. Странное требование, но видимо Музану лучше знать. И последнее и самое распространённое - отрубание или разрушение головы противника. Если демон сможет допустить допуск к своей шее, значит и во время боя с охотниками он так же просто может быть побеждён. Сегодня было действительно важное событие, на которое явились девять из ныне одиннадцати Демонов Кизуки, о смерти Руи узнали практически сразу, но Музан не спешил находить замену на освободившийся пост, а задумывал о иных действиях по отношению ко всем Низшим Лунам. В левом углу арены находился Аказа. Третья Высшая Луна. В правом угла - Доума, Вторая Высшая Луна. Победитель получит или удержит звание Второй Высшей Луны, а так же, эксклюзивно для членов Высших Лун, большой объем крови лично от Музана Кибуцуджи. Король демонов неспеша встал со своего кресла, отряхнул чёрный костюм и задрал правый рукав до самого локтя. Он подошёл к самому краю арены, демоны-оппоненты сейчас находились от него на высоте в семь метров. Острыми ногтями Музан распорол толстую вену на предплечье, и из него сразу же потекла густая и тёмная кровь. Она изгибалась по направлению руки Кибуцуджи, и вскоре повисла на самом её низу, натягиваясь и превращаясь в небольшую каплю. Поединок начнётся как только капля упадёт на серый песок. ... На песчаной поверхности образовалась тёмная лужица, которая быстра впиталась в землю. Буквально через несколько секунд, на это же место, со стороны арены выплеснулся большой брызг крови. Битва началась.